В плену мёртвых сказок

— Просто я умею экономить на выпендреже, в отличие от некоторых, — парировала Микаэлла, звякнув ключами. — Заходите, пока нас не смыло.

Внутри пахло кедром и прохладой. Собрав всех в гостиной, Микаэлла принялась распределять спальные места.

— Так, Лейла, тебе гостевая на первом. Келли, твой диван — он раскладывается, так что ноги поместятся. А наверху еще одна спальня...

Она перевела взгляд на оставшихся гостей, которые стояли подозрительно близко друг к другу, но старательно смотрели в разные стороны.

— Вы ведь будете спать вместе? — буднично уточнила Мика.

Элайя и Нил одновременно подняли глаза друг на друга. Кажется, оба надеялись, что отвечать придется не ему.

— НЕТ! — выпалили они в один голос так громко, что Келли вздрогнул.

Микаэлла замерла со стопкой чистых полотенец в руках, переводя взгляд с пунцовой девушки на внезапно заинтересовавшегося видом из окна дядю.

— Оу... простите, — она кашлянула, пряча усмешку. — Я просто подумала, что вы ну...

Элайя что-то неразборчиво пискнула в ответ и, схватив свою сумку, рванула к лестнице так быстро, будто за ней гнались все псы преисподней.

Нил лишь пригладил волосы, сохраняя на лице маску невозмутимости, хотя кончики его ушей предательски покраснели.

Наверху оглушительно хлопнула дверь, и в гостиной снова стало тихо.

— Тогда вы с этим «отличником» на диван, — Микаэлла посмотрела на дядю, кивком указывая на Келли.

— Мы?! На диване?! С сержантом?! — тут же возмутился княжич. — Еще чего?!

Микаэлла начинала злиться. Бессонные ночи, странные убийства, теперь еще и это?

— Лей, возьми меня к себе! — взмолился Келли, а затем повернулся к хозяйке дома: — Ты не могла что ли дом побольше конфисковать?

В помещении вновь повисла тишина. Лейла бесшумно скрылась за дверью своей комнаты, совершенно не желая делиться с другом кроватью. Нил молча наблюдал, облокотившись на комод, но был наготове.

— Ты всегда такой? — спросила Микаэлла ледяным тоном.

Келли уже открыл рот, чтобы выдать очередную колкость, но не успел. Полотенца прилетели прямо в его недовольную физиономию.

***

Пока долгожданные гости шумно устраивались на местах, Микаэлла ушла на кухню. Вскоре к ней присоединилась Лейла. Девушки начали слаженно, почти без слов, собирать нехитрый ужин: Мика возилась с кофе-машиной, а Лейла нарезала сыр и хлеб.

— Они так уже неделю, привыкай, — тихо произнесла Лейла, кивнув в сторону лестницы, где скрылась Элайя. — Хором кричат: «Нет!», а потом полночи караулят друг друга в коридорах.

Мика не выдержала и коротко хмыкнула, насыпая зерна в кофемолку.

— Дядя всегда был мастером создавать драму на пустом месте.

Она замолчала, сосредоточенно настраивая режим помола, и как бы невзначай, не оборачиваясь, добавила:

— А вы с Келли? Тоже… практикуете хоровое пение или у вас все более определенно? — Микаэлла замерла, демонстративно разглядывая дно чашки, словно выискивала там невидимые пятна.

Лейла остановила нож и посмотрела на спину детектива. Губы девушки тронула тонкая улыбка: она слишком хорошо знала этот тон «мне абсолютно неинтересно, но вынь да положь подробности».

— У нас с Келли все просто, Мика, — бросила она, возвращаясь к нарезке, и нож снова мерно застучал по доске. — Мы — друзья, стая. Называй как хочешь. Но между нами нет того пламени, которое заставляет терять голову.

Лейла на мгновение прервалась и посмотрела на Микаэллу с мягким прищуром.

— А вот твой ритм его явно сбил с толку. Келли не привык, чтобы его так профессионально… игнорировали. В мире Блэкхолта это либо вызов, либо загадка, которую он теперь просто обязан разгадать. Так что готовься, детектив: ты стала самым интересным «делом».

Кофемашина тихо закончила работу. Несколько секунд Микаэлла молчаливо смотрела на тонкую струйку пара, поднимающуюся над чашкой.

— Пусть встает в очередь, — бросила она через плечо. — У меня в приоритете маньяк с картами Таро, а не эго одного заносчивого волка. Но за информацию спасибо.

Вскоре девушки пригласили остальных к кухонному островку из темного гранита. В этой уютной чистоте кухни разложенные хозяйкой дома улики выглядели особенно зловеще. Она раскрыла ноутбук, и на экране показались снимки с озера Фервуд, а рядом легли четыре прозрачных зип-пакета с картами.

— Ну, господа эксперты по темноте, — Мика толкнула пакеты в центр стола. — Вот наш «расклад». Пять жертв, но только четыре масти. Каждая найдена на груди убитой девушки.

Никто не решался прикоснуться к пакетам. Обычные с виду карты почему-то казались чужими.

— Микаэлла, ты все продолжаешь таскать улики домой? Когда-нибудь тебе нехило прилетит за это, — предупредил Нил и, протянув руку, взял карту с Рыцарем Мечей. Он рассматривал изображение с холодным прищуром, словно оценивая силу противника.

— Ручная работа, кропотливая и фанатичная. Удивительно, что рисунки не испортились.

Келли тем временем небрежно подцепил карту с Пажом Пентаклей. Его пальцы едва коснулись пластика, но княжич тут же нахмурился, чувствуя исходящую от предмета тяжесть, которая не имела отношения к весу картона. Ментальные щиты он опускать не стал, и без того ощущая ледяное дыхание смерти.

Лейла взяла Королеву Жезлов. Она задумчиво провела пальцем по сплетению нарисованных ветвей, и на секунду ей показалось, что они шевельнулись. Ведьма удивленно моргнула — нет, все-таки показалось.

Элайе достался Туз Чаш. Стоило ей коснуться пакета, воздух на кухне будто стал гуще, а картинка перед глазами начала вибрировать: вода в нарисованной чаше на мгновение стала красной, следом раздался неразборчивый шепот — кто-то отчаянно желал быть услышанным. Испугавшись, княжна резко отдернула руку от пакета, словно картон внутри него был раскален. Сердце в груди зашлось в неровном, рваном ритме, а в ушах возник странный гул, сквозь который пробивался тонкий едва различимый свист.

— Элайя? — Нил мгновенно оказался рядом, пытаясь поймать ее взгляд. — Что с тобой?

Воздуха в легких вдруг оказалось слишком мало, и ладонь метнулась к горлу. Казалось, стены кухни начали медленно сжиматься, а яркий свет ламп стал невыносимо колючим.

— Я не... я не знаю, — выдохнула она, с ужасом глядя на «Туз Чаш». — Это странно. Когда я коснулась карты, мне показалось, что я под водой. Холодной, черной водой... и там кто-то был. Кто-то звал, я не смогла разобрать…

Никто не спешил нарушать тишину. Даже ее брат, который обычно находил слова быстрее остальных, молчал. Все смотрели на карту.

— Может, это твои инстинкты? — нахмурившись, все же спросил Келли, наклоняясь к столу. — Возможно, лунная волчица внутри тебя что-то почуяла?

— Нет, — Элайя качнула головой, ее аметистовые глаза расширились. — Это нечто другое…