Читать книгу Дожить до короны. Том 2 (Кристина Сенар) онлайн бесплатно на Bookz
Дожить до короны. Том 2
Дожить до короны. Том 2
Оценить:

5

Полная версия:

Дожить до короны. Том 2

Дожить до короны. Том 2

Глава 1

Письмо от Мейры Сель пришло в первый день второго учебного года.

Ида узнала почерк матери сразу.

Она стояла посреди комнаты, держа в руках пожелтевший конверт, и никак не решалась его открыть.

— Сана, — позвала она едва слышно. — Иди сюда.

Сана отложила учебник.

— Что случилось?

Ида повернулась к ней.

На её лице было такое выражение, что Сана немедленно поднялась.

— Это от мамы.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

За окном шумел академический двор. Студенты возвращались после летних каникул, встречали друзей, смеялись и жаловались на предстоящие занятия.

Для большинства начинался обычный учебный год.

Для Иды он начался с письма от женщины, которую они искали почти всё лето.

— Откуда оно? — спросила Сана.

— Принесли утром. Дежурный сказал, что конверт оставили у главных ворот. Без имени отправителя.

Сана посмотрела на печать.

Обычный дорожный воск. Ни герба, ни указания города.

— Ты уверена, что это её почерк?

Ида кивнула.

— Мама всегда немного заваливала букву «д» вправо. Я с детства над ней смеялась.

Она попыталась улыбнуться, но губы дрогнули.

— Я боюсь его открывать.

Сана осторожно коснулась её плеча.

— Давай вместе.

Ида несколько раз глубоко вдохнула.

Затем разорвала край конверта.

Внутри лежал небольшой лист, сложенный вчетверо.

На нём было всего несколько строк.

«Ида, родная моя.

Я жива. Прошу тебя, не приезжай за мной и не пытайся искать самостоятельно.

Нас держат вместе, но скоро собираются перевезти. Старая мельница — только промежуточное место.

Никому не верь на слово, если тебе скажут, что мы свободны. Особенно тем, кто принесёт бумаги с нашими подписями.

Помни, что я говорила тебе о шестой спице.

Я люблю тебя.

Мама».

Ида перечитала письмо.

Потом ещё раз.

— Она жива, — прошептала девушка.

Сана обняла её.

Ида сначала стояла неподвижно, а затем уткнулась лицом подруге в плечо и расплакалась.

За всё лето она плакала лишь несколько раз.

Обычно злилась, спорила, требовала новых поисков и делала вид, что не боится самого страшного.

Теперь сдерживаться больше не могла.

— Она жива, Сана. Она сама написала…

Сана крепче обняла подругу.

— Да. Похоже, она действительно смогла передать письмо.

Но, произнося эти слова, Сана смотрела на строчку о шестой спице.

И чувствовала, что радоваться пока рано.

За лето изменилось многое.

Академия Ильта больше не казалась безопасным местом, где главным испытанием были экзамены и недовольство преподавателей.

После покушения на ректора и попытки похищения Саны охрану усилили. Старое крыло закрыли окончательно, служебные пропуска заменили, а на ночные выходы из академии требовалось отдельное разрешение.

Эрвина Даля, прежнего ректора, так и не нашли.

Кайр Вельд, чья подпись стояла на распоряжениях о незаконных перевозках, исчез ещё до того, как люди Тарна сумели до него добраться.

А Мейра Сель, отец Нессы и Герн Рош оставались в плену.

Три месяца поисков принесли десятки новых документов.

Но ни одного освобождённого человека.

Сана провела лето в академии под усиленной охраной. Тарн дважды приезжал в Ильт, проверял безопасность и каждый раз уезжал с обещанием сообщить, когда появятся настоящие результаты.

Она знала, что дядя делает всё возможное.

Но от этого ожидание не становилось легче.

Ора продолжала изображать принцессу в столице. После покушения её почти не выпускали на публичные мероприятия, а письма становились всё короче.

Роэн Кель восстановился после ранения, хотя Сана подозревала, что он начал работать гораздо раньше, чем разрешил лекарь.

И ещё кое-что изменилось.

Теперь ректор знал, кто она.

Как и Несса с Эйтаном.

Сана всё ещё привыкала к мысли, что её настоящую личность хранят люди, с которыми раньше она почти не могла спокойно разговаривать.

Особенно Несса.

Та продолжала спорить с ней по любому поводу, словно ничего не произошло.

И Сане это даже нравилось.

— Что значит «шестая спица»? — спросила Сана, когда Ида немного успокоилась.

Подруга вытерла лицо.

— Это наша семейная поговорка.

— Какая?

Ида достала из кармана серебряную брошь в форме колеса.

— Смотри. Шесть спиц.

Сана кивнула.

— Вижу.

— Когда я была маленькой, мама учила меня проверять дорожные защитные круги. Говорила, что первые пять спиц удерживают колесо, а шестая показывает, правильно ли оно собрано.

— И?

— Однажды я спросила, как узнать, какая спица шестая, если все одинаковые. Мама ответила, что надо смотреть не на саму спицу, а на место, где она соединяется с ободом.

Сана задумалась.

— То есть искать не очевидную часть, а соединение?

— Да. Но это не всё.

Ида повернула брошь.

На обратной стороне возле одной из спиц виднелась крошечная неровность.

— Мама сделала эту отметку специально. Сказала, что если я когда-нибудь заблужусь, должна вспомнить: самое важное часто скрывается там, куда никто не смотрит.

Сана посмотрела на письмо.

— Думаешь, она пытается подсказать, где находится?

— Не знаю.

Ида сжала брошь.

— Но это точно её слова. Никто посторонний не знает этой истории.

Сана не стала возражать.

Она помнила, как легко похитители подделывали пропуска, военные распоряжения и даже магические подтверждения.

Но семейная поговорка была слишком личной.

Если её действительно написала Мейра, значит, она нашла способ передать дочери предупреждение.

А если нет…

Сана предпочла пока не заканчивать эту мысль.

— Нужно показать письмо Роэну, — сказала она.

Ида кивнула.

— И Эйтану с Нессой.

— Да.

Сана посмотрела на подругу.

— В этот раз никаких секретов друг от друга.

Ида слабо улыбнулась.

— Договорились.

В кабинете ректора они собрались ближе к полудню.

Несса пришла с двумя толстыми тетрадями, Эйтан — с кружкой крепкого чая и таким видом, будто не спал всю ночь.

— Если вы снова нашли список похищенных, — объявил он, — очень прошу сначала дать мне выпить.

— На этот раз письмо, — сказала Ида.

Эйтан остановился.

— От кого?

— От мамы.

Он медленно поставил кружку.

Несса сразу отложила тетради.

— Покажи.

Ида протянула лист.

Они читали молча.

Затем Эйтан поднял глаза.

— Это первое сообщение от кого-то из пленников за всё время?

— Первое, которое дошло непосредственно до семьи, — ответил Роэн.

Он взял письмо и внимательно осмотрел его.

— Когда доставили?

— Сегодня утром, — сказала Ида.

— Кто принёс?

— Неизвестно.

Роэн нахмурился.

— Значит, мы пока не знаем, было ли письмо написано добровольно.

Ида резко выпрямилась.

— Но это мамин почерк!

— Я не сомневаюсь, что вы его узнаёте. Однако человек мог написать письмо под принуждением.

Сана заметила, как побледнела подруга.

— Господин ректор, — вмешалась она, — в письме есть семейная подробность, которую трудно узнать постороннему.

Роэн посмотрел на неё.

— Какая?

Ида показала брошь.

Несса сразу заинтересовалась.

— Можно?

Она осторожно взяла украшение.

— Здесь есть родовая скрепа Сель. Очень слабая, но сохранилась.

— Мама сделала её, когда подарила брошь, — объяснила Ида.

Несса перевернула письмо.

— Если скрепа связана с семейной магией, возможно, бумага отзовётся на неё.

Ида подняла голову.

— Ты можешь проверить?

— Попробую.

Она положила брошь рядом с письмом и вытянула ладонь.

Над столом появился серебристый узор.

Несса сосредоточилась.

Несколько мгновений ничего не происходило.

Затем одна из линий на броши засветилась.

На бумаге проступила тонкая отметка.

Не слово.

Маленькое колесо с шестью спицами.

Ида вскрикнула.

— Это мамина дорожная метка!

Роэн наклонился ближе.

— Она поставлена при написании письма. Не позже.

Несса убрала руку.

— Значит, автор владел магией дома Сель и сумел оставить личный знак.

— Но это ещё не доказывает, что письмо написано без принуждения, — заметил Эйтан.

Ида посмотрела на него.

— Ты не можешь просто порадоваться, что мама жива?

Эйтан замолчал.

Потом медленно кивнул.

— Могу. Прости.

Он посмотрел на лист.

— Просто я слишком хорошо помню, как мы нашли последнюю ведомость с именем моего отца. А потом три месяца безуспешно пытались выяснить, куда его увезли.

Несса отвернулась к окну.

Никто не стал спорить.

Все понимали, о чём он говорит.

— Меня беспокоит одна строчка, — произнёс Роэн.

Он указал на предупреждение Мейры.

«Никому не верь на слово, если тебе скажут, что мы свободны. Особенно тем, кто принесёт бумаги с нашими подписями».

— Похитители готовят документы об освобождении? — предположила Сана.

— Возможно.

Эйтан нахмурился.

— Для чего им это?

— Чтобы официально закрыть поиски, — ответила Несса. — Если появятся подтверждения, что люди освобождены или самостоятельно покинули место задержания, военное расследование может столкнуться с серьёзными препятствиями.

Сана посмотрела на неё.

— Даже если родственники их не видели?

— Тогда возникнут вопросы. Но подписанный документ с родовой скрепой — серьёзное доказательство. Особенно если его подтвердят несколько ведомств.

Ида побледнела.

— Значит, маму могут заставить подписать, что она свободна?

— Именно этого я опасаюсь, — сказал Роэн.

Эйтан задумался.

— А если документы нужны не только для прекращения поисков?

Сана повернулась.

— Что ты имеешь в виду?

— В старом договоре было написано, что носителей должны сохранить живыми до переноса. Возможно, подписи нужны для какого-нибудь следующего этапа.

В кабинете стало тихо.

Роэн медленно кивнул.

— Эту возможность тоже необходимо проверить.

Сана почувствовала неприятный холод.

Они уже знали, что похитители собирают силу могущественных магов.

Знали, что часть пленников держали живыми несколько месяцев.

И теперь узнали, что кто-то может готовить документы с их подписями.

Но для чего именно?

Она вспомнила разговоры с отцом о древних магических договорах.

Некоторые соглашения нельзя было закрепить обычной печатью.

Для них требовалось личное подтверждение носителя дара.

Иногда даже добровольное.

Сана посмотрела на письмо.

— А если заставить человека подписать недостаточно?

Роэн поднял глаза.

— Поясните.

— Если обряд требует добровольного согласия, принуждение может нарушить его.

— Верно, — ответил ректор. — Поэтому подобные договоры опаснее обычных подделок. Человека можно обмануть, чтобы он дал согласие, не понимая его последствий.

Эйтан медленно выдохнул.

— Значит, они могут заставить наших родителей поверить, что подписывают собственное освобождение.

Несса побледнела.

— А на самом деле…

— Мы пока не знаем, — перебил Роэн. — Не будем придумывать содержание документа, которого не видели.

Сана посмотрела на него.

Она понимала осторожность ректора.

Но впервые его привычка требовать доказательства не раздражала её.

Потому что правда, какой бы она ни оказалась, была слишком страшной для поспешных выводов.

После разговора Несса и Эйтан ушли проверять архивные записи о добровольной передаче родового дара.

Ида осталась с письмом.

Роэн разрешил сделать копию и попросил оставить оригинал для изучения магического следа.

Когда подруга вышла, Сана задержалась возле двери.

— Господин ректор.

Он поднял голову.

— Да?

— Вы думаете, это ловушка?

Роэн некоторое время молчал.

— Не исключаю.

— Но письмо настоящее.

— Почерк и семейная магическая отметка, вероятно, подлинные. Это не означает, что все сведения в нём можно принимать буквально.

Сана кивнула.

Она уже собиралась уйти, когда ректор произнёс:

— Лирен.

Она остановилась.

За последние месяцы он стал иногда обращаться к ней настоящим именем, но только когда кабинет был защищён от посторонних.

И каждый раз она всё ещё замечала это.

— Да?

— Вы снова почти не спали?

Сана удивилась.

— С чего вы взяли?

— У вас усталый вид.

— Очень деликатно, господин ректор.

Он слегка улыбнулся.

— Не моя сильная сторона.

Сана тоже улыбнулась.

Затем опустила глаза.

— Я просто постоянно думаю о том, что будет дальше.

Роэн закрыл папку.

— Вы не обязаны решать всё самостоятельно.

— Знаю.

— Но всё равно пытаетесь.

Она посмотрела на него.

— А вы разве нет?

Он помолчал.

— Справедливое замечание.

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

Сана неожиданно заметила, что его плечо больше не перевязано. Он двигался свободнее, чем в конце прошлого года.

— Рана зажила? — спросила она.

— Почти.

— Значит, теперь вы снова можете пользоваться полной силой?

— Да.

— Хорошо.

Роэн приподнял бровь.

— Вы беспокоились?

Сана почувствовала, как теплеют щёки.

— Просто нам нужен ректор, который способен защищать академию.

Он посмотрел на неё с едва заметной улыбкой.

— Разумеется.

Она поспешила к двери.

— До свидания, господин ректор.

— До встречи, госпожа Морн.

Выйдя в коридор, Сана сердито выдохнула.

Прекрасно.

Ей не хватало только того, чтобы Роэн начал замечать, когда она волнуется за него.

Вечером Ида снова достала письмо.

Они сидели вдвоём в комнате. За окном начинался дождь, стучавший по подоконнику мелкими каплями.

— Сана, — тихо позвала подруга.

— Что?

— Я всё думаю о шестой спице.

— В каком смысле?

Ида повернула брошь.

— Мама никогда не использовала эту историю просто так. Она рассказывала её, когда хотела, чтобы я обратила внимание на какую-нибудь мелочь.

— Например?

— Когда я впервые училась составлять дорожные карты, всё время путала обозначения мостов. Мама говорила: «Смотри на шестую спицу». Это означало, что нужно искать то, что соединяет два места.

Сана задумалась.

— Соединяет…

Она взяла письмо.

«Нас держат вместе, но скоро собираются перевезти. Старая мельница — только промежуточное место».

Ниже:

«Помни, что я говорила тебе о шестой спице».

Сана медленно подняла голову.

— Ида, а что соединяет старую мельницу с другими дорогами?

— Речной путь. Там есть старый причал.

— Мы уже проверяли баржи.

— Не все.

Ида выпрямилась.

— Мама учила меня, что у каждой дороги есть продолжение, даже если на карте оно не обозначено. Старые перевозчики часто пользовались дополнительными путями.

Сана придвинулась ближе.

— Ты можешь показать их?

— Если найду старые карты дома Сель.

Ида вскочила.

— Подожди.

Она бросилась к сундуку и начала перебирать книги.

Через несколько минут достала небольшой кожаный футляр.

— Вот!

Внутри лежала сложенная карта.

Бумага была старой, местами потемневшей от времени.

Ида развернула её на столе.

— Это карта речных перевозок, которую мама дала мне перед поступлением в академию.

Сана наклонилась.

Они нашли старую мельницу.

Рядом был обозначен причал, от которого отходили два маршрута.

Первый вёл к основному руслу реки.

Второй исчезал среди холмов.

— Куда ведёт эта линия? — спросила Сана.

Ида нахмурилась.

— Не помню. Кажется, здесь раньше были подземные водные каналы.

Сана почувствовала напряжение.

— Подземные?

— Да. Их использовали ещё до строительства новых дорог. Большую часть закрыли много лет назад.

Она провела пальцем по карте.

— Смотри.

На месте соединения двух маршрутов находился маленький знак.

Колесо с шестью спицами.

Сана замерла.

— Ида…

Подруга тоже увидела.

— Это семейный знак старой дорожной службы.

— Значит, мама могла указать именно на это место?

Ида медленно кивнула.

— Возможно.

Они переглянулись.

За последние месяцы у них впервые появилась не просто фамилия или номер распоряжения.

А место, которое можно было проверить.

Сана уже собиралась позвать охранника, чтобы передать карту ректору, когда в дверь постучали.

На пороге стоял молодой служащий академии.

— Госпожа Морн?

— Да?

— Вам письмо из столицы.

Сана насторожилась.

— От кого?

— Неизвестно. Доставлено королевским курьером.

Он протянул небольшой конверт.

На печати был герб дома Кель.

Сана нахмурилась.

— Почему письмо из столицы с печатью Кель?

— Не могу сказать, госпожа. Мне поручили передать лично вам.

Он поклонился и ушёл.

Ида подошла ближе.

— Что там?

Сана осторожно вскрыла конверт.

Внутри лежало официальное распоряжение.

Она быстро пробежала текст глазами.

Потом прочитала ещё раз.

— Что? — не выдержала Ида.

Сана медленно опустила лист.

— В академию прибывает проверяющий из родового совета Кель.

— Зачем?

— Для дополнительного обследования студентов с нестандартным магическим даром.

Ида побледнела.

— Тебя?

Сана кивнула.

Внизу документа стояла дата.

Завтра.

— Но Роэн ведь отказался передавать твои результаты!

— Да.

— Тогда почему они снова требуют проверку?

Сана посмотрела на последнюю строку.

«В случае отказа студентки Саны Морн от прохождения измерения вопрос о её дальнейшем обучении подлежит рассмотрению родовым советом».

Она почувствовала холод.

Это уже не было обычной просьбой.

Кто-то из дома Кель решил добиться своего.

И теперь у него появилось официальное основание вмешаться в её жизнь.

Сана положила письмо рядом с картой.

На одном листе находился возможный след похищенных магов.

На другом — распоряжение о проверке её собственной силы.

И оба появились в один день.

Ида посмотрела на подругу.

— Думаешь, это совпадение?

Сана долго молчала.

Потом медленно покачала головой.

— Не знаю.

Она взяла письмо и внимательно изучила печать.

— Но завтра я хочу узнать, зачем им настолько нужна именно моя магия.

За окном раскатился гром.

В академии прозвенел вечерний колокол.

Первый учебный день закончился.

А Сана уже понимала, что второй год будет гораздо опаснее первого.

Потому что теперь ей предстояло защищать не только своё имя.

Но и людей, которые доверили ей собственные жизни.


Глава 2

Утром у главных ворот академии остановились две чёрные кареты.

Сана наблюдала за ними из окна библиотеки. Из первой вышел высокий мужчина в тёмно-синем плаще, следом за ним появились двое помощников. Один нёс кожаный портфель, второй осторожно придерживал небольшой металлический ларец.

На дверцах карет серебром блестел герб дома Кель.

— Уже приехали, — произнесла Ида за её спиной.

Сана обернулась.

— Ты нашла старые карты?

— Нашла. Но сначала посмотри сюда.

Ида развернула на столе лист, который они обнаружили накануне.

Старая мельница находилась ниже по течению от Ильта. От неё отходили два водных пути. Первый был обычным речным маршрутом, а второй проходил через заброшенную систему каналов.

— Я проверила обозначения, — сказала Ида. — Этот проход не совсем подземный. Большую часть пути вода идёт между скалами, а потом уходит под старый водосброс.

— И куда он ведёт?

— К закрытой станции. Раньше там перегружали товары с лодок на повозки.

— Она ещё работает?

— Официально нет. Её закрыли лет двадцать назад.

Сана задумалась.

Если пленников перевозили через старую мельницу, а потом отправляли дальше, заброшенная станция могла оказаться идеальным местом для пересадки.

Никаких обычных пристаней.

Никаких записей о пассажирах.

И почти никакой охраны.

— Нужно сказать Эйтану, — решила она. — Пусть проверит, выдавали ли кому-нибудь пропуска в этот район.

Ида кивнула, но не убрала карту.

— Сана, а ты уверена, что этот проверяющий приехал именно из-за тебя?

Она посмотрела в окно.

Мужчина в синем плаще уже входил в главное здание. Рядом с ним шёл один из преподавателей, заметно нервничая.

— В распоряжении было моё имя.

— Может, ректор сумеет отменить проверку.

— Надеюсь.

Сана убрала карту в сумку.

— Но почему-то мне кажется, что сегодня будет не самый приятный день.

Магистр Астен Кель оказался человеком, который не привык ждать.

Когда Сана вошла в кабинет ректора, он уже стоял возле окна и раздражённо постукивал пальцами по подоконнику.

Ему было около пятидесяти. Седые волосы аккуратно зачёсаны назад, тёмный сюртук без единой складки. На правой руке — массивный перстень дома Кель.

Роэн сидел за столом.

Увидев Сану, он поднялся.

— Госпожа Морн, проходите.

Астен повернулся.

Его взгляд скользнул по её лицу, затем задержался на правом запястье.

Сана невольно поправила рукав.

— Это и есть студентка? — спросил магистр.

— Да, — ответил Роэн. — Сана Морн, второй курс.

Астен подошёл ближе.

— Значит, вы та девушка, которая сумела вывести из строя измерительный прибор академии?

— Я его не ломала, — ответила Сана. — Он просто не смог завершить измерение.

Магистр приподнял брови.

— Любопытная формулировка.

— Зато точная, — произнёс Роэн.

Астен посмотрел на него.

— Роэн, я приехал не для того, чтобы обсуждать формулировки.

— Тогда предлагаю сразу перейти к делу.

Сана почувствовала напряжение между ними.

Оба принадлежали дому Кель, но, судя по всему, были не особенно рады встрече.

Магистр достал из портфеля документ.

— Совет распорядился провести независимое обследование студентки Морн. После происшествия в большом зале мы получили сведения о магическом выбросе, значительно превышающем допустимые показатели для её родовой линии.

— Кто передал эти сведения? — спросил Роэн.

— Источник не имеет значения.

— Имеет. Я не направлял отчёт в совет.

Астен холодно улыбнулся.

— У академии достаточно сотрудников, чтобы сведения о происшествиях не зависели от одного человека.

Сана почувствовала, как неприятно сжалось горло.

Значит, кто-то действительно передавал информацию о ней за пределы академии.

И делал это без ведома ректора.

— Что именно вы собираетесь проверять? — спросила она.

Астен посмотрел на неё.

— Объём силы, устойчивость родового дара и соответствие заявленному происхождению.

Сана застыла.

Последние слова прозвучали слишком спокойно.

Соответствие происхождению.

Это уже не было обычным измерением.

— В моём личном деле всё указано, — ответила она.

— Вот и проверим, госпожа Морн.

Для обследования выбрали малый измерительный зал.

Сана уже бывала здесь несколько раз, но сегодня помещение выглядело иначе. Обычный стол убрали, а в центре установили металлический ларец, который привезли помощники магистра.

Роэн внимательно наблюдал за приготовлениями.

— Почему вы не используете оборудование академии?

— Потому что ваше оборудование оказалось недостаточно точным, — ответил Астен.

— Оно предназначено для измерения силы, а не для установления родословной.

— Сегодня мы проведём и то и другое.

Сана остановилась возле двери.

— Простите, но мне не совсем понятно, зачем вам подтверждать моё происхождение.

Астен повернулся.

— Потому что ваша сила не соответствует обычным показателям боковой линии Морн.

— В каждом доме иногда рождаются сильные маги.

— Безусловно. Но редко настолько сильные.

Он открыл ларец.

Внутри лежало серебряное кольцо с тонкими подвижными пластинами. В центре находился тёмный кристалл.

Сана почувствовала странное покалывание в пальцах.

Не боль.

Скорее неприятное ощущение, будто кто-то осторожно коснулся её магии.

Она ещё не приблизилась к прибору.

— Что это? — спросил Роэн.

Астен посмотрел на него с удивлением.

— Вы не узнаёте родовой измеритель?

— Узнаю конструкцию. Но не эту модификацию.

— Совет усовершенствовал её.

123...9
bannerbanner