скачать книгу бесплатно
– Мой в чем интерес?
– В доле будешь. Мы ж тут не святым духом кормимся, смекаешь?
– Лады. Готовь свой вагон. Когда надо?
– Дня три. Потом мы его на станцию подадим, тут уж твой выход будет.
– В понедельник я иду к Беренмайеру. Он тоже захочет. Но он деньгами берет, в курсе?
– Знаю, умные люди просветили уже. Скажешь сколько. К тебе в понедельник вон тот оглоед в город подкатит, ему и скажи. Он же и денег привезет. Не подведешь?
Я расстегнул рубашку и продемонстрировал ему свой иконостас.
– Как думаешь, если бы я слово не держал, заслужил бы такой?
– Силен ты, Михалыч, – одобрительно покачал головой начальник полиции. – Говорили мне, да не верилось как-то…
Во время дружеского застолья с полицаями я разжился у них некоторым количеством патронов к «нагану». Ну кто ж виноват, что нас всех спьяну потянуло стрелять по бутылкам? Хорошо хоть не стали рыбу глушить. Была и такая идея, но после того, как я утопил в реке гранату, от этой идеи отказались. (Долго же я потом за ней нырял…)
Подполье словно нырнуло в тину. Никакие мои поиски ни к чему хорошему не привели.
Нет, кто-то где-то постреливал и расклеивал листовки, но все это происходило где-то в отрыве от меня.
С Крестом почти не видимся, только на бегу иногда удается перекинуться парой слов. Он опять холостякует, его баба куда-то исчезла. Вот он и зовет меня на вечерние посиделки. Его повысили, теперь он какой-то маленький начальник – имеет в подчинении аж четырех человек. Я пообещал заглянуть и отпраздновать сие событие.
Выбрав момент, я подошел к Крайнову и вкратце передал ему просьбу начальника полиции. Впервые Крайнов посмотрел на меня с уважением.
– Я сообщу господину Беренмайеру о вашем предложении.
– Это не мое предложение. Это…
– ЗДЕСЬ его озвучили вы. Значит, это – ВАШЕ предложение. Подождите.
Через пару часов Крайнов заглянул ко мне в комнату и показал глазами на коридор.
Я вышел. Крайнов ждал меня у двери.
– Господин лейтенант сказал – две тысячи марок. Не оккупационных.
– Две?
– ДВЕ. Не считайте меня дураком, воровать у ТАКИХ людей.
– Я этого и не говорил. Но задаром у нас ведь никто не работает, не так ли?
– Так. Просто имейте в виду, что есть и ДРУГИЕ способы заработка. И у каждого они свои. У вас вот – отыскался один. У меня – другой. Господин Беренмайер не мешает нам работать. Это подразумевает и ответную любезность с нашей стороны.
– И каковы размеры… э-э-э… любезности?
– Половина.
– В смысле?
– Из ста заработанных марок вы можете предложить господину Беренмайеру пятьдесят.
– Могу или должен?
– Это уж вы будете решать самостоятельно. Но не забывайте, что все мы – местные жители.
– Я не местный.
– В данном случае это неважно. Мы – русские, а он – немец. И является нашим начальником. Я настоятельно не рекомендую вам хитрить с господином начальником.
– Учту. И каким же образом я могу выразить свою благодарность начальнику?
– Но вы же носите ему документы на подпись?
– Как и все мы.
– Вот и ответ.
– Спасибо. Я, признаться, не сразу уловил все тонкости ЗДЕШНЕЙ работы.
– А вы и сейчас еще не все знаете. Да и не нужно это вам.
Через пару часов ко мне в дверь заглянул давешний «оглоед». Я кивнул и показал рукою во двор. Захватив папку с бумагами, я вышел через пару минут.
– Беренмайер сказал – две тысячи рейхсмарок.
– Ни хрена себе у него аппетит!
– Ну я же предупреждал…
– Хорошо, я передам.
Против моего ожидания, названная сумма была воспринята спокойно. Надо же, оказывается, и у немцев коррупция даже и тогда была весьма развитой. Навряд ли Беренмайер был досадным исключением из общего правила. Через день «оглоед» привез мне толстый пакет.
– Здесь все. Виктор Федорович просил узнать – когда?
– Обожди тут. Мне к Беренмайеру через полчаса идти, я все и выясню.
Зайдя в туалет, я накинул крючок и развернул пакет. Точно – две тысячи рейхсмарок. Ну что ж, будем учиться давать взятки. Брать у меня уже получалось, а вот давал я впервые.
Положив деньги в папку, я отправился к Беренмайеру.
– Разрешите войти, господин лейтенант?
– Входите. Что у вас сегодня?
– Документы на подпись, – и я положил папку ему на стол.
Беренмайер невозмутимо открыл папку и просмотрел ее содержимое.
– Оставьте, я после посмотрю. Сейчас же направляйтесь на станцию и отыщите там гауптмана Крюгера. Он отвечает за формирование составов. Скажите ему, чтобы подготовил нам место в ближайшем эшелоне, уходящем в тыл. Сообщите ему конечную станцию доставки груза.
– Он не будет удивлен моим вопросом?
– ВАШИМ – будет. Вы скажете ему, что это – МОЕ поручение. Вам все ясно?
– Точно так, господин Беренмайер.
– Можете быть свободны.
Ни хрена ж себе пельмень! Вот тебе и скромный лейтенант-интендант! Хотел бы я на его домик в Германии посмотреть… И внутри побывать…
На станции я достаточно быстро отыскал гауптмана. Он сидел в отдельном кабинете и носа на улицу не казал. С окружающим миром он общался посредством рыжей секретарши, которая заодно была и переводчиком. Выслушав мое сообщение, Крюгер открыл толстую складскую книгу и перевернул несколько страниц. Кивнул головой и что-то сказал секретарше.
– Господин гауптман распорядился проводить вас к площадке погрузки.
– Зачем?
– Это приказ господина гауптмана. – Секретарша надела шубейку и двинулась к двери.
Волей-неволей я пошел за ней. После нашего запирания в пакгауз я на станции больше не был и поэтому с интересом посматривал по сторонам. Судя по всему, в пакгаузах немцы держали что-то взрывчато-неприятное. Повсюду висели таблички «раухен ферботен». Насколько я помнил – эти надписи запрещали курение. Из открытой двери пакгауза показались солдаты, несущие какие-то ящики. Ноги их были обуты в валенки. Интересная деталь! Там, значит, что-то весьма огнеопасное находится… Постовые только провожали нас взглядом, видимо, рыжую тут знали.
Вот и площадка погрузки.
Секретарша бойко затараторила с каким-то пожилым немчиком. Он только головою в ответ кивал.
– По всем вопросам отправки вагонов вам следует обращаться к господину лейтенанту Грубберу, – повернулась она ко мне. – Вам ясно?
– Но меня направили к гауптману.
– Господин гауптман распорядился, чтобы в дальнейшем вы излагали порученные вам указания господину Грубберу. Не следует отвлекать господина гауптмана по таким пустякам. Господин Груббер достаточно понимает русский язык, чтобы вы могли ему пояснить ваши вопросы.
– Теперь ясно.
– На воротах скажете, что у вас поручение к господину Грубберу. Вас пропустят сюда или проводят. По остальной территории станции без провожатых передвигаться запрещено.
– Понятно.
– Ваш сегодняшний вопрос уже разрешен. Господин Груббер выдаст вам соответствующее предписание. На основании которого вы и должны обеспечить подачу вагона в указанное время.
Вот так и началась моя деятельность посредником при темных делишках лейтенанта Беренмайера. На станции я теперь бывал достаточно часто, ибо, поразмыслив, он спихнул на меня практически все станционные дела. Я не возражал, ибо уже успел присмотреть на территории станции некоторые, интересные для меня, мелочи. Часовым моя морда тоже примелькалась, меня уже не дергали каждый раз при входе на станцию и не заставляли ждать сопровождающего к Грубберу. В принципе я уже и мимо них сумею пройти на станцию тогда, когда это будет мне нужно. В очередной свой визит я засыпал в карман полушубка горсть четырехконечных шипов из своих закромов. Проходя по площадке погрузки, я нечаянно (ну, подвернулась нога на льду, вот руками-то и взмахнул, чтобы не упасть…) рассыпал их прямо перед колесами грузовиков.
Время, наконец, замедлило свой бег, и у меня появилось чуток свободного времени. Созвонившись с Крестом (у него теперь и свой телефон есть, правда, только рабочий), мы договорились вечерком оттянуться.
Перед самым комендантским часом Крест нагрянул ко мне в гости. Приволок две бутылки шнапса и кое-какую закусь. Шнапса у меня не было, но вот по части закуси я его обставил, и существенно. Все равно пришлось догонять самогонкой, и к двум часам ночи мы все отрубились.
«Холодно, черт. Снег скрипит, точно ниже 10. Но нет худа без добра, не один я тут мерзну. Я-то ладно, двигаюсь как-никак, а вот вам, ребятки, тоскливо. Шинель немецкая – это вам не русский тулуп! Вот и ходим, руками похлопываем. Погоди, милок, вот скоро зима всерьез долбанет, тогда и померзнешь. Если доживешь… Так, не вынесла душа поэта, спрятался-таки от ветерка. А мы ползком, бочком… Ага, вот и ворота. Что у нас тут? Замок? Виси, дорогой, виси, ты нам не помеха, нам сюда не надо… Вот и грузовички стоят. Я их сегодня видел уже, грузили их немцы чем-то сильновзрывчатым. И уехали бы, но вот незадача – пробило ему оба передних ската, а вечером как чинить? Холодно уже и темно. Только через час и управились. А тут незадача – орднунг, после 21 часа выезд машин запрещен. Вот и остались они тут до утра, ничего, хоть поспят в тепле. Где тут у нас кардан? А, вот он, туточки. Так, теперь растяжечку сюда. Тяжеленькая, ну не зря же к гранате еще и две шашки тротиловые прикручены? Цепляем веревочку к кардану, осторожненько, хорош! А теперь – ноги мои, ноги, несите меня, куда? Домой, куда ж еще?»
– Дядя Саша!
– Ох… Ну что тебе, родной? Дай глотнуть…
– На службу пора!
– Несло б ее кочками! Чего мы такого вчера сожрали? Башка как котел, не помню ни хрена!
Я с трудом приподнял голову… Крест стоял около кровати, уже одетый по форме, и теребил меня за руку.
– Да все уже, все… встаю.
На улице прилично подморозило, снег хрустел под ногами.
– Ты куда сейчас?
– На станцию, вон и машину уже прислали, – Крест кивнул в сторону подворотни. Там уже стояла старенькая «эмка».
– О! Ну, так и меня по дороге подвези, а то топай тут по морозу. А чего там стряслось-то?
– Да посты дополнительные выставить надо, сегодня утром эшелон какой-то пришел важный.
– А-а-а… Ну, это меня не касается.
Похрустывая колесами по свежему насту, машина бодренько катилась к станции.
– Слышь, – тронул я Креста за рукав. – Давай наискосок проедем, там короче будет.
– Добро, – повернулся он к водителю. – Давай…
БУХ! БЗЫНЬ! Ви-и-и-у!
Там, где только что стояли станционные здания, в небо поднялась стена черного дыма.
Над нашей головой со свистом пролетела какая-то железяка. Земля дрогнула, и тяжелая ударная волна вдавила нас в сиденья…
Коменданту … гарнизона подполковнику
Линдерману
Докладываю Вам, что в результате произведенного расследования по факту взрыва гарнизонных складов инженерного имущества установлено следующее:
1) Проводившаяся за 2 суток перед взрывом проверка несения службы солдатами 34-го охранного батальона нарушений не выявила.
2) Проверяющим – майором Акселем было указано на недопустимость нарушения правил погрузочно-разгрузочных работ, вследствие чего на погрузочной площадке отмечались случаи нарушения правил погрузки-разгрузки инженерного имущества. В том числе – взрывчатых веществ. Отмечена стоянка автомашин в недопустимой близости от здания.
Отмечены случаи отогревания замерзших двигателей открытым огнем.