Экс-патриот

Подошла моя очередь. Девушка в окошке внимательно изучала мой паспорт. Долгий взгляд на мою фотографию, потом на меня. Я сопровождал улыбкой неспешное перелистывание страниц.

– Вы впервые в России? – девушка с погонами прапорщика скрупулёзно исследовала мою свежую визу.

– Вроде так, – я пытался шутить.

Девушка не реагировала, сурово глядя в монитор. Поставив штамп, произнесла дежурное:

– Добро пожаловать в Москву!

Пройдя по зелёному коридору таможни, я попал в здание шереметьевского терминала, ничем не отличающегося от сотен подобных в других странах.

Улица встретила меня назойливыми таксистами и вечерней прохладой. Дорога до гостиницы оказалась долгой. Даже в это позднее время был плотный трафик, но всё же обошлось без пробок.

Глядя в окно, я пытался уловить какие-то принципиальные отличия от городских пейзажей других стран – и не находил их, за исключением надписей на кириллице. Чем ближе мы подъезжали к центральной части города, тем более яркими становились улицы, появились подсветки ампирных фасадов и цифровые билборды. Широкие магистрали забиты иномарками, заметно более дорогими и новыми, чем в Париже, сравнение с которым было актуально.

Первое впечатление от Москвы – богатый и эклектичный город, что в общем-то логично для имперской столицы.

Для своего временного пристанища я выбрал пятизвёздочный отель «Лотте» – на пересечении Нового Арбата и Садового кольца.

В начале службы, во время командировки в Сеул, мне довелось жить в одном из отелей этой сети. Сервис оставил благоприятное впечатление, умноженное в памяти на азиатскую экзотику. Это воспоминание стало той позитивной основой, на которую наложились новые впечатления.

―

27

Утром я ритуально отправился на завтрак в ресторан отеля. Из богатства шведского стола я выбрал воздушный омлет и ароматный кофе. Мой организм ещё не перестроился на другой часовой пояс – есть не хотелось, но кофе помог проснуться.

Из-за моей спины к столу подошёл короткостриженый с сединой господин, чисто выбритый, с лёгким запахом дорогого парфюма.

Широко улыбнувшись, поприветствовал меня на русском:

– Привет, шпион!

Довольный произведённым эффектом, он плюхнулся в кресло напротив. Протянув через стол ладонь для рукопожатия, представился и предъявил пароль:

– Я ваш контакт, Крис, со стороны известной вам организации. Меня зовут Константин Андреевич. Будем работать вместе.

Я тогда не знал действительно ли его звали Константином и тем более Андреевичем, как и его фамилию. Но то, что он в своём праве, сомнений не возникло. Дорогой и элегантный костюм с галстуком, часы толщиной в половину моей руки, безукоризненная выправка – всё это не главное.

С давних пор я опознавал коллег по цеху по причёске. Точнее, по тому, как подстрижены волосы над ушами. Люди моей профессии в любой стране палятся на том, что, даже выйдя в отставку, не позволяют волосам пересекать верхний край ушей. Не все, конечно. Например, я этим правилом стал пренебрегать, как только начал работать под прикрытием. Константин Андреевич был подстрижен по уставу, а своими гусарскими замашками больше походил на представителя контрразведки.

Мы дружески потрепались около часа, обсуждая предстоящее сотрудничество. Коллега продиктовал свой телефон, дал мне местную симку для связи и убыл, обещав вернуться. Уже уходя, спросил, нужна ли помощь в организации быта и трудоустройстве. Получив благодарственное «нет», растворился в нарождающемся дне.

В первый день я посетил три хедхантинговых агентства[13]. По легенде, я искал вакансию финансового директора в крупной российской компании, полагаясь на сильное резюме и хороший русский язык.

Собеседования, как и агентства, были безликими. Минималистский скучный офис, вышколенный ресепшен, переговорная, кофе, рекрутёр с набором однотипных вопросов. Встречи проходили на русском, с переходом на английский, когда обсуждались профессиональные темы. Удивила только глубина понимания рекрутёрами задач финансового директора.

Пожалуй, мне удалось создать впечатление о себе как об опытном специалисте в области управления финансами, и можно было ожидать предложений.

Вечером я купил билет в уличной театральной кассе – архаика, сохранившаяся в Москве наряду с интернет-продажами, и отправился на спектакль.

С трудом досидел первый акт и ушёл ужинать. Всё же моего знания языка пока не хватало для восприятия русской культуры в её чистом виде.

В таком же ритме пролетел остаток недели. Пару раз созвонился с Константином, по его предложению перешли на ты, несмотря на разницу в возрасте. Передали тестовые сообщения в оба конца.

И я завис в межвременье.

Вначале это радовало – такого отдыха у меня не было со школы. Я наконец-то смог расслабиться и даже совсем перестал пить.

Я исходил переулки и скверы старой Москвы, проводил время в музеях и филармонии. Люди были ко мне дружелюбны. Слыша мой акцент, они старались помочь, даже если куда-то спешили.

А торопятся здесь все и всегда, даже ночью. Как ни банально это звучит, но Москва – неспящий город. Я это отчётливо осознал, когда стоял в пробке на Тверской в два часа ночи!

В одном из разговоров Константин, заметив мою отрешённость, спросил:

– Ты на работу-то устроился?

И, получив отрицательный ответ, порекомендовал:

– Раз ты пока бездельник, познакомься с себе подобными – буржуями. Легче будет адаптироваться к тяжёлой российской действительности.

По его совету я стал проводить вечера на Патриарших прудах и в Москва-Сити. Это традиционные места тусовок экспатов. Москвичи, фривольно относясь к названиям мест, чаще называли их Патриками и Сити. Иногда Москва-Сити именовали Сидней, башни или стаканы. Кутузовский проспект – Кутузой, а Новый Арбат – книжки, когда речь шла о нечётной стороне.

―

28

Одной из первых моих московских знакомых стала Нина. Друзья за яркую внешность и горячий темперамент звали её на грузинский манер – Нино́. А между собой иногда называли Нано, намекая на её миниатюрность и фонтан креативных идей.

Я пришёл поужинать в «№13». Заходя в зал, встретился с Нино́ взглядом и на мгновение завис, очарованный её красотой. Этого хватило, чтобы неловко столкнуться с ней в проходе. Улыбнулись друг другу, я извинился, мы разошлись. Я сел за стол поближе к её компании и весь вечер смотрел только на Нино́. В её движениях была удивительная чувственная женственность. У меня перехватывало дыхание, когда она поправляла свои тёмные кудри длинными нервными пальчиками. Её застолье подходило к концу, я, улучив момент, поймал Нино́ на выходе и предложил ей выпить кофе.

Она согласилась. По её выбору мы пошли в кофейню, на Малой Бронной, на углу у Патриарших. Далеко за полночь отвез её домой на такси. Взял телефон, а когда прощался, не удержался – почти по-дружески поцеловал её в щёчку. Она ничего не сказала, но её долгий взгляд пронзил меня в сердце.

Я позвонил на следующий день, и мы встретились снова.

На третий день знакомства мы проснулись вместе в моём гостиничном номере и расстались только вечером. Нино́, чтобы не идти на работу, сказалась больной и в каком-то смысле не соврала. Наши встречи стали почти ежедневными, но в дальнейшем спать она предпочитала у себя дома – иногда уезжала от меня в ночи.

Нино́ работала в сетевом рекламном агентстве креативным директором и отвечала за привлечение клиентов. Российский бизнес – мужской. Размер груди и милое личико собеседницы часто оказывают благотворное влияние на принятые решения. Но для Нино́ это было не главное.

Нино́ обладала талантом и жёстким умом. А её трудолюбию мог позавидовать любой. Она, как бульдозер, опускала ковш и гребла, пока не кончится топливо, а у неё оно не заканчивалось никогда. Дополняющая это сексуальность делала Нино́ оружием массового поражения в рекламном бизнесе.

Команда Нино́ продвигала только бренды, и редко бралась за товарную рекламу. Пока конкуренты лепили рекламу «дебилов о дебилах и для дебилов», они рождали метафоры. В их работах мобильная связь превращалась из радиосигнала в эмоциональную нить Ариадны. Авиабилет ассоциировался не перемещением из точки А в точку Б, а с магическим перевоплощением. И даже мебель приобретала особое значение, становясь невидимым джинном заботы.

Клиенты выстраивались к ним в очередь, признавая профессионализм. В тот вечер, когда мы познакомились с Нино́, её команда отмечала победу в номинации «За креативную рекламу» международного рекламного конкурса.

А в башнях я познакомился с Лукой. Точнее, он сам познакомился со мной. На самом деле его звали Лукас, но он всем представлялся на русский манер Лукой. Я зашёл в магазин купить ещё десяток рубашек, чтобы не морочиться со стиркой каждую неделю.

Он подошёл ко мне, улыбаясь, и протянул руку. Я на секунду растерялся, в России так не принято знакомиться.

– Привет! Меня зовут Лука. Ты недавно в Москве? Американец? – английский у него был хороший, но с немецким акцентом.

Увидев моё недоумение, сбавил напор.

– Ты извини меня за назойливость. Просто некому нас тут представить друг другу. У меня глаз намётан на экспатов, и я люблю заводить друзей среди новеньких. А работаю я в башне «Федерация», – он назвал компанию и в двух словах объяснил, чем он там занимается.

– Заинтриговал. А с чего ты решил, что я американец и недавно в Москве? – спросил я на русском.

– Вау! У тебя шикарный русский! Но лицо и манеры – американские, – на русском его акцент был мягче. – Тебя выдали руки. Одна в кармане, другой показываешь с открытой ладонью. И лыбишься продавцу, будто он твой старый друг. А одежда – «дюймовая», не нашего пошива.

– Ты забавный! – я улыбнулся, мысленно отдавая должное его наблюдательности.

Этот парень мне определённо нравился. Мы выпили кофе тут же, в кофейне на втором этаже мегамаркета, и через час я уже знал, что Лука живёт в России почти двадцать лет, дважды был женат на русских, а детей у него трое.

– Первая с сыном уехала в Германию, – усмехнулся он. – А вторая и думать об этом не хочет. Я уже давно чувствую себя русским, и происходящее в России понимаю лучше, чем в Европе.

– Никогда не думал вернуться домой?

– А смысл? У меня здесь отличная работа. Как говорят русские: от добра добра не ищут, – и с прищуром добавил: – Я ведь специально не избавляюсь от акцента. За него мне платят чуть больше, чем моим русским коллегам.

– Кстати о работе. Можешь что-то посоветовать помимо агентств?

– Не обещаю, но спрошу в своей компании.

Лука позвонил на следующий день.

– Крис, я нашёл тебе работу в своей компании. Это временный контракт консультанта, но платят хорошие деньги. А там как пойдёт.

Я поблагодарил и согласился на встречу.

―

29

Лука был партнёром в консалтинговой компании, как он изящно выразился, «из большой десятки, без большой четвёрки». Они специализировались на стратегическом консалтинге в медиа, телеком и ИТ. Формально компания числилась российской, но её зарубежные корни гуглились в один клик.

Лука вёл аудит. Встречу с партнёром по слияниям и поглощениям он организовал на раннее утро. Пришлось отвыкать просыпаться без будильника и сменить свободный стиль на костюм.

К назначенному часу я был на входе, откуда меня проводили в переговорную.

С шестидесятого этажа Восточной башни открывался панорамный вид на игрушечные Дом правительства и Кремль. У меня перехватило дух от этой картины.

Неслышно зашёл коллега.

– Вот за этот вид с нас и дерут запредельную стоимость аренды. Но мы не жалуемся, а перекладываем её на клиентов.

Мы пожали друг другу руки и представились.

Коллегу звали Алекс – восточные черты лица, говорил резко, напористо и без пауз.

– Давай я тебе расскажу анекдот о том, чем мы тут занимаемся?

– Ну, если у тебя есть время.

– До пятницы я абсолютно свободен, – пошутил Алекс. – Ты знаешь, кто такая Красная Шапочка?

Я кивнул.

– Тогда вот тебе суть бизнеса слияний и поглощений по-русски. Идёт Красная Шапочка по лесу к бабушке, а навстречу ей Серый Волк, который останавливает её со словами: «Ну что, Шапка Красная, у тебя только два варианта: слияние или поглощение».

– Неожиданная концепция, – улыбнулся я.

– Я это к тому, что сделки, которые мы сопровождаем, редко бывают дружескими. Русский бизнес вообще достаточно жёсткий, но когда речь идёт о перераспределении активов, то он становится экстремально жёстким.

Алекс отхлебнул кофе и, не моргая, уставился на меня. Возникла немая пауза. Я тоже глотнул капучино в ожидании продолжения.

– Лука говорил, что ты не из пугливых. Но я должен тебя предупредить, что в нашей стране консультант отвечает за свои советы. Поэтому, входя в проект по продаже актива, тебе прежде всего нужно усвоить и принять правило: меньше говори, больше слушай и никогда не принимай чью-то сторону. Наше мнение по сделке никого не интересует. У продавца и у покупателя полно народа, который разложит им все варианты и посчитает финансовый результат. Наша задача – не учить их, что делать, а провести арбитраж. То есть исключить ошибки и наебалово.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Джалабея – белая рубашка до пола.

2

Ихрам с игалем – платок, опоясанный жгутом.

3

Хамсин – сильный ветер, непрерывно, почти два месяца несущий песок из пустыни.

4

Джетлаг – состояние, возникающее при быстрой смене часовых поясов из-за длительных перелётов, когда внутренние биологические часы организма не успевают синхронизироваться с новым местным временем.

5

Франкофонная провинция – регион, где французский язык является официальным или широко используется.

6

Троллинг – способ рыбалки с движущейся моторной лодки, при которой приманка буксируется за судном, чтобы привлечь хищную рыбу.

7

Тельфер – электрический подъёмник, позволяющий вытягивать большую рыбу крюком на палубу.

8

MBA (Master of Business Administration) – международная магистерская степень и программа послевузовского образования, которая готовит руководителей и предпринимателей к управлению бизнесом

9

Экономикс –общественная наука, изучающая, как люди распределяют ограниченные ресурсы для удовлетворения.

10

Декантер – это специальный стеклянный графин, используемый для декантации (отделения от осадка) и аэрации (насыщения кислородом) вина, чтобы улучшить его вкус и аромат.

11

Хаб – крупный аэропорт или транспортный узел для пересадки пассажиров.

12

Лаунж – зона повышенной комфортности для ожидания рейса в аэропорту.

13

Хедхантинговое агентство – кадровое агентство по подбору топ-менеджеров.