Цена огня. Рыцарь Огненной кавалерии

– И утонул?

– Разбился! – Ульф громко захохотал. – Дело-то зимой было.

Эйнар не выдержал и рассмеялся.

– Бедняга. А ведь неплохой человек был.

– Совсем спился.

– А что семья Торвальда? – задал Эйнар вопрос, который долго его тревожил. – Вы их нашли?

– Да. Лейв хотел их вернуть, но не успел. Старый отец замёрз насмерть, детей загрызли волки, а вдова повесилась на ветке.

Эйнар согнул ноги и обхватил колени. Правая рука задёргалась. Они мертвы, даже дети. Из-за упёртости Торвальда… да при чём здесь сам Торвальд? Кузнец к тому времени был мёртв, а на смерть их обрёк Гуннар. Вот только Эйнар не обязан был его слушать. Всё могло закончиться иначе. Он надеялся, что они выжили. Но они мертвы, а он даже не помнит их лиц. Комок царапает горло изнутри.

– А парень и вправду красный плащ? – спросил Ульф.

– Да.

– Может, стоит его проверить? Говорят, они хорошие бойцы.

– Тебя он не осилит.

– Как скажешь, – Ульф ткнул Эйнара в бок. – А тебе же идёт этот шрам.

– Как шрам может кому-то идти?

– Мне идут. Мало кто смог оставить отметину на моей шкуре не осталось никого, кто до сих пор топчет землю.

Ульф долго смотрел на Эйнара.

– Всё ещё злишься за это?

– Есть такое, да. Но, может быть, я и сам тогда хватил лишнего.

– Может быть? – здоровяк фыркнул. – Ты тогда обосрался. Всё, что можно было сделать неправильно, ты сделал неправильно. Вот, опять надулся.

– Я не надулся, – Эйнар сел поудобнее.

– Надулся! Когда ты вернулся от конунга, то сильно изменился. Никто тебя не узнавал. Слишком злой. Слишком самоуверенный. Будто всё знаешь за других.

– А разве не так вёл себя Хенрик? Разве не так должен вести себя гайдер?

– Я бы тебе сейчас по морде дал, но ты опять обидишься, – Ульф нахмурился. – Хенрик никогда не обвинял остальных в своих промахах. Я тогда слушал тебя и не верил, что ты тот самый мальчишка, что бегал за нами по пятам. Но я думал, что где-то внутри скрывается хороший человек, которого надо спасти. Нужно было что-то делать с этим, иначе ты бы пропал. А я обещал Хенрику присматривать за тобой.

– И для этого ты разрубил мне морду, да?

– Ты идиот, Эйнар, – сказал Ульф с ласковой улыбкой. – Это не тебе вызов был. Мы же думали, что ты пошлёшь драться Сестрицу, как было с Тормундом. Но ты, самовлюблённый хрен, пошёл против меня сам. Если бы отправил Гуннара, я бы его прикончил, Лейв бы стал главным и оставил тебя в клане, только навигатором. А ты всё просрал. Дурак.

Эйнар закусил губы до боли. Лейв бросил вызов, объявив, что старший брат недостоин быть вождём клана. А сам Эйнар рассвирепел и послушал Гуннара, который посоветовал драться самому. Вот только вместо четырнадцатилетнего Лейва вышел Ульф, о чём Сестрица знал, но промолчал.

Бой длился недолго. Один удар, вспышка боли, и вот неудавшийся гайдер рыдает, лёжа в грязи с разрубленным лицом.

– Гуннар думал, что я тебя прикончу, а уж он бы потом сам стал править. Но Лейв ему не дался и держится до сих пор. Эх, а ведь когда-то я считал Гуннара своим другом. Но после смерти Хенрика Сестрица изменился. Он же только твоего брата и уважал за всю жизнь, никого кроме него.

Ульф заговорил очень тихо:

– Но не так всё должно было быть, совсем не так. Ты же едва не помер. Надо было просто набить тебе морду, а потом выпить вместе и объяснить, почему ты был неправ. Может это и помогло бы.

– Вряд ли, – ответил Эйнар.

Неужели, в том, что случилось, его вина? Все эти годы он обвинял клан. Но настоящий виновник был намного ближе. Тот, из-за кого погиб брат. Но виновник не признается в этом даже самому себе. Не признается, что всегда знал, чьё лицо увидит под чёрным мешком.

– Лейв говорил, что предлагал тебе вернуться.

– Не сегодня. Но, может, когда-нибудь.

– Буду рад ещё увидеться, – Ульф обнял Эйнара за плечи. – У меня жена такой мёд варит, ты должен попробовать.

Всё же он скучал по здоровяку, хоть и не признавался. Потому что помнил только плохое. И отказывался вспоминать хорошее.

– О чём балакаете, девочки? – насмешливым голосом спросил Лейв, спускаясь с мостика. – Остров рядом. Если красный плащ прикончит суку, у меня такой камень с души свалится.

Глава 5.7

Остров был настолько маленьким, что не все дрэки могли выйти на берег. Водоходы расчертили ровную песчаную полянку и отметили границы щитами. Все кланы смешались друг с другом. На самом почётном месте сидел Кнуд Кольценосец. Вряд ли он понимает, где оказался. Остальные гайдеры расселись рядом. В центре полянки прохаживался Гуннар, держа раскрашенный щит в левой руке и длинный меч в правой.

Людвиг стоял в стороне, вокруг него собралась молодёжь клана. Они пытались вспомнить какие-нибудь слова на южном наречии или учили их прямо на ходу, чтобы поговорить с рыцарем. Всё же неплохо, что он так быстро завёл новых друзей. Клан уже уважает его больше, чем Эйнар смог бы добиться за всю жизнь.

– Нет, мне нужен, не привык, – Людвиг отказался от круглого щита. – А вот это пригодится.

Ютландский шлем с полумаской смотрелся на рыцаре-островитянине немного нелепо, но зато оказался по размеру. Водоходы разошлись по своим местам, а Людвиг делился с Эйнаром впечатлениями:

– А потом один дед с кольцами начал рассказывать, как отправился в поход с Эйриком Убийцей Машин в Тренланд, – тараторил парень. – А ведь это был первый бой дедушки.

– А ты знаешь, кто этот человек?

– Кто?

– Кнуд Кольценосец.

– Да не ври! – Людвиг засмеялся. – Скажешь тоже. А потом навигатор проводил меня… как же то место назвал? Машинный отсек, да, и показал, как меняет батареи. И там дрэк о чём-то спросил его, представляешь?

– Да.

Всё же хорошо, что островитянин пришёл в себя и освоился. Но чувство вины Эйнара становилось только сильнее. Он подставил парня.

– Если бы не этот бой, – Людвиг выдохнул и поправил шлем. – Выглядишь хуже, чем я себя чувствую. Не волнуйся. Рейм рассказывал, что с одним глазом сложно оценивать дистанцию. Так что у меня преимущество.

Вообще-то, это его надо подбадривать. Но парень в таких ситуациях всегда ведёт себя спокойнее. А ещё называет себя трусом и нытиком. Кто здесь настоящий трус и нытик?

– Как знаешь. Главное, не рискуй понапрасну.

– Я не из тех, кто рискует, – Людвиг взял правой рукой за кончик меча и несколько раз разогнул гибкий клинок. – У него броня тяжелее моей. Он устанет раньше.

– Тебе лучше знать.

– Слушай, Эйн, я кое-что обещал сегодня, чтобы вот так просто умирать.

– Да, – Эйнар улыбнулся через силу и поднял кулак. – Удачи, островитянин.

– И ты не скучай, нордер! – Людвиг стукнул своим кулаком и вышел на площадку.

Эйнар сел у края. Рядом примостился Ульф, баюкая меч в руке.

– Выглядит совсем не грозным, – посетовал здоровяк. – Но Сестрица его боится.

Гуннар постучал по щиту. Людвиг выполнил какое-то сложное приветствие клинком и выставил оружие перед собой, повернувшись к противнику левым боком. Рыцарь стоял на чуть согнутых ногах и тихо, но глубоко дышал.

Гуннар сразу бросился в атаку, нанося размашистые удары, но Людвиг отходил, не принимая их.

– Ну кто так дерётся против левшей, – сказал Ульф. – Неправильно он делает, совсем неправильно.

Гуннар остановился. Эйнар не видел его взгляда, но не сомневался, что он изучает противника. Людвиг выжидает. Водоходы начали недовольно гудеть, и Гуннар ударил. Людвиг уклонился и рубанул в ответ, совсем легко, кистью. Меч прошёлся по кольчуге, лишь звякнув.

– Так доспех не пробить, – Ульф поправил перчатки. – Слишком уж твой островитянин осторожный.

Людвиг наносил короткие уколы. Гуннар закрывался щитом, но даже такой неумелый фехтовальщик, как Эйнар, видел, как Сестрице непривычно обороняться от левой руки. Очередной укол и рыцарь скользнул вбок. Гуннар попробовал отбиться щитом и крутился следом, но Людвиг так и держался слепой стороны, изредка нанося осторожные уколы, будто проверяя кольчугу на прочность.

– Он привык в строю сражаться или против других, таких же, – сказал Ульф. – С неудобными он редко дрался.

Сестрица дождался, когда солнце будет напротив Людвига, и напал. Быстрый удар по шлему и тут же тычок щитом. Железный умбон зазвенел, столкнувшись с кирасой рыцаря. Эйнар вскочил на ноги, чувствуя, как внутри всё холодеет. Меч Гуннара скользнул по клинку Людвига и уткнулся в дужки на эфесе.

Гуннар с силой давил и рыцарь упал, но выставил меч перед собой и поднялся. Сестрица напирал, закрываясь щитом. Островитянин уже подобрался к краю поля. Гуннар замахнулся, а Людвиг рывком ушёл в сторону, делая укол. Кончик меча разломил несколько звеньев кольчуги на правом рукаве. Сестрица попробовал разрубить Людвига в ответ, но рыцарь уже отошёл на привычную для себя дистанцию.

– Слабо, – рядом с Эйнаром сел Лейв. – Царапина, даже крови не видно.

Но самом кончике лезвия всё же осталась небольшая капелька. Рыцарь собрался нападать, но Гуннар ударил первым. Круглый щит закрывал его, но меч постоянно натыкался на оружие Людвига.

Сражающиеся разошлись. Рыцарь держал меч так же высоко, как и раньше, Гуннар чуть ниже. Островитянин осторожно подходил, словно проверял, насколько близко соперник готов терпеть жало клинка у своего тела. Людвиг сделал короткий выпад, отступил и тут же уколол быстрее и сильнее, целясь в то же место. Меч ткнул правое плечо, и кончик погрузился внутрь намного глубже, чем в прошлый раз.

Гуннар посмотрел на рану и расхохотался. Островитянин отошёл.

– Так дерутся красные плащи? – Лейв нахмурился. – Я был о них лучшего мнения.

– Из тебя боец, как из козьей жопы! – Ульф засмеялся. – Смотри внимательнее. Всё только начинается.

Гуннар подходил к рыцарю, размахивая мечом, но удары замедлялись. Сестрица рубанул несколько раз и остановился, опираясь на меч. Кажется, он устал. Он запрокинул голову, вдыхая… и швырнул щит в Людвига.

Щит попал в шлем, а Гуннар побежал, держа меч двумя руками. Первый удар Людвиг отбил, но следующий так громко стукнул по кирасе, будто молотом. Третий удар пролетел совсем рядом с горлом рыцаря, кончик оружия чиркнул по воротнику. Людвиг ткнул в ответ, но меч лишь скользнул по стальному панцирю Гуннара. Рыцарь отходил, возвращаясь на дистанцию. Хорошо видна кровь из царапины на подбородке.

Людвиг наконец отошёл, вытягивая меч на вытянутой руке. Водоход пытался мощным ударом сбить оружие в сторону, но рыцарь убирал клинок лёгким движением кисти.

– Вот это уже поинтереснее, – сказал Лейв. – Но красный плащ уже выдохся.

– Гуннар устал сильнее, – Ульф сидел с довольной улыбкой. – Он обречён.

Сестрица нанёс несколько слишком медленных и долгих ударов. Людвиг отступал на другой край площадки, Гуннар шёл следом.

– Да что он так убегает?

Они сблизились и разошлись. Гуннар зашипел, когда очередной укол проткнул кольчугу уже на левой руке. Людвиг сделал вид, что опять собирается уходить, но вместо этого уколол и попал в локоть. Сестрица взревел от боли и начал рубить. Удары одной израненной рукой совсем медленные, даже Эйнар смог бы защищаться от них.

– Вот теперь всё, – сказал Ульф. – Красный плащ хороший боец, но слишком осторожный. Я бы его победил.

Гуннар рубанул и его повело вслед за мечом. Людвиг ударил в панцирь, но клинок отскочил. Островитянин подождал ответа и опять уколол, намного сильнее. Меч вошёл в щель между стальными пластинами. Сестрица застонал. Водоходы радостно закричали.

Людвиг отошёл на несколько шагов, Гуннар двинулся следом, волоча меч по песку. Лезвие, заляпанное кровью самого Сестрицы из раненых рук, тихо звенело. Рыцарь остановился, Гуннар замахнулся, подняв меч высоко над головой, а Людвиг уколол изо всех сил. Клинок воткнулся ниже панциря, пробил кольчугу и ушёл глубоко в живот.

– Готов! – взревел Ульф.

Гуннар охнул и уронил оружие. Людвиг отступил, держа окровавленное оружие перед собой, ожидая продолжения схватки. Но его не было. Сестрица хрипел и пошёл прямо на Эйнара, но смотрел не на него.

– Ульф! – из последних сил крикнул Гуннар. – Прикончи ублюдка!

– Да он же победил, – возразил Ульф.

– Убей его! Ты мой должник! – Гуннар рухнул на колени. Кровь текла из-под панциря. – Дерись вместо меня! Ты обязан подчиниться.

– Ну раз так, – Ульф поднялся на ноги.

– Стой! – Эйнар вцепился ему в плечо. – Не делай этого!

– Но я должен.

– Ульф, стой на месте! – крикнул Лейв. – Это неправильно.

Ульф посмотрел на Гуннара.

– Да ты умирать собрался? Да он сейчас сдохнет.

– Так стой на месте.

– Я не могу, – он виновато улыбнулся. – Пока эта сука жива, меня держит клятва. Никто не скажет, что Ульф Рагнарсон нарушил своё слово.

– Ульф, твою мать, не вздумай! – кричал Эйнар, не отпуская водохода.

– Убей его, – прохрипел Гуннар и упал на песок.

– Пока он жив, я его должник, – Ульф вскинул голову и засмеялся. – Но как только сдохнет… это уже скоро, а я пока посмотрю, чего стоит красный плащ.

– Ульф!

– Что ты истеришь, как баба? Эйнар! Успокойся! Всё будет хорошо. Небольшой поединок, я твоего муженька даже не поцарапаю. Крикни мне, когда эта сука помрёт, всё и закончится. Обещаю.

Гуннар застонал, а Ульф вырвался и побежал к Людвигу. Рыцарь смотрел на кончик меча и тяжело дышал. Парень не ждал нового боя.

– Лейв, помоги! – Эйнар бросился к брату.

– Не могу, он прав. Да не убьёт он его, не бойся, Ульф слишком умелый. Успокойся! Сейчас Сестрица сдохнет и я остановлю бой. Не бойся и не истери.

Гуннар застонал, не собираясь подыхать. А Ульф уже рубился с Людвигом, только звон стоял в ушах. Водоходы кричали, обрадованные новой схваткой. Рыцарь отходил и спотыкался, он уже пропустил несколько ударов в кирасу.

– Просто продержись немного! – крикнул Эйнар. Лишь бы Людвиг услышал. – Защищайся!

Гуннар застонал. Ублюдок умирает, но слишком цепляется за жизнь.

– Хенрик. Прости… я не смог…

Он захрипел и замолчал.

– Сдох! – заключил Лейв. – Всё, конец.

– Ульф! – крикнул Эйнар. – Он умер!

– Ха! – только и произнёс Ульф.

Он ударил Людвига ещё раз и сбил с него шлем. Рыцарь отошёл назад, сжимаясь, как пружина. Ульф опустил меч.

– Херня эти красные плащи! Я дерусь лучше…

Пружина разогнулась. Людвиг устремился вперёд. Ульф успел обернуться и отбить два удара. Третий рассёк ему кисть и Ульф выронил меч, но не произнёс ни звука. Последний укол шёл прямо в горло. Клинок уткнулся в кольчужный воротник доспеха Ульфа и сильно согнулся. Эйнар подумал, что меч сломается.

Клинок выпрямился, проламывая упрямые звенья, и пробил горло насквозь, а Людвиг тут же выдернул его назад. Все водоходы заорали одновременно.

Ульф рухнул навзничь, глаза помутнели, ноги начали скрести песок, а кровь разливалась гигантской лужей. Всё точно так, как при смерти Хенрик. Эйнар стоял, пока оцепенение не прошло. Это твоя вина, кричал Старик, будто вернулся из мёртвых. Эйнар подбежал к телу, но Ульф уже умер.

– Почему? Почему он напал? Я думал, он хочет меня убить, – Людвиг сидел на песке. Глаза дикие, окровавленный меч валяется на земле. – Я не должен был его убивать? Он же твой друг. Я не хотел. Почему он начал драться? Я же ему ничего не сделал.

Эйнар отвернулся, взгляд упал на лежащего Гуннара. Единственный глаз Сестрицы смотрел на Эйнара, а из-за оскаленных зубов казалось, что подонок смеётся.

– Вот это бой! – гайдер Кнуд похлопал Людвига по плечу. – Сам Эйрик бы тебя похвалил, парень.

– Двух таких воинов за несколько минут, – Свен присоединился к поздравлениям. – Не думал, что увижу, как кто-то победит Ульфа.

Но Людвиг их не слушал.

– Я не хотел, – прошептал он. – Я не знаю, почему… я испугался. Извини, пожалуйста. Мне стало страшно… я не хотел, так получилось само.

– Само? Да ты хоть понимаешь, что натворил? – хрипло выдавил из себя Эйнар. – Лишь бы мечом тыкать, да?

Людвиг как-то странно вздохнул, покраснел и вытер лицо, размазывая кровь. Эйнар отошёл, злой на него. Злой на всех остальных. Злой на себя.

– Как глупо получилось, – сказал Лейв. – Бой хороший, но клан теперь ослабнет. Ты не вернёшься?

Эйнар замотал головой.

– Как знаешь, брат. Я высажу вас на материке, дальше сами. Надо только похоронить Ульфа. Как же без него будет трудно. А одноглазую суку пусть сожрут чайки.

Кнуд Кольценосец склонился над телом Ульфа и начал бормотать молитву, то ли Всеотцу, то ли Спасителю.

– Хороший воин и хорошая смерть, – сказал он и вытер слёзы. – Почему я не заслужил такую?

Эйнар отошёл, не в силах всё это слышать. Он всегда был чужаком в этом клане. Никогда не поймёт, почему никто не печалится смерти Ульфа, а радуются увиденному. Никогда не поймёт этого, даже за всю жизнь, а она у него одна. Гуннар больше не смотрел никуда, глаз выклевала чайка. Но ухмылка осталась на месте.

Часть