
Полная версия:
Связующая нить
–У меня, – проговорил Костя, – что делать целых три дня на гражданке-то?
Послышался смех.
– Вопросов нет , – ответил сам себе Атей.
Патрулирование прошло штатно и мы уже в 12:15 выезжали с парковки в сторону Зеленогорска.
– Зданимир как отнёсся, что мы вместе выходные проводим?– спросила я, смущаясь.
То, что про нас знают все, стало понятно на следующий же день, после моего светопреставления в кабинете полковника. К нам заявилась проверка. Дергали всех, выворачивали души и выкручивали мозги. В итоге постановили, что нашим отношениям быть. Спасибо великодушное. Но я не понимала, как отнёсся отец Атея к тому, что мы с ним стали парой. Мы вообще почти не виделись наедине все это время, так что спросить не получалось.
Как-то командир заглядывал в гости. Но мы тогда не разговаривали практически. Заняты другим были.
– Нормально. Думал, что будет хуже. Сказал, что рад за нас.
Я чувствовала, что это правда. Атей вообще не врал никогда. Говорил всё в лицо. Эта его прямолинейность очень бы мешала, если бы он был обычным человеком и работал, допустим, в офисе.
Я взяла его за руку и сказала:
– Хорошо, когда не надо прятаться.
– Это точно.
Дорогой болтали о службе, вспоминали, как мы с ним первый раз приезжали в дом, как всё было непонятно и запутано.
– Хотел сказать, Дарья и Василий в отпуске. Так что мы с тобой в доме будем одни.
–То есть, можно делать что хотим, как хотим и где хотим?
Он усмехнулся:
– Это конечно да, но я про то, что готовить придётся. Ты же умеешь?
Только сейчас осознала, что мы друг про друга ничего толком и не знаем.
– Какая твоя любимая книга? – задала вопрос, поставивший его в тупик.
– Это какой-то вопрос с подвохом?– спросил он.
– Нет, хочу знать о тебе всё!
В доме было непривычно пусто и тихо. Только успели зайти, как Атей подхватил меня на руки и прошептал:
– Я соскучился .
Распаковкой вещей смогли заняться только через пару часов.
Как же здорово, что можно не контролировать себя. Мы были свободны и были только он и я .
Обед готовить не надо было. Даша наварила борщ утром. Но вот с ужином пришлось повозиться. Я начинала готовить, а Атей всё время норовил меня отвлечь, то обнимая, то подкалывая.
С горем пополам запекла овощи с куриной грудкой, которую теплой мы тоже так и не поели. Когда уже стемнело, Атей сказал:
– Что за новая метка на ноге?
– Что?– переспросила я.
– Метка. Что она означает?
Я замялась, потому что не хотела вдаваться в подробности. Зная его, понимала, что предпочтёт, что бы меня услали за тридевять земель, чем позволит причинять себе боль.
– Да так. Что бы нечисть меня не узнала.
Тут же кинула взгляд на часы. Метка перестала действовать несколько часов назад. То есть, по идее мне надо будет утром, если мы планируем выходить куда-то, нанести новую, либо сидеть дома.
Выбор пал на дом, так как заняться нам было чем.
Прошли наши прекрасные выходные и надо было через пару часов возвращаться на базу. Теперь остро стоял вопрос, как нанести метку, что бы Атей не видел самого процесса.
Зайдя в ванную комнату, закрыла дверь и достала писало. Ну что, закусив полотенце, стала выводить на ноге буквы глаголицы. Не рассчитала только, что запах палёной кожи будет всё равно распространяться.
Атей стал стучать в дверь, а я не могла бросить дело на пол пути. Из глаз текли слёзы, полотенце в зубах пропиталось слюной. Не могла ответить от слова совсем.
Он стал дёргать ручку сильнее, ещё сильнее. Когда сделан был последний штрих, дверь слетела с петель.
Атей стоял в дверном проёме, тяжело дышал и смотрел на меня. Выглядело это конечно дико. Я на полу ванной, в руках писало, в зубах полотенце, на лице дорожки от слёз. Тут же рядом моя нога с ожогом в виде метки.
Он сел на колени рядом со мной и вынул полотенце изо рта.
– Ты …Почему не сказала?– спросил, поднося к губам мою руку с писалом.
– Боялась, что не дашь мне это сделать. Что мне придётся уехать.
– Ты же истязаешь себя. Ради чего?
– Кого, а не чего. И я буду это делать и дальше. Для меня важно одно – быть рядом с тобой.
–Тэкла…,– прошептал он.
Не знаю, сколько сидели так на полу, но стало так спокойно на душе и боль ушла. Мне казалось, что каким-то образом Атей забирает себе часть ее. А может быть это любовь?
Глава 26.Атей.
Вчера вернулись на базу после выходных и я не могу до сих пор выкинуть из головы ту картину, которую застал в ванной. Кстати, отцу надо сказать, что с дверью случилась беда.
Ужасно, что Тэкла проходит через это всё каждый день. В ту минуту, когда она начала наносить эту метку, почувствовал, что что-то не то. Когда она не отвечала из-за закрытой двери, да ещё этот запах, то впервые настолько сильно испугался.
Увидев ее тогда в больнице, не мог предположить, что в столь хрупком теле окажется сила духа, которой нет равных.
Ночная служба прошла спокойно.
Я шёл по коридору в сторону спорт зала. Тренировка была третьего и четвертого десятка. Первый и второй сегодня оттачивали метания ножей, после у них было плавание. Так что Тэклу увижу только к патрулю.
Эти несколько дней, что провели вместе, были сказочными. Мы много говорили, спорили о каких-то вещах, смотрели ее любимые фильмы, обсуждали книги, которые когда-то читали. Я не думал, что когда-нибудь смогу просто так говорить с девушкой. До Тэклы все разговоры сводились к нескольким общим фразам, а потом, удовлетворив свою физиологическую потребность, исчезал.
Здесь всё по-другому. Это непривычно и немного пугает, но без нее жизнь не будет прежней.
Смарт-часы на руке подали признаки жизни. Меня вызывает к себе полковник.
Отец сидел, как обычно, за столом.
– Сотник, курсанта Тэклу переводят в основной состав 8 десятка. Ты с ними на патрули выходить не будешь. Приказ понятен?
–Да.
Я не согласен, но приказ есть приказ.
–Знаю о чём думаешь, – продолжил отец.– Но перспектива была намного хуже. Ее предложили перевести в другую тысячу в Калининград. Мне удалось убедить их,– он показал указательным пальцем наверх, – что всё под контролем и вас вместе больше на патрулирование не отправят. Курсанта уже уведомил десятник Пётр Кислов .
– Разрешите идти?
– Идите, сотник.
Почти дойдя до выхода, повернулся и сказал:
–Пап, там дверь в доме …Я Василию записку оставил, что ее починить надо.
Он закатил глаза:
–Молодость. Иди уже. Служи.
До патруля удалось перехватить Тэклу в коридоре у оружейки.
– Ты уже знаешь?– спросила она.
–Да, полковник поставил в известность.
Я так хотел до нее дотронуться, поцеловать, но вокруг нас ходили ратники, да и времени не было. Не мог насмотреться на нее. Неужели теперь ещё реже будем видеться?
Она улыбнулась мне и пошла к своему десятку.
Вернулись на базу после относительно спокойной ночи.
А вот восьмого десятка всё не было. Волнение заполнило моё сердце. Все ночные ратники возвращаются в одно время. У нас разные оружейки, разные раздевалки. Но мы в любом случае пересекаемся.
Все десятки были на месте, кроме восьмого.
Единственное, куда мог пойти, что бы узнать последние новости, был Вадим. Этот умудрялся знать всё и обо всём. Иногда казалось, что даже раньше, чем что-то случалось.
В лазарете было людно. Бегали медбратья, увидел резервных врачей.
Вадим что-то громко объяснял медбрату, когда я увидел его.
– Что происходит?– спросил достаточно резко.
– Да восьмой десяток. Уже ехали на базу, как на них напали демоны и ко. Подорвали одну машину. Там спасать некого было. Оставшиеся ратники смогли уничтожить нападавших, но пострадали многие. Вся восьмёрка теперь в лазарете.
У меня похолодело внутри.
–Кто в машине был?– схватил его за грудки.
– Эй, Ромео, тут же люди. И все смотрят.
Я отпустил Вадика.
–Прости. Кто в машине был?
– Могу сказать, что ее там не было. Она в кабинете сидит на перевязке.
Он кивнул головой в сторону белой двери под номером 7 . Этого было достаточно.
Распахнув дверь, ворвался внутрь.
Тэкла сидела на стуле и ей накладывали шов на руку. Врачующие капсулы помогают и это основное наше лечение, но раны до этого надо обработать и зашить.
–Выйдите немедленно,– крикнул мне врач.
Пришлось ретироваться. Стоя в коридоре и томясь от ожидания, благодарил судьбу, что всё нормально. Да, я чувствовал, что Тэкла жива, но кому и прочие прелести никто не отменял.
Врач вышел:
–Проходите, сотник. Ратник ждёт вас.
В груди бешено колотилось сердце.
Зашёл и сразу же бросился к ней.
Теперь только заметил, что у нее швы ещё и на лбу, и у ключицы. Футболка на уровне живота была порезана и пропитана кровью.
Мне страшно было ее трогать. Боялся причинить ещё большую боль.
– Даже не обнимешь?-сказала она с прищуром и улыбнулась.
–Да, конечно!
Повторять второй раз не надо было.
– Поговорить надо, – сказала Тэкла.– Завтра к вечеру выпустят из капсулы. Буду ждать тебя в спортзале после патрулирования.
Я ее поцеловал и вышел.
О чем будет разговор? Интересно конечно, но пытать сейчас Тэклу, когда врач стоит за дверью и ждёт, чтобы погрузить в капсулу, не стоило.
2 дня тянулись очень медленно. Патрулирования оказались крайне тяжёлыми. Нежить прямо разбушевалась. К нам отправили восьмёрку из Москвы на пару дней для усиления. Ещё ожидалось прибытие ратников, которые только вчера были кадетами. Надо было заново формировать десяток.
Без пятнадцати 5 я влетел в зал и тут:
–Сюрприз!!!!
Наши десятки стояли, набившись в зал и трясли флажками, во что-то дудели, свистели. Я опешил и не сразу понял, что это такое. Только потом обратил внимание, что сзади на стене висел плакат " С Днём Рождения, Терминатор!"
Да ладно? Вот точно текст придумала Тэкла. Не могла она не подколоть. Как не забыла, что у меня сегодня день рождения, если я сам благополучно об этом забыл?
Вперед вышли полковник и другие сотники. Всех сотников нашего города знал хорошо. Они вынесли торт, который был украшен фигуркой ,отдалённо напоминавшей меня. Эта фигурка держала в руках голову с голубыми глазами. Это должно символизировать демона? Не сказал бы, что сильно похоже, но пойдёт.
На передвижных столиках стояли кувшины с напитками. Посуду и вилки выделили работники столовой, которые через пару часов обещали вернуться за своим инвентарём, как мне по секрету сказал Вадим. Он и тут оказался в первых рядах. Единственная, кого не увидел, так это ее.
–Отец, зачем это всё?,-обратился я к нему.
– Это не я. Все претензии к твоей половинке.
Он хитро подмигнул и отошел в сторону к группе сотников, которые уже делили со смехом голову демона.
Всем было весело. Смех летал в помещении, как и чувство какого-то радостного единения. Но где Тэкла-то?
Природных ратников было очень много и пришлось изрядно потрудиться, что бы определить, где же нить, ведущая к ней. Она тянулась к тренерской.
Зайдя туда, увидел, что Тэкла лежит на диване и …спит.
Ее грудь равномерно поднималась и опускалась. Лицо было таким умиротворённым. Я присел рядом с диваном на ковёр, поцеловал ее в лоб и взял за руку. Любуясь ей, не заметил, как пробежало несколько часов. Праздник закончился, слышал, как все расходились.
–Ой, я проспала что ли?– подскочила она.
– Немного, – улыбнулся , глядя на нее.
– Да Ёшкин кот,– она потёрла глаза и спросила,-Но хоть весело было?
Не стал говорить, что просидел всё время рядом с ней.
–Очень. Это был самый лучший день рождения .
И это чистая правда. Я уже стал забывать, что такое быть человеком. Тэкла вернула мне возможность снова чувствовать и любить.
– Я рада,– она провела рукой по моей щеке. – Мне на занятия надо бежать.
Не хотелось отпускать ее, но …
Глава 27. Тэкла.
Глупо получилось. Сама всё организовала, сама же и проспала. Но я рада, что Атею понравилось. Боялась, что будет злиться. Самое трудное было договориться со Зданимиром. Он меня вообще сначала слушать не хотел. Сказал, что у него тут "не развлекательный центр для скучающей и праздной молодежи".
Думая об этом, заканчивала уже в 15 раз проплывать дорожку в 200 метров.
Сегодня патруль в новом составе. Осталось помимо меня ещё 6 ребят из нашего десятка. С новенькими уже познакомились, но непонятно ещё, чем они дышат.
В оружейке меня многие ратники хлопали по плечу и говорили, что праздник был крут и надо повторить. То, что для обычных людей – норма, то есть, отмечать дни рождения, тот же диплом, для них редкость, поэтому радуются каждому такому событию, как дети.
Почувствовала запах жжёного дерева и кожи. Он стоял за моей спиной.
– У вас новобранцы, поэтому иду сегодня с вами.
Интересно, а что же начальство пошло на такие уступки? Видимо и правда совсем желторотики. Да что я тут себе думаю? Сама была такой же несколько месяцев назад.
– Буду рада сражаться с вами спина к спине, сотник,-съязвила в ответ.
Он ничего не ответил, но ухмылка его была ярче слов.
Ехали в разных машинах, но мне было очень неспокойно, так как ещё свежи воспоминания о нападении и взрыве. Ребят жалко. Хорошие они были. Но на войне как на войне.
Сегодня наш патруль был на Куракиной даче. Интересное местечко, в котором не часто бывала раньше. Кстати, став ратником, хоть город стала изучать.
Мы разделились и стали прочёсывать район. Не очень далеко был речной вокзал. Надо будет спросить у нашего специалиста по нечисти, есть ли водяные. Что-то про них ни слова не говорили ещё на занятиях.
Всё было относительно тихо. Но по рации единица предала, что в их поле зрения попала группа вампиров в составе 30 единиц (как-то многовато). Эти гады тащили пятерых гражданских под Володарский мост с нашей стороны Невы.
– Всем группам, срочно к единице,-раздался приказ из рации.
Мы рванули туда, где нужна была наша помощь. Сегодня со мной в паре был новенький. Мы успели чуть познакомиться. Звали его Лёха, позывной Леший. Никогда не спрашивала, почему ратники-люди попадали к нам. Я знаю, что во-первых, причина в любом случае жесть, во-вторых- начну сближаться с человеком и, как нам каждый день вдалбливают, "если у вас появятся близкие друзья среди ратников, то вы не сможете трезво расставлять приоритеты во время боя".
Подбежали с Лешим почти последними, так как были дальше всех. Уже началось месиво. Хорошо, что мост уже не разводят! А то зевак было бы не избежать.
Я выхватила хлыст и стала ловить за ноги тех кровососов, которые подкрадывались к нашим сзади. Атей был в самой гуще (ну как же без этого). Он крошил их как капусту. Но тут я почувствовала боль в солнышке. Как так? Демон?
Атей ощутил видимо тоже самое.
Он выхватил рацию, параллельно пронзая вампира мечом, и начал вызывать подмогу.
Если знать, что демон один, то ладно, можно справится. А если там толпа? Да ещё эти пиявки! Кстати, гражданских двое наших уже успели отвезти на безопасное расстояние к метро Ломоносовская. Всем ввели "стиратель "и вызвали скорую.
С моста стали спускаться на верёвках приспешники демонов – люди, которые получали определённую силу от них. Я насчитала оставшихся 5 вампиров и 40 демонов. А нас сейчас было с Атеем 9, но по идее уже должны были вернуться двое "провожатых". Почему они задерживались, не понятно.
Хлыста было недостаточно. Я выхватила ножи и побежала к одному из демонских шестёрок. С ним справилась быстро. Потом ещё один. За спиной услышала, как Леший крикнул. Обернувшись, увидела, что из его живота торчит нож. Шестёрку я быстро ликвидировала.
Атей тоже увидел это и крикнул:
– Ратник Шамонина, не смей. Это приказ!
И опять погрузился в сражение.
Как он может видеть всё вокруг ? Он правильно понял моё намерение. В душе я рвалась помочь раненому. Нарисовать метку и спасти ему жизнь. Но не могла ослушаться Атея.
Подбежала к Лешему, корчившемуся на земле от боли.
– Нож не вынимай. Иначе потеряешь много крови.
Вытащила медицинскую укладку и вколола ему обезболивающее и противостолбнячную сыворотку. Положив пустые шприцы в карман плаща Лешего, вернулась обратно в кашу сражения.
Видела, что у Атея была рассечена бровь, некоторые ребята ранены, но не сдавались. Когда демон запустил очередной шар в сторону командира, то попал прямо рядом с ним. Сотник отлетел на несколько метров под опору моста.
– Да какого хрена!– завопила я и бросилась к нему, по пути пронзив ножами нескольких мерзавцев.
И тут наконец-то увидела, что к нам подоспела подмога.
Кузя молодец! С меня шоколадка.
Подбежав к Атею, проверила пульс на шее. Да, живой. Это самое главное.
Демоны не могут парить в воздухе долго. Они тратят огромные силы на это, а потому им нужно подпитываться от земли или от людей. Меня затошнило, а значит демон проголодался и сейчас будет искать еду среди моих сослуживцев.
Ну уж дудки.
Я выбежала перед приземлившимся демоном.
– Хочешь есть?
Он посмотрел на меня, оскалив зубы. Вот почему демоны такие красавчики все? Жалко, что у зла такой облик, который обидно будет подпортить.
–Тогда догони, синеглазый уродец!
Рванула в сторону здания магазина , стоявшего неподалеку. Взобравшись по пожарной лестнице на крышу, стала поджидать голубоглазого засранца.
Демон нарисовался за моей спиной через секунду. Голод его был необычайно силён. Меня мутило со страшной силой.
Стала метать в него ножи, но он уворачивался. Потом вступила в рукопашный бой. Само собой в этот момент пошёл дождеснег- всеми питерцами "обожаемый" род осадков.
Стало скользко и я не могла точно видеть действия демона, так как снежинища залепляли мне глаза. Мы "протанцевали" несколько минут, когда демон всё же схватил меня за горло и швырнул.
"Неужели это всё?" пронеслось в голове. Удар был такой силы, что я продавила спиной верхний слой крыши. Дышать стало тяжело , во рту появился металлический привкус крови. Демон, смеясь, подходил ко мне. А я только хрипела. Я видела его, а потом тот резко пропал из моего поля зрения. Отдышавшись, начала постепенно приходить в себя.
Привстав, увидела, что Атей дерётся с демоном на мечах. Через секунду командир пронзил демона, но тот успел толкнуть сотника с крыши.
–Нет!– закричала, увидев, что тот падает вниз.
Выхватила хлыст и прихватила его концом Атея за пояс. Какой же он тяжёлый! Меня протянуло по поверхности крыши вперёд к ограждению. Хлыст не отпускала, держа крепко. От напряжения из носа потекла кровь.
Атей кричал мне, что бы отпустила хлыст.
– Не отпущу!– прорычала в ответ.
Упершись ногами в ограждение , стала тянуть на себя.
– Ратник Шамонина, приказываю, отпусти этот чёртов хлыст!– орал на меня командир.
– Потом под трибунал отдашь, когда вытяну.
– Тэкла, не будь дурой, мы вдвоем разобьёмся!
– Я тебе сказала, что нет!
Мы перекрикивались, пока не почувствовала, что хлыст подхватили чьи-то руки.
– Помочь?– своевременный вопрос.
– Костя..
– Да я это, я. Ещё и подружку с собой захватил.
Оказалось, что с ним примчалась на подмогу и Лейла. Вдвоем они крепко держали хлыст и тянули вверх. Я позволила себе отпустить его и потеряла сознание.
Глава 28. Атей.
Ну вот что с ней делать? Приказов не слушается, хамит на службе.
Я сидел возле врачующей капсулы, где лежала она. Когда ребята втащили меня на крышу, то, увидев ее тело, лежащее чуть поодаль, чуть с ума не сошёл. Я уже очнулся к тому моменту, как она лезла на крышу, а потом демон ее швырнул. Мне надо было немного времени, что бы добраться до них. Чуть не опоздал. Я бы не простил себя. До сих пор меня грызёт злость, когда думаю, что в тот вечер в клубе она могла на самом деле погибнуть.
Когда я передал Тэклу Вадику, приехавшему на вызов, то он бегло осмотрев, сказал, что до свадьбы заживёт.
Лёху, которого основательно зацепило, положили во врачующую капсулу в первую же машину. Его надо было довезти до лазарета, потом вытащить из капсулы, заштопать и поместить обратно.
С Тэклой оказалось всё сложнее. У нее были сломаны рёбра и одно проткнуло лёгкое. Вадик, когда увидел снимки, не мог понять, как она смогла меня держать так долго, да и вообще, почему жива осталась.
Ещё три дня и ее выпишут.
Три долгих дня.
Тренировки, патрулирование, сон, тренировки, патрулирование сон.
В день выписки пришёл в зал после обеда, что бы немного потренироваться, но увидев ее, забыл вообще, зачем пришёл.
– Опаздываешь, сенсэй.
Как мне не хватало этих ее шуточек.
Подхватил на руки свою принцессу и стал кружить по залу.
–Меня сейчас вырвет, -сказала Тэкла. – Я ж только что из капсулы.
Поставив на землю эту валькирию, поцеловал.
– Давай выходные возьмём. Хочу с тобой провести несколько дней.
Она кивнула.
– Тогда напишу прошение сегодня же.
Знаю, что обещал отцу не устраивать "шуры-муры" на базе, но никого рядом не было, а тренерская закрывалась на ключ.
Выходные мы получили через пару дней и поехали в Зеленогорск. Уже начиналась настоящая зима. Пронизывающий ветер с залива не располагал к прогулкам при Луне, да и темнело совсем рано.
В доме были Даша и Василий. Увидев нас, обрадовались. Даша как раз доставала из духовки пирожки. Мои любимые. С яблочным повидлом.
Тэкла сидела в кресле у камина и пила горячий чай.
Я стоял на кухне, ожидая, когда уже мне перепадёт ароматный пирожок.
Даша отдала миску, но задержала ее в своей руке, сказав:
– Вы дверь больше не ломайте, ладно?
Глаза ее улыбались, хоть голос казался строгим. Ох, забыл поблагодарить Василия, что позаботился о поломке.
Даша с мужем вскоре ушли домой, а мы остались одни с Тэклой. Сидели за столом на кухне и доедали куриные крылышки и картофельное пюре.
– Помнишь, что я тебе сказал тогда на крыше?
– Когда орал, что бы тебя отпустила? Да, а что? Будешь ругать?– спросила она, откладывая вилку в сторону и поднося ко рту стакан с водой.
– Нет.
– Тогда когда? Мы с тобой через день по крышам носимся.
– Тогда, когда лечила меня при всех.
Она задумалась и проговорила:
– Да не особо. А что?
Я смотрел, как свет от лампы играет в ее волосах. Какая она красивая.
– Нарисуй метку, которую твоя мама делала, что бы показать, что было в прошлом.
Тэкла поперхнулась водой.
–Я готова обсудить любые твои предложения, но такого не ожидала, – ответила, откашлявшись моя девушка.– Скажу сразу, метку сделать смогу, дату написать ту, в которую нужно перенестись, тоже. Но я узнаю, о чём думал, что чувствовал в то же время. Это не работает, как кино.
– Делай.
Я подошёл к ней и оголил предплечье.
Тэкла пожала плечами, показывая этим "я тебя предупредила" и достала писало. Взяв меня за руку, прислонила свою с меткой и, глубоко вздохнув, замерла на некоторое время.
Со мной ничего не происходило. Но Тэкла морщилась, копаясь в прошлом. Да, тот патруль не самое приятное воспоминание.
Вдруг она резко убрала руку и посмотрела на меня с удивлением.
–Не поняла.
Мне даже стало смешно. Выглядела так, как будто ей сказали, что у нее есть сестра утконос.
– Я тебе предлагаю руку и сердце.
Тэкла сидела и смотрела на меня. Молчание длилось очень долго. Дольше, чем я вообще-то рассчитывал.
Может не надо было так скоро предлагать ей замужество? Мы с ней не так давно знакомы. Да и может она не относится ко мне так, как я к ней.
Через минуту, она ответила:
–Только в декрет я не хочу. Пока что.
Январь , 2023 Евгения Кибе
-