Самая красивая попаданка

Но рано или поздно зрительный контакт пришлось бы разорвать Негласным сигналом к этому стал звук — топот детских ножек, что неслись по коридору.

— Не догонись, не догонишь! Сю тепель моя! — послышалось из больничного коридора.

Алена вздрогнула, смущенно отвела глаза. А Майлз резко повернул голову звук голоска дочери. Его лицо озарила яркая солнечная улыбка, от которой всем присутствующим захотелось улыбнуться.

Энжи влетела в палату, прямиком на ручки к папе. Мужчина поднял свою драгоценную пушинку на руки, а девочка развернулась и показала язык запыхавшейся Джули, которая следом вбежала в палату Алены.

— Ну и ладно! Я себе новую свяжу! — выпалила немного обиженно (но больше для виду) Джули.

— Свяжешь и мне подалишь, — съязвила Энжи, — на день лождения. Ты же плидешь ко мне? Папа, а Джули плидет ко мне на плазник? — обратилась девочка к отцу.

— Конечно, солнышко, придет. Если? Ты ее пригласишь? — уточнил отец у дочери.

Энжи кивнула, улыбнулась и невинно (и кокетливо) похлопала ресничками.

— Приходите. Праздник будет через неделю. Будет весело. Там будет много детей, в основном моих сослуживцев, — обратился Майлз к Мэри, тем самым пригласив ее на праздник по случаю дня рождения Энжи-Клаудии Вериго-Марссен.

— Мы подумаем, — ответила Мэри за Джулю.

— А што тут думать! — вспыхнула Энжи, — тут думать о подалке надо! Джули плиходи пожжалушта

На последних словах лицо драколеда исказилось искренним удивлением. Он посмотрел на свою дочку, будто она сказала что-то сверхъестественное.

— Пожалуйста, приходите. Я сочту за великую честь, если вы ВСЕ придете — проговорил мужчина, снова слегка поклонившись, — Эль Сквик, я не знаю, как можно выразить словами вам всю ту благодарность, что я испытываю по отношению к вам. Вы спасли мою дочь. Солнышко, ради которого я живу Мы будем вам признательны, если вы с Джулей придете к нам на праздник. А сейчас, позвольте, откланяться Я обещал своей матери, что загляну к ней с Энжи, после того как заберу дочку из дома исцеления.

Майлз Вериго вежливо попрощался со всеми присутствующими в комнате (ну, кроме Энжи, естественно). Все это время он также заботливо-трепетно, нежно держал дочку на руках. И они уже практически ушли, как девочка вдруг закопошилась и слезла с рук. Развернулась, подбежала к Джули, вцепившись в ее рукав, проговорила:

— Ты холошая, как папа Плиходи ко мне Я буду ждать, — прошептала она прощание.

Девочки неожиданно крепко сдружились. Это была если так можно выразиться, дружба с первого взгляда. Дружба сродни отеческой заботы старшей сестры (Джули) к нежной ранимой малышке (Энжи).

***

Отец с дочкой вышли, и Эля явственно услышала вздох облегчения от Мэри.

— Как ты, дочка, — разрушил наступившую звенящую тишину Серж.

— Я? Удивительно, но хорошо. Ничего не болит. Только тянет лицо немного.

— Как же ты меня напугала, — проговорился Серж, отодвинув немного вбок рассыпанную цветочную клумбу (букет). Он расчистил себе место и присел рядом с Алей на край кровати. Слегка приобнял ее за плечи и поцеловал в висок. Мужчина ненадолго замер, обнимая свою новоприобретенную дочку. Да, за такое короткое время он привязался к Але. Он даже попытался незаметно шмыгнуть носом.

— Серж, ну чего ты? — спросила озадаченно Алена.

— Прости, я просто переволновался за тебя, нахлынуло, — ответил немного смущенно мужчина.

— Мы все за тебя переволновались, — подтвердила Мэри, — бедная Может, чего тебе принести? Я, конечно, пока ты здесь лежала, принесла тебе кое-что из вещей. Они, кстати, там, в шкафу. Все равно Джули навещала ежедневно. И хоть мы ее сегодня забираем, но ходить продолжим также ежедневно, — сказала со слабой улыбкой подруга.

— А сколько я была я была в отключке? — поинтересовалась Аля, добавив, — врач приходил, а я даже толком его расспросить не успела

— Неделю— тихо ответила Мэри и не выдержала, отвела полный печали, скорби и жалости взгляд.

Алена вспыхнула.

— Мэри! Не смотри на меня так! Пожалуйста! Это все еще я — твоя подруга Эль.

— Прости Просто Это ужасно Ты же видела, как тебя располосовал ашкан, — смущенно ответила подруга.

— Все настолько печально? Мне почему-то так и не дали посмотреться в зеркало, проговорила сконфуженно Аля.

— Я бы не сказал. Для меня ты все равно моя крошка Эль. Пусть и вся переклеенная, — проговорил Серж.

— Принесу тебе зеркало, — буркнула Мэри, если разрешат, конечно Да и в конце концов, все еще заживет а нет Я тебе такой кружевной капор сделаю Закачаешься! И никто не заметит. Таинственно так будет, интригующе

Аля невесело хмыкнула. Снова повисла звенящая тишина, нарушить которую никто не решался.

Джули залезла на колени к Алене и обняла ее за шею. Мэри последовала за дочкой, став справа, и приобняла свою подругу за плечи. Так и зависли они — Серж слева, Джули на коленях и Мэри справа — в объятиях, дарящих поддержку.

Но будто что-то вспомнив, Мэри первой разомкнула руки.

— Эль, мы пойдем, ладно?.. Время позднее, а Джули искупать надо еще, да и поужинать.

— Да?.. Хорошо, идите — сказала грустно вздохнув Эля-Аля, — не забывайте про меня. Я буду вас ждать

— Ты чего?! Мы завтра обязательно придем! — пообещала подруга, — Теперь-то ты можешь принимать гостей.

— Ага, гостейЖурналюг да всяких нечистых на руку — раздраженно буркнула Аля.

— Журналюг Да, эти могут докучать. К нам в первое время их столько лезло. Ну ты ограничь, скажи девам сопровождения, чтобы пускали к тебе гостей только по белому списку, тех, кого ты разрешишь, — предложила Мэри.

Алена удивленно приподняла бровь. Как просто, оказывается, все решалось.

— Вы не против, если я вас провожу? — робко предложила Аля.

Мэри замерла, не зная, что и ответить, как подобрать слова, чтобы не обидеть. Нельзя сказать, что девушка не была резко против, просто понимала, как будут пялиться на Эль по пути те, кого они ненароком встретят. А Серж простодушно высказал свое мнение.

— Конечно, дочка, идем

Но коридор на удивление оказался пуст. Все "постояльцы" Дома исцеления переместились в столовую, что находилась в другом крыле здания. Поэтому Алена спокойно проводила своих к выходу, не встретив никого на пути. Заодно узнала, где выход из этой "больнички".

На обратном пути она вернулась в знакомый коридор и наткнулась на вторую деву сопровождения (сменщицу Эммы, медсестру) Киру.

— Вы новенькая? Хотите в столовую пройти? — спросила ее миловидная девушка, которая возилась с одеждой и завязывала узел на фартуке со множеством карманов.

Сказала это она Алене в спину, поэтому лица пациентки она сначала не увидела.

Аля развернулась.

Кира побледнела на мгновение. На лице у нее промелькнул страх, жалость и отвращение.

Алена успела считать эти эмоции, хотя и медсестра быстро взяла себя в руки

— А, это вы Эль Сквик Что же вы вышли?.. Сейчас я принесу ваш ужин. Простите за задержку — пролепетала девушка в белом переднике.

— Вышли Мне что же, уже нельзя покидать свою комнату? — огрызнулась Аля, которую уже начали подвыбешивать все эти взгляды лживого сочувствия, жалости, и тем более отвращения.

— Нет, конечно, что вы, — ответила смущенно Кира, — Только только, зачем? Зачем привлекать к себе лишнее внимание — дальше залебезила девушка, потихоньку приближаясь к Але, — это же так удобно, когда ужин принесут прямо в комнату, — медсестра встала перед Аленой и чуть приобняла девушку за плечи, — никуда не надо ходить

Алена почувствовала, как ее будто бы что-то стало обволакивать.

— спокойно, без настойчивого внимания — послышался сквозь вату голосок Киры, которая аккуратно уводила Алену обратно в палату.

«Какой-то теплый, вязкий кокон объятий» — мелькнуло в голове у Алены.

Девушка сама не поняла, как снова попала в свою комнату. А Кира что-то лепетала ей Но что, девушка так и не поняла. Отчего-то вдруг стало так хорошо. Будто бы она только что завершила важную и сложную работу. Устала, конечно, неимоверно, но эйфория от завершения дела плескалась в венах. Настала пора законного отдыха. Какого-то такого долгожданного отдыха

Алена сама не поняла, в какой момент она оказалась у себя в палате. Она сидела на краешке кровати и улыбалась А Кира Кира нашла ведра и поставила цветы в воду. Клумба и истошно сладко воняющий букетик разместились в трех ведрах вдоль больничных стен. На которые девушка и уставилась, глупо улыбаясь.

Очнулась Аля только тогда, когда Кира привезла тележку с едой.

— Вот, покушайте, да отдыхайте — деловито произнесла медсестра, — Здесь в графине успокоительный отвар. Его нужно принимать после еды, на ночь. Чуть попозже, вы скорее уже к этому времени будете спать, я заберу тележку и посуду. Можете ее просто оставить на тележке

«Какой необычайно насыщенный день», — подумала Аля, устало смотря в окно и ковыряясь в жарком, что принесли ей на ужин.

«Какой необычайно насыщенный день», — подумала Аля, устало смотря в окно и ковыряясь в жарком, что принесли ей на ужин.

За неспешным разглядыванием того, как зажигаются волшебные огни в рабочем центре города, она раскладывала "по полочкам" события сегодняшнего дня, реакцию на ее появление среди людей. По всему выходило

По всему выходило что-то нелицеприятное.

За грустными размышлениями девушка даже не заметила, как ей в комнату вошел Зейл (ученик доктора Мензе). Он слегка прокашлялся для виду, чтобы Эля обратила на него внимание. Девушка развернулась от окна и уставилась на очередного (как ей показалось) визитера.

— Приятного аппетита, — проговорил молодой мужчина.

— Спасибо, — все так же устало ответила Аля, — Хотите? Мне одной много, — дежурно вежливо предложила девушка вошедшему целителю, кивнув головой в сторону тележки с едой, что сиротливо стояла возле стены.

— Спасибо, я не голоден, — так же дежурно ответил Зейл, — Вы еще не принимали успокоительный отвар?

— Нет, мне сказали, его после еды нужно. Вот, ем

— Да, да, после еды, — подтвердил парень.

Он все еще стоял в дверях. Задумчиво смотрел на Алену. Но вдруг, будто бы решился, и пересек комнату, схватил стул, поставил его возле кровати. Парень сел на стул и лихо задрал ногу на ногу. (Словно бы желая показать своей позой, что это он король положения, а не робкий парнишка, которому страшно решиться)

— Я принес вам зеркало. Но дам его только после того, как вы выпьете отвар — проговорил Зейл, буравя Алену взглядом, включив "режим" отслеживания девичьих реакций.

Алена даже замерла с вилкой в руках от такого предложения. Секунда, две. Кусочек мяса, наколотый на вилку, зашевелился и полетел в рот. Девушка взяла в руки тарелку, что лежала на подоконнике, и положила ее обратно на тележку.

Явно волнуясь, Алена взяла в руки небольшой графин, отдернула его крышку и трясущимися руками перелила содержимое в кружку. Решительно поднесла кружку к лицу и снова замерла. Она принюхалась к жидкости и осторожно отпила глоточек. Внимательно посмотрела на молодого врача-целителя.

— Все пейте И пока не подействует, мы с вами поговорим, — строго проговорил Зейл.

Алена немного морщась, стала пить горьковатый напиток. Вскоре она осушила кружку полностью.

— Хорошо, — отметил парень, который туту же продолжил, — Вы слышали про открытие архимага Кроули?

Алена отрицательно покачала головой.

— Архимаг, профессор Кроули доказал наличие маг шарма у людей — проговорил Зейл, как его вдруг перебила Алена.

— А Да! Что-то слышала Мне Серж читал Просто я не запомнила имени человека, сделавшего открытие.

— Ну тогда вы знаете, что у некоторых людей есть так называемый магический шарм.

Алена кивнула.

— А знаете ли вы, что и у вас есть подобный шарм? — наконец-то спросил то, что так хотел узнать Зейл.

После секундной заминки Алена проговорила:

— Скажем так, я догадывалась об этом. По некоторой реакции людей на меня.

— Да?! Ни и славненько Я не знаю, какой точно у вас шарм, но его наличие я практически сразу же определил. У вас очень сильный шлейф (шарм)... Так. Думаю, что отвар уже начал действовать. Готовы увидеть себя?

Алена покорно кивнула в ответ. Хотя такой простой жест дался ей через "не могу". Посмотреться в зеркало? Посмотреться в зеркало — отчего стало так страшно.

— Вы прилягте, на всякий случай. Присмотритесь. Потом я сниму тейлы и еще раз взглянете

Аля послушно легла на кровать. Зейл встал, достал из кармана брюк зеркальце, передал его в руки девушки. Алена осторожно заглянула в зеркальце

***

Мое сердце бешено грохотало в груди. Казалось, что вот сейчас я взгляну и увижу там монстра. Ну, неспроста же так на меня смотрели люди.

Собравшись с морально-волевыми, я посмотрела на отражающую поверхность и увидела

Нет, не монстра. Себя. Да, половина лица была заклеена каким-то широкими тканевыми полосками. Да, их кое-где проступала кровь. Да, если приглядеться, можно было увидеть неровный рельеф рваной раны

Но это совсем не то, что я ожидала увидеть. То ли отвар начал действовать, то ли что еще. Да, видно было, что мое лицо пострадало. Но не настолько, чтобы смотреть на меня, как на прокаженную, брезгливо отводить взгляд или испуганно шарахаться.

Это страшно, но не настолько, чтобы вызывать такую бурную реакцию у случайно встреченных мною людей

— А сейчас я ним вам тейлы и расскажу, как будут заживать ваши раны, — проговорил Зейл, вырвав меня из раздумий.

Я немного поежилась, вспомнив, как утром мне меняли тейлы.

— Поверните голову налево, — попросил Зейл.

Я послушно повернула. Зажмурилась, ожидая резкую вспышку боли.

— Расслабьтесь Все будет хорошо, — снова отвлек меня парень.

Я почувствовала, как что-то легкое, невесомое и теплое слегка коснулось моей щеки. А потом нежное и деликатное, поглаживающее прикосновение и легкое покалывание, холодок.

Доктор нежно и умело снял с меня эти несчастные повязки. Я облегченно выдохнула, едва почувствовав, как мое лицо освободилось от нещадно тянущих кожу полос.

Стало так хорошо, легко.

— Готово, вы снова можете посмотреться в зеркало, — отметил молодой парень.

Я снова заглянула в зеркало. И отшатнулась. Да, вот это зрелище было действительно страшным. Открытые рваные раны. Глубокие раны, которые кое-где уже начали заживать, но не совсем — где-то были красные полосы, а где-то сверкали свежие капельки крови, кое-где была закрыта багровой красной дорожкой нежная какая-то мертвенно-бледная кожа

Страшно. Вот если бы это видели люди, я понимаю.

— Все хорошо? Дышите вдох-выдох Постарайтесь успокоиться. Это все затянется, уйдет. Только вот шрамы останутся Некрасивые такие шармы, — проговорил Зейл, попутно создавая иллюзию того, как будет заживать моя кожа на лице.

Эта иллюзия меня немного успокоила, отогнав приближающуюся истерику в дальний угол действия успокоительного отвара.

— Да, останутся, — тихо повторила я за парнем, неожиданно всхлипнув. Даже не заметила, как подобрались ко мне предатели-слезы.

— Но можно их избежать — как бы ненароком проговорился Зейл.

— Как избежать? — настороженно спросила я.

— Если использовать ваш шарм, перенаправить его энергию внутрь вас, на ваше исцеление, — будто бы все еще сомневаясь проговорил молодой целитель.

— А почему если? Что мешает это сделать? — задумчиво переспросила я, ухватившись за тонкий намек в словах паренька.

— Наличие шармов долгое время было лишь теорией. А их использование — тем более, казалось чем-то нереальным. Но ваш шарм достаточно сильный, его можно ощутить, так сказать "засечь", и я могу попытаться поймать его перенаправить, но — смолк на полуслове парень

— Что но? — не выдержала и переспросила я.

— Но я не могу гарантировать, что это у меня получится Вновь (и вновь). Да и к тому же, вы можете потерять свой шарм А для людей, не обладающих магическими способностями, их шарм — все же кое-какое, но преимущество, которое выделяет их среди других, — деловито выдал свою фразу "заготовку" Зейл, и продолжил, с явным сомнением в голосе, — Хотя В вашем случае Шарм может обернуться проклятием. Все будут видеть только ваши корявые шрамы. Ведь главное предназначение шарма — усиливать, то, что есть

— Все будут видеть во мне самую красивую уродину — задумчиво подтвердила я слова Зейла.

— То есть вы согласны на рисковое, никем не проверенное лечение, которое истощит, а может, даже вовсе под чистую уничтожит ваш шарм? Подумайте. Если вы против, я пойму. Просто оставьте мое зеркальце на тележке. Все равно я зайду к вам еще поздней ночью. Проведать вас. Но вы в это время, скорее всего уже будете спать. Подумайте хорошо. То что я предлагаю, еще никто не делал. Но я могу. Иначе ваши раны выглядели бы еще плачевнее. Вчера ночью я поймал ваш шарм и немного перенаправил его на вас. Слегка Не выдержал. Но это подействовало. Уж поверьте мне на слово Иначе бы Мензе не был так воодушевлен вашими результатами, и не стал говорить про два дня в его доме исцеления, а в зеркале бы вы видели

Проговорил встревоженно Зейл, будто бы сам не веря в то, что говорил, что признался. Он внимательно посмотрел на Алену. И еще раз проговорил одними губами — "Подумайте".

Парень не хотел брать на себя всю ответственность, ведь иначе, его моли либо с позором вычеркнуть из списка сертифицированных магов, владеющими целительным делом. Или — поставить его выше, передвинув всех возможных учеников и подмастерьев, наравне с целителями, признанными докторами со степенью, с многолетней практикой.

В любом случае, когда подопытный понимает все последствия лечения, и отдает себе отчет в том, чего он лишается, это развязывает руки и облегчает муки совести (в случае чего).

Зейл ушел. А я даже не заметила, когда это произошло. Я все смотрела в зеркало, не в силах отвести взгляда от свежих шрамов и еще не зарубцевавшихся ран. Да, быть может, с помощью магии и косметики удасться потом справится Но

Кого я обманываю? Магия (да и хорошая косметика, способная перекрыть подобное) стоит денег, сил и времени. А есть ли они у Эли Сквик? Вряд ли. А у Элины Страдис? Тем более.

Обратиться к Зендо? А что, если его желание было навеяно шармом? И будет ли он помогать, учитывая его обратное действие. Мой шарм станет моим проклятием. Делая меня в глазах смотрящих еще более уродливой

Да, какая реакция будет у главного "чистильщика" для той, что вышла из рукотворного разрыва Грегори. Вдруг он решит, что это и есть мое истинное лицо. Лицо твари, вышедшей из разрыва

Да и к тому же Даже те, кто имеет статус и власть в этом мире, не всесильны.

Мои мысли метнулись к драколеду Майлзу Вериго. Я вспомнила его историю, которую так тщательно разжевывали и смаковали журналюги.

«Содрали кожу, но не дух» — бравый военный, ценой собственной жизни спас множество сослуживцев, что сражались с дикой, но невероятно сильной тварью. Она-то его и покалечила, содрала кожу с лица (частично). Но так как в его жилах есть немного драконьей крови, то он выжил. Древняя магия его спасла. Но не спасла лицо. (А еще писали, что Майлз до трагедии был писаный красавец, под ноги которого готовы были пасть самые желанные столичные невесты)

Вот у (почти) человека был весомый статус, деньги и магия Но целители ничего не смогли сделать Он вынужден носить на себе тейлы. Его лицо искалечено шрамами. И пугает простых обывателей.

Глупо, глупо не воспользоваться шансом. Тем более Этот шарм, он доставлял мне больше неприятностей, чем "бонусов"

Кайл Бесконди ни стого ни с сего стал приставать Зендо обзывал чуть ли демоном-искусителем, когда я болталась под потолком в сокровищнице тот же Зендо, смотрел на меня так А Джек свихнулся и захотел меня А эти мерзкие полунамеки распределителя бррр Чем такое навязчивое пристальное внимание, уж лучше без него Да и

Ну уж слишком сильный у меня шарм. Иногда становится страшно находиться один на один с незнакомым мужчиной было страшно А теперь, зато на меня смотрят как на прокаженную, как на какую-то мерзость, в которую ненароком вляпались и которую срочно нужно смыть, с рук (и глаз долой)...

Из одной крайности в другую Да, что такое-то? Нельзя, что ли как-то устаканиться и быть просто милой симпатичной девушкой, не лишенной обаяния

Стоп!!! Так Зейл говорил, что после лечения мой шарм истощится ( или даже исчезнет? Но не суть)

Возможно, он и останется у меня. Останется в том объеме, в котором мне будет комфортно и безопасно жить А соблазнять кого-то просто фактом своего присутствия рядом Да зачем мне это нужно?

Глупо, глупо не воспользоваться таким шансом. Надо "брать". Решено, пусть Зейл колдует и лечит.

Алена с шумом выдохнула. Еще раз, уже не без нервного подергивания, взглянула в зеркало, а после спрятала этот аксессуар в прикроватную тумбу. Поудобнее устроилась подушке, прикрыла глаза, и практически мгновенно погрузилась в сон. Все-таки успокаивающий отвар в доме исцеления Мензе был знатный.

Глубокой ночью, когда все приличные люди уже спят, ученик Кретта Мензе проснулся в своей больничной каморке. Нужно было дежурно пройтись по комнатам постояльцев, проверить их состояние. Сделать это могла и дева сопровождения Кира, но Зейл "великодушно" сказал ей, что сам пройдется. А она в другой раз, пусть отдыхает.

Все шло как обычно. И никто из спящих не увидел бы, как сильно волновался Зейл. Особенно когда он вошел в комнату Алены.

Он облегченно выдохнул, когда не обнаружил своего зеркальца на тележке с посудой. Подошел к Алене. Присел на край кровати. Сосредоточился. Его рука зависла над лицом девушки.

Алена вздрогнула. Приоткрыла глаза.

— Ш-ш-ш. Это я. Все хорошо. Ты спи, спи Мне даже лучше, когда ты сонная. Легче поймать шлейф Во-о-от так вот, спи, моя хорошая, спи — успокоил и убаюкал проснувшуюся девушку парень

Зейл продолжил свое дело. В эту ночь шлейф был все еще отчетливо заметен, и работать с шармом было в удовольствие. Мелкие царапинки стали скрываться прямо на глазах, а красные борозды побледнели.

Через несколько часов Зейл закончил свои манипуляции. Устало зевнул, улыбнулся и посмотрел на результат своей работы. Он достал новый тейлы, смазал гелем кожу Алены и наложил новые повязки.

Они должны были скрыть такую усиленную девичью регенерацию. Да и классическое лечение тоже действовало. Медленнее, правда, но действовало. Поэтому Эль (Алене) все равно придется походить какое-то время с тейлами, даже после выписки, которую такими темпами можно было организовать уже и сегодня. Но, зная своего консервативного учителя, Зейл был уверен, что у него в запасе есть как минимум еще один день. Да и снова осматривать Эль Мензе не станет. Только если послезавтра.

Неожиданно, но Алена задержалась в доме исцеления Мензе еще на три дня. Какая-то "чертовщина" начала твориться. То ее документы потеряли, нужно было восстановить. То капли, которые ей закапывали глаза, кто-то разлил А их нужно было делать заранее, смешивать пару составов и настаивать день.

Поэтому глазки у Али лечили еще более консервативным методом, силой магией Зейла. (Ну а что, не по статусу Мензе заниматься такой "ерундой")

Зато Зейл с удовольствием лечил Эль. И официальными методами, и своим, разрабатываемым здесь и сейчас инновационным методом.

Но долго удерживать Алену в доме исцеления не было смысла. В последнюю ночь Зейл также пришел полечить свою самую первую самостоятельную пациентку.

— Эль, проснитесь. Нам надо поговорить

— А? Что? — встрепенулась девушка.

Обычно лечение Зейла проходило незаметно для Алены. Она спала, а молодой целитель в это время ловил и перенаправлял ее шарм. Девушка просыпалась позже, утром. Когда наложенные тейлы начинали нещадно тянуть ее лицо.

— Я сегодня не стану вас лечить. Завтра вам предстоит конечный осмотр у Мензе. Он формальный, но обязательный. После него док не станет вас задерживать. Скорее всего, он порекомендует вам несколько мазей, да косметические тейлы. Для прикрытия шрамов. Ваши раны полностью зарубцевались, и с лекарской стороны их незачем трогать. Да и эти тейлы не особо-то нужны, так чисто декоративно прикрыть

— Значит, все, мое лечение прекращено? — грустно проговорила Алена.

Девушка прекрасно видела, что ее раны зажили, и появились свежие шрамы. Она каждый вечер смотрелась в зеркало, предоставленное Зейлом, после того как он снимал ей тейлы на ночь.

— Нет! Нет. Я чувствую, у вашего шарма есть еще возможности для улучшения вида Правда, как я предполагал, он истощился и мне его уже трудно зацепить и выловить. Но это не значит, что я прекращу ваше лечение. Мы только на середине пути.

— Но как вы будете лечить меня? Если я завтра покину дом исцеления?

— Частно. Я живу на перекресте Алых скворцов, дом 3. Послезавтра приходите ко мне вечером. Как раз изготовлю для вас особые тейлы. Они будут похожи на обычные косметические повязки, но на самом деле это будут ловушки для шлейфа шарма. Вам придется носить их в течение дня. Ловушки будут ловить шлейф и перенаправлять его на вас.