скачать книгу бесплатно
Мои мышцы скованны. Я не могу пошевелиться.
– Эш! – в очередной раз пытается достучаться до меня друг, но я не могу даже сказать ему, чтобы он бросил меня и спасался.
Больше не дожидаясь моей реакции, он хватает меня. Подняв меня в воздух, он обхватывает моими негнущимися ногами свои бедра, а руками обнимает свою шею.
– Держись!
Я крепко зажмуриваюсь и делаю то, что он говорит, зная, что произойдет дальше. Четыре быстрых шага, и мы выпрыгиваем из кабины.
Вращаемся в свободном падении. Одной рукой друг держит меня, а другой шарит где-то в моем рюкзаке. Кажется, он ругается, но слова быстро уносит ветер, так что я не уверена. Грейсон просовывает руку между моей спиной и ранцем, чтобы покрепче прижать меня к себе, а затем дергает свой шнурок. Парень крепко сжимает мою грудную клетку.
Пока парашют раскрывается, нас уносит чуть вбок, а потом мы снова поднимаемся чуть вверх.
– Я держу тебя, – успокаивает меня Грейсон, пока мы оба подпрыгиваем и качаемся взад-вперед, но главное, что он сейчас рядом. Удивительно, как друг может дышать, ведь я держу его почти удушающей хваткой, прямо как удав.
Падение становится медленнее, и я почти что выдыхаю с облегчением, но стоит мне открыть глаза, как давление снова подскакивает вверх. Мы приземлимся на землю, буквально охваченную пламенем.
– Я не могу направить наше падение в другое место. Мы упадем в реку. – Едва эти слова слетают с его губ, как мы оказываемся в облаке из дыма. Я задерживаю дыхание, чтобы не начать задыхаться, и еще крепче прижимаюсь к шее Грейсона.
– Все будет хорошо. Я держу тебя, – повторяет он.
Неожиданно под нами появляется река, и мы стремительно погружаемся в ледяную воду. Я на мгновение теряюсь, но вскоре отстраняюсь от Грейсона. Пока я выплываю на поверхность, совсем теряю его из виду в мутной и грязной воде.
Наконец голова оказывается над водой, и я набираю полные легкие пропахнувшего гарью воздуха. Над поверхностью воды видимость лучше, однако друга я нигде не наблюдаю.
– Грей! – кричу я, оглядываясь. Проходит минута, но его все еще нет, и я снова ныряю под воду, стараясь грести руками и ногами в тяжелых ботинках, обыскивая водоем.
Благодаря своим способностям Нефилима я могу задерживать дыхание почти на десять минут. Проходит примерно минут пять, прежде чем моя рука за что-то цепляется. Я хватаюсь крепче и дергаю, понимая, что наткнулась на парашют. Плыву вдоль него до тех пор, пока не нахожу Грея, пытающегося выпутаться из кучи шнуров и длиннющей ткани. Потянувшись к кобуре на своем бедре, достаю кинжал и разрываю материю до тех пор, пока парень не выпутывается окончательно, чтобы всплыть на поверхность.
Как только я снова оказываюсь на поверхности, с облегчением замечаю, как поблизости из воды выныривает и друг. Он дергает головой, убирая со лба короткие волосы.
– Спасибо.
– Не за что. – Вообще-то, это я должна его благодарить. Если бы он не вытащил меня тогда на себе из самолета, то я бы уже давно погибла там.
– Грейсон! Эш! – Кто-то кричит наши имена, но я ничего не вижу перед собой, кроме воды и дыма.
– Мы здесь! – отвечает Грейсон.
– Бро, ты что, в реке?
Посмотрев в небо, Грейсон качает головой и идет туда, откуда доносится голос брата.
Мы с трудом поднимаемся и выбираемся из воды. Добравшись до участка земли, усеянного травой, мы падаем. Мне нужно время, чтобы прийти в себя от этого кошмара. С неба, будто снегопад, сыпется пепел. Прилипает к моей мокрой одежде и исчезает. Я вся дрожу, но не от холода, хотя в Лондоне в декабре не особенно тепло.
Стерлинг снова называет наши имена.
– Мы тут! – отвечает Грейсон и поднимается на ноги. Дым рассеивается, и я замечаю Нову и Стера, бегущих к нам. Стянув с запястья резинку, я завязываю мокрые волосы в пучок на макушке. Почти вся одежда на мне из кожи, так что провонявшая рыбой вода стекает с меня очень быстро. Грейсон проводит рукой по волосам, убирая их с лица, а затем проверяет, все ли оружие на месте.
– Ребят, а почему вы в реке? – спрашивает Стерлинг.
– Купаемся, – невозмутимо отвечает Грейсон.
– Очевидно же, что не специально там оказались, – говорит Нова, вынимая из кармана телефон и быстро что-то печатая.
Я оглядываюсь вокруг. Мы совершенно точно в парке. Неподалеку стоит мост через Темзу.
– Где мы? И где остальная группа?
– Мы в парке Бишопс, напротив моста Патни. Остальные сражаются с Падшими на другой стороне.
– Мы видели, что вы последними выпрыгнули из самолета, и побежали сюда, к вам, – добавляет Стерлинг. – Эш, у тебя парашют не раскрылся, что ли, или что?
– Или что, – бурчу я, быстро переводя взгляд на Грейсона, который держит рот на замке.
Нова отрывает взгляд от экрана телефона.
– Мои родители рядом с Букингемским дворцом. Там что-то происходит. Они хотят, чтобы мы присоединились к ним. Это примерно в пяти милях отсюда, но, если побежим, доберемся быстро. Вы как, нормально?
Бежать в хлюпающих промокших ботинках. Просто супер.
Грейсон опускает взгляд на свои ноги, видимо, думая что-то похожее, но только коротко кивает в ответ.
– Все нормально, вперед.
При обычных обстоятельствах на преодоление такого расстояния ушло бы примерно минут пятнадцать. Но сегодня, в день нападения Падших на Лондон, мы бежали целых сорок пять. Один раз мы останавливались в Парсонс Грин, чтобы помочь семье из четырех человек и их собаке выбраться из горящего здания. Потом еще раз в Южном Кенсингтоне, чтобы поднять бетонную плиту, упавшую мужчине на ноги. В итоге пришлось сделать круг, потому что мы возвращались, чтобы доставить его в больницу.
Еще только середина дня, а дневной свет постепенно начинает угасать. Когда мы добираемся до сада Букингемского дворца, с неба на нас падает темная тень, сотрясая землю и вынуждая остановится, чтобы распознать угрозу.
– Это Падший? – Я знаю, как они выглядят, но сейчас перед нами находилось что-то совершенное непонятное. Просто темное пятно, сгусток черного тумана, даже размером не походящий на них.
– Да. Эмберли говорила, что видела их именно такими, когда частично выходила в фазу, – отвечает Грейсон.
Бедная Эм. Конечно, в этой форме они выглядят менее устрашающе, чем в своем первозданном и истинном виде, но, с другой стороны, при таком раскладе невозможно предвидеть их атаки или просчитать свои. Теперь-то я понимаю, как непросто ей было бороться с ними в одиночку, да еще и без какой-либо подготовки в принципе.
Одной рукой я тянусь к ножнам на своем бедре. Резко дергаю запястьем и достаю складной клинок с двумя лезвиями, при соединении которых он трансформируется в короткий меч. Грейсон взмахивает рукой, и копье в его руках тоже удлиняется. Нова держит наготове обычный кинжал, Стерлинг вытаскивает из-за пояса свой двусторонний топорик.
– И куда нам целиться? – спрашиваю я.
– В центр, – отвечает Стерлинг за секунду до нападения на нас этой твари.
Очевидно, он нацелен на Нову. Она присаживается и взмывает в воздух. Мне казалось, она в безопасности, но сгусток тьмы цепляет за лодыжку подруги, и ее отбрасывает в сторону. Она врезается в дерево, сотрясая голые ветви.
Теперь его цель – Стерлинг, который отбивает удары рукояткой своего топора. Мы с Греем прикрываем его сзади. Я резко провожу мечом вниз, а Грей бьет прямо в середину. Судя по всему, мы попали, потому что с концов нашего оружия капает черная субстанция. Тень, похоже, отступает на пару шагов назад, а потом вновь атакует Стерлинга.
Его черная куртка рвется в районе бицепса, но он не замедляется ни на мгновение. Это только добавило ему решимости и выбросило очередную дозу адреналина в кровь. Он взмахивает своим топором, один конец которого висит в воздухе, а второй оказывается в клубящейся тьме.
К нам возвращается Нова, и мы окружаем порождение тьмы полным составом.
Сделав пару быстрых шагов, подпрыгиваю и бью мечом туда, где, предположительно, должна быть его голова. Когда я оказываюсь на земле, обнаруживаю, что острое лезвие покрыто кровью Падшего, но я не могу оценить степень нанесенного ему ранения. Я уже готовлюсь нанести повторный удар, как вдруг тень падает, уменьшаясь в размерах до тех пор, пока полностью не исчезает.
– Мы убили его? – спрашивает Стер, наклоняясь, чтобы поднять свое оружие, с грохотом упавшее на землю после исчезновения сгустка тьмы.
Я смотрю на своих друзей. Все они в сомнениях.
– Может, переместимся и проверим? – предлагаю я.
Грейсон выносит вперед руку, останавливая меня.
– Нет. Мы не знаем, сколько сейчас этих тварей в духовном мире. Пусть уж будет как есть.
Я киваю, с радостью соглашаясь.
– Нова, ты в порядке? – спрашиваю я. Волосы у нее немного растрепаны, но тут кто бы говорил. У меня порвалась резинка на волосах. Так что у моих афрокудрей сейчас прямо-таки звездный час.
– Да, нормально. Идем. Мои родители в той стороне. – Слегка прихрамывая, она шагает в сторону дворца. Эта девчонка может остаться без руки и все равно утверждать, что все о’кей. Грейсон обеспокоенно осматривает меня на предмет наличия травм, и мы выдвигаемся за подругой.
– Я не ранена, – уверяю я его.
– Я на всякий случай.
– Эй, а как насчет меня? – спрашивает Стерлинг. – Вот у меня точно есть травма. Кажется, эта тварь оцарапала мне руку. – Он стягивает куртку, и на его плече обнаруживаются четыре пореза. Из них сочится кровь, но они не кажутся сильно глубокими.
Грей хлопает брата по здоровой руке.
– Смирись с этим, бро. Девчонки любят парней со шрамами.
– Значит, я в пролете, потому что через пару часов эти царапины заживут, и кожа снова станет такой же неотразимой, как и весь я в принципе.
Я качаю головой. Вот же чудики. Мы чуть не погибли в авиакатастрофе, на нас напали Падшие, и сейчас мы находимся буквально в мини-апокалипсисе, но они заставляют меня улыбаться. Что бы я без них делала?
Земля трясется от взрыва, и с другой стороны дворца поднимается облако, напоминающее по форме гриб.
Над лондонской королевской резиденцией то тут, то там проносятся темные тени. Воздух, наполненный пеплом, разрывают крики.
Несмотря на все свои возможные травмы, Нова бросается вперед к воротам или, по крайней мере, к тому месту, где они раньше были. Знаменитый черно-золотистый вход во дворец сейчас больше походит на груду гнутого и расплавленного металла. Всюду лежат человеческие тела. Это люди. Охрана. Даже стоя на расстоянии, можно понять, что они уже мертвы.
Мы останавливаемся, когда мимо нас проносятся три человека, вооруженные по полной программе. Скоро они исчезают в темном дыму, оставшемся после взрыва.
– Нова! – В нашу сторону бегут женщина и мужчина. Увидев оружие, закрепленное на их телах, я понимаю, что они – Нефилимы. Люди бы не стали носиться здесь с зазубренными кинжалами при себе, да еще и в таком количестве. На каждой руке и ноге как минимум два кинжала.
Вместо обычных объятий каждый из них поднимает вверх одну руку и кладет ее на плечо стоящего справа, таким образом создавая небольшой круг. Это стандартное приветствие у представителей потомков из линии сил.
Они расходятся, и Нова ведет их в нашу сторону. Оба потомка ангелов внимательно осматривают территорию, не теряя бдительности.
– Это мои родители – Киллиан и Киара, – представляет она их для меня, ведь ее семья уже давно и тесно общается с Дюранами.
Как и большинство Нефилимов, родители подруги выглядят очень молодо. По человеческим меркам кажется, что им около тридцати. Темно-каштановые волосы Киары собраны в высокий конский хвост, свободная его часть спадает водопадом, доставая женщине до лопаток. Единственное, что сейчас портит ее потрясающий внешний вид – пятно сажи на скуле. Киллиан подстрижен очень коротко, но я все равно замечаю в его волосах рыжеватый оттенок, красиво переливающийся в лучах закатного солнца, который унаследовала и Нова. Его ладони испачканы в крови, но на одежде ни царапин, ни дыр.
– Эш, – быстро представляет меня подруга. – Ну, этих двоих вы и так знаете.
– Рад, что вы добрались сюда без приключений, – говорит Киллиан: его жена лишь кивает в знак согласия.
– Что с обстановкой? – задает вопрос Нова.
– Единичные атаки по всему городу с самого утра. Пока что Падшие не могут полностью переместиться в мир смертных, но не похоже, что это как-то останавливает и замедляет разрушения и хаос, который они создают. – Ярко-зеленые глаза Киары сужаются от разочарования. – Сейчас потомки ангелов пытаются защитить город в обоих мирах. Человеческие войска тоже пытаются бороться, хоть и не понимают, с кем они имеют дело.
Мы видели несколько групп, пока пересекали город, люди выходят с импровизированным оружием по типу садовых ножниц или монтировки. Одной из основных задач Нефилимов, то есть нас, всегда считалось сокрытие факта существования Падших. Но после случившегося я совершенно не представляю, как мы сможем ее выполнять. Сверхъестественное вторжение такого масштаба с помощью нескольких даже очень хороших специалистов не скроешь.
– Падшие не позволяют самолетам подобраться к центру Лондона, они держат войска у самых границ города, – добавляет Киллиан, а затем бросает взгляд в сторону дворца. – Похоже, один из лидеров устроил свою базу в Букингемском дворце.
– Откуда вам это известно? – спрашивает Грейсон.
Родители Новы переглядываются. Я недостаточно хорошо их знаю, чтобы расшифровать их взгляды, но внутри у меня все неприятно сжимается от тревоги.
– Просто скажите, и всё, – подает голос Нова.
– Он тоже потомок ангелов, – признаётся ее мать, и между бровей у нее появляется складочка. – Но со светлыми волосами и крыльями с серебристыми кончиками. Он может создавать ангельское пламя даже в мире смертных. – Она качает головой. – С таким мы встречаемся впервые.
А мы – нет.
– Торн. – Как только его имя срывается с моих губ, все внимание пары тут же сосредотачивается на мне. – Это ведь наверняка он, да? – спрашиваю я друзей. Им известно о нем столько же, сколько и мне, и то по рассказам Эмберли.
– Полагаю, этого стоило ожидать, – говорит Грейсон.
– А где все ангелы? – спрашивает Стерлинг. – Я понимаю, они ведут отшельнический образ жизни и все такое, но это уже катастрофа библейского масштаба; разве они не должны быть здесь, чтобы нанести ответный удар?
Грейсон кивает.
– Камиэль сказал, что они постараются залатать все дыры в завесе, через которые Падшие и попадают в мир смертных. Что бы это ни значило.
– Камиэль, Ангел Войны? – удивленно смотрит на нас мать Новы.
Ну да, так уж получилось, что мы располагаем конфиденциальной информацией, которую, вообще-то, новичкам знать не положено. Но и опять же, моя лучшая подруга – невероятный и единственный в своем роде Нефилим, родившийся от серафима, так что тот факт, что я в курсе этой информации, вполне логичен.
– И кто такой Торн?
– Неф, рожденный от серафима, управляющий армией Падших и Отрекшихся, – отвечает Нова. Землю сотрясает очередной взрыв, и мы все пригибаемся, из-за разрушенных ворот поднимаются клубы дыма. – Объясню позже.
– Хорошо. – Киллиан и Киара быстро перепроверяют свое оружие. – Вы отвечаете за защиту обоих флангов и тыла, а мы постараемся попасть внутрь и помочь остальным. На территории восемь потомков ангелов.
– Всего-то? – Судя по тому, что мне известно о Торне, их явно будет маловато, чтобы победить его.
– Наши воины сейчас по всему миру, – объясняет Киара.
Родители Новы проводят нас через груду искореженного металла. По дороге к месту нам приходится лавировать между несколькими обугленными телами. Я стараюсь особо не присматриваться. Жестокость – особенность нашего вида, но у этих бедолаг и шанса не было выстоять. Они даже не понимали, с какими силами в принципе имели дело.
– Как думаете, во дворце найдется барышня, которую нужно спасти? – спрашивает Стерлинг.