Потерять, чтобы найти

Кристина Мельникова

Потерять, чтобы найти

Глава 1

Верите ли вы в судьбу или в то, что всё происходит случайно? Верите ли в любовь с первого взгляда, которая длится всю жизнь? Может ли так случиться, что, однажды случайно встретив человека, вы сохраните его образ в памяти почти на всю жизнь и однажды воссоединитесь, чтобы больше никогда не расставаться? Или же вы можете разговаривать с незнакомцем, не придавая этому значения, а спустя годы утонуть в его любви?

А как насчёт того, что вы живёте рядом с человеком, испытывая к нему тёплые чувства, но не можете признаться в этом? И только однажды у вас появляется шанс, но вы не можете ничего сделать? Верим ли мы в то, что всё, что происходит с нами сейчас, — это результат предшествующих событий? Верим ли мы, что всё, что есть сейчас, должно быть именно так?

Казалось, что такое возможно только в сказках. Я и сама не верила в это, пока не потеряла любимого человека. Надежда на дальнейшую жизнь без него угасла. Потеряв веру в любовь и счастье, я не подозревала, что мне выпадет еще один шанс. Перед мной откроется выбор: жить в страхе осуждения, цепляясь за прошлое, или создать новое, волшебное будущее. Смогу ли я сделать этот выбор? И какой ценой? Какие тайны скрывает наше прошлое? Смогу ли я научиться жить настоящим?

Ужеровно месяц как он оставил нас, ничего не сказав на прощание, просто встал иушел в одно прекрасное зимнее утро, подарив лишь последним нашим утром своювеселую улыбку и нежный поцелуй …

За окном конец февраля, скоро весна. Календарная весна всегда приносит радость: это что-то новое, неизведанное, но обещающее перемены. Зима в этом году была особенно суровой: морозы не отступали с конца декабря, снегопады были такими сильными, что вокруг домов до сих пор остались сугробы, которые так и не убрали. Нужно ли их убирать? Я никогда не понимала эту систему вывоза снега зимой.

С одной стороны, такие сугробы мешают жизни горожан, с другой — зима должна быть настоящей: со снегом, морозом и всеми сопутствующими явлениями. Но несмотря ни на что, снег начал таять. Днём солнце пригревает особенно тепло, и сугробы постепенно сдаются под его лучами. Всё вокруг становится чернее, тускнеет, но это продлится недолго. Скоро снег сойдёт, и появится первая трава.

Весна — это возрождение жизни после зимней спячки. Это время, когда появляются новые отростки, побеги и первые цветы. Деревья покроются свежей листвой, всё вокруг засияет и оживёт с новой силой.

Он больше не вернется к нам. Нет пути назад для тех, кто однажды ушел в небеса. Боль утраты невозможно описать тому, кто никогда не испытывал подобного. Сегодня ты строишь планы: на день, неделю, месяц. А потом в одно мгновение все это исчезает, растворяется. Вроде бы ничего не изменилось: люди и мир вокруг остаются прежними, но у тебя внутри пустота. Твой любимый человек покинул этот мир.

Для большинства это не изменит жизнь. Одна человеческая жизнь — это лишь строчка в местной хронике. Кто-то кого-то сбил и уехал, не оказав помощи. Возможно, кто-то прочитает и посочувствует, кто-то осудит водителя или пешехода за переход в неположенном месте. И уже через сутки все забудется, и люди продолжат жить своей беспечной жизнью, строя планы на будущее.

Долгоне забудут лишь родственники и сам водитель той злополучной и глупой аварии: имжить с этим, а это, возможно, сложнее…

- Доброе утро, - в трубке слышу тихий голоснеизвестного мужчины и меня охватывает страх и ужасное предчувствие, и дрожь вовсем теле:

- Чернов Сергей Петрович приходится вамродственником? Произошла авария на дороге, он попал под машину, мы вызвалискорую, он в тяжелом состоянии, но живой вроде, в его документах мы нашлидоверенность на машину, там ваши данные, поэтому решили связаться с вами….

Дальшея уже ничего не слышу: вокруг все стало кружится, я смотрю вперед, но ничего невижу и не слышу, в ушах стоит звон и слова: «Авария…документы, вроде живой…». Одиннадцатилетняядочка кружится вокруг меня: мы собирались по своим делам, она в свой четвертыйкласс, я на работу. Вчера утром муж уехал в командировку в соседний город,должен был вернуться только к вечеру…

Непомню сколько времени я была в оцепенении, пока не услышала в трубку:

-Алло, вы меня слышите? Он живой, нам нужно было с кем-то связаться изродственников, подскажите, как это сделать?

- Я его жена, но как я могу быть уверена, что это он? Он сейчас в другом городе, — только и могу вымолвить я. «Он жив, он еще жив, это не конец. Все будет хорошо. Он сильный, он справится. Он не может оставить нас сейчас. Слишком много ожиданий. Он не может бросить меня…» — эти мысли проносились в моей голове, словно вихрь. Я собрала все свои силы. «Но почему он здесь в это время? Он даже не позвонил. Вчера вечером мы созванивались. Он ничего не сказал о своем возвращении. У него днем еще должна была быть встреча.» Но я не придала этому значения. Все эти мысли быстро исчезли из моего сознания.

- Где это произошло? Что мне делать, кудаехать? – смогла я набрать несколько слов.

Ужечерез полчаса я сижу в такси и лечу по названному адресу: это недалеко. Дочерисказала, что папе нужна моя помощь, пока я не могла сказать ей правду. Только втакси я набираю начальство, сказав, что муж попал под машину и меня не будет наработе сегодня…Сыпется куча вопросов: как, когда, что случилось…Не могу датьответ и кидаю трубку. «Он живой…Он будет жить…Он не может бросить нас…Он неимеет право», - твержу я как молитву.

Чтобыло дальше, я уже не помню…Подъехав к месту происшествия, я наблюдаю многолюдей, уже приехавшую скорую, но не вижу своего мужа, наверное, он уже внутримашины и ему оказывают помощь, но тут замечаю что-то на обочине, накрытыйтканью бугорок … В это время меня пытаются остановить, давая понять, что сюданельзя и я, осознав, что бугорок – это мой муж, вернее его тело, застываю наместе …Таксист, который помогал мне выйти из машины и все еще следовал за мной,успевает схватить меня, когда мое сознание отключается….

«Этоего жена…Это я ей звонил…Посмотрите другие контакты у нее…Да позовите вы врача!»— это обрывки фраз, которые я слышала в затуманенном сознании, пока полностьюне отключилась…

«Он живой, он не мог меня оставить сейчас», — мой мозг отказывался принимать реальность даже на следующий день. Я не помнила, как прошел вчерашний день: его словно стерли, будто кто-то перевел часы на сегодняшнее утро. Я была под действием лекарств, вокруг меня находились люди, все в черном и сером. Дочка держала меня за руку и тихо сидела рядом. Она не плакала, но звала меня, чтобы я проснулась. Напротив сидел мой взрослый сын. Он молчал, видно, что недавно плакал, но старался не показывать виду. Он смотрел на меня и пытался улыбнуться. Он учится на первом курсе университета, мы редко видимся из-за его загруженности. Сейчас он готовится к зимней сессии, а в свободное время проводит с подругой. Но почему все они здесь сегодня?

Сознаниеначинает возвращаться, и я опять охватывает истерика:

- Нет, это неправда, он не может бросить нас,как он мог так поступить с нами?!

Сынподбегает ко мне, зажимает в своих объятьях, пытается удержать меня иуспокоить. Дочка начинает сильно плакать и звать папочку…

Моя жизнь разделилась на «До» и «После»... Я прошу не давать мне больше никаких лекарств. Я хочу ясно осознавать происходящее и проводить его. Иначе потом никогда себе этого не прощу. Раз вернуть я уже не могу... Я смогу, выдержу, должна... Ради нас, ради него, наших детей... Ради нашей любви.

Прошло ровно месяц с того ужасного дня. Боль никуда не ушла, она просто притихла. Со мной всегда моя дочь, она не отходит ни на шаг, кроме времени, когда учится в школе. Часто приходила Оксана, жена моего старшего брата Сережи, подруги и сестра навещали меня, старались поддержать. Первые две недели после похорон со мной был сын, но у него начались занятия, и я настояла, чтобы он вернулся в университет. Жизнь шла своим чередом, я это понимала, но для меня все остановилось. Я впала в глубокую депрессию и ничего не хотела. Мне хотелось быть с Сережей, чтобы он никогда не уезжал в тот город. Чтобы всегда был рядом, обнимал и целовал меня. Как же мне его не хватает! Иногда кажется, что его командировка просто задержалась, но он обязательно вернется. Ведь он любит нас, не может забыть и оставить. Как же мы будем жить без него?

Наработу я тоже не выходила с того рокового дня, пока у меня длинныйнезапланированный отпуск, а что будет дальше я не знаю, но желания выходить издома просто нет, я боюсь, что не справлюсь с собой: все будет напоминать о неми это очень больно и нестерпимо, я не могу быть там, где больше не будет его.Дома проще, тут все родное, хотя в каждом сантиметре я представляю его…Спасибомоим подругам и сестре, которые еще поддерживают во мне жизнь. И дочка даетсилы и понимание, что я нужна ей сейчас больше всего на свете. В противномслучае я просто не хотела жить, я хотела к нему, быть сейчас с ним, где бы онне находился…

Виновника происшествия нашли. Точнее, он сам пришел в полицию. Я не испытывала никаких эмоций. В полиции мне предложили написать заявление, но я отказалась. Его уже накажут по закону, и жить с этим ему придется всю жизнь.

Родственники виновника приходили ко мне, встречались в полиции, просили о помощи. Там тоже семья и дети. Я не знала, что ответить. Я была опустошена, меня не было. Я не хотела делать кому-то хуже. Это уже не вернет мне мужа. Я не могла и не хотела ходить по судам и вспоминать все заново. Подумав, я решила больше ничего не писать.

Я была безумно зла на тех, кто оборвал жизнь моему мужу и разрушил мое будущее. Но сейчас мне было все равно на них. Я не хотела слышать ничего о том, как они справляются с потерей. Я была одна со своей бедой.

Похороны были оплачены родственниками виновника. Они долго благодарили меня. Я не помню этого. Мое сознание отказывалось включаться в течение двух недель.

Немногочисленныеродственники по стороне мужа почти отвернулись от меня из-за моего решения«простить», как они сказали, виновника аварии.

Я не простила, но и не держу зла. Потеря любимого человека — это слишком тяжёлый груз, чтобы думать о ком-то ещё. Я вычеркнула их из своего сознания и памяти. Не хочу видеть их, но и злости не испытываю. Сейчас я не знаю, что будет дальше, но мне жаль того водителя. Мы все получим своё, но не здесь и не сейчас. Я отпустила это...

Старший брат мужа, Дима, приходил ко мне,пытался «выбить» из меня дурь, как он выразился, а я стояла на своем.

- Кристина, ты охренела?! - почти орал Дима,влетев в мою квартиру, после того как узнал о моем решении не писать заявление,что я не имею претензий к водителю. – Тывообще понимаешь, что ты делаешь? Мой брат погиб из-за этого ублюдка, жизнилишился, а ты прощаешь его?! – его лицо было перекошено от гнева и ненависти комне.

20 лет назад.

Дима был старше моего мужа на пять лет и часто вмешивался в его жизнь, как старший брат. Он давал советы, хотя сам в жизни мало что понимал. Возможно, поэтому он пытался «испортить жизнь» младшему брату, завидуя ему.

Внешне Дима был привлекателен. Высокий, широкоплечий, с подтянутой фигурой, он занимался спортом и любил своё тело. У него была загорелая кожа, приятные черты лица, большие голубые глаза, шикарные ресницы, полные губы и белоснежная улыбка. Его короткие каштановые волосы всегда выглядели ухоженно.

Дима одевался стильно, предпочитая спортивный стиль: обтягивающие джинсы и рубашки, которые подчёркивали его плоский живот и накачанные руки. Он выглядел очень привлекательно.

После школы милиции Дима стал начальником отдела дознания. Он пользовался уважением среди подчинённых и был твёрдым человеком.

Междупрочим, тогда в юности я познакомилась вначале с Димой и только через него сего братом Сережей. Дима ухаживал за мной, был деликатным, романтичным, дарилцветы и конфеты, обхаживал и не давал мне проходу. Именно проходу. Как по мне,так мы не были никогда парой, этого хотел Дима, а я просто первое времяпозволяла ему об этом думать. Меня напрягало его постоянное преследование меня,звонки в любое время дня и почти ночи, чтобы просто проверить, где я и что яделаю. Он был очень ревнивым, хотя серьезных отношений мы еще не заводили, покрайней мере так думала я, что не скажешь тогда про Диму. С Сережей япознакомилась на дне рождения Димы, так как Дима он познакомить меня со своейсемьей. Я долго отказывалась, так как не очень хотела давать Диме и его семьекаких-то поводов думать, что я его девушка, так как таковой себя не считала: ужбольше сложный был характер у него и это меня стало напрягать в последнеевремя.

Сережа отличался от брата меньшей заметностью. Он был высоким и худощавым, следил за фигурой, но спорт игнорировал. Предпочитал наблюдать за спортивными событиями по телевизору.

Сережа был симпатичным, но обычным. Одевался в удобную спортивную одежду, чаще всего в джинсы и свободные футболки оверсайз, чтобы не выделяться. У него были голубые глаза, но правый с сероватым оттенком. Я заметила это в первый же день знакомства, и это стало началом наших отношений, как говорил уже бывший Сережа.

Внешность у него была менее выразительной, чем у брата, но он компенсировал это добротой, приветливостью и отзывчивостью. Он понимал с полуслова и притягивал к себе с первой встречи.

КогдаДима привел меня в свой дом, первым нас встретил его брат, представил меня емукак свою девушку, пометив свою позицию, что меня очень разозлило тогда и я этои не скрывала от него. Когда позже Дима отлучился на кухню, чтобы проверить,как идут приготовления к празднику, мы с Сергеем вышли на балкон иразговорились на обычные темы, типа, чем ты увлекаешься, что любишь. Именнотогда при дневном свете я и заметила его разные глаза, что его приятно удивило.

- Кажется, что глаза у тебя какие-то странные, - задумалась я, пристально вглядываясь в его лицо, - вроде как разные, как у кота на картинке из интернета.

- Ты заметила это, правда? – удивился Сережа.– Или тебе Димка сказал, и ты решила меня поразить? – уже смеясь продолжил он.

- Нет, мы вообще никогда про тебя не говорили,я на днях узнала, что у него есть младший брат, - отчеканила я. – Да и вообще, мы с Димой просто друзья,общаемся вместе, проводим свободное время в одной компании, - почему-то сталаоправдываться я, пытаясь опровергнуть то, что Дима «сделал» меня свое девушкой,не посоветовавшись со мной.

- Обычно никто не замечает разницы в моихглазах, только мама всегда это видела, а теперь и ты, - почему-то смутилсяСережа и отвернулся от меня, хотя я увидела, как щеки у него запылали краской.«Боже, какой он милый и смешной, - подумала я».

Послеэтого дня рождения мы стали переписываться с Сережей иногда, телефон я ему самадала в тот же день при Диме, на что последний очень дико отреагировал иобиделся на меня, что нисколько меня не расстроило: я не строила иллюзий поотношению к Димке, а вот Сережа мне запал в душу. Переписка длилась наша неделидве: мы шутили, подкалывали друг друга, рассказывали, что произошло с нами втечении дня и делились другими всякими сплетнями друг с другом.

Авот с Димой я решила вопрос поставить ребром после того, как он принял решение сделать меня своей девушкой перед родителями, не поставив меня в известность.Он был, конечно, шокирован, но не подавал особого вида, так как не любил, чтобыза него принимали решения, поэтому сделал вывод, что и не собирался со мнойвстречаться, просто решил прикольнуться перед младшим братом. На том мы ипорешили.

АСережа через две недели пригласил меня на свидание. Так начался наш роман,длиною в жизнь, пусть и не совсем длинную, но достаточно долгую. Дима злился,я это замечала, но не придала этому значения, так как очень влюбилась в егобратишку и была благодарна ему только за то, что он способствовал нашей встрече,что не скажешь про Диму. Дима всегда вставлял свои комментарии в наши разговоры, например: «Это благодаря мне вы есть друг у друга». Даже на свадьбе он повторил эти слова, что меня раздражало. В его речах всегда чувствовалась скрытая издевка и намеки, но я не понимала, на что именно. Даже на свадьбе нашейпроизнес эти же слова. Меня это всегда бесило, не знаю почему, по в этом былакакая его внутренняя издевка и намеки непонятно на что, но точно ни на чтохорошее. «Кристина, за тобой должок, за то, что я уступил тебя своему младшемубрату, - произнес он мне на свадьбе, слава Богу, что не при всех». И все этигода он присматривался ко мне, как бы следил, такое ощущение, что пыталсяпоймать меня на чем-то нехорошем и обхамить в глазах мужа». Любил держать всепод контролем и даже не скрывал этого. Поженились мы, кстати, очень быстро,встречались менее года и сразу решили скрепить свои отношения браком и никогдане жалели о своем решении. Все было так идеально, что мы сами порой этому неверили: мы наслаждались друг другом и через год, и через пять лет, и через 15лет. Мы боялись что-то упустить, не успеть, поэтому даже поссорившись, былидобры друг к другу, не показывая себе даже, что кто-то обиделся, что иприводило к быстрому примирению. Мы торопились жить и любить друг друга,наслаждаясь каждой минутой, когда были вместе, будто чувствовали, что у нас ине так много времени на двоих…

Дима,кстати, после нашей свадьбы быстро женился на Оксане, которую привез издалека,из какого-то небольшого поселения. Как они не познакомились, я до сих пор незнаю, Сережа тоже никогда не вдавался в подробности, как брат нашел своюизбранницу. Как-то раз правда Оксанка проболталась, когда мы с ней баловалисьвином в один прекрасный зимний вечер, когда наши мужчины были в командировке,что Дима познакомился с ней в интернете и сразу почти предложил руку и сердце,объясняя, что это любовь с первого взгляда. На следующий день она, конечно,отказалась от своих слов, сказав, что пошутила, и больше мы к этомувопросу не возвращались никогда. У них быстро проявились детишки и все вродебыли счастливы. Дима несмотря на то, что Оксана внезапно появилась в егосудьбе, относился к ней с любовью, по крайней мере, так казалось со стороны.Они никогда не оскорблял ее, всегда был мил и любезен, помогал по дому, возилсяс детьми. В общем, был вполне себе приличным семьянином. А вот Сережу он неоставил в покое и после наших свадеб: постоянно чувствовался его старшинскийконтроль брата, пытался даже давать свои советы в наших отношениях, что оченьменя бесило. А вот Сергей всегда отшучивался и не обижался на своего безумногобрата, объяснял это просто заботой старшего брата, хотя все ужа давно быливзрослыми и имели своих детей.

Апосле похорон брата решил контролировать меня.

- Ты обязана просто памятью своего мужа, моегобрата превратить жизнь той мрази в ад, пусть он по полной расплатится с тем,что натворил, - выкрикивал Дима несмотря на то, что видел, как мне и без тогоплохо, после похорон прошло всего несколько дней.

- Дима, я не хочу и не могу обсуждать это сейчас с тобой, - тихо начала я. - От того, что я начну давить на него и его семью, мне легче не станет, и Сережу это уже не вернет. Тот человек отвечает за содеянное по российским законам, уголовное дело на него завели. А я не хочу ворошить в памяти тот день, понимаешь? - посмотрела я ему в голубые глаза и почему-то увидела в них Сережу, они были похожи, и сейчас, всматриваясь в них, я вспомнила глаза мужа, и слезы покатились из глаз. - Мне тяжело и без этого, Сережа был моей жизнью, душой, частичкой меня, а теперь ее не стало, а ты предлагаешь мне еще долгое время тормошить тот ужасный день, каждый раз на суде вспоминая все подробности трагедии? Он ответит, он пострадал тоже, это всю жизнь с ним будет теперь, и это тоже ужасно, поверь. Я не простила его, я отпустила это, я похоронила это вместе со своим мужем и не хочу больше вспоминать.

- Дура ты, Кристина, - прошипел Дима. - Всегда знал это, начиная с того момента, когда ты предпочла меня моему брату, и что ты в нем нашла лучше, чем во мне, - вдруг выпалил он, шокировав меня и оскорбив память Сережи.

- Как ты можешь?! – только и смогла япроизнести и не помню, как это произошло, но замахнулась рукой, чтобы влепитьДиме пощечину, но он резко перехватил мою руку.

- Не позволю бить меня, поняла?! – как-то злобно и в тот же момент хрипло произнес он, не отпуская моей руки и одновременно прижав меня другой рукой к стене, навалился на меня своим все таким же крепким телом, как в молодости, и уже более спокойно продолжил. – Я не позволю больше мучить меня, - вдруг его голос стал тихим и задрожал. - Я всю жизнь терпел твое присутствие рядом с братом, искал твои изъяны, ждал, когда ты предашь его, а ты строила из себя верную недотрогу, приводя меня в бешенство каждый раз, когда я видел тебя. Скажи, чем он лучше меня? Что он сделал тогда, много лет назад, когда ты отказалась от меня? Я же всю гребаную жизнь хотел тебя, не мог видеть рядом с ним, даже отчасти ненавидел его, правда, по-братски, не желая зла. Я же мог бы дать тебе большее, больше любви и безумного секса. Почему он? Всегда хотел задать тебе этот вопрос. Даже в тот день, когда вы впервые пошли на свидание с ним, а я хотел сорвать его, напившись и практически испортив вам вечер, думал, ты поймешь всё и передумаешь, а ты просто смеялась надо мной. А я был очень горд, чтобы просить тебя о чем-то, и просто назло женился сразу после вас, чтобы доказать тебе, что я — это я и мне плевать на тебя. Но я не мог выбить тебя из своей башки и в первую брачную ночь на месте своей молодой жены представлял тебя. Я ненавидел себя за то, что ты в моей голове, и тебя ненавидел...

- Дима, отпусти меня, пожалуйста, - мой голос дрожал, слезы текли по щекам, в груди сдавило так сильно, что я не могла дышать, слушая это страшное признание. Я, конечно, подозревала в самом начале, что Дима злится, что я не выбрала его, но потом как-то не обращала внимания на это, жила своей жизнью с Сережей и думала, что все хорошо и у Димы, он всегда таким счастливым казался с Оксаной. Боже, бедная Оксана, что же на самом деле она переживает, что творится в их семье? – Ты бредишь, Дима, наверное, это все из-за смерти Сережи, ты очень переживаешь, я вижу, - я все еще находилась в шоке от происходящего.

- Нет, как раз я в своем уме, если ты про это, - продолжил он, не отпуская меня. - Просто теперь мне не нужно скрывать это, Сережи нет, и я не могу его обидеть и предать, только это сдерживало меня все эти годы, я все-таки люблю его, любил, и не мог разрушить его семью сам, а ты не давала повода, и он был чересчур верным. - Он захватил одной рукой обе мои ладошки, прижал их к стене над моей головой, свободной рукой провел мне по щеке, вытирая слезы, которые не переставали катиться из глаз, потом провел указательным пальцем по моим губам, жестко сдавливая их.

Меня как будтопарализовала в этот момент: я не могла дышать и сопротивляться, все тело сковалострахом и шоком от услышанного, я перебирала все наши встречи за эти годы,вспоминая, где и что я пропустила, что он до сих пор не может оставить меня впокое. А между тем Дима не отпускал меня, и я уже чувствовала его возбуждение,которое показывало все его тело. Он стал склоняться ко мне все ниже и ниже, яуже чувствовала его тяжелое дыхание, когда он прикоснулся своими губами к моими попытался раздвинуть мои губы, чтобы проникнуть глубже. И это было каксигналом, меня прострелило, ударило током, и я резко пришла в себя и однимрывком оттолкнула Диму от себя так, что он еле удержался на ногах – не ожидалмоей резкой реакции и откуда-то взявшейся силы. Мне уже потом казалось, что этоСережа отшвырнул его сзади, спасая меня от своего старшего брата.

- Ты охренела, Кристина? – сказал он ту же фразу, когда зашел ко мне, видимо, пришел в себя. – Тебе чего не нравится? Сережи нет, тебе нужна ласка, я же вижу, хватит строить из себя недотрогу, больше никто не осудит, ты вдова! – его грубые слова пронзали меня, как стрелы.

- Уходи, Дима, прошу тебя, давай сделаем вид,что этого не было и ты ничего не говорил, - умоляла я его дрожащим голосом. Ябоялась его в этот момент, страх сковывал меня и давал силы одновременно. – Тырасстроен, ты подавлен, уходи, я не обижаюсь на тебя, никому не скажу, простоуйди.

Я смотрела на него, как раненый котенок, вытянув руки впереди себя, как бы отстраняясь от него, меня трясло и колотило. «Уходи, уходи, уходи». Повторяла я про себя как молитву. Я боялась его, его страшных голодных глаз, его возбужденное тело, раскрасневшееся лицо. Он как монстр из кошмарных снов. «Сережа, ну почему ты оставил меня рядом с ним, как мне одной справиться с этим?».

- Хорошо, я понял, всё, не трогаю, - резко отчеканил он и пошел к выходу. - Ты это... - начал было он, уже открыв дверь. - А, ладно, забей, я действительно немного вскипел, лишнего взболтнул. - Оксанке расскажешь? — как-то утвердительно спросил он.