скачать книгу бесплатно
– Вы сейчас идёте к Нине Сергеевне, пишете там заявление о вашем переводе на должность моего заместителя. После чего даёте мне его на подпись.
Услышав такое предложение, она стремительно вскочила с дивана и поцеловав его в щёку вылетела словно метеор из номера.
– Вот это я понимаю стимул для женщины, – сказал он, – хотя она тоже мне сегодня дважды свой стимулятор показала. Но я стоик в этом отношении. Меня здесь ни одна женщина не совратить, тем более сотрудница.
***
Она пришла к нему с заявлением на подпись прихрамывая. Он сделал вид, что не заметил этого дефекта, только спросил у неё:
– Кого вместо себя порекомендуете назначить?
– Не задумываясь скажу, – вспыхнула она, – Люсю Ткачёву, она умна, коммуникабельна, и тактична со всеми. А главное её хоть кем ставь работать, она везде справится.
Он молча подписывает ей заявление и говорит:
– С завтрашнего дня вы мой заместитель, идите к Нине Сергеевне и переоформляйтесь. А вашу Люсю, пригласите ко мне на собеседование. И имейте в виду, что ставка горничной у нас одна свободная осталась.
– Я это поняла, – коротко бросила она и покинула кабинет подарив ему перед уходом обаятельную улыбку. Но он, вспомнив про один важный момент вернул её назад: – Карина Львовна, вам же как моему заместителю понадобиться персональный кабинет. Думаю, с этой задачей вы справитесь лучше меня. Не обидите себя если найдёте подходящее место для этой цели. Ну а если не получится, то я вам могу пару квадратов по сходной цене сдать в своём кабинете, – пошутил он.
– Ничего я без кабинета не останусь, – уверенно заявила она, – у нас с подсобными помещениями дела обстоят неплохо. Я знаю куда заселюсь. Уплотню одну бельевую комнату, а во вторую въеду.
– Ну вот и ладненько, тогда обустраивайтесь, – разрешил он, – только потом не забудьте справить новоселье. Хоть раз в жизни гульну один в женском коллективе.
– Наши девочки вас не обидят, они хоть немножко и хулиганки, но чувством такта не обделены.
– Надеюсь, – не убирая улыбки с лица произнёс он, – приступайте себе готовить рабочее место.
– Я всё поняла, и сделаю как нужно, – заверила она, – но позвольте у вас узнать, какие напитки вы любите?
– Из спиртного я употребляю только полусухие вина, а из безалкогольных люблю морковный сок. Если он у меня в холодильнике стоит, то я предпочтение отдаю ему, а не кофе.
– А любимое блюдо ваше какое? – допытывалась она, – какие салаты, какую птицу предпочитаете, жареную или тушёную?
– Сложно ответить, – я гурман с большими запросами, уважаю узбекскую кухню, басму, шурпу. Из французской кухни не отказываюсь от жульена и мяса по – французский.
– Ого, где вас так кормили? – спросила она, – я про некоторые блюда не только не слышала, но и не ела никогда.
– Я же спортсмен, – напомнил он о себе, – мне приходилось очень много мотаться по стране и по Европе. А питались мы за границей в ресторанах, других пищеблоков не признавали.
– Хорошо примерно ваши вкусы я узнала, возьму на заметку. И проконсультируюсь у Нины Сергеевны она первоклассный кулинар! Готовит так, что только от запаха её блюд голова кругом идёт.
– Клара Львовна, вы меня правильно поймите, – убрал он улыбку с лица, – я обыкновенный человек и прошу меня понять без нелепых извращений. То, что мне нравится необязательно принимать это за чистую монету. Я всё употребляю и в гостях и дома. Капризов у меня в питании нет.
– Тем лучше для нашего девичьего коллектива, – сказала она, – мы все хлебосольные и подкармливать единственного мужчину обязаны.
– А слесарь с электриком разве не мужчины? – спросил он.
– Может и мужчины, но они обособленные люди, с нами даже не всегда здороваются. К тому же у них у обоих по полторы ставки. Им некогда с нами общаться, хоть они оба и живут здесь.
– Они с семьями здесь?
– Какие семьи два мужчины солидного возраста, вместо дома престарелых нырнули сюда. Их Салтычиха быстро приветила. Захаров электрик, а Сорокин сантехник, они вместе когда-то пели в хоре пенсионеров. Мужики неплохие, непьющие и тихие. Занимают они один номер на двоих со всеми удобствами. Здесь они на полном пансионе. Оба любят ловить рыбу, когда время есть.
– Спасибо информация для меня нужная, – поблагодарил он её, – а сейчас иди занимайся своими делами и не забудь пригласить ко мне Люсю. После её ухода, через десять минут его навестила Люся Ткачёва.
– Вызывали? – просунула она голову в дверь.
– Проходите, – указал он ей пальцем на стул. В кабинет вошла невысокого роста молодая женщина в очках. Она без излишних церемоний уселась на стул водрузив обе руки на стол. Первое, что бросилось ему в глаза – это её полуоткрытая грудь, на которой отсутствовал лифчик. Не подавая вида что, эта часть тела им замечена, он переключился на её внешность. У неё было ухоженное лицо, губки слегка полноваты, что придаёт ей своеобразную пикантность, в целом личность привлекательна. Одним словом – это была типичная милашка.
– Ну что Люся Ткачёва, – произнёс он, – вы готовы, чтобы вас называли по имени и отчеству? Если да, то назовите ваше полное имя?
– Я Ткачёва Людмила Михайловна, согласна заменить Карину Львовну.
– Впереди паровоза стараетесь убежать Людмила Михайловна, – погрозил он ей пальцем, – но коль вы знаете зачем я вас сюда пригласил, то идите к Нине Сергеевне и пишите заявление о переводе.
Люся Ткачёва слушала его, глубоко дыша и приятно улыбалась. Она хорошо понимала, что новая работа ей даёт не только повышенную зарплату, но и некоторую власть над своими коллегами.
– Большое вам спасибо, – не удержалась она от благодарности. – Я вас не подведу Артём Николаевич. Буду работать отменно и душой, и телом.
– Вот телом не надо работать, – постучал он авторучкой по абажуру настольной лампы, – вполне хватит рвения вашей души.
– Ой! – прикрыла она рот ладошкой и прыснула от смеха, который быстро укротила. – Извините я не то хотела сказать, – начала она оправдываться.
– Я верю вам Людмила Михайловна, – успокоил он её, – люди с коротким смехом мне всегда внушают доверие. Им можно доверить всё, так как они справятся с любыми возложенными на них обязанностями. Только ремарку от меня полезную примите: «на новой должности всё-таки вам нужно надевать на себя лифчик».
И вновь в его кабинете раздался короткий смех и краткое:
– Спасибо!
***
После кофе завтракать ему не хотелось, к тому же он с утра съел один большой апельсин. Сейчас наконец – то у него время было достаточно, чтобы сделать обход по вверенному ему объекту. И он решил его начать со спортивного зала. Он скинул с себя куртку, достал из сумки удлинённую рубашку в клетку, которую он покупал в Осетии. Надев на себя, посмотрелся в зеркало. Убедившись, что выглядит безукоризненно вышел из кабинета и обнаружил что Варвары администратора нет. Вместо её за стойкой ресепшен находилась другая женщина и разговаривала, по-видимому, с кем-то из постояльцев. Дождавшись, когда она освободилась он подошёл к стойке, поздоровался, посмотрев на настольную табличку, где было крупными буквами написано: Администратор, Золотова Евгения Викторовна и номер телефона. Он одновременно задал ей два вопроса, чем смутил женщину:
– Евгения Викторовна, как я понял вы на сутки заступили? Проблемы и вопросы есть какие? Она кивком ответила ему на приветствие и показала скованную улыбку:
– Мы администраторы Артём Николаевич с вами соседствуем только с девяти утра до двадцати одного часа. Суткам у нас дежурят только охрана. А вопросов серьёзных нет, разве только что перегоревшую лампочку в ванной заменить в двадцать седьмом номере. Вас мы по пустякам никогда не будем загружать, да и серьёзные вопросы решаем самостоятельно.
– Вы хотите сказать, что я лишний здесь? – шутливо спросил он. – Ну что вы, а руководить кто будет, – сказала она. – Ваш приход оживил всех сотрудников пансионата, и мы все надеемся, что наконец-то название «Отрада» будет соответствовать своей вывеске. Наши все воспряли духом, что бабка назад не вернётся. Она ведь везде свой нос совала нужно и не нужно. Даже однажды на танцах запретила одной профессиональной паре исполнять спортивный танец «свинг». Этим она взбудоражила народ. В ответ ей полетели свисты и неприличные выкрики. Кстати, а самое неприятное было для отдыхающих – это её бессонница. Выходила в коридоры, когда народ спал, и каждой двери подслушивала. Услышав сексуальные звуки, она стучала в дверь и требовала открыть двери. Но её никто не слушал и открытым текстом посылали на один из изначальных пунктов, коим она была зачата боле семидесяти лет назад. Она не учитывала, что основная масса отдыхающих здесь семейные люди.
Он засмеялся от души такому оригинальному определению и сказал Евгении Викторовне:
– А вы интересная женщина, за полминуты подняли мне настроение. Золото! – такой и должна быть классный администратор с приятным и доброжелательным лицом.
В её темно-синих глазах загорелись огоньки радости.
– Так у меня и фамилия Золотова, – расплылась она в улыбке.
Он по-свойски подмигнул ей и предупредил:
– Я дойду до спортзала и загляну в столовую, дверь свою не запираю.
– Идите, здесь у нас не воруют, тем более, сейчас народ ринется на завтрак.
Он вышел на крыльцо, осмотрелся, порадовался хорошей природе, затем двинулся в сторону спортзала. Это был высокий модуль смонтированный из металлического профлиста, около которого стояла гробовая тишина. Он дошёл до него и, к его удивлению, двери были открыты настежь, где кроме двух уборщиц он не увидел никого. Женщины побросали тряпки и сами подошли к нему:
– Разве это Артём Николаевич не издевательство, – в один голос запели они, – зал месяцами пустует, а нас как прокажённых заставляют здесь по два раза делать влажную уборку.
– У вас кто здесь старший? – спросил он.
– Их много у нас, а мы младшие, – Вообще-то мы в прямом подчинении Карины Львовны, а здесь нас погоняет Гера инструктор. Он хозяин этого ангара.
– Я, конечно, сейчас не знаю какие нормы Сан пина, но хорошо помню, что после каждой уборки спортивный зал должен в обязательном порядке проветриваться. И, мне кажется, отсутствие посетителей не является поводом невыполнения уборки. Так что девочки вы ещё не дорабатываете и грех вам жаловаться на переработку. С завтрашнего дня у вас будет новая начальница Людмила Михайловна Ткачёва, зайдите к ней, ознакомьтесь с нормами уборки спортивных сооружений.
– А Карина куда делась? – спросила одна из уборщиц.
– На повышение пошла, в пределах всей территории пансионата.
В это время к ним подошёл молодой человек с кучкой дротиков зажатыми в левой руке. Правую руку он, протянул директору и представился:
– Герман Ильич Лифшиц, местный смотритель. Женщины мои, наверное жалуются вам, Артём Николаевич, как им тяжко здесь работается? – спросил он.
– Нет не жалуются, а уточняют, – ответил директор, – у вас проблемы какие есть?
– Нет, здесь же народ временный не капризный, им натянул сетку и бросил мяч, – объяснил он, – и они довольны. А с начала месяца наш зал арендуют сразу две волейбольных команды Старт и Сокол. Деньги они перечислили. За счёт аренды и держимся.
– Надо зал оживлять, – сказал Артём, – это не дело двести пятьдесят человек отдыхающих, а инструктору занять их нечем. Исправляйте положение, иначе мы с вами простимся. Организация мероприятий ваша прямая обязанность. Что это такое, в спортивном зале тишины больше, чем в морге. План – календарь работы у вас имеется заверенный бывшим директором? Вы хоть знаете, в чём ваша работа заключается?
– Конечно знаю, чтобы порядок здесь был, – заикаясь ответил он. Артём подошёл к женщинам и положив им руки на плечи, сказал:
– Порядок создают здесь они, а вы должны здесь посеять спортивный беспорядок, шум, гам, аплодисменты. Разве сложно провести, волейбольный турнир по пляжному волейболу или мини футболу. И теннисные столы смотрю у вас наверху стоят. Вы хоть с отдыхающими общаетесь?
Да когда они из столовой идут я их приглашаю сюда и занимаюсь с ними.
– Чем?
– Шашки, дартс, – бывает мячи на призы кидаем в баскетбольную корзину.
– Да врёт он всё, – хором возмутились уборщицы, – минут десять пометают дротики и всё. А с мячом мы его ни разу не видели.
– Это преступление иметь такое большое сооружение на балансе и не использовать его для отдыхающих.
– Ну, а как же аренда, она же восполняет баланс, – пытался Герман вписать себе в заслугу этот факт?
– Всё это капля в море, даю тебе пять дней на исправление положения, – если сдвигов не будет, то я найду на твоё место более активного человека. «Ты хоть каким спортом занимался по жизни?» – спросил Артём.
– Спелеологией занимался и там же в дартс играл.
– Всё ясно с тобой, ни опыта, ни спецификации, – заключил директор, – напрасно я тебе дал срок на исправление. Чую что от тебя ладу не будет.
– Мы ему говорили, – подала голос одна из уборщиц, – бабушку выпрут, и ты следом за ней улетишь верхом на дротике, как нерадивый холоп из царского терема.
– Заглохните вы кукушки облезлые – гаркнул он на них и убежал в свой кабинет.
– Это он внук бывшей барыни? – удивился он, – да он совсем мальчишка. И много она посеяла здесь родни?
– Есть ещё дизайнер – садовод Алевтина, но мы точно не знаем родственники они или нет. Но та вся в работе, плохого ничего не скажешь. А Гера – это точно свой, хоть у них и фамилии разные, но лицом с бабкой очень похожи.
Когда Бубнов вышел из спортзала Лифшиц выбежал из кабинета и заорал во всё горло:
– Это не директор, а провокаторский вопросник, посмотрим кто кого сделает. Он ещё не знает мою губернскую родню. И вы змеи шипеть у меня скоро перестанете, – после этого раздался семиэтажный мат.
Артём из зала проследовал в столовую, которая на него произвела приятное впечатление, своей ухоженностью и чистотой. К нему тут же подошла заведующая:
– Артём Николаевич, меня зовут Валентина Егоровна Семёнова, я несу здесь ответственность за всё.
– Замечательно здесь, только как вы кормите одновременно такую большую массу народа?
– Спасибо за фееричный отзыв! – зарделась она, – а кормим отдыхающих мы в два этапа. А вы сейчас позавтракаете?
– Нет, но к обеду я явлюсь, – пообещал он.
– Тогда за первый длинный стол от кухни будете садиться, – сказала она, – это для вашего штата съедобный сектор.
– Интересное название, – усмехнулся он, – я бы даже сказал вкусное.
– Кормим всех одинаково, – сказала Валентина Егоровна, – таково было указание Шустова, чтобы разговора не было. У нас же нет здесь инвалидов и тяжело больных. Но иногда идём на уступки по рекомендации диет сестры. Народ в основном приезжает отдохнуть и подышать здоровым воздухом. А он здесь изумительный!
– Я это заметил! – сказал он и пошёл на выход.
Оказавшись в корпусе, он первым делом зашёл к Нине Сергеевне – главному бухгалтеру и присев на стул, спросил:
– Хотелось бы узнать, что за великий специалист командует спортивным залом?
Она загадочно улыбнулась и произнесла:
– И не только спортивным залом, но и плоскостным сооружением, – она повернула голову в окно. – Вон видите у нас расположены тренажёры.
– Да, конечно!
– Так вот его прямая обязанность заниматься там с отдыхающими. Но я его никогда не видела в том секторе. А ведь он занимает две ставки инструктора. А толку от него никакого, а вот две приличные зарплаты огребает. Я уже думаю на собрании в присутствии Шустова озвучить его «пользу» в холдинге и его двойной оклад. Всем понятно, он внук нашей бывшей директрисы. Да я и сама не дура, понимаю, что без блата пролезть на хлебные должности, не имея никаких профессиональных документов, человеку с улицы просто невозможно.
– И что совсем нет документов? – взволновался Артём.
– Есть аттестат и пенсионное удостоверение инвалида третьей группы. У него больной позвоночник, он сам говорил, что упал со скалодрома и повредил его.
***
Не думал Артём, что защита Германа отреагирует так быстро. На следующий день к нему в Отраду не предупредив приедет с самого утра Веденеев. Он был слегка возбуждён и вел себя совсем не по-дружески. В кабинет не вошёл, а ворвался.