скачать книгу бесплатно
– Что те менты, что эти – один хрен, легавые.
– Ты тут говори, да не заговаривайся! – Видно было, что первоначальный напряг его отпустил. Держался он уже не так настороженно и больше не «цеплял» меня взглядом. – Новая власть шутки шутить не будет!
– Много ты знаешь…
– На тебя хватит! Тут вон каких головорезов в лесах отловили, аж из самой Москвы заслали! И – ничего, все как миленькие спеклись, никто не ушел! И ты тут – невелик селезень будешь. И с тобой разберутся быстро…
– Надо же, а я и не видал никого, а то б побазарили.
– Не видал он! Да их с самолета аж у Михайловки сбросили, досюда верст двадцать будет. Да и стали бы они с тобой базарить, нужон ты им, как собаке колесо.
– Не скажи… Это как спрашивать…
– Вот мы сначала тебя и поспрашиваем, чего ты тут шурудишь…
Та-тах!
Короткая очередь отбросила подбегавшего молодого полицая на спину.
В следующую секунду я, оттолкнувшись, кувырком влетел в телегу. Над моей головой бабахнул «ТТ». Удар – и, выбитый из рук стрелка, он канул в снег. Стрелок же полетел на дорогу.
– Ну, че, родной? – Я мягко спрыгнул следом. – Теперь тебе со мной не в падлу побазарить будет?
– А что ж не побазарить-то, – вдруг спокойно проговорил он. – И побазарим…
В руке у него откуда-то появился нож.
– Не будут твои кореша стрелять, рядом мы стоим, так и тебя зацепят ненароком.
– И на что ж ты, голуба, рассчитываешь? Меня порежешь и уйдешь?
– А это уж не твоя печаль. Ты о себе подумай.
– Чего ты тут про головорезов говорил? Когда их сбросили?
– А тебе какое дело? Н-на! – И нож в его руке прыгнул вперед.
Ну-ну… Отбив правой, шаг в сторону, захват, поворот, и вот уже нож упирается в горло собственного хозяина.
– Я тебе вопрос задал? Чего молчим?
– Неделю! Неделя уже прошла!
– Сколько их было?
– Не знаю! В Михайловку семерых привезли! Убитые все!
– Живой ушел кто?
– Да не знаю я! Может, и ушел кто, парашютов восемь штук нашли, они их и снять с деревьев не успели…
– Точно говоришь?
– Что слышал, то и говорю. Не знаю я ничего больше, слышишь?! Отпусти, а?
– Отпускаю… – Толчок руки, и, захлебываясь кровью, возница рухнул на дорогу.
Подбежавшая Маринка с размаху кинулась мне на грудь, и ее руки обхватили меня за шею.
– Почему ты… почему вы так стояли? – Она чуть не плакала. – Я стрелять не могла!
– Потому и стоял. Чтобы ты в горячке не пальнула.
– Зачем?
– Ну, отойти мне в сторону этот тип все равно не дал бы. Сам бы и выстрелил. А ты с такой дистанции могла бы и меня зацепить. Автомат – не снайперка, разброс у него есть, да и в руках гуляет при стрельбе.
– А потом?
– Это когда он с ножом полез?
– Да.
– Ну, тут у него кишка тонка со мной тягаться. Я таких, как он, еще парочку слепил бы, не поморщился. Да и «наган» у меня за пазухой лежал.
– А что ж ты не стрелял?
– Мне разговорить его надо было. Он, пока тут передо мной гоголем ходил, много чего интересного сказал. Так что не волнуйся, все ты правильно сделала. Вот и этого снесла – любо-дорого посмотреть.
Маринка покосилась на молодого полицая.
– Я в него – в бегущего стреляла.
– И в два патрона уложилась! Молодец! Все – разговоры потом, сейчас трофеи подбираем и ходу-ходу отсюда. Пока новые гости не пожаловали.
Пока Котенок набивала вещмешки продовольствием, я осмотрел полицаев. Ничего интересного у них не было. Справки о том, что они являются служащими полиции, полтора десятка патронов к «ТТ», еще кое-какая мелочь. Спички и зажигалку я приватизировал, не помешают. Кусок брезента в телеге оказался приятным подарком, пригодится обустраивать наше логово.
Продуктов набралось прилично, два полных вещмешка. Этих запасов хватило бы еще как минимум дней на десять. А то – и больше.
Уже на подходе к лагерю, я рассказал Котенку о парашютистах. Она сразу помрачнела.
– Ваши?
– Да, дядя Саша, это, наверное, к нам помощь шла…
– Не дошли, как видишь.
– Может, еще и остался кто?
– Может. Полицай про восемь парашютов говорил, а убитых семеро привезли.
– Тогда… может, еще подождем денек?
– Когда у нас визит к тайнику?
– Завтра.
– Вот еще раз сходим и снимаемся отсюда, лады?
– Да, дядя Саша. Вместе пойдем.
– Ну и славно.
С помощью найденного брезента я слегка улучшил наше логово. По крайней мере перестало дуть во все щели. Надо было потихоньку готовиться к выходу. Часть припасов возьмем с собой, часть придется бросить. Еще день ожидания, еще один поход к тайнику – и все, уходим отсюда. Понятно было, что наше ожидание не принесет ничего, никто к нам не придет.
Я ошибался…
Утром мы проснулись рано. Котенок пригрелась и просыпалась с явной неохотой, пришлось слегка посыпать ее снегом. Наскоро перекусив и уложив вещи (с тем, чтобы потом их быстро подхватить и уходить), мы двинулись в путь.
– Дядя Саша.
– Ну?
– А почему вы вчера этого, молодого, стрелять не стали сразу?
– Тогда надо было и возницу сразу валить, а я думал тогда, что он вполне себе мирный человек и к их делам непричастен. Его ж легко могли и к стенке поставить, привези он их всех холодными. А так, если бы хоть один в живых оставался, был бы и у него шанс.
– Так полицай про нас все и рассказал бы.
– Про меня! Вылез из леса бородатый мужик в наколках и в гражданке. Ограбил и смотался. И искали бы грабителя, а не советских парашютистов. Чуешь разницу? Тем более что нас с тобой тут уже и не было бы вовсе. Вот и распылили бы немцы свои силы. А сильным всюду быть нельзя. Где-то обязательно прослабнет. Нам и надо эту слабину отыскать вовремя.
– А сейчас что будет? Их же хватились уже наверняка.
– Думаю, что уже и нашли. Поэтому мы тут и не будем задерживаться больше чем надо. Проверим тайник, вещи заберем – и ходу отсюда.
– Опять мне рацию тащить…
– Ну, извини! Мой-то мешок потяжелее будет, там еще и еды напихано, кроме бумаг и боеприпасов.
За разговором мы дошли почти до места. Тайник представлял собой поваленное дерево немалых габаритов. Собственно, тайником служила гильза от снаряда, уложенная между корнями. В ней должны были оставлять записки связные. Пока что в ней была только наша записка с условным значком, означающим ожидание. Ее мы и хотели забрать. После чего тайник считался бы недействующим. Предыдущую записку мы уже изъяли, и тот тайник более не работал.
Что-то не понравилось мне сразу. Обычно в этом месте присутствовали какие-то шумы. Птицы покрикивали, кусты иногда потрескивали. Сейчас птиц слышно не было вовсе. А вот кусты, да, потрескивали, но как-то не так. Не так? Очень даже так! Это кто-то ветки отгибает с дороги!
– Тсс! – Я поднял руку. – Гости! Ложись!
Котенок тут же укатилась в неприметную ложбинку, на ходу сдергивая автомат.
Я метнулся к небольшому холмику, откуда просматривался тайник.
Дерево – вон оно! Что-то изменилось в пейзаже… Вот! Цепочка следов! Ведет из леса к дереву и там же заканчивается. Шел один человек. И сейчас он около дерева. Лежит? Похоже… А кто тогда ветками трещит? Подождем…
Я отыскал взглядом Котенка. Вот она – лежит в ложбинке и смотрит в мою сторону. Жестами я показал ей, куда переместиться. Она кивнула головой и спряталась. Поползла, вон подошвы сапог замелькали.
Так, а где же наши трескуны?
Треск стих, и больше я никого не слышал. Прошло еще около часа, и я заметил, наконец, движение у дерева. Где бинокль? Вот он.
Человек в маскхалате, оружия не видно. Лежит вдоль дерева, вытянулся, смотрит на лес. Видимо, тоже что-то слышит. Ну, он к кустам ближе, ему и карты в руки. Вместо карт неизвестный вытащил пистолет. Ого! Видать, он уже не просто слышит, но и видит уже? Интересно – кого? Я с холма никого не наблюдаю пока.
Вот он! Человек с винтовкой, шинель черная – полицай. Еще один – правее. Все, что ли? Нет, вот еще один – обходит дерево справа. Интересно, их тут что – всего трое? Что-то верится с трудом. Но больше никого не вижу. Со стороны Котенка похоже, что никого нет. Ну, в принципе, там овраг, снег глубокий, и идти с той стороны трудно. Ладно, примем пока за основу, что их трое.
Хлоп!
Внизу негромко кашлянул пистолет. Рано! Куда ж ты стреляешь, мил человек, далеко же еще! Вот и полицай упал в снег, но цел, вон как пополз, аж пятки засверкали. Подождем пока. Дерево стрелка укрывает хорошо, доберутся до него не сразу. Для «нагана» далеко, а вот для пулемета – самое то. Будет надо, я вас быстро настрогаю на щепки.
Полицаи зашевелились и начали стрельбу. Как-то странно они себя ведут, стреляют больше в направлении стрелка, нежели по нему. Боятся?
Стрелок не отвечал, и полицаи осмелели. Начали потихоньку подползать. Вот один привстал, что это у него в руках? Граната? Ну нет, дорогой, этот вертолет не полетит!
Ду-дут!
Пулемет дернулся у меня в руках, и полицая словно перешибло в пояснице.
Бах! – это уже граната сработала. Не ошибся я, правильно сделал. Сейчас бы он этого стрелка приголубил…
Так-так-так… А не нравится мне это ощущение, ох как мурашки по коже пошли! Есть кто-то тут еще, есть! И сейчас он меня высматривает, прямо всей кожей чую.
Снайпер?!
Только этого не хватало! Надо уходить, я ему не противник вовсе. А стрелок? Порешат ведь! Котенок! Я не вижу ее отсюда, а снайпер? Где он?!
Ладно, рискнем. Попробую его на живца вытянуть.
Полицай, обходивший поляну с тайником справа, вдруг вскинул винтовку.
Бах! Бах!
И стрелок уткнулся головой в землю…
Ду-ду-ду-ду-дут!
Теперь уже полицай завертелся на месте, взмахивая руками. Пробежал шагов пять, споткнулся, упал… попытался встать, руки подломились… все…
В-в-ж!
Прямо над головой!
Засек он меня!