Девочка, я тебя добью(сь)

Но я не виню маму за это. Думаю, причиной всему ее нелегкая жизнь с моим отцом. Он служил в армии, и сколько себя помню, мы постоянно переезжали из одного места в другое. Помню эти тяжелые переезды, бесчисленные сумки, коробки, мебель, которую разбирали и собирали уже в десятый раз…

Жили мы небогато, если не сказать бедно. Отцовская зарплата была маленькой, а у мамы ─ еще меньше. Денег едва хватало, чтобы сводить концы с концами. Что-то вкусное мне покупали только на праздники. Йогурт какой-нибудь, или пирожное. Но хотелось ведь и чаще побаловать себя, поэтому я собирала на улице бутылки и сдавала в магазин, а на вырученные деньги покупала себе какую-нибудь жвачку, и обычный день превращался в праздник.

Но денег не хватало нам не только из-за маленьких зарплат родителей, а преимущественно из-за проблем отца ─ он был заядлым игроманом. Он умудрялся проиграть зарплату еще до того, как ее получал. Часть долгов так и остались невозвращенными благодаря очередным переездам.

Когда мне было одиннадцать, наши переезды, наконец, закончились, а вот проблемы только набирали обороты, ведь отец проигрывал все больше и больше. Помню, когда он уехал в командировку на два месяца и оставил нас без гроша, а маме задержали зарплату, мы с ней вместе ходили собирать бутылки, чтобы купить хлеба. И это уже было не так весело, как в детстве, когда я испытывала азарт, собирая их, чтобы купить вкусняшку. Выручал тогда нас только скромный военный паек, которым мы с мамой тогда и питались.

Когда я была уже постарше и училась классе в девятом, у нас из дома пропало тридцать тысяч, которые мама долго копила для того, чтобы купить что-то новое из мебели, ведь старая уже рассыпалась. Отец, конечно, с вытаращенными глазами уверял, что ничего не брал, и родители тогда обвинили меня и довели до истерики. Я ведь даже понятия не имела о том, что у мамы есть какая-то заначка! Да и куда я могла бы потратить такие огромные деньги в четырнадцать лет?

Но после того, как мне устроили допрос с пристрастием, мама быстро свела эту тему на нет. Видимо, все же понимала, что мне такие деньги ни к чему, а отец все равно не признается.

Точкой маминого кипения стало извещение о большом долге по кредиту, который отец, как оказалось, взял тайком от мамы. Видимо пристрастие к играм завело его слишком далеко. И вот после этого мама подала на развод. Двухкомнатную квартиру, полученную от государства, мы продали. На две трети мама купила для нас однушку, а вот что отец сделал со своей долей, я не знаю. Он тогда уволился из армии и переехал куда-то, что мы узнали только спустя время от его сослуживцев. С момента развода папа не выходил на связь даже со мной, так что я даже не представляю, где он, и жив ли вообще.

Не знаю, конечно, какой мама была до встречи с отцом, но, думаю, что именно он сделал ее такой. Я даже не помню, чтобы она была доброй и ласковой в моем детстве. Всегда злая, всегда недовольная чем-то. Да, я не виню ее за то, что она такая, какая есть. Но и моей вины нет в том, что жизнь ее была нелегкой. И хоть я и испытываю вину и стыд за то, что иду против ее воли и тайком сбегаю, но я все равно сделаю это. Я ведь не должна страдать, раз страдала она. Я хочу для себя нормальной жизни, и не хочу расплачиваться за ошибки отца. Пусть чувство вины будет глодать меня изо дня в день, но это все же лучше, чем еще несколько лет прожить в кошмаре и стать такой же неуравновешенной и недовольной жизнью, как и моя мама.

Глава 14

Когда утром звонит будильник, мигом отключаю его и испытываю стойкое ощущение, будто не спала вообще. И, нет, не из-за того, что мало спала и не выспалась. Просто всю ночь я находилась в каком-то бреду, и мысли, с которыми я легла спать, не давали покоя, являясь мне отрывками тревожных воспоминаний.

Поднявшись с постели, первым делом иду проверять, не проснулся ли кто из домашних. Нет, все тихо. Возвращаюсь к себе, достаю сумки из шкафа и волоку их в коридор, изо всех сил стараясь не шуметь. Очень медленно проворачиваю замок на входной двери, чтобы он не очень звучно щелкал и, отворив дверь, выставляю сумки в подъезд.

Так точно будет безопаснее ─ мама даже ничего и не заподозрит, если проснется до моего ухода. А среди соседей по площадке только я ранняя пташка, так что можно даже не волноваться, что моими сумками кто-то заинтересуется.

Пока собираюсь в универ, возникает мысль о том, что было бы неплохо оставить маме записку и сообщить в ней о моем уходе. Но если оставить на видном месте, то мама ее прямо с утра и найдет, а потом будет весь день названивать, как заведенная. А если оставить, скажем, в моей комнате, то не факт, что мама вообще сегодня ее найдет, и будет волноваться, когда я вовремя не появлюсь дома.

Решаю, что сообщу ей о своем уходе в сообщении. Это проще, чем сказать по телефону, и лучше обычной записки ─ уж сообщение-то она наверняка увидит.

Стою в коридоре обутая, одетая, с сумочкой на плече. Оглядываю квартиру растерянным взглядом. Ну вот и все. Готова уходить, а на душе становится совсем паршиво, слезы наворачиваются. Так больно и тоскливо, словно я сюда больше никогда не вернусь даже навестить родных. Но это ведь не так, правда ведь? Мама обязательно остынет и смирится с моим решением. Когда-нибудь…

«Так, не раскисать!» ─ мысленно говорю сама себе, утирая слезы. ─ «Это просто привычка, привязанность. Конечно, ты в стрессе от надвигающихся перемен. Но все ведь к лучшему! Ты ведь именно этого и хотела, освободиться и начать самостоятельную жизнь!»

Чувствую, что уговоры не помогают, а решимость тает все сильнее с каждой секундой. Может, я погорячилась? Может, не стоит этого делать? Ну, ругается мама, кричит, держит меня в ежовых рукавицах и во всем контролирует... Но так ведь всегда было, что тут удивительного или нового? Давно пора было привыкнуть и смириться.

В момент моей внутренней борьбы с самой собой, из комнаты появляется мама. Уже с самого утра лицо у нее злое. Смотрит на меня с прищуром, направляясь к ванной, и испепеляет гневным взглядом. Ни слова не произносит, ни «привет», ни «пока», ни «удачного дня», даже не говорит, какая я бессловесная, бесстыдная и все в этом духе. Зато ее глаза говорят мне многое.

И ее взгляд меня отрезвляет. Грусть куда-то испаряется, и возвращается осознание того, что я приняла верное решение. Провожаю маму взглядом и выхожу из дома, шагая навстречу новой жизни.

Сегодня сумки кажутся еще тяжелее, чем вчера. Понимаю, что просто не дотащу их до остановки без передышек ─ слишком далеко идти. А потому вызываю такси. Очередная бездумная растрата денег, как сказала бы мама, но сейчас для меня это необходимость.

Добравшись до вокзала, захожу в здание, покупаю билет и с трудом прохожу через турникет, цепляя ногами сумки. Поднимаюсь по лестнице и понимаю ─ все, больше не могу. Но едва я собираюсь поставить сумки и отдохнуть, как вдруг из-за спины раздается мужской голос:

─ Давай помогу!

Не успеваю даже ответить, как мужчина сам забирает из моих рук сумки и шустро идет вверх по переходу, широко шагая через ступеньки.

─ Спасибо большое! ─ пыхчу я, пытаясь поспеть за резвым мужчиной.

─ Это куда же ты с такими тяжелыми сумками едешь? ─ интересуется он.

─ В общежитие, ─ отвечаю ему без лишних подробностей.

─ А, ну это дело хорошее, ─ подмечает он и широко улыбается, видимо, вспоминает в этот момент свои студенческие годы.

Электричка подъезжает буквально через несколько минут после моего прихода на перрон. Мужчина все так же любезно помогает мне с сумками и, зайдя в вагон, закидывает их на верхнюю полку.

─ А вы до конечной? ─ перепугано спрашиваю его. ─ Я ведь сама их оттуда не достану…

─ Не переживай, я до конечной, ─ улыбается он. ─ До метро тоже помогу донести, а дальше уже самой придется, а то я на работу опоздаю.

─ Спасибо! ─ киваю ему и радуюсь, что мир не без добрых людей.

Доезжаю до конечной станции и иду к метро в сопровождении моего помощника, посланного небесами. Прощаюсь с ним у входа в место и еще раз благодарю за помощь. Больше таких отзывчивых мужчин мне на пути не встречается, потому дальше тащу сумки сама. И, сев в автобус, понимаю, что мои силы на исходе. Руки трясутся, ладони болят. От остановки, которая находится почти напротив общежития, я уже точно не дойду до нужного дома. Не нахожу других вариантов, как снова обратиться за помощью к Алёне, и набираю ее номер:

─ Привет, ─ отвечает она на звонок. ─ Ты уже приехала?

─ Нет, еще в автобусе еду, буду минут через пятнадцать на остановке, ─ отвечаю ей. ─ Неудобно тебя просить, но ты не могла бы меня встретить и помочь донести вещи? У меня две сумки тяжелые, и руки уже отрываются. Но если не можешь, то ничего страшного.

─ Да какие вопросы! Ну, конечно, помогу! ─ бодро отвечает она. ─ Я тогда сейчас одеваюсь и иду на остановку. Если вдруг не успею к твоему приезду, то подожди меня. Договорились?

─ Конечно, Алён, я тебя дождусь. Спасибо!

Когда автобус подъезжает, вижу, что Алёна уже ждет меня. Она помогает мне выйти из автобуса, и вместе мы тащимся с сумками к ней домой.

─ Ты когда планируешь к заведующей общаги идти? ─ интересуется она.

─ Да вот сейчас сумки отнесем и сразу пойду, пока еще есть время до занятий.

─ Ну и правильно, а то вечером после пар ее наверняка уже не будет. Пятница ведь ─ короткий день.

─ Что, правда? Уже пятница? ─ изумляюсь я.

Алёна кивает в ответ.

─ Слава богу! Мне казалось, что эта кошмарная неделя никогда не кончится!

─ А что там, кстати, Власов? Не писал тебе больше?

─ Не-а. Надеюсь, что ему хватит общения со мной и в универе, ─ хмыкаю я и перекидываю сумку в другую руку.

Глава 15

С передышками, наконец, добираемся до квартиры Алёны и оставляем сумки в ее комнате, а затем идем в общагу ─ Алёна решает составить мне компанию, чтобы потом сразу пойти вместе в универ. Заодно показывает, где находится кабинет заведующей.

Постучавшись, а приоткрыла дверь, заглянула в кабинет и робко протянула:

─ Здравствуйте. К вам можно?

─ Заходите, ─ сухо отвечает темноволосая женщина в очках лет пятидесяти.

Вид у нее строгий и незаинтересованный. Бордовые губы-ниточки недовольно натянуты, что говорит мне лишь об одном ─ разговор, похоже, не заладится.

─ По какому вы вопросу? ─ спрашивает она, а я переминаюсь с ноги на ногу, подбирая слова.

─ Я хотела узнать, есть ли у меня сейчас возможность получить комнату в общежитии, ─ отвечаю ей, и пока женщина еще ничего не успела ответить, продолжаю: ─ Дело в том, что когда я поступала в университет, то могла получить общежитие, как иногородняя, но мама мне тогда не разрешила переехать. Но я очень много времени трачу на дорогу, и сейчас, на третьем курсе, я совсем не успеваю с домашними работами, потому что задают очень много, а приезжаю я поздно. Я понимаю, что сейчас середина учебного года, а заселяют вначале, но, может быть, все же найдется место для меня?

Женщина задумчиво молчит и смотрит исподлобья. Видимо, не понравилась ей моя просьба.

─ Все правильно, заселяют вначале года, ─ кивает она и интересуется: ─ А сколько времени вы тратите на дорогу?

─ Около трех-четырех часов в одном направлении, ─ решаю немного слукавить я и накидываю сверху часок.

─ Да, много, ─ протягивает она. ─ Ну, скажите своей маме спасибо, что придется и дальше ездить, потому что места у меня два вас нет.

─ Вот как, ─ вздыхаю я, поджимаю губы от досады и шагаю к двери. ─ Тогда извините, пожалуйста, за беспокойство. До свидания!

─ Подождите, ─ останавливает она меня, и я мигом оборачиваюсь. ─ В январе приедут студенты заочники на сессию, несколько комнат у меня отведено под них. Я смогу заселить вас в одну из тех комнат в феврале, после того как студенты закроют сессию и съедут. Но у меня будет одно условие.

─ Какое? ─ оживляюсь я, согласная сейчас на все ради того, чтобы получить возможность жить в общежитии.

─ Нужно будет сделать косметический ремонт за свой счет, ─ отвечает она. ─ Обои поклеить, потолок побелить. Не пугайтесь, ничего сверхъестественного делать не нужно, просто освежить помещение. Обои можно будет купить недорогие, но желательно не бумажные, а то они оботрутся быстро.

─ Я согласна! ─ быстро киваю и улыбаюсь. ─ Спасибо вам огромное!

─ Пока еще не за что, ─ сдавленно улыбается заведующая. ─ Вот там листочек, запишите на нем свои имя и фамилию, телефон для связи и учебную группу. Когда можно будет заезжать, я позвоню вам.

Пулей лечу к столу, записываю все, что заведующая попросила, и выхожу из кабинета, попрощавшись.

─ Ну, что она сказала? ─ интересуется Алёна, шагнув мне навстречу, когда я выхожу из кабинета.

─ Что сказать… Похоже, ты нашла новую соседку, ─ отвечаю ей, усмехнувшись.

─ Отказала? ─ раздосадовано произносит она.

─ Нет, не отказала, ─ мотаю головой. ─ Но заехать можно будет только в феврале.

─ Так это же отлично! Всего пару месяцев подождать, ─ отвечает Алёна. ─ Ну что, выходит, ты пока со мной будешь жить?

─ Ага, ─ улыбаюсь ей.

─ Ну и здорово! ─ Алёна подпрыгивает от радости и принимается меня обнимать. ─ Только надо будет с хозяйкой бумаги о съеме подписать. Но это уже мелочи, сделаем!

Основная проблема решена, и со спокойной душой я отправляюсь вместе с Алёной в универ. Настроение у меня хорошее, я бы даже сказала замечательное! Вот только пока я жду начала занятия возле аудитории, а Алёнка болтает с кем-то по телефону неподалеку, замечаю вдруг Власова, стремительно пикирующего на меня, и понимаю, что сейчас мое настроение точно будет испорчено.

─ Как дела? ─ обращается он ко мне с ехидной ухмылкой. ─ Вижу, настроение у тебя хорошее.

─ Нет, не хорошее, тебе показалось, ─ ровно отвечаю ему.

─ Да? Ну, ничего, я сейчас тебе его точно подниму!

─ Что-то сомневаюсь в этот, ─ вздыхаю я, ожидая очередного задания от Власова.

─ А ты не сомневайся, потому что впереди у тебя будут насыщенные выходные, ─ отвечает он, и я еще больше настораживаюсь.

─ Власов, что ты хочешь, чтобы я сделала? Говори уже, не тяни резину, ─ хмыкаю ему в ответ.

─ Неверная формулировка. Это не я хочу, чтобы ты делала что-то для меня. Этого хочешь ты сама, а взамен получаешь мое снисхождение, ─ издевательски отвечает он, достает из своей сумки какие-то листы и протягивает мне: ─ Вот, твое задание на выходные.

─ Нет, Власов, пожалуйста, только не это! ─ с ужасом проговариваю я, когда понимаю, что в руках держу сложенный в несколько раз ватман с работой по начерталке.

─ Да, Наумова, да, ─ кивает он. ─ Там даже все исправлено ручкой, надо всего лишь перечертить начисто.

─ Всего лишь перечертить?! ─ возмущаюсь я. ─ Тимур, ну, пожалуйста, не издевайся надо мной! У меня сейчас и без тебя забот целая куча, да и свою работу еще нужно переделывать. Я просто не успею все!

─ Как думаешь, чьи это будут проблемы, если ты не успеешь? ─ посерьезнев, спрашивает Власов, окинув меня ледяным взглядом.

─ Мои, ─ отвечаю ему, опустив глаза в пол. ─ Ладно, я все сделаю.

Тимур уже собирается уйти, как вдруг кладет руку мне на талию и шепчет, обжигая ухо горячим дыханием:

─ Вот и правильно. Будешь хорошей девочкой, и я буду нежен.

Меня будто током прошибает он его шепота и прикосновения, а по коже проносится неровный строй мурашек. Не знаю, замечает ли Тимур мою реакцию на него, но смотрит на меня с какой-то хитростью и азартом. Наверное, он просто получает удовольствие от издевок надо мной.

Все это длится секунд десять, не больше. Тимур отходит в сторону, а я в ступоре стою с разинутым ртом и хлопаю глазами.

─ Эй, Насть, ты чего это? ─ тихо спрашивает Алёна, подойдя ко мне, и тычет пальцем в мое плечо.

─ Я? Все хорошо, просто задумалась, ─ отвечаю ей на автомате, а сама пытаюсь понять, что сейчас было.

─ Чего Власов хотел? Опять припряг чем-то, или просто поиздеваться решил?

─ Я бы сказала, и то, и другое, ─ хмыкаю я, демонстрируя Алёне смятый ватман с чертежом.

─ Боже, что за изверг! ─ сквозь зубы цедит она. ─ Может, пошлешь его уже к черту, да и дело с концом?

─ Ты уже забыла о лабораторной? ─ припоминаю ей вчерашний инцидент и недовольно поджимаю губы. ─ Просто он не отстанет, Алён. И больше всего боюсь, что из-за его козней я вылечу из универа. А оно мне надо? Все эти переживания, нервотрепка... Уж лучше я сделаю лишнюю работу за него, чем буду бесконечно разгребать проблемы с учебой.

─ Ладно, Настюх, не переживай, прорвемся. Буду тебе помогать с работами, ─ подбадривает меня Алёна.

─ Спасибо тебе. Ты меня так выручаешь во всем!

─ Ну а как же иначе? Для этого и нужны друзья.

Глава 16

После универа приходим с Алёной домой, ужинаем макаронами с сосисками, которыми подруга любезно делиться со мной. Затем Алёна вручает мне комплект ключей от квартиры, я переношу свои сумки в пустующую комнату и принимаюсь разбирать вещи.

─ Кстати, а кто в третьей комнате живет? ─ интересуюсь у Алёны, которая решила составить мне компанию.

─ Оля, ─ с подозрительным недовольством отвечает она. ─ Она менеджер со второго курса.

─ А вы с ней дружите?

─ Дружим? Нет! ─ сдавленно усмехается Алёна. ─ Куда нам, простым смертным, дружить со звездой? Нет, ну ты не переживай, гадостей-то она никаких не делает, да и вообще дома бывает редко. Но общаться с ней очень тяжело, слишком она высокомерная и самовлюбленная особа.

─ Вот так, ─ киваю я, изогнув бровь. ─ Ну и ладно, пофиг на нее. Если уж Власова удается терпеть, то ее вытерплю и подавно!

Хихикаем на пару с Алёной, и тут она смотрит на время и подскакивает с места:

─ Ой, мне же на работу пора! Я побежала!

─ Погоди! Может, я с тобой пойду, заодно узнаю, возьмут ли меня?

─ В понедельник пойдешь со мной, ─ отвечает подруга. ─ Я еще днем написала начальнице, узнавала за тебя. Она сказала, что без проблем возьмет, работы хватает. Вот только оформить тебя смогут в понедельник, тогда и приходить с документами.

─ Класс, спасибо! ─ радуюсь я и обнимаю Алёну, ведь благодаря ей уже успела получить работу, которая мне сейчас просто позарез нужна. ─ Давай я тогда хоть провожу тебя? Заодно в магазин схожу, продуктов каких-нибудь возьму.

─ Сейчас, погоди, ─ Алёна выбегает из комнаты, а через минуту возвращается с двумя тысячами в руках и протягивает мне. ─ Вот, держи. Купишь еды на нас двоих, холодильник все равно уже пустой.

─ Алён, не нужно, ─ мотаю головой. ─ Я и за свои куплю на нас обеих.

─ Так, вот щас вообще не время выделываться! Сама говорила, что сбережений почти нет. А вот как на работу пойдешь, тогда уже и будешь покупать за свои.

─ Хорошо, спасибо, ─ соглашаюсь с ей и принимаю деньги.

─ Ну все, если идешь меня провожать, тогда пошли быстрее!

Бросаю разбор вещей и сразу иду одеваться, чтобы не задерживать Алёну.

Выходим из подъезда, и вижу белокурую девицу в сапогах на высоком каблуке и коротеньком пальто не по сезону.

─ О, Олька, привет, ─ обращается к ней Алёна. ─ А я нам соседку нашла! Знакомьтесь: Оля ─ это Настя, Настя ─ это Оля.

─ Рада знакомству, ─ улыбаюсь я соседке.

─ И я, ─ сухо отвечает она, но тут же оживляется: ─ Ой, а я вас сейчас со своим парнем познакомлю!

─ Так я с Витей уже знакома, ─ в смятении отвечает Алёна.

─ Да не с Витей! ─ шикает на нее Оля и машет рукой. ─ У меня уже новый парень.

─ А-а, ─ протягивает Алёна. ─ Ну, сорри, я была не в курсе.

─ Котик, ну ты там где? ─ оборачивается Оля и кричит парню, который стоит к нам спиной и ковыряется в машине.

Губа у Оли точно не дура! У ее парня-то крутая иномарка. Я в машинах, конечно, не очень разбираюсь, но с первого взгляда понятно, что машина стоит дорого.

Втроем стоим и выжидающе смотрим в спину Олиному парню. Наконец, он заканчивает со своими делами, захлопывает дверь авто и поворачивается к нам. Моему удивлению просто нет предела.

Серьезно? Власов?!

В знакомстве с Олиным парнем теперь точно нет никакой нужды. Меняюсь в лице и переглядываюсь с Алёной, которая удивлена не меньше моего.

─ Тим, познакомься, ─ произносит Оля, когда Власов подходит к нам. ─ Это мои соседки по квартире ─ Алёна и…

─ Настя, ─ отвечаю сама за себя, и даже не удивлена тому, что Оля не запомнила моего имени.

─ Вот так встреча, ─ усмехается Власов.

─ А вы что, знакомы? ─ удивляется Оля.

─ Так, все, нам пора! ─ прерывает разговор Алёна, хватает меня за руку и тащит за собой.

Идем так быстро, словно за нами черти гонятся, и сбавляем шаг, только когда заворачиваем за угол.

─ Вот это прикол, ─ изумленно протягивает Алёна. ─ Походу Власов у нас богатенький буратино. Олька только таких себе выбирает.

─ Да плевать, если и богатенькой. Но, Блин, Власов? Серьезно? Теперь он и дома не оставит меня в покое? ─ взволнованно тараторю я.

─ Не, на этот счет не переживай, ─ отмахивается Алёнка. ─ Своих парней Оля домой почти не водит, так что мозолить глаза он нам не будет. Да и не думаю, что это у них долго продлится. Максимум месяц.

─ Хорошо, если так, ─ вздыхаю я.

─ Ну все, пришли, ─ Алёна указывает на здание типографии, в которой работает. ─ Я побежала. Завтра увидимся!

─ До завтра. Хорошо тебе отработать! ─ отвечаю ей и плетусь в магазин, озадаченная последними событиями.

Хорошо, если Алёна окажется права, и Власов не станет постоянным гостем в нашем доме. Но этот его взгляд, когда он узнал, что мы с Олей соседки… Очень хочу ошибаться, но что-то мне подсказывает, что безумная игра Власова только начинается. А главной игрушкой в ней стану я...

Глава 17

Из магазина я возвращаюсь с полным пакетом продуктов. В квартире свет нигде не горит, полная тишина, отчего испытываю облегчение ─ находиться в компании Оли и Тимура мне сейчас уж точно не хотелось бы. Выкладываю продукты в холодильник и иду дальше в свою комнату разбирать вещи.

За этим процессом вспоминаю, что до сих пор ничего не сообщила маме, и решаюсь отправить ей сообщение. Стараюсь написать как можно мягче и объяснить ей, что уже точно не стану возвращаться обратно домой, чтобы она не предпринимала попыток убедить меня в обратном и не выносила мозг по этому поводу. Пишу ей и о том, что буду пока снимать квартиру, а в феврале перееду в общежитие.

Очень прошу ее не устраивать очередной скандал, не разводить ссору. И добавляю, что телефон пока отключу, чтобы она спокойно обдумала все и не названивала. Честно говоря, боюсь ее реакции и того давления, что она может оказать даже по телефону. Не хочу в очередной раз нервничать и чувствовать свою вину, ведь если мама позвонит, она обязательно заставит меня испытывать все это.

Отправляю свое огромное смс и сразу включаю режим самолета. От волнения руки трясутся, а пульс давит на виски. Страшно представить мамину реакцию на мою новость. Не хочется, чтобы она волновалась, но все равно не в силах это предотвратить.

Все валится из рук, сил совершенно нет, а время всего восемь вечера. Распихиваю вещи по полкам уже как попало, планируя сделать все по-человечески уже завтра. Застилаю кровать постельным бельем, которое мне дала Алёна, и без задних ног заваливаюсь спать.

Я рассчитывала, что сегодня, наконец, хорошенько высплюсь. Напрасно. Просыпаюсь я в девять утра оттого, что кто-то громко хлопает входной дверью. Пытаюсь вновь уснуть, но никак не выходит ─ мысли о том, как отреагировала мама, никак не выходят из головы. Решаюсь все же отключить режим самолета на телефоне и жду оповещений, вроде такого: «Абонент Мама звонил вам 100500 раз». Но, к своему удивлению, информации о пропущенных вызовах нет, а вот смс от мамы все же получаю:

«Скатертью дорога! Можешь больше не возвращаться, мне такая неблагодарная дочь не нужна!».

Я ожидала, многого, но не такого, честно. Думала, она будет кричать, ругаться, покрывать меня благим матом… Думала, что звонки от нее с требованием немедленно вернуться будут раздаваться ежедневно. А пришло всего одно смс. Да, неприятно это читать, но я как-нибудь переживу. Главное, что больше никакой нервотрепки не будет. Можно выдохнуть, наконец, и начать самостоятельную и спокойную жизнь.

Стараюсь больше не думать о словах мамы. Хочется просто расслабиться и отдохнуть. Выхожу из своей комнаты в надежде встретиться с Алёной, но ее дома почему-то до сих пор нет. Оля, похоже, тоже не вернулась с гулек с Власовым, и вся квартира предоставлена одной мне.

Вчера я улеглась спать и даже не помылась, а потому решаю первым делом с утра отправиться в ванную. Искупавшись, заматываюсь в полотенце, возвращаюсь в свою комнату и принимаюсь искать нижнее белье в той куче неразобранных вещей, что вчера затолкала в шкаф. Внезапно слышу шаги, раздающиеся в коридоре, и даже вздрагиваю от неожиданности, ведь была уверена, что дома никого нет. А еще через мгновение дверь распахивается, и в мою комнату входит он. Власов.