
Полная версия:
Человеческая оболочка
– Не спишь? – раздался голос в кромешной темноте. Уиллис пришел так поздно, что солнце уже близилось к восходу, и небо за окном начинало светлеть.
– Теперь нет, – пытался разглядеть брата Марк. – Что случилось?
– Ничего. Марк, чтобы не произошло там, знай, что Оккер поставит к тебе своих людей. Это проверка. Не провали ее.
– Да я знаю это… – в полусне отвечал парень.
– И обязательно возвращайся. Через десять дней планируется поездка в Яму. Нужно усмирить бунты. Протекторат возвращает свои позиции. Считай это отбором.
Глаза Марка округлились, а руки задрожали. Если бы не одеяло, то Уиллис скорее всего это бы заметил, но Марк отвернулся к стене и успокоил свои голосовые связки. – Понятно, значит опять будет бойня.
– Да, так что… туда и обратно. Времени на плен нет, понял? – Уиллис забрал сменную одежду и хлопнул дверью, закрыв ее с другой стороны.
Странно было, что Марк начал от него отделяться, ведь прошедшие два года он сидел на шее брата, словно новорожденный зверек. Даже походы к Иннес были под большим сомнением опекуна Уиллиса. Что-то поменялось. Марк все чаще стал оставаться один, и это казалось ему очень странным.
Услышав, что Уиллис ушел, Марк поднялся и сел на краю кровати, пытаясь перевести дух. Яма – это очень далеко. И очень опасно, но мандраж, пробиравший парня был вызван не страхом.
– Блядь… Яма… – разминал виски парень, разгоняя пульсирующую головную боль.
Глава 38
Все как обычно
Ноги от большого количества упражнений еле несли Марка вперед. Руки почти не поднимались, а спина ныла. Парень согнул ногу, просовывая ее в штанину своей униформы и чуть не завыл как раненный пес. Ситуацию спасало то, что ему не придется особо двигаться в ближайшие дни.
Фургон, ждавший Марка, был забит бочками с топливом, а сверху лежало три ведра. Нестандартный комплект ничуть не удивил парня. Как никак придется использовать горючее не по назначению. Оккер в это время отдавал распоряжение главе транспортного отдела, в очередной раз ругаясь на большие затраты своих безумных мероприятий.
Марк положил карабин поверх бочек и захлопнул задние двери. Оккер как раз закончил свои негодования и подошел к парню.
– Как себя чувствуешь?
– Хорошо.
– Ну вот и отлично. Ребята, что ждут тебя, хорошо показали себя в вылазках, так что давай там поаккуратнее. Они еще рядовые, но не вздумай перегибать палку!
– Я Вас понял.
– Нихрена ты не понял! Хуже нарушения субординации, только превышение должностных полномочий! Не забывай, что твое повышение легко отменить… – брызгал слюной старик, стоя вместе с Марком позади машины.
Парню изрядно надоело выслушивать брюзжание Оккера. Вчерашние хорошие слова были единственным напоминание о том, что перед ним стоит человек. В остальном Оккер был похож на злую скорее даже обиженную собаку.
– Я не подведу, господин Оккер.
– Уж очень на это, блядь, надеюсь… Давай те там… да хранят вас красные берега.
Отданная честь вынудила Оккера уйти по своим делам.
Марк дернул водительскую дверь, но не успел он усесться в кресло, как поймал на себе тяжелый взгляд двух бойцов. Он пристально всмотрелся в одного, потом в другого, и тут же сел на свое место, запустив двигатель. Краем глаза, ловя на себе пристальный взор, Марк начинал нервничать, а с нервозностью подходила и легкая неприязнь. Впервые на него так нагло пялились.
Машина резво вылетела за пределы города, когда солнце еще только поднималось над горизонтом, окрашивая небо в оранжевые цвета. Чистое бескрайнее небо, и такая же бескрайняя пустыня, состоящая из одного лишь снега. Марк двигался на запад, оставляя солнце позади и понимая, что скоро оно его все равно обгонит. Снег разлетался в разные стороны, оставляя за собой рыжие от света облака.
Марк отклонился назад, чтобы ухватить глазами обоих бойцов.
– Я сержант Марк Хайле. Я так понимаю, господин Оккер назначил вас в мой маленький временный отряд, – старался как можно проще говорить парень, совсем не зная, как отреагируют на него люди, которых выбрал сам глава города. – Я бы хотел с вами познакомиться, потому что надеюсь на слаженную работу в дальнейшем.
Один из бойцов поднес руку к груди, отдавая воинское приветствие. – Я рядовой Фин Осло, на службе с конца прошлого года. Наслышан о Вас, сержант Хайле. Будет честью служить под Вашим началом.
– Я рядовой Тамас Осло, – подхватил второй. – Фин мой брат, и служим мы одинаковое количество времени. Я тоже рад быть в отряде такого знаменитого человека.
– Стоп. А с чего это я знаменитый-то? – удивился Марк
– Как? А вы не знаете?
– Вас с мистером Уллисом Хайле называют «братьями мясниками».
– Ну пиздец… Чего еще нового расскажете? – расстроился Марк. Он верил словам брата, и рассчитывал, что их так и будут называть «боевыми братьями».
– Да, в принципе, больше ничего. Тут только один вопрос нас мучает.
– Ну валяй, – Марк уже догадывался, о чем пойдет речь после такого теплого знакомства.
– Мы выживем?
– Да. Выживем, – ответил Хайле, хотя никак не мог быть в этом уверен. Он сидел и думал о том, что Оккер выбрал именно этих двоих. Но совсем не понимал почему.
Двигаясь по длинной прямой навстречу черному лесу, который появится еще не скоро, Марк ввел ребят в курс дела, добавив в план одну маленькую деталь – разведку. Вот только разведки в брифинге не было. Бойцы поняли и приняли все сказанное, даже не акцентируя внимание на отступлении. Оккер, как и следовало ожидать, дал им другое задание. Они ехали не сжигать лес, а следить за тем, чтобы Марк вел себя хорошо и выполнял поручения правильно. И Марк подловил их на этом.
Проверяющими назначили младших по званию. Хайле это жутко раздражало, и он всю дорогу всячески пытался начать простой непринужденный разговор, но получалось с трудом. Зацикленность на чрезмерном контроле со стороны Главы не отпускала его мыслей. Так прошел день, сменившись ночью.
Марк передал управление Фину. Два брата были похоже друг на друга один в один. Различалась, разве что, длина щетины на лице, и цвет их формы. У одного серо-синяя, у другого – песочно-серая.
– А как так вышло, что вы настолько похожи? – спросил Марк, не в силах сдержать любопытство.
– Мы из одного мешка получились. Редкость, но бывает. Что-то типа близнецов. Или двойняшек.
– То есть, вы самые что ни на есть родные братья?
– Да. Прям самые настоящие. Мы, наверное, единственные родные друг другу люди на свете, – Фин посмотрел на спящего Томаса. – Если не считать тех, кто могут рожать себе подобных. Но таких уже давно нет, так что мы забираем первенство.
– Хах. Забавно. Никогда такого не видел.
– А я никогда не видел живорожденных. Но это же не значит, что их нет.
– И то верно… – замялся сержант.
Марк начал расспрашивать о том, каково это, иметь брата с точки зрения других людей. Свою он давно уже имел, но интерес к чужой был непреодолим, особенно теперь, когда выяснилось, что братья-то родные. Разговор длился очень долго. Темы сменялись одна за другой, и ночь начала идти быстрее. Марк не мог вспомнить ни одного случая, когда мог разговориться с кем-то в пути. Уиллис всегда сидел рядом, отбивая желание поболтать у любого спутника.
– Я, честно говоря, думал, что ты будешь таким же как твой брат, – сказал Фин. – Грубым и злым. Оккер предупредил, что нужно быть с тобой осмотрительнее.
– То есть, ты думал, что я буду кидаться на вас за любое неверное слово?
– Ну типа того…
– Мы с братом на самом деле разные. Как ни крути, а рождены мы из разных наборов ДНК, и сдается мне, что это откладывает отпечаток не только на возможности организма. Но и на мировосприятие.
– В каком это смысле?
– Брат видит мир другим. Для него это все лишь игра, в которой он выигрывает. Он получает удовольствие от выслеживания цели, от выполнения приказов. Иногда по нему видно, что он из ботинок готов выпрыгнуть, лишь бы ринуться в бой.
– А Вы нет?
– А я? – Марк задумался над проверочным вопросом. – А я предпочитаю мыслить холодной головой. И смотреть под ноги.
– Под ноги?
– Да, прими к сведенью. Там в лесу это пригодится, – Марк помял руками затекшую шею, сидя в пассажирском кресле. – Я вздремну. Ты не против?
– Нет, не против. Я пока справляюсь.
Так наступил очередной томный день. А потом другой.
Долгий и утомительный путь Марк провел за чисткой оружия и подготовкой своего тела. Если все пойдет по плану, ему даже напрягаться не придется. Фин и Том были не плохими ребятами, и спустя какое-то время уже спокойно шли на контакт. Вести машину втроем было очень удобно, всегда была возможность для отдыха. Марк, привыкший к таким длинным переездам, то и дело уходил в себя, замирая в размышлениях. Ребята глядели на это с удивлением, не понимая, как у Марка это выходит. Он словно остановился на минутку, подождать кого-то у выхода из дома. И завис. На пару часов.
Была середина дня, когда фургон уперся в край леса. Том припарковал машину прямо рядом с другими такими же нетронутыми и занесенными снегом автомобилями.
– Мистер Хайле, просыпайтесь! Приехали.
Марк прищурился, пытаясь понять кто перед ним: Томас или Фин. – Да, встаю.
Руки и ноги ныли от постоянных упражнений, пусть и скудных. По началу было трудно даже встать, но разогревшись Марк подогнал машину с топливом как можно ближе к лесу. Пытаясь задавить тревогу внутри себя, он достал бочки и откатил их к деревьям.
– Так. План следующий: Фин, ты – слева, Томас, ты – по центру, я – справа. Делаем три очага возгорания.
– Так точно!
– Ребята, и ни в коем случае не заходите в лес. Ветер в нашу пользу, нет смысла углубляться.
– Поняли.
– Тогда приступайте!
Марк покатил бочку между деревьев на север, подальше от места высадки. Он остановился, выбил пробку и опрокинул тару на бок. Жирное мутное топливо полилось на снег, оставляя в нем проталину до самой земли. Парень подставил ведро, и наполнил его. Бочка медленно пустела, а Марк тем временем делал дорожку из горючего до соседнего очага возгорания. Идеальная диверсия, особенно против тех, кто живет на деревьях.
Время шло, а бочка, которую Марк пинал от места к месту, все никак не кончалась. Огромные жирные лужи, блестящие разными цветами на солнце, заполняли пространство между деревьями. В воздухе стоял запах, ни с чем не сравнимый, резкий, будто Ред Вотер решил перебраться поближе к природе. Удивительная тишина и спокойствие были в лесу. Ни души. Ни зверей, ни людей.
Марк закончил и довел дорожку до Томаса, который точно так же шел с ведром ему на встречу. Томас успевал поливать даже деревья, основательно подходя к вопросу. Ребята забрали пустые бочки, свои ведра, и пошли к машине, чтобы положить все на место. Не хотелось бы, чтобы голову открутили за потерю простого куска железа.
– Том, ты запустил замерзшие машины?
– Да. Пришлось постараться, но все получилось.
– Отлично, пошли за Фином, а то он че-то долго. Ветер уже должен был разнести запах по лесу.
– Стоит начать беспокоиться?
– Надеюсь, что нет. Не знаю.
Бочка валялась на земле, не опустев даже наполовину. Вот только ни Фина, ни его ведра рядом не было. Руки Марка моментально пробила крупная дрожь. Ноги подкосились. Он сел у дерева и взялся за голову, пытаясь осмыслить происходящее. Кричать смысла не было. Следы Фина отходили в сторону поселения, и терялись между деревьев, за которые Марк еще не успел забраться.
Сколько бы раз Марк не предупреждал о том, что в лес ходить нельзя, его не послушали. Он отчаянно держался за больную голову, пытаясь найти хоть одну весомую причину для ребят нарушить приказ. Оправдать он их никак не мог, а значит рассчитывать приходится на худшее.
– Марк, что делать? – забыл про субординацию Томас.
– Том, – не поднимая головы, спросил Марк. – Оккер приказал это сделать?
– Нет!
Марк резко соскочил и ухватил парнишку за воротник. – Ты, блядь, со мной не шути так! Я вам сотню раз сказал, чтобы не ходили в лес! Нахрена он туда поперся? Проверяешь меня, сука?
– Да ты охренел что ли? – Том ударил Марка по рукам и оттолкнул от себя. – Насрать на тебя! Сам пойду искать.
Томас не успел сделать и двух шагов, как Марк схватил его за предплечье. – Жди здесь. Я сам.
– Да с какого перепугу?
– С такого, блядь, что если ты не проверяешь меня, то исчезнешь в след за братом, – Хайле дернул пацана со всей силы, и тот прижался к дереву. – Но учти: если твой брат прячется неподалеку – вам обоим пиздец!
Том ничего не ответил, лишь испугано кивнул. Марк взял след и направился вглубь леса. Ровный, аккуратный шаг Фина оставлял неглубокий, но очень свежий отпечаток. Петляя между деревьев, Марк не увидел ни одной ловушку, хотя для них было еще довольно рано.
«Западня будет дальше» – крутил он в своей голове.
– Обосраться на таком простом задании… – парень чуть ли не рычал, бредя по следу. – Ну это только наша семья может.
След не оборвался внезапно. Да и Фина на конце тоже не было. Напротив, к следам мальчишки добавился с десяток других. Тут они к нему подошли. Тут напали. А вот тут уже волокут его к себе. Марк разобрался в ситуации и направился назад к Томасу.
– Извини, – недовольно пробормотал Марк.
– В смысле «извини»? – резко вздрогнул Том, сидевший у дерева, погруженный в свои мысли. – А Фин?
– Его забрали.
– Да как забрали-то? – не верил словам сержанта парень. – Почему нас не забрали? Они ведь могли!
– Мы были не в лесу. Они не могут сражаться там, где не подготовили землю…
– А делать-то сейчас что?
Марк задумался. Он побрел к машине, ковыряясь у себя в голове в поисках ответа. Как ни крути, а без парня ему не вернуться. Задерживаться тоже нельзя. Губы беззвучно бегали, пытаясь выдать хоть одну здравую мысль, но все тщетно. Марк сел за руль и запустил машину.
– Вы че делаете-то? – рванул на себя дверь Том.
Марк сидел, уцепившись в руль. Ноги уже стояли на педалях, но он не решался тронуться с места. Томас с удивлением глядел на своего командира.
– Сержант, да вас же колотит всего… – отшатнулся назад рядовой. – Что с моим братом? Что там?
– Да помолчи ты, – дрожащим голосом ответил Марк.
Для него вернуться в этот лес было равносильно самоубийству. Но как бы он не старался придумать внятное объяснение для Оккера о потере бойца – выходило плохо. Надо было переключить мысли. Марк уперся локтями в руль и приложил запястья ко лбу. Только сейчас он понял, что весь трясется от страха.
Тогда, в глубине этого леса, сидя в камере, он не испытывал такого. Тогда он был поставлен перед фактом, что уже не выберется отсюда живым и здоровым, и от этого становилось легче. Сейчас же он был на распутье. Он мог и не идти в этот лес, поджечь все, да и свалить. На крайний случай прирезать рядового, да и дело с концом. И опять с миссии вернулся бы только Хайле.
Теперь Марк понимал, чем всю жизнь руководствовался Уиллис. И почему он так долго прожил.
– Марк!
– Да не ори ты! Лучше помогай думать.
– Давайте просто пойдем за ними. По следу. Есть же след!
– Нет, – мотал головой парень. – Попадем в ловушку.
– Дождемся ночи.
– Без разницы. Они хорошо ориентируются. Считай, что видят в темноте.
– Поедем за подкреплением?
– Нет. Подожжем лес.
– Что?
– Подожжем лес, – Марк соскочил с сиденья и принялся рыться в сумке с предметами на случай поломки. Он выбрасывал ключи, запчасти, прочий инструмент, пока не достал сигнальную ракетницу, с двумя закрепленными на корпусе световыми шашками. – Будем действовать по плану. Вот только немного дополним.
– Это как?
– Что будет делать противник, когда его естественная защита горит и при том граничит с домом? Как остановить пожар?
– Не знаю, тушить?
– Тоже вариант. Но нет. Я бы начал вырубать лес навстречу огню. Создал бы негорючую полосу земли.
– А при чем тут это?
– Они будут заняты. Плюс ко всему, дым будет затруднять не только перемещение, но и ориентацию в пространстве. Вот только без тебя мне не справиться. Знаешь, что это такое? – Марк потряс ракетницу перед Томом.
– Да. Что делать?
– Как бы я не хотел это говорить, но я найду твоего брата, – сержант схватил одной дрожащей рукой другую в попытке унять страх. – Если он жив – я его выведу. Подам сигнал. Полетишь навстречу через сгоревший лес. Сноси машиной все на своем пути. Это будет уже просто уголь. Обугленные куски деревьев.
– А если он не жив?
Марк посмотрел в глаза подчиненному. – Я все равно подам сигнал. Тебе придется ехать. Смотри выбирай деревья поменьше. Толстые, вряд ли, прогорят.
Том, глядя на то как трясется Марк, тоже подхватил тенденцию. Он сел на сиденье и принялся разглядывать лес в зеркало заднего вида, пытаясь представить, как пробирается через эти черные столбы на такой широкой машине.
– Блядь… – вырвалось у него.
Марк отдышался, съел кусок сухого хлеба из пайка и отдал команду. – Поджигаем.
Стоило только начать действовать, как Хайле подхватила волна энтузиазма, и уже не отпускала до самого конца. Страх сместился вглубь груди и все еще сковывал сердце, но парень не обращал на это внимания. Он долил бочку Фина на землю, и зажег спичку. Пламя по узкой тропинке помчалось к деревьям, а через пару секунд лес вспыхнул ярким пламенем. Освещенный рыжими языками огня, Марк стоял у края этого частокола из мертвых деревьев. Он был далеко, но все равно чувствовал жар, исходящий от пожара. Небо начало затягиваться черным дымом, заслоняя собой закатное солнце.
Огонь мигом перекидывался с одного дерева на другое. И чем больше становилось огня, тем сильнее становился жар. Снег моментально начал таять, оголяя черную землю и оставляя огромные сырые клочки почвы. Дым, что встал между деревьев, скрывал от глаз все, что происходило за ним, и лишь подсвечивался огнем, который таился в этой мутной пелене. Марк наблюдал за этим абсолютно не понимая, зачем жертвовать таким хорошим красивым лесом лишь ради того, чтобы подготовить почву для следующей войны.
– Том, заводи машину! Надо отъехать.
– Зачем?
– Они смотрят. Сделаем вид, что уезжаем, – Марк хлопнул за собой пассажирской дверью.
– С чего вы взяли? Кто смотрят? Вы видели?
– Нет. Чую. Взгляд полный ненависти, словно, прожигает нас.
– Я ничего не чувствую. Вам точно не кажется?
– Нет. Не кажется.
Глава 39
Под пристальным взором пламенного Бога
– Хватит трястись. Лучше подготовься! Еще пол часа, и я выхожу, – не оборачиваясь на Томаса, говорил Марк.
– На себя бы посмотрели. Вы тоже дрожите.
– Мне можно. Я там уже бывал.
Марк рылся в ящике с инструментом в поисках больших гаечных ключей. На клетке должен быть навесной замок, и хоть к этому надо быть готовым.
– То, что нужно, – Марк спрятал ключи по разным карманам, чтобы они не издавали шум, и забрал у Тома его нож. Своего у Марка сейчас не было, он давным-давно потерял его в этих лесах.
– А карабин?
– Он будет только мешать. Как бы я этого не хотел, но его придется оставить тебе.
– Я пригляжу за ним. Ну что, время?
– Да, подъедь к лесу поближе, чтобы я не замучался идти. И не включай фары. Помнишь, о чем говорили?
– Да. Вижу сигнал – мчусь изо всех сил. Стараюсь не угробить машину.
– Уж постарайся… от простого куска железа будет мало толку. Считай, что самая сложная часть плана на тебе.
– Да бросьте…
– Нет, Том. От твоих действий зависит жизнь брата, твоя и как бы то ни было – моя.
– Жути нагоняете, сержант.
– Готовлю тебя! Ладно, – Марк намотал на лицо шарф полный снега, аккуратно закрыл дверь, стараясь не издавать шума, и в полуприседе побежал в дымный лес.
Огонь был уже далеко. Моментально спалив всю кромку, он бросился вглубь, играя рыжими всполохами, что еле-еле просматривались через плотную завесу дыма. Дыма было так много, что звезды над лесом уже не было видно, лишь темная пелена, подсвеченная огнем вдали.
Обугленные остатки деревьев, что сыпались на землю, скрыли большинство ям, вырытых местными. Теперь приходилось тщательнее выбирать место, чтобы поставить ногу. Шаг за шагом Марк привыкал к новым правилам и спустя время уже спокойно видел ловушки. Осыпавшиеся ветки исключили возможность попасть в капкан, и было слышно, как вдалеке лязгает металл, что получил ложный сигнал к срабатыванию.
Плотный дым окутал парня, что перешагивая через повалившиеся красные от углей деревья направлялся в самую глубь, забирая правее от прямого маршрута к клеткам. Дышать становилось все труднее и труднее, в темнеющих глазах чувствовалось отсутствие достаточного количества кислорода. Если бы не шарф, что слегка задерживал дым и раскаленный воздух, Марк бы уже давно упал без сил. Это значило лишь одно: противник в таком же положении.
Некогда белая земля сменила свой цвет на черный. Марка впервые в жизни окружала одна лишь чернота, и он был этому не рад. Снежные поля были куда более приятным зрелищем. На корточках, порой переходя на четвереньки, парень старался держаться поближе к сырой земле, жадно хватая еще прохладный воздух. Глаза слезились, и через пару минут юноша уже даже не вытирал слезы, перестав тратить на это силы. Шаг за шагом, углубляясь в лес, атмосфера раскалялась огнем пожара впереди. Дым становился все краснее и ярче, тенями отпечатывая не себе деревья, что когда-то росли тут.
Треск горящего дерева теперь был похож на перестрелку. Все было именно так, ведь Марк никак не мог оторваться от земли, боясь сжечь голову воздухом и раскаленным дымом. Колени тряслись от страха и напряжения, с трудом сгибаясь так, как парню это было нужно. Пластиковая броня на униформе становилась мягкой и податливой от температуры, и теперь была больше похожа на резину, оставляя парня совсем беззащитным. Снег в шарфе кончился и осталась лишь вода, что уже не холодила лицо, а высокими темпами испарялась в небольшие потоки пара.
Треск деревьев плавно перешел в стук топором. Марк бредет по лесу уже довольно долго. И именно сейчас он почти добрался до нужного ему места. Юноша присел у обугленного ствола и начал прислушиваться.
– Все по левую руку, – парень жадно глотал воздух у самой земли. – Хоть бы не заметили…
Пробираясь через горящий над головой огонь и невероятный жар, парень понял, что это была очень плохая идея. Его шапка уже начала плавиться и вонять, как и волосы под ней, а кожа на лице готова была покрыться омерзительными пузырями от ожогов. Марк взял в руки горсть сырой земли и измазал ей все места, что казалось вот-вот загорятся. Сырая земля подарила надежду на то, что дальше путь будет попроще, но продвинувшись чуть дальше, Марк вывалился на вырезанную в лесу просеку. Всего метров шесть в ширину, но сколько же тут было поваленных деревьев.
С начала пожара прошло всего часа три – четыре, а эти люди уже успели подготовиться к приходу огня. Даже сейчас они не переставали стучать топорами, сконцентрировано удаляя лес, чтобы тот не перенес пламя в их дома. Если бы этот народ не поймал подельника Хайле, то вряд ли бы успел встретить пожар так. План пошел плохо с самого начала.
Марк осмотрел дым вокруг, но так и не смог ничего в нем разглядеть. В ход пошли уши, но и они улавливали лишь грохот топоров по левую руку. Это значило, что пора идти. Марк почти что по собачьи перебежал просеку и оказался в живом нетронутом огнем лесу, пусть даже и задымленном. Он начал брести туда, где, по его мнению, должны быть клетки. Шаг за шагом углубляясь в логово врага он молился всем, кому только можно, лишь бы его не нашли. И если с рядовым воином этого племени он бы справился, то наткнуться на ту же рыжую маску – плохой исход. Клинки этого народа были намного длиннее, чем нож парня, а значит преимущество на их стороне. В любом случае, все решает размер инструмента.
Дышать становилось все тяжелее и тяжелее, и Марк искренне надеялся, что машина подберет его на обратном пути. Ногами он не пройдет столько. Слишком мало кислорода. И даже сейчас, наткнувшись на стену, которую он постоянно видел из клетки, он думал лишь о том, ка как бы вдохнуть чистого, полного кислородом, воздуха.
Стена ограждала лишь одну сторону поселения от внешнего мира, с другой стороны Марк такую не видел, а это значит, что нужна она была больше для того, чтобы разделить пространство, вынося за пределы дома все самое плохое. Например, клетки для пленных. Вдоль стены располагалось много разных построек, но Марк пытался выхватить взглядом из дыма именно ту, которая ему нужна.
Звук шагов и чьего-то голоса неподалеку заставили Марка упасть на землю и притвориться бревном. Он вжался в еще не растаявший снег так сильно, как только мог. Шагов становилось все больше, а нервные разговоры лишь крепчали. Люди толпились и впереди, и слева, и даже за стеной. Парень лежал и выжидал момент, когда можно будет идти, пытаясь разглядеть хоть что-то в плотном дыму. Минута, потом прошла вторая, люди большим потоком то приходили, то уходили, никак не оставляя парня наедине с пожаром.