скачать книгу бесплатно
Строй выполнил команду и замер.
– Ждать, – бросил старший лейтенант, вслед за чем, одернув китель, поднялся на крыльцо и исчез за дверью.
– Да, интересное место, – сказал кто-то из ребят. – Типа курорта.
– Ага, и не иначе с танцами по вечерам, – добавил парень с гитарой.
Через несколько минут Гусев вернулся с небольшой группой флотских офицеров. Впереди шествовал невысокий, крепкого сложения человек, с тремя нашивками на рукавах кителя, за ним старший политрук в очках, два лейтенанта и пожилой мичман-сверхсрочник.
Спустившись со ступеней, они встали напротив.
– Здравствуйте, товарищи краснофлотцы! – приложил руку к козырьку мичманки первый из офицеров.
– Здравия желаем, товарищ капитан третьего ранга! – дружно рявкнули в ответ шеренги.
– Я командир отряда специального назначения Орлов, – опустил он руку, вслед за чем представил остальных.
Старший политрук по фамилии Бережной оказался комиссаром, лейтенанты Васильев с Сосновским – инструкторами, а усатый сверхсрочник Гудзь – комендантом.
– Вы – наши первые курсанты, – продолжил командир, обведя парней строгим взглядом. – Из которых в течение трех месяцев будут подготовлены подводные диверсанты.
Далее он сообщил, что сейчас всех определят на жительство и накормят обедом, после которого начнутся занятия.
– Комендант, – обернулся к сверхсрочнику.
– Нале-во! – ступив вперед, громко рявкнул тот. – Правое плечо вперед! Ш-агом марш!
Строй зашуршал ботинками по гравию.
Прибывших разместили в том самом щитовом доме, который они уже видели. В светлом просторном кубрике, где стояли одноярусные койки со свернутыми матрацами, тумбочками между ними и банками[18 - Банка – в данном случае табурет (жарг.)]. За кубриком находилась каптерка, там моряки, поместив свои вещи на стеллажи, получили у Гудзя казенное постельное белье, вафельные полотенца и синие шерстяные одеяла. Далее, застелив койки, группа строем прошла на камбуз, располагавшийся позади штаба. Там, в обшитом сосновой вагонкой зале, стояли два длинных, со скамейками по бокам накрытых стола, а из окна раздачи на прибывших пялились упитанный кок в белом колпаке, с чумичкой[19 - Чумичка – половник на флоте (жарг.)]. Комендант дал команду усаживаться.
В качестве закуски были шпроты в масле, на первое – горячий, с мослами борщ, на второе котлеты с гречкой и вишневый компот с пончиками.
– Нехилый рубон[20 - Рубон – еда (жарг.)], – сказал кто-то из ребят, после чего все дружно заработали ложками.
– Как только начнете спускаться под воду, будут шоколад, вобла и красная икра, – сказал наблюдавший за приемом пищи интендант.
Однако, – переглянулись многие, с надводных кораблей.
– Как у нас в подплаве, – сказал, наворачивая вкусный борщ, Легостаев.
После обеда Гудзь, оказавшийся свойским дядькой, разрешил всем подымить в курилке рядом с камбузом, под тенистой березой, а затем сопроводил прибывших в кубрик.
– Час отдыха, хлопцы, – распорядился там, взглянув на карманные, с витой цепочкой часы. – После отведу всех на занятия.
Вслед за этим, разгладив усы, комендант покинул помещение, а полные впечатлений моряки, сняв форменки с ботинками, прилегли на жесткие койки. Это время на флоте именовалось «адмиральским часом» и существовало со времен Петра Великого, основателя русского флота. По его прошествии группа в полном составе, переодевшись в робы, синие береты и гады[21 - Гады – в данном случае кирзовые или яловые рабочие ботинки (жарг.)], сидела в одном из учебных классов отряда, где внимала вводной лекции. Ее читал лично капитан 3 ранга. Она оказалась настолько интересной и познавательной, что многие слушали, открыв рты.
Как оказалось, боевые пловцы существовали с античных времен. Первый такой факт упоминал Геродот, описывая гибель двухсот кораблей персидского царя Ксеркса у острова Эвбея от рук греческого ныряльщика Скиллиса. Он вместе с дочерью Киа-ной, пробравшись ночью под водой на охраняемую стоянку, перерезал якорные канаты судов, а разразившаяся буря разнесла те в щепки. Использовались боевые пловцы и при обороне Сиракуз – устанавливали тайные подводные заграждения. В период Пелопонесской войны боевые пловцы доставляли осажденным города Пизы продовольствие.
В более поздние времена подводных ныряльщиков успешно применяли финикийцы против войск Александра Македонского, блокировавших с моря торговый порт Тир. Но особо выделились в этом плане римляне. У них на военном флоте существовало спецподразделение боевых пловцов, оснащенное специальным снаряжением для осуществления диверсий в морских гаванях. Применялись ныряльщики и английским королем Ричардом Львиное Сердце во время Третьего крестового похода. У берегов Палестины они напали из-под воды на военный корабль сарацин «Дродмунда» и вырезали до ноги его команду. Были ныряльщики также у французского Флип-па II, отличились при захвате крепости Шато-Гайяр на реке Сене и нападении на английские корабли в порту Лез-Андели.
– В настоящее время подводные диверсанты имеются в составе военно-морских сил Италии, – подытожил Орлов. – Начало боевого применения сил специального назначения этой страны относится к периоду Первой мировой войны, когда в ноябре тысяча девятьсот восемнадцатого года два итальянских пловца с помощью управляемых ими торпед с подрывными зарядами взорвали австрийский линейный корабль «Вирибус Юнитас» на рейде базы Пола. Имеются ли у кого вопросы?
– Разрешите? – поднял вверх руку один из курсантов.
– Слушаю, – взглянул на него капитан 3 ранга.
– Получается, у нас таких пловцов до сих пор не было? – встал тот со своего места.
– Можно сказать и так, – последовал ответ. – Хотя в Запорожской сечи многие козаки были обучены долгое время скрытно находиться под водой для ведения разведки и нападения на турецкое побережье.
Вслед за первым поднял руку второй, поинтересовавшийся, на каких глубинах могут находиться боевые пловцы и как долго.
– Наиболее подготовленные погружаются до семидесяти метров. Но работают обычно на двадцати. Время же пребывания под водой зависит от глубины, течений и может составлять до часа.
Третий вопрос задал коренастый крепыш с перебитым носом (не иначе, боксер), он касался увольнений. Все навострили уши. Увольнения на флоте, дело святое.
– До ближайшего населенного пункта от нас добрых двадцать миль, – чуть улыбнулся командир. – Так что увольнений не будет. Но зато по воскресеньям день отдыха. Можете играть в волейбол, удить рыбу или гулять по острову.
«М-да, с увольнениями облом», – грустно подумал Юрка.
После этого лекция закончилась, и занятия продолжил лейтенант Васильев, оказавшийся инструктором по легководолазной подготовке. В отличие от командира, это был рослый, широкоплечий человек с вологодским говором. Он принес с собой и повесил на школьную доску перед курсантами два глянцевых цветных плаката. На одном был изображен похожий на химеру легкий водолаз, а на втором – дыхательный аппарат. В целом и деталях. Сопровождавший лейтенанта незнакомый кряжистый матрос, аккуратно водрузил на стол такой же, а рядом разложил цвета морской тины, очкастый гидрокомбинезон. Вслед за чем, прикрыв дверь, вышел.
– Итак, начнем! – пробасил, взяв в руки указку, лейтенант. – Перед вами, – поочередно стукнул ею по плакатам, – легкий водолаз в снаряжении и изолирующий дыхательный аппарат замкнутого цикла. Приходилось ли кому из вас в нем работать?
– Нет, – прошелестело по рядам.
– Почему нет? Я умею, – встал со своего места Юрка.
– И я, – поднялся из-за последнего стола еще один парень.
– Как зовут? – обратился к ним инструктор.
– Легостаев, – представился Юрка. – Был старшиной команды торпедистов на «щуке».
– Зорин, – доложился второй, смуглый и похожий на цыгана. – А я служил электриком на «малютке»[22 - Малютка – класс подводной лодки.].
– Добро, – кивнул инструктор. – Садитесь.
Далее он снова обратился к плакатам и подробно изложил назначение аппарата, который именовался ИСА-М, рассказал о его назначении, технических характеристиках и устройстве, после чего перешел к гидрокостюму.
– Все понятно? – по завершении обратился офицер к курсантам.
– Понятно, – закивали те стрижеными под польку[23 - Полька – модная до войны стрижка.] головами.
– Ну, тогда пять минут перекур, а затем продолжим, – положил инструктор на стол указку.
– Так вы точно погружались в этом аппарате? – окружили в курилке Зорина с Легостаевым ребята.
– Ну да, – затянулся Юрка, папиросой. – Нас этому обучали в учебном отряде. Теории и практике.
– И как там под водой? – спросил один из некурящих. Рыжий, с кошачьими глазами.
– Как-как, – покосился на него Зорин. – Темно, как у негра в жопе.
– Га-га-га, – дружно заржали краснофлотцы.
– Я серьезно, а ты, – обиделся рыжий.
– Дак и я серьезно, – невозмутимо заявил подводник.
Вторая часть урока оказалась практической.
– Легостаев, давай сюда, – сказал инструктор, когда все заняли свои места. – Будешь моим ассистентом.
Юрка встал и направился к лейтенанту.
– Сейчас я вам продемонстрирую, одевание в гидрокомбинезон и включение в аппарат, – продолжил, окинув взглядом класс, офицер. – Внимание.
Потом кивнул старшине – снимай ботинки.
Легостаев сел на стоявшую сбоку лавку и стащил за хлястики с ног гады, после чего, встав, с помощью лейтенанта влез в пахнущий тальком, эластичный комбинезон.
– Теперь жгутуемся, – обернулся Васильев к морякам, вслед за чем собрал в кулак прорезиненную ткань на груди, с натягом закрутил, а потом туго замотал ее похожим на макаронину жгутом, продернув остаток с наростом в кольцо фиксатора.
– Так, теперь следует освободиться от остатков воздуха внутри, – сказал он, хлопнув Легостаева по плечу.
Тот, сложив руки крест-накрест, присел, «хр-рр» – задергались ушастые лепестки по бокам маски.
Затем встал (комбинезон обтянул тело), а лейтенант, взяв со стола аппарат, навесил его ассистенту спереди на шею, защелкнул на талии карабин браса, а потом навинтил гайку клапанной коробки на патрубок маски.
– Теперь все готово готов к погружению, – оглядел инструктор творение своих рук. – Показываю порядок включения в аппарат. Всем смотреть внимательно.
Отойдя чуть в сторону, он выполнил несколько манипуляций на «ИСА», комментируя каждую, а потом совершил их в обратном порядке.
– Изобрази еще раз, – бросил Юрке.
Тот изобразил.
– Уразумели? – взглянул инструктор на курсантов.
– Вроде да, – раздались неуверенные голоса.
– «Вроде» не пойдет, – отрицательно помахал пальцем в воздухе лейтенант. – Показываю еще раз. С присказкой. Слушайте и запоминайте.
После этого он проделал все в третий раз, сопровождая каждую манипуляцию отдельным словом. Получилось: «Господи, спаси, помилуй, аминь».
– Ни хрена себе, – зашептались по рядам. – Ну и присказка.
– У нас все как в школе, – чуть улыбнулся Васильев. – Помните, «каждый охотник желает знать, где сидят фазаны»?
Большинство дружно закивали.
– Ну, вот и лады. Врубите ее себе в память.
Затем он освободил ассистента от снаряжения, сказав «молоток» и назначил старшим группы.
– Будешь водить всех на камбуз и занятия.
– Есть, – ответил порозовевший Легостаев.
Ровно в шесть учеба закончились, и строй вольным шагом, с потягом, отправился на ужин. Последний состоял из жареной трески с картофельным пюре, молочного супа и чая с сушками. После в кубрике состоялась встреча с комиссаром, рассказавшим о военном конфликте с Финляндией, в котором принимал участие. Был он там комиссаром одной из морских рот, штурмовавших Выборг. Рассказ был интересный и познавательный, тем более что в газетах об этом практически не писали.
– Товарищ старший политрук, а война с Германией будет? – поинтересовался кто-то из ребят, когда он закончил (на флоте ходили такие слухи).
– Исключено, – уверенно заявил политработник. – У нас с Гитлером пакт о ненападении.
Затем были вечерняя поверка и отбой, после которого парни смогли расслабиться.
– Да, круто здесь заворачивают, – сказал Юркин сосед по койке Усатов. – Даже увольнений нет, как у молодых в учебке.
– А мне, браток, оно нужно позарез, – вздохнул, закинув руки за голову, Юрка.
– В смысле?
– Не успел попрощаться в Кронштадте с Машей.
– Скучаешь?
– Еще как.
– У меня тоже есть девушка, в Кустанае, – улыбнулся в полумраке Михаил. – Как только вернусь, женимся.
В разных концах кубрика тоже шли негромкие разговоры, а потом стихли. За окном в небе висела желтая луна и мерцал ковш Большой медведицы. Обещая хорошую погоду.
Утром все проснулись от команды «подъем!» На среднем проходе стоял старший лейтенант Гусев с секундомером в руке и в шерстяном тренировочном костюме.
– Строиться на зарядку!
Через пять минут вся группа, в тельниках и штанах, попарно рысила за ним по росистой травке.
– И раз, и раз, и раз! – подсчитывал ногу старлей. – Не растягиваться!
Оставив позади жилой городок, строй пробежал трехкилометровый кросс по пересеченной местности, а затем вернулся назад, на спортивную площадку за последним из подсобных строений. Там имелись два турника на растяжках, параллельные брусья и пара вкопанных в землю столбов для волейбольной сетки. Сбоку тянулась низкая, в одну доску, сосновая скамейка.
Далее заместитель начальника выстроил всех в одну шеренгу по ранжиру, на правом фланге оказались два здоровенных лба (Юрка с Мишкой сразу за ними), после чего, заложив руки за спину, прошелся перед строем.
– Фамилии? – остановился перед здоровяками.