скачать книгу бесплатно
И как только он собрался вновь прильнуть ко мне, глаза Алистера закрылись, кисть его руки, что мертвой хваткой держала мою шею, расслабилась, и он пал на спину.
– Алистер?
Я бы хотела, чтобы он умер, но Леммон только заснул, это можно было судить по его медленно поднимающемуся и опускающемуся брюху и громкому храпу.
Подействовало, черт возьми!
Когда Дарлин утешала Лору в машине и дала ей таблетку, чтобы та успокоилась, я попросила ее поделиться со мной, так как и мне немного расслабиться в тот момент не мешало. Дарлин дала мне баночку, я отсыпала себе несколько таблеток, а та сказала, чтобы я не вздумала принять все таблетки разом, иначе я сразу отрублюсь. Я приняла лишь четверть, но остальные пилюли возвращать не стала, так как полагала, что они мне еще понадобятся. Хороший сон для меня тоже явление редкое.
Когда Алистер пошел к двери, я, воспользовавшись моментом, наполнила его бокал вином и бросила туда две таблетки. Странно, что он не ощутил разницу во вкусе, но это мне было только на руку.
Я накинула халат на себя, встала. Ноги Алистера, две лохматые сардельки, свисали с кровати, я подняла их. Теперь самое неприятное. Нужно было снять с него трусы, ведь когда он пробудится, Леммон должен думать, что у нас с ним все было. Отвернув голову, сняла трусы, швырнула их в сторону, а на храпящее, голое тело набросила одеяло. Далее молниеносно побежала в душ. Вот теперь он мне крайне был необходим. Включила воду и мощным ее потоком пыталась смыть все поцелуи Алистера, его слюни, пот, запах, что впитала моя кожа. Я растерла ее до красноты, еще и еще, хотелось даже вырезать ножом те участки моего тела, которых коснулись губы Леммона. Я вспомнила о Стиве. Мне казалось, все, что происходило в этом номере несколько минут назад, Стив видел, чувствовал. Мне стало так стыдно, и долгожданные слезы хлынули из глаз. Почему я сразу не остановила его, почему я не набралась смелости и не сбежала от него, почему я не отказала ему?.. Я знала ответ, но он еще больше заставлял меня чувствовать себя виноватой. Я боялась. Я тупо его боялась. Я вновь поддалась своей проклятой слабости. Даже сейчас мне было страшно. Вдруг он проснется?
Вдруг он проснется и закончит начатое?..
* * *
Серый свет проникал сквозь зашторенные окна, предупреждая о скором рассвете. Всю ночь я провела сидя в кресле, мне удалось немного поспать, но все же я старалась как можно больше времени воздерживаться от сна. Я следила за Алистером, прислушивалась к каждому его вдоху. Как только стало светать, я поднялась, затекшее тело недовольно скрипело в суставах, голова кружилась и болела. Тихими шагами пошла в ванную. Макияж я оставила нетронутым, лишь слезы его слегка испортили, тени на нижних веках смазались, их я решила смыть. В целом, несмотря на практически бессонную ночь, выглядела я неплохо, разве что немного уставшей. Я надела свое платье, погрузила ступни в туфли. Превратив кисть правой руки в гребень, расчесала волосы.
Ох, осталось совсем чуть-чуть потерпеть, и все закончится.
Алистер проснулся спустя три часа. Его лицо еще больше опухло, на губах видны белые остатки слюны, что текла из его открытого рта всю ночь.
– Доброе утро, мистер Леммон, – ласково произнесла я.
Он несколько мгновений кряхтел, затем еле-еле поднялся и схватился обеими руками за голову.
– Скорее хреновое утро. Как же меня мутит!.. Я что, вчера отключился?
– Да, но не сразу. Перед этим мы провели с вами несколько потрясающих минут, – даже лгать мне об этом отвратительно.
– Я ничего не помню.
– Зато я все помню. И могу рассказать в ярких подробностях, если желаете.
И если меня не вырвет при этом.
– Не желаю. Голова зверски трещит.
Ну и прекрасно. Алистер встал и, шатаясь, абсолютно не стесняясь своей наготы, пошел в ванную.
– Я вижу ты уже собралась. Сейчас я приму душ, и мы поедем завтракать.
Только не это! Я больше не выдержу нахождения с ним. Неужели этот кошмар никогда не закончится?
– Это не обязательно, я не голодна.
– Это не обсуждается.
* * *
За столиком сидели два человека в серых костюмах. Один из них лысый с лопатообразной седой бородой, а второй – кучерявый, с бородавчатым лицом и вторым подбородком. Вчера мы были с ними на выставке.
– Доброе утро, Алистер, – сказал лысый.
– Мне пришлось выпить четыре таблетки аспирина, чтобы это утро стало добрым.
– Видимо у вас была веселая ночь с красавицей Дрим, – улыбаясь во все тридцать два вставленных зуба, сказал кучерявый.
– Верно подмечено.
К нам подбежал тощий официант.
– Заказывай что хочешь, – сказал Алистер, – а я буду только кофе.
Я заказала малиновый чай и шоколадный пудинг. Мужчины стали болтать о минувшем вечере, каждый делился своими впечатлениями, а я в это время рассматривала лиловые стены ресторана и обнаружила, насколько красиво они сочетаются с белыми окнами и с нежно-розовыми розами, поставленными в вазы на каждый столик. Наконец, мне принесли мой заказ, за время его ожидания мой аппетит проснулся и отозвался болезненным ворчанием в животе.
– Дрим, а вы знаете, что на следующей неделе, в четверг, в том же павильоне на Миддл-стрит будет выставка Морта Гюйарда? Вам известен этот художник? – спросил лысый.
– Если честно, нет. Я не настолько хорошо разбираюсь в искусстве, – теперь мне не нужно было притворяться всезнайкой, чтобы понравиться этим стариканам.
– О-о, тогда вы тем более должны ее посетить. Морт Гюйард – настоящий талант. Уверен, вы будете впечатлены его работами.
К нашему столику приблизился еще один мужчина в сером. Я посмотрела на его лицо, и меня мгновенно бросило в жар. Это был тот самый человек, который помог мне завести машину. Во рту пересохло, хотя несколько секунд назад я сделала глоток чая.
– Аарон, наконец-то, – сказал Алистер.
– Здравствуйте, господа…
Аарон смотрел на меня, а я на него. Нет бы отвернуться или пуститься в бегство прямо сейчас, но я сидела, шею парализовало страхом, глаза застыли на его лице.
– Что такое, Аарон? – вмешался Алистер. – Ты первый раз видишь красивую девушку? Так знакомься, ее зовут Дрим.
– Очень приятно, Дрим.
– Взаимно, – тихо ответила я.
Аарон уселся на свободный стул. Неужели он не узнал меня? А если узнал, то почему молчит?
– Есть какие-нибудь вести?
– Есть. Но нам лучше поговорить без лишних ушей. Да и я боюсь, что Дрим заскучает, слушая наш разговор.
Ну уж нет, я ждала ваш разговор столько времени и столько пережила ради него.
– Можно я доем свой пудинг и пойду?
– Аарон, говори. Неужели мы будем вечность ждать, пока она съест свой пудинг?
Аарон, окатив Алистера недовольным взглядом, все же подчинился его приказу.
– Наших новых союзников с каждой ночью становится все меньше и меньше. Лестер Боуэн выпустил своих крысят в Темные улицы. Они дежурят там ночами и убивают всех, кто хоть что-то знает.
Черт!.. Я едва ложку мимо рта не пропустила. Веди себя непринужденно, Глория. Продолжай наслаждаться лиловым цветом стен и изображать дурочку, ничего не смыслящую в мужских разговорах.
– Да… Его детишки обожают проливать человеческую кровь. Где он только взял этих кровожадных тварей? Ну что ж, пусть продолжают убивать падальщиков, раз им так нравится. Лестер все равно не узнает, где пройдет сделка. Господа, вы же помните, что через два дня мы отправляемся в Сабадель?
– Алистер, твои лошадиные скачки для меня событие года, – сказал кучерявый.
– Ты долго еще будешь здесь сидеть? Нас ждут дела, – ворчал Аарон.
– Дела, дела…
Информации, конечно, я получила не так много, как хотелось, но я надеялась, что Лестеру этого будет достаточно. С облегчением признала, что мои мучения были не напрасны.
Алистер встал из-за стола, пару секунд порылся в кармане своего пиджака, достал ключи от номера и протянул их мне.
– Держи.
– Зачем вы мне их даете?
– Я сообщу Ноэлю, что ты останешься еще на одну ночь. Вечером я загляну к тебе в номер, а пока отдыхай.
Еще одна ночь.
Еще одна ночь… Я попыталась улыбнуться, но печаль на моем лице нельзя было скрыть даже за улыбкой. Алистер с Аароном развернулись и ушли, далее меня покинули Лысый и Кучерявый, с особым трепетом что-то пробормотав мне напоследок. Я осталась наедине со своим недоеденным пудингом и остывшим малиновым чаем, похожим на кровь.
Еще одна ночь.
* * *
Миди ждала меня возле «Дикого цветка». Продрогшая до костей, я залезла в салон автомобиля.
– Ну как ночка?
– Незабываемая, – сказала я, скривя лицо, словно к моему носу поднесли что-то дурнопахнущее.
– Что-нибудь узнала?
– Лестер был прав. Нападение на Ферджесса совершили люди из «Сальвадора» вместе с какими-то… Падальщиками. Я так и не поняла, кто это.
– «Грифы». Это мы уже знаем, что еще?
– Через два дня Алистер и его люди отправляются в Сабадель. Там будут проходить лошадиные скачки.
– Лошадиные скачки… – разочарованно повторила Миди.
– Но…
– Что «но»?
– Я не уверена, но, кажется, там будет сделка.
– Интересно, – сказала Миди, задумчиво уставясь в боковое стекло.
– А еще он хочет, чтобы я осталась и на эту ночь.
– Ты шутишь? – резко повернувшись ко мне, спросила Миди.
Мой раздосадованный взгляд, кинутый на нее, ответил за меня.
– Наверное, у этого старика что-то с головой не в порядке. Неужели ты ему понравилась?
– Какая разница? Я полагаю, мне больше незачем здесь оставаться.
– Как это незачем? Ты можешь узнать что-нибудь еще от него.
– Вряд ли. В основном он несет какую-то ерунду. Алистер больше не станет при мне обсуждать свои планы.
– Но информация про скачки как-то просочилась, так ведь? Чем дольше ты будешь рядом с ним, тем больше он будет тебе доверять. Так что возвращайся в отель и навостри уши.
Расскажи ей про Аарона. Расскажи! Но стоит мне только заикнуться о том, что он меня видел на том рынке, а я промолчала об этом, когда все трудились ради того, чтобы моя встреча с Алистером состоялась, как волна гнева Миди, а затем Лестера и всех его подопечных ударит в меня, и неизвестно чем все это закончится. Нет уж, буду молчать. Он не узнал меня, иначе Аарон еще за завтраком все рассказал бы Алистеру. На мне был макияж, который изменил мое лицо до неузнаваемости. Он не мог меня узнать. Нужно продержаться еще одну ночь. Теперь я знала, как мне следует действовать, чтобы избежать того, чего требует Леммон.
Миди отдала мне свои ботинки и куртку, и в придачу наградила парой купюр на еду и проезд до отеля.
А еще нужно было забежать в аптеку и купить пачку снотворного для крепкого сна Алистера.
* * *
В номере все еще витал запах одеколона Леммона. Сначала мне показалось, что Алистер и впрямь находится здесь, и, даже не разувшись, я прошла в глубь номера, чтобы убедиться в обратном. Здесь только я, дорогая мебель и молчаливая статуя. Облегченно выдохнула. Как хорошо быть одной, как хорошо, когда нет необходимости от кого-то прятаться, чего-то бояться! Но как жаль, что такие блаженные минуты длятся невечно! Счастье коротко и очень пугливо.
Я обошла весь номер, осмотрела владения, предоставленные мне на сутки. Номер при свете дня казался еще больше. Только одна комната, не считая ванной, но в ней можно было заблудиться.
Вспомнила, как мы со Стивом, Джеем и Ребеккой сняли два шикарных номера. Как мы плескались в бассейне, радовались. Мы были такими счастливыми. И свободными. Мы жили в отдельном мире, таком крохотном, уютном, нам не доставало только Алекса на тот момент.
Я до сих пор помнила звонкий смех Беккс, помнила шутки Джея, иногда он даже не пытался шутить, но мы все равно все смеялись, потому что Джей обладал прикольной особенностью: что бы он ни сказал, из его уст это звучало как шутка. Может, дело в его голосе или бешеной энергии, что исходила от него. Я помнила объятия Стива. Мы сидели у распахнутого окна, город шумел внизу, но мы его не слышали. Мы слушали только биение наших сердец. Любящих сердец.
Я сняла куртку, ботинки, достала из пакета йогурт и пару зеленых яблок, купленных мною в маркете.
Вот черт! Если Алистер увидит вещи, что дала мне Миди, у него наверняка возникнут вопросы. Я немедля поместила их в пакет, а его затолкнула под кровать.
Интересно, когда он вернется? Ожидание – коварная штука. Я вздрагивала от каждого шороха за дверью. Ну чего ты так боишься, Глория? Этот старикашка ничего тебе не сделает, он ведь даже с трудом передвигается. Его люди к тебе привыкли, ты им нравишься. Он придет, ты подмешаешь ему таблетки в бокал вина, благо бутылка еще наполовину полна. Алистер уснет, и ты тоже. Наступит очередное утро, и тогда все закончится. Ты продержалась два месяца в закрытой камере, неужели тебе так трудно выдержать полдня и ночь в дорогущем номере?
* * *
Я услышала, как открылась дверь. Подошла к столику, за которым вчера мы с Алистером вели беседу. Леммон прошел в глубь номера, медленно снял темно-серый пиджак, повесил его на спинку стула.
– Чем занималась весь день?