Страх и Голод 2

– Ребят, а вы куда путь-то держите? – спросил Коля у Олега.

– Да в Сибирь, подальше от людей, будем там искать себе местечко для зимовки. – Как-то неуверенно ответил Олег, улыбнувшись во все тридцать два зуба. – А вы куда направляетесь?

– Собственно так же, ищем себе место под солнцем, может, где какое убежище организованно. А то, боюсь, дальше будет только хуже. Нам один военный полковник посоветовал найти себе укромное место как можно скорее. Ведь только стоит людям немного прийти в себя и осознать правила нового мира, как всюду начнет твориться настоящий беспредел. – ответил ему Коля.

– Это точно, зачем искать хорошую машину или припасы, когда все можно отобрать у другого. – хохотнув, прокомментировал Марк, открывая очередную баночку с пивом.

– Марк, не налегай ты так, держи себя в руках. – попыталась притормозить его Лена.

– Молчать, женщина! Твой день – Восьмое марта! – рассмеявшись, в шутку ответил ей Марк. – Не видишь, стресс снимаю. – добавил он.

Обстановка в лагере царила умиротворенная и вполне дружественная. После ужина ребята разбили себе палатки, а параллельно с этим мы совместно распили две бутылки дорогого коньяка, так сказать, за знакомство.

Все шло хорошо, пока мне вдруг не захотелось в туалет по большому. Вооружившись рулоном туалетной бумаги, я побежал подальше в кусты, так как туалета в лагере, разумеется, не было. Осмотрев местечко, я присел и приступил к делу, как вдруг услышал шорох в кустах неподалеку. Я было уже испугался, но услышал голоса, оказалось, это были Марго и Олег. Он сопровождал девушку в туалет.

– Как тебе эти ребята? – спросила она у Олега.

– Ну как сказать, Коля и Лиза очень такие толковые, общительные. Петя этот жуткий какой-то, смотрит, словно маньяк на жертву. Да и Ян странный какой-то, зашуганный, словно его кто-то постоянно бьет, странный, в общем. А почему ты спрашиваешь?

– Да я вот подумала, может, нам бы стоило усилия объединить? До бункера еще ехать очень и очень далеко, сам понимаешь, опасно. А места нам там всем бы хватило. Но только я бы этого Петю и Яна не хотела бы с собой брать, какие-то они ненадежные. Да и Марк тоже не одобрил бы их кандидатуру.

– Согласен с тобой, давай я тихонько Коле предложу, мол, если хочет, пусть с Лизой к нам присоединяется, а эти пусть сами разбираются. – предложил ей Олег.

– Да, давай, звучит как план, жестоко, конечно, но мир он всегда таким был, сейчас просто этого больше никто не скрывает. – согласилась с ним Марго.

Когда я услышал их диалог, мне стало не по себе, особенно, если учесть вчерашние слова Лизы. Ведь Коля еще может как-то замолвить словечко за Петю, все же он боец, а вот я полностью бестолковый. Закончив свои дела, я, не подавая вида, вернулся в лагерь и подошел к Пете, что обособленно сидел в стороне и чистил свое оружие.

– Петь, привет. – присев перед ним на корточки вполголоса сказал я.

– Здорово, давно не виделись. – ухмыльнувшись ответил он мне.

По его глазам я видел, что он от меня тоже не в восторге.

– Слушай, скажи, а какие у вас отношения с Колей? – прямо спросил я у него.

– Ты что совсем без мозгов? Какие еще отношения?! – голосом полным возмущения спросил он у меня и даже отодвинулся в сторону.

– Тише ты! Что разорался то? – шикнул на него я. – Я не это имею в виду! Я про другое, ты давно знаешь Колю? Уверен в нем? Ну, типа то, что он не кинет тебя или не предаст? – пояснил я парню.

– Как давно, когда все началось, тогда и познакомились. А с чего ему меня кидать или предавать-то? Ты напился что ли? Или как? Что ты вообще пристал ко мне с расспросами? – брезгливо ответил Петя и отодвинулся от меня еще дальше.

– А то, что эти четверо хотят предложить Коле и Лизе присоединиться к ним, а нас того.

– Чего того? Грохнуть? – округлив глаза от удивления уточнил Петя.

– Да нет, на хрен послать, хотя может и грохнуть, кто их знает, какие у них нравы. Вот я и спрашиваю, ты уверен, что Коля тебя не кинет? – пояснил я этому тугодуму.

Петя немного посидел молча с задумчивым видом, тяжело вздыхая и потирая лицо раскрытыми ладонями.

– Черт, как не вовремя то. – прошипел он и сплюнул на землю, а затем, выудив из нагрудного кармана пачку сигарет, достал одну, зажал ее губами и начал искать зажигалку.

– Держи. – протянул я ему коробок спичек.

Петя заметно занервничал и, сломав две спички, с третьей попытки все же извлек огонь и, глубоко затянувшись, перевел на меня свой взгляд.

– У нас в последние дни отношения слегка натянуты, он пристально следит за мной, словно не доверяет. Так что я даже и не знаю, если они спелись с ними, то вполне себе могут нас кинуть. Тебя-то точно, от тебя толку как от козла молока, да я тоже не самый крутой воин, к тому же я машину водить не умею. – ответил парень.

– Тогда нужно что-то делать. – сказал я парню.

– Согласен, но что? Что делать то?! Пойдем и попросим, чтобы они нас не бросали? – возмущенно спросил он.

– Ага, блин, кошка бросила котят, пусть е… хм… играют как хотят. – ухмыльнувшись сказал я. – Нет, это не вариант, нужно действовать более тонко и так, чтобы на нас даже не подумали.

– Ну так давай, предлагай.

– А чего сразу я? У тебя своей головы нет на плечах? – возмущенно спросил я.

– Але, кто из нас двоих еврей? Вы же все хитровыдуманные и изворотливые, так давай прояви свою натуру.

– Что за стереотипы? Ты еще так обидно все извратил!

– Ой, извини. – развел он руки в стороны.

– Может, это мы с тобой их ночью того? – сказал я, проведя по шее ногтем большого пальца. – А сами скажем, что они хотели напасть? – предложил я.

– Нет, это не вариант, уж поверь мне, тем более они должны быть при оружии, а не спать в палатках, тогда нас не только пошлют, но еще и прикончат. Ты же сам сказал, что действовать нужно тонко.

– Ладно, я попробую что-нибудь придумать, а то от тебя никакого толка, но если что, будь на подхвате. – строго сказал я парнишке.

– Не вопрос, я все-таки заинтересованное лицо. – согласно кивнул он.

М-да, ситуация крайне неприятная, и как ее исправить, мыслей пока никаких. А что-то делать нужно, и это факт.

Глава 6

Неизвестная локация, Ил.

– Белые розы, белые розы – беззащитны шипы. Что с ними сделал снег и морозы, лед витрин голубых? – орал я во всю глотку, едва стоя на ногах.

– Да твою-то мать! Заткнись уже! Дай мне поспать! Твое пение просто невыносимо! И как вообще можно петь почти шесть часов без перерыва! – влетев в мою камеру, кричал на меня пленитель и вдовесок в очередной раз ударил кулаком по ребрам.

На этот раз удар ему удался, и я бы даже скрючился от боли, если бы руки не висели под потолком.

– Так дай мне воды, и я заткнусь! – морщась от боли, ответил ему я.

– Ага! Сейчас! Если я дам тебе воды, ты будешь орать еще громче!

– Не исключено. – выдавив довольную улыбку и пожимая плечами, ответил я. – Но тогда голос будет более приятным и бархатистым, я тебе тогда даже колыбельную спою, хочешь?

– Какой же ты урод! – скуксившись, прошипел пухляш и вышел из камеры.

– Ложкой снег мешая! Ночь идет большая! Что же ты, глупышка, не спишь! Спят уже соседи! Белые медведи!

– На-на, подавись! И заткнись! Сука! – ворвался в камеру надзиратель, неся в руках бутылку с минеральной водой, из которой торчала соломинка.

– Когда даешь воду, правильно говорить «захлебнись»! Пожелаешь подавиться, когда кормить меня будешь с ложечки. – хохотнув, прокомментировал я.

– Какой же ты душный! – обреченно прошипел он и поднес горлышко бутылки к моему рту.

– Ты сам меня сюда притащил, так что крепись, дальше будет только хуже. – хохотнув, сказал я и, обхватив соломинку губами, начал жадно пить воду.

– Э-э-э, р-р-р-р! Хорошо! – с облегчением сказал я, извергнув из себя мощную отрыжку. – Извини, я тебя не забрызгал?

– Сука, и чего я с тобой вожусь-то? – злобно прошипел он, глядя мне в глаза.

– Это ты мне скажи.

– Короче так, я пошел спать, а ты жди меня тут, если ты издашь хоть еще один писк, я вот что с тобой сделаю. – злобно произнес толстяк, а затем вынул из ножен, висящих на поясе, здоровенный блестящий нож и провел его лезвием по моей груди, от чего на ней образовался неглубокий порез и обильно потекла кровь. – Я понятно объясняю? – уточнил он.

– Более чем! Иди отдыхай, у тебя явно был тяжелый день. – натянув улыбку на лицо, ответил я.

– Вот и чудненько, люблю послушных мальчиков. – похлопав меня ладонью по щеке, сказал он, а я едва сдержал себя, чтобы не пошутить.

Время шло, ноги и спина уже отваливали, а кисти затекли настолько, что я перестал их чувствовать. Ситуация пугающая, попасть в сети к хейтеру – это вам не шутки, особенно сейчас, когда тормоза уже ни к чему, ведь добрые дяденьки полицейские к нам сюда не придут и не скажут ему: «Ай-яй-яй! Ты плохо себя вел, пошли в тюрьму!»

То, что взрослый тип, помешанный на видеоиграх, ведет себя подобным образом, говорит о том, что он не одарен интеллектом. Но как знать, что он для меня приготовил, ведь у него однозначно есть какой-то план, но какой? Вероятнее всего его реализация закончится для меня плохо, в лучшем случае – смерть, в худшем он отдаст меня на съедение зомби, а то и заразит меня вирусом самостоятельно. Значит, нужно бить его в слабое место – в голову, нужно вынудить его развязать меня и заставить ослабить бдительность. Идейка одна есть, но не уверен, что она подействует.

* * *

– Илюшенька, как ты? Выспался? – ехидным голосом спросил у меня мужичок, смачно откусив от бутерброда с колбасой, обильно одобренного майонезом.

– Какой у тебя план? Что дальше, так и будешь держать меня тут, как пса на привязи? – безэмоционально спросил его я.

– Ой, а чего это ты такой грустный? Где твоя ухмылочка? Где твой норов? Перинка была жесткая? Сломался, бедненький? – ухмыляясь, произнес он.

– Устал чутка. – пожав плечами, ответил я. – Ну что, гений, ты озвучишь свой план? Какая участь меня ждет?

– О да! Я долго думал, как лучше поступить. – гордо заявил толстяк. – В общем, все будет просто: я прострелю тебе руки и ноги, а затем брошу на съедение зомби. Как тебе?

– Мммдяяяяя. Долго думал? – негодуя, покачав головой, спросил я.

– Что не так-то? Слишком страшно?

– Да нет, ты же понимаешь, что я откинусь еще до того, как ты меня на тачку погрузишь.

– Тогда я тебя в твоем же пикапе и подстрелю. – с гордым видом выкрутился он из ситуации.

– Пикап то тебе что сделал? В Нид фор спиде обогнал? Не губи машину, пули же на вылет пройдут, повредишь салон, все кровью зальешь. А если бак прострелишь или газовый баллон, ты головой вообще думаешь? Да и все равно я сразу отключусь и откину от кровопотери или от этого, как же его там. – вспоминая слова Лизы, нахмурился я. – О, точно! Анафилактического шока!

– Тогда я свяжу тебя стяжками и брошу, так я ничего не испачкаю, и ты будешь в сознании! – радостно заявил мужчина.

– О, это уже звучит как план. – согласился я с его идеей, понимая, что закапываю себя все глубже и глубже. – А тебя это устроит? В ментальном плане?

– В смысле? Разумеется, устроит, я же тебя прикончу, как и всегда мечтал.

– Мне почему-то показалось, что ты меня хочешь сначала унизить. – скептически произнес я.

– Врать не буду, этого я хотел еще больше. Но перед кем? Кроме зомби этого никто больше не увидит. – с досадой сказал он и облокотился спиной на дверь.

– Лично для себя я почему-то думал, что ты все это время тренировался, набивал личный скилл в Контре и был готов взять у меня реванш. Наказать меня на моем же поприще, это ли не самое настоящее унижение? Ты сейчас в выгодном положении, у меня вон руки затекли, я уставший, не в форме. Можем сыграть, если хочешь, так сказать, в последний раз. – улыбнувшись, предложил я.

– А что, это идея! Как насчет один на шесть? – расплывшись в улыбке, предложил он.

– Да как хочешь, хоть один на шесть, хоть го, хоть на ножах, хоть на пистолетах, ты тут босс. – согласился я.

– Хмм, а чего это ты такой податливый? Как-то это подозрительно? – насторожившись, спросил он.

– Да я уже понял, что, аки пташка, попался в твои прочные сети, чего выеживаться то? Сбежать не выйдет, ты продуманный, крепко схватил меня за бубенчики, не вырваться. – с наигранной досадой сказал я.

– То-то же! – ухмыльнувшись, сказал он. – В общем, жди, я сейчас.

Как я и думал, когда все нормальные люди запасались провизией, этот чудик, скорее всего, обносил магазины с электроникой. Свет здесь горит, еще я отчетливо слышал звук микроволновки, а значит, с электричеством у него порядок. И устоять от соблазна, чтобы обыграть меня в Контру, он просто не мог устоять. Ведь этот шизик несколько лет только и делал, что жил этим.

Через час мой пленитель затащил в камеру два небольших столика с установленными на них ноутбуками, причем один ноут, который он поставил для себя, был игровым и очень дорогим, а второй простой, старенький, ему лет чуть меньше, чем мне. Но на экране каждого уже была запущена игра, и локальная сеть настроена через обычный кабель.

– Так, я хочу тебя обыграть во что бы это ни стало, и, дабы дурные мысли не лезли тебе в голову, я добавлю для тебя утяжелители. – злобно произнес мужчина и, достав из кобуры пистолет, начал в меня стрелять.

Бах! Бах! Бах! Бах! Больно ударяли звуки выстрела по ушным перепонкам. В воздухе сильно запахло порохом и появилась легкая дымка. Каждый хлопок сопровождался для меня жгучей, адской болью. Одна пуля угодила мне в левое плечо, вторая в куда-то в грудь, третья в правое предплечье, а четвертая чуть выше левого колена.

– ААаррррр! Сука! – прокричал я от боли, но, опустив взгляд на раны, увидел, что он стрелял в меня не из боевого, а из травматического пистолета.

Толстяк осторожно обошел меня по стене и отцепил цепь от крюка, на котором она была зафиксирована. Ноги меня и так не держали, а теперь одна из них еще и ранена, резиновая пуля торчит прямо из нее. Как только он отпустил цепь, я тут же рухнул на землю и, шипя от боли, свернулся в позу эмбриона.

– Нет времени ныть! Давай за дело! – самодовольно произнес толстяк и, присев передо мной на корточки, разрезал веревки, а затем удалился за свой стол, что стоял у самого выхода. – Ты главное не внушай себе глупых идей, у меня шикарная реакция. – предупредил он меня, продемонстрировав два пистолета, что лежали перед ним.

– Как скажешь. – прошептал я в ответ и, собравшись с мыслями, несколько раз глубоко вздохнул и, не в силах стоять, на четвереньках подполз к столу с ноутбуком.

Кисти рук еще были онемевшими, и пальцы почти не слушались, плюс адская боль, что я испытывал, и вишенкой на торте было то, что у меня даже стула не было, и мне пришлось играть на корточках. Но все это часть моего плана, не буквально все, а лишь то, что я сейчас отвязан и продолжаю водить за нос этого урода.

Первую партию я проиграл с разгромным счетом, так как руки пришли в норму только в самом конце игры. Во второй партии я начал оказывать противнику хорошее сопротивление и выиграл его, так как счет мы вели до двух побед. Толстяк очень сильно расстроился из-за поражения и еще раз выстрелил мне в плечо, резиновая пуля прошла вскользь, едва оцарапав кожу, но я сделал вид, что мне очень больно.

В третьем раунде я оказывал сильное давление на врага, заставив его попотеть, ведя ровный счет по картам. В целом мне стало понятно, почему я сказал, что он полное днище. Ведь даже в таком состоянии я все равно могу с легкостью его обыграть. Но в решающем раунде я проиграл, разумеется, специально. Противник же воспринимал игру всерьез и не понимал, что я поддаюсь, он буквально сильно светился от радости, что я бы мог предположить, что это он играет игру всей своей жизни, а не я. Хоть так и есть, он просто этого еще не знает.

– Да! Да! Да! Да! Да! Получил, сосунок! – вскочил со своего стула толстяк. – Как я тебя, а? – радостно спросил он.

– Красава, признаю, ты хорош! Ты обошел меня. – улыбаясь, произнес я. – Кстати, ты до сих пор так и не назвал своего имени. – продолжая усыплять его бдительность, сказал я, при этом демонстрируя ему, что кое-как стою на ногах и то за счет того, что опираюсь на стол, да и руками шевелить толком не могу.

– Меня Саня зовут.

– Поздравляю с победой, Саня. – гордо произнес я, сделав вид, что испытываю невероятную боль, чтобы протянуть руку для рукопожатия.

– Спасибо. – слегка забывшись, ответил толстяк, взяв пистолет в руку, он подошел ко мне и попытался пожать ее.

Сейчас счет пошел даже не на секунды, а на доли секунд. Резко убрав руку, я вложил все силы, что у меня остались, и нанес ему прямой удар в челюсть. И так как он пониже меня ростом, удар вышел идеальный. Боров закатил глаза и ушел в глубочайший нокаут, а пистолет выпал из его руки.

– Вот так вот! Урод! Получил, жиртрест! – грозно прошипел я и, попытавшись пнуть его, сам потерял равновесие и упал на пол.

Разлеживаться у меня времени не было, так что я собрался с силами, забрав оружие, выкинул из камеры столы с ноутбуками и решил связать толстяка. Но веревки у меня не было, а искать ее было лень, да и в целом времени у меня катастрофически не хватало. Боров мог очнуться в любой момент, а на прямое противостояние с ним у меня нет сил, он просто задавил бы меня массой. Дверь в камеру была прочной, но перед уходом положил одну его ногу прямо, а вторую согнул в колене и положил на вторую и изо всех сил ударил по ней своей пяткой. Характерный хруст ломающейся кости послужил подтверждением того, что я все сделал правильно.

Выйдя из камеры, я запер за собой дверь и осмотрелся по сторонам, пытаясь понять, где я вообще находился. Я прошелся по узенькому коридору, заставленному коробками с новой электроникой, и оказался в просторной комнатке, также заваленной различными коробками, а в углу в кучу была свалена моя одежда. Я сразу взял из этой кучи свои берцы и надел их, мало ли что тут на полу лежит. Он же ходил по улице, а там всюду вирус, так что нужно быть осторожным.

В следующей комнате оказалась кухня, где стояла газовая плита, большой стол, две морозильные камеры и три холодильника, причем все были забиты до отказа. Также в кухне еще были большие шкафы, подвешенные под потолок, и, осмотрев их, течи там я тоже не обнаружил.

Следующей комнатой была обитель владельца. Большой диван, множество компьютеров и мониторов. Также тут стояло два холодильника со стеклянными дверцами, вроде тех, что стоят у ларьков на улице, один из них был забит крепким алкоголем, а второй различными газировками, энергетиками и пивом. Запах царил просто жуткий, и аптечки среди всего этого беспорядка я тоже не нашел.

Затем, открыв дверь в конце коридора, я оказался в подземном гараже, и тут стояла моя ласточка, а еще парочка квадроциклов с прицепами и дорогущая БМВ, уж не знаю, на кой-черт она ему тут сдалась, но что есть, то есть.

Пикап был открыт, и я сразу залез в салон на задний ряд сидений. В машине все было так же, как и при мне, видимо, у Санька еще руки не дошли разобрать мой багаж. Достав аптеку, я принялся обрабатывать свои раны и вытаскивать резиновые пули из-под кожи. Громко ругаясь матом, я обрабатывал раны антисептиком и накладывал на них повязки. Закончив с медициной, я откинулся на спинку кресла и сам не заметил, как уснул.