Любовь среди туманов

– Да я понятия не имею! – честно и максимально открыто призналась я.

– Ну предположите! Пофантазируйте! – настаивал препод.

– Никак? – предположила я, и предположение это прозвучало предательски жалко.

– Шаттер, ну почему никак-то? – ужаснулся препод. – Включите голову! Она вам дана не только чтобы эффектно бровку вскидывать.

Каюсь, не удержалась и вздернула тут бровь, приведя тем самым мужчину в бурный восторг:

– Вот, о чем и речь! Ладно, я вижу, что вы девушка умная. Коллеги с кафедры алхимии даже говорили, исключительно талантливая в алхимии. Сделаю скидку на ваше образование… и продемонстрирую этот лабораторный эксперимент!

В тот момент я краем сознания начала подозревать, что мужик передо мной просто красуется и пытается произвести впечатление. Вообще, он был того типажа, на который западают первокурсницы, – еще не старый, но уже пообтесанный жизнью. Но я-то явно не подходила под описание впечатлительной юной особы!

Тем не менее на кафедре установили мраморную доску, педагог поддернул рукава и, демонстративно размяв пальцы, что-то швырнул в мрамор.

Не представляю, какой результат должен был быть, но определенно не тот, что получился. Розовая молния срикошетила от мрамора и заплясала по аудитории под визг и хохот студентов. Я бы, наверное, тоже к ним присоединилась, если бы могла повесить на себя какой-нибудь щит. Но внезапно оказалось, что в огромной аудитории я – единственная, кто почти не пользуется магическим резервом по банальной причине отсутствия оного, а веселенькая шаровая молния на всех парах мчится прямо мне в лицо.

«Какая нелепая смерть», – успела подумать я, прежде чем магический разряд разбился о невесть откуда взявшийся щит.

Аудитория растерянно замолчала, а я почему-то кинула взгляд на Крейга. Парень смотрел прямо на меня, и в ярко-синих глазах плескалась магия.

– Кто поставил поглощающий щит на темную? – то ли удивленно, то ли недовольно спросил педагог.

Студенты молчали, да и я не спешила делиться догадками.

– Шаттер, может, вы сами накинули заклинание? – продолжил допытываться препод.

– Вы издеваетесь? – искренне полюбопытствовала я. Нет, ну серьезно, здесь даже моих скромных знаний хватает, чтобы понять, что для поглощения атаки третьего уровня нужна минимум шестерка в защите.

– Что за тон? – возмутился педагог, видимо решив, что я больше не выгляжу лакомым кусочком местного любителя свежатинки.

– Тон как тон, – пожала плечами, – а вопрос вообще философский.

У препода даже морду лица слегка перекосило от злости:

– К декану.

Ой, да ладно? Надо было промолчать, но я не могла удержаться:

– Мне ему что сказать: что вы заклинания перепутали или что ошиблись в сопротивлении материй?

– Во-о-он! – рявкнул мужик, для пущей наглядности ткнув наманикюренным пальцем в дверь.

Он еще и белоручка? Потрясающий представитель педагогического зверинца!

* * *

День так и прошел в череде дурацких занятий и бесполезных уроков. На медитации я, правда, немного подремала, к вящему неудовольствию педагога, но кто ж виноват, что мой резерв не натягивается на перспективы.

И, возвращаясь вечером в комнату, полная печальных дум о своей судьбинушке, я никак не ожидала встретить Крейга, подпирающего дверь моей комнаты.

– Привет, – поздоровался Алекс.

– Привет, – растерялась я.

Парень достал из внутреннего кармана пиджака небольшой прямоугольный конверт без опознавательных знаков и протянул мне. Я, не задумываясь, взяла его и вынула плотную бумагу с надписью в правом верхнем углу: «Форма-4». Бегло просмотрела текст, утверждающий, что темной адептке Эльзе Шаттер, то есть мне, разрешен полный доступ в библиотеку, за исключением особой секции.

Я подняла глаза на Крейга:

– Спасибо.

– Пожалуйста, – кивнул парень. И добавил: – Собирайся.

– Куда?

– На тренировку.

– Зачем? – искренне удивилась я.

– Бегать, – спокойно пояснил Крейг.

От такого пояснения я пришла в настоящий ужас:

– Зачем?! Рик прекрасно справляется с моим бегом! Мы с ним идеально подходим друг другу!

У Крейга, кажется, дернулся глаз.

– Ты сама должна преодолевать дистанцию. Рик… Не будет носить тебя на себе.

Нет, ну я не полная дура, и понимала, что сидеть на закорках у паладина в настоящем бою такое себе удовольствие, но бег…

– Слушай, ну посмотри на меня, – решила я обратиться к голосу разума светлого мага, – видишь это великолепное тело? – Я провела руками, демонстрируя себя в скучном ученическом платье, которое из любой красавицы с фигурой типа «песочные часы» сделает церковную мышь. – Так вот оно в жизни ничего тяжелее мерной ложки не поднимало. А мой максимум дистанции – от лабораторного стола до раковины, если зелье начинает полыхать. Я никогда не стану ни бегуном, ни боевым магом при всем моем желании.

Крейг как-то лениво шевельнул пальцами, и конверт с допуском выскользнул из моих рук и завис в воздухе издевательски близко и одновременно с тем гадски высоко. Я попробовала дотянуться, попрыгала, попыхтела. В конце концов плюнула.

– А, демон с тобой, – буркнула я и пошла переодеваться, напоследок умыкнув-таки конверт с допуском.

В комнате за письменным столом сидела Фредерика, с самым задумчивым видом покусывая кончик писчего стило и болтая ногами.

– Привет, – кинула я, сбрасывая на кровать сумку и выуживая из своей половины шкафа спортивный костюм.

Паладинша флегматично следила за мной до тех пор, пока я не начала переодеваться.

– Ты куда это на ночь глядя? – обалдела девушка.

– На свидание, – охотно пояснила я.

– С кем? – Глаза у Кнопочки заняли почетную половину лица.

– С беговой дорожкой, – буркнула я, решив, что подставлять Алекса Крейга свиданием с темной – совсем уж нехорошо. Все-таки парень помогает мне, хоть и гад, конечно.

– Одна? – как-то хитро прищурилась соседка.

– С лидером группы, – нехотя призналась я.

От этих слов Фредерика аж подпрыгнула на стуле.

– Где вы с ним встречаетесь? – быстро спросила девушка.

– Да за дверью ждет, – ответила, несколько опешив от такого напора.

К моему великому удивлению, не последовало ни глупого хихиканья, ни сальных шуточек, ни толстых намеков. Вместо того чтобы, как и положено всякой воспитанной девице, намекать на непристойности, паладинша буквально сорвалась с места с такой скоростью, что стул подпрыгнул и продолжал танцевать, а соседки и след простыл.

К моему удовольствию и всяческому удовлетворению моего любопытства, Фредерика так спешила, что неплотно закрыла за собой входную дверь, позволив мне самым подлым образом подслушать беседу.

– Я знаю, что ваша команда лишилась двух участников, – напористо начала паладинша, опустив приветствия.

– Не лишилась. Я их исключил. Это разные вещи, – ровным тоном пояснил Алекс.

– Без разницы, – заявила Кнопочка, – в любом случае у тебя есть свободные места.

– Есть, – просто согласился Крейг и уточнил: – Одно место.

– Мне хватит, – заявила Фредерика, – возьми меня к себе в команду.

Повисла долгая пауза. Полсундука с эликсирами отдала бы, чтоб увидеть, как вытянулась рожа Крейга от такого заявления!

– У нас уже есть паладин, – наконец подал голос парень.

– Но нет охотника, – заметила Фредерика.

– Ты же всегда была паладином?

– Долгая история, – увильнула соседка от долгого жизнеописания. – Ну так что? Возьмешь?

– М-м-м…

– Мы на последнем курсе. Тебе физически неоткуда взять замену. Вряд ли Темнейшая академия расщедрится на еще одного блестящего ученика, которого ты сцапаешь, пока остальные щелкают клювом.

Ой, мамочки… Это ж я что, обсчиталась с дозировкой эликсира на ее цыплячий вес?

– Устрой мне испытание, – меж тем продолжала напирать Фредерика. – Ты ничего не теряешь!

– Неправда, я потеряю время и, – повысив голос, – всякое терпение, если кое-кто не поторопится!

– Алекс, ну пожалуйста! Просто испытай меня, и твоя команда не пожалеет! Вы все равно не сможете выпуститься недокомплектом, хочешь, чтобы тебе подсунули еще какую бесполезную красотулю на радость мачехе?

– Рери, твой отец убьет сначала меня, а потом тебя, если ты сменишь профессию, – мягко произнес Алекс, и я запоздало сообразила, что эти двое вообще-то неплохо друг друга знают.

– Меня он в любом случае убьет, а до тебя не дотянется. Весовая категория не та, знаешь ли.

Крейг тяжело вздохнул:

– Ну что с тобой делать? Ладно, давай послезавтра вечером.

– Спасибо! – радостно пискнула Фредерика, раздался звук звонкого чмока, и девушка вернулась в комнату, мурлыкая себе под нос какой-то незамысловатый мотивчик.

– Ты чего возишься? Алекс уже заждался, – бросила она и как ни в чем не бывало уселась за письменный стол.

Интересно, если я покаюсь Алексу, что немножечко так ошиблась с разумной храбростью для нашей маленькой подруги, он поймет или прикопает меня сегодня где-нибудь под муравейником?

Глава 5

Мы шли по территории Пресветлой академии в молчании. На лице Крейга отражалась усиленная мыслительная деятельность, но со мной он не делился. Я же размышляла, стоит ли отнимать у Кнопочки эликсир. По всему выходило, что не стоит, девчушка только-только жизнь решила наладить. Да и объема должно было хватить максимум на неделю. И все-таки меня немного беспокоило происходящее.

В основном потому, что мне не нравилась моя реакция. Все-таки я – темная, а мы в сочувствии к светлым магам замечены не были. Темные вообще, как правило, индивидуалисты, кучкуются редко небольшими и очень агрессивными к окружающему миру группами.

Погруженная в мысли о своем внезапном человеколюбии, я и не заметила, как мы пришли на полигон, где утром проходит построение. Территория академии освещалась частыми магическими светильниками, и сейчас площадка просматривалась целиком.

– Итак… – вздохнул светлый маг, поворачиваясь ко мне. – Что ты знаешь о методах борьбы с Туманными чащами?

– Ничего, – честно ответила я.

Парень удивленно вскинул брови. Мне даже стало интересно, почему он раньше не поинтересовался этим вопросом, о чем я его и спросила.

– Мне казалось, это общеизвестная истина, – признался Крейг.

– О, – только и сказала я.

Светлый маг помолчал, задумчиво рассматривая меня.

– Ладно, тогда поступим так. Начнем с пробежки в комфортном для тебя режиме, я оценю твой уровень и заодно прочитаю коротенькую лекцию.

– А может, просто прочитаешь коротенькую лекцию? – спросила я без особой надежды.

– Шаттер, – тоном, полным всемирной скорби, произнес парень.

Пришлось демонстративно вздохнуть и отправиться топтать специальную дорожку. Примерно минуту мы бежали молча, парень крутился вокруг меня, окидывая хмурыми оценивающими взглядами. И нет, в них не было ничего игривого, это был взгляд наставника. И ничего хорошего он мне не предвещал.

– Пресветлая академия выпускает студентов уже сработавшимися командами по семь – десять человек. Как правило, в них входят представители основных факультетов и лекари.

– Или у меня плохо с арифметикой, или у вас изначально недобор, – заметила я.

– Лекарей не хватает, и в Военной академии на них не учат. Они не выходят в рейды и лечат только тех, кто добрался до лазарета.

– Не слишком оптимистично, – пробормотала я.

– Увы.

Мы как раз завершили полный круг по полигону, и я притормозила, сбивчиво дыша.

– Ты чего? – не понял Крейг. – Все, что ли, выдохлась?

И сказано это было таким неверящим тоном, мне даже стало немного стыдно. Совсем чуть-чуть. Прямо на капелюшечку. Чтобы заткнуть свое внезапно спортивное самолюбие, я хотела сменить тему, но не успела. Крейг кинул взгляд куда-то мне за спину, и лицо его приобрело мрачно-брезгливое выражение. Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять – к нам чешет его несостоявшаяся любовь всей жизни в какой-то сомнительной компании.

– Мы бронировали полигон на вечер, – вместо приветствия сказал парень в числе подошедших.

Произнес он это без особой радости на красивом, благородном лице. Да, красивый, еще немного – и можно назвать смазливым блондинчиком. Но все же оставалось что-то грубоватое в чертах лица, движениях, фигуре. Они с Крейгом даже были чем-то похожи. Принадлежность к богатым аристократам, можно сказать, проштампована на лбу у обоих.

Подошедших насчитывалось человек десять, в том числе София с подружкой. Видимо, прибились к другой группе. По горизонтальным рекомендациям, не иначе.

– У меня разрешение от Марка Кортона. – Крейг скрестил руки на груди, не собираясь уступать перед лицом надвигающегося мордобоя. А то, что пикировкой встреча не ограничится, было очевидно. Слишком уж недобрыми взглядами обменивались парни.

– А у меня разрешение от Филиппа Авентса, – парировал пришедший.

В моем понимании разрешение от ректора – козырь, бьющий любое другое, но Алекс, видимо, не собирался сдаваться.

– Мое выдано четыре дня назад. А твое?

Блондинчик недовольно цыкнул. Кажется, наши победили?

– Брось, Алекс, – подала голос София. – Мы же все знаем, что она – неликвид, который сбросили нам в академию. Расходный материал, что не пригодился даже темным. Возможно, она удобна для грелки, но для команды… ты же угробишь всех на первом задании из-за нее.

И все посмотрели на меня так выжидающе, как будто я должна то ли кинуться выдирать Софии патлы, то ли закатить истерику, то ли расплакаться. Мне, конечно, хотелось сказать, что мне эти их группы и священная борьба с Туманными чащами до одного места, но не хотелось подставлять Крейга. Он вроде не такой уж и гад, хоть и светлый. А потому я решила, что раз моей темности недостаточно, то придется эпатировать публику запрещенными приемами.

Я подошла к Крейгу, переплела его пальцы со своими, от чего ладонь парня едва ощутимо дрогнула, положила голову на плечо, прильнув всем телом, и максимально интимно промурлыкала:

– Дорогой, хочешь, я их всех отравлю? Каждая уважающая себя ведьма носит при себе летучие яды, ты же знаешь.

Обалдели все, особенно дорогой.

Я же для пущей наглядности извлекла из поясной сумочки небольшую склянку с чуть светящейся ядовито-зеленой жидкостью и сунула ее под нос Алексу.

– Умирать будут долго и мучительно, гарантирую!

– Бешеная тварь, – прошипела София, прячась за спиной у блондинчика.

– Ну что ты так переживаешь, с твоими глубо-о-о-окими знаниями… – начала я, но Крейг с силой сжал мою ладонь, пришлось менять тактику, – всегда найдешь теплое местечко.

– Я подам жалобу, что вы отказались освобождать полигон, – мрачно предупредил блондинчик.

– И что угрожали! – пискнула София, на месте которой я бы вообще держала язык за зубами.

Я хотела великодушно разрешить подавать что угодно и кому угодно, но Крейг опять сжал мою ладонь и ответил сам:

– Не думаю, что кто-либо из присутствующих действительно хочет настоящего разбирательства. Да, София? – с нажимом произнес парень.