Читать книгу Копи царя Соломона (Генри Райдер Хаггард) онлайн бесплатно на Bookz (19-ая страница книги)
bannerbanner
Копи царя Соломона
Копи царя СоломонаПолная версия
Оценить:
Копи царя Соломона

5

Полная версия:

Копи царя Соломона

Нам было очень жаль с ним расставаться. Гуд так расчувствовался, что даже подарил ему на память свой монокль! (Впоследствии мы обнаружили, что у него был еще один, запасной.) Инфадус был в восторге, предвидя, что обладание подобным предметом колоссально повысит его престиж. После нескольких тщетных попыток ему все же удалось вставить монокль себе в глаз. Никогда я не видывал ничего более несуразного, чем этот старый воин с моноклем в глазу. Это, признаться, совсем не гармонировало с плащом из леопардовой шкуры и плюмажем из черных страусовых перьев.

Затем, удостоверившись в том, что наши проводники захватили с собой достаточно воды и провизии, и выслушав громовой прощальный салют Буйволов, мы крепко пожали руку старого воина и начали спускаться с горного хребта. Это оказалось весьма нелегким делом, но, так или иначе, к вечеру того же дня мы благополучно добрались до подножия горы.

– Знаете ли, – сказал сэр Генри, когда мы сидели в эту ночь у костра и смотрели на нависшие над нами утесы, – мне кажется, что на свете есть немало мест похуже, чем Страна Кукуанов, и что бывали времена, когда я чувствовал себя гораздо более несчастным, чем за последний месяц или два, хоть со мной никогда не происходили такие странные вещи. А вы как думаете, друзья?

– Мне кажется, что я почти сожалею о том, что покинул эту страну, – со вздохом отозвался Гуд.

Что же касается меня, я подумал, что все хорошо, что хорошо кончается, но за всю мою долгую жизнь, полную опасностей, мне никогда не приходилось столько раз быть на краю гибели, как за последнее время. При одном воспоминании о сражении, в котором мне пришлось принимать участие, у меня проходит по коже мороз, не говоря уж о наших переживаниях в сокровищнице!

На следующее утро мы отправились в трудный путь через пустыню. Наши пятеро проводников несли большой запас воды. Мы провели ночь под открытым небом, а на рассвете двинулись дальше.

На третий день нашего путешествия, около полудня, мы увидели деревья того оазиса, о котором говорили наши проводники, и за час до захода солнца мы уже вновь шли по траве и слышали журчание воды.

Глава XX

Найден

А теперь я перехожу к самому удивительному приключению во всей этой необыкновенной истории, приключению, которое показывает, какие удивительные вещи случаются в жизни.

Опередив немного своих спутников, я спокойно шел вдоль берега ручья, который, вытекая из оазиса, терялся в раскаленных песках пустыни, и вдруг остановился, не веря своим глазам. И было от чего: ярдах в двадцати передо мной, в очаровательном месте, под сенью большого фигового дерева стояла маленькая уютная хижина. Она была обращена фасадом к ручью и построена по образцу кафрских из ивовых прутьев и травы, но имела обычную дверь, а не маленькую лазейку, похожую на лётку в ульях.

«Что за чертовщина! – сказал я про себя. – Откуда взялась здесь хижина?»

Не успел я это подумать, как дверь отворилась, и из нее, прихрамывая, вышел белый человек с огромной черной бородой, одетый в звериные шкуры. Я решил, что со мной, должно быть, случился солнечный удар. Это было совершенно невероятно! Ни один охотник никогда сюда не забирался, и ни один, безусловно, не мог здесь жить. Я смотрел на него широко открытыми от изумления глазами. С не меньшим изумлением глядел на меня и человек в звериных шкурах. В это время подошли сэр Генри и Гуд.

– Послушайте, друзья, – сказал я, обращаясь к ним, – я схожу с ума, или это в самом деле белый человек?

Сэр Генри и Гуд взглянули на незнакомца, и в тот же момент белый человек с черной бородой громко закричал и, хромая, заковылял в нашу сторону, но, не дойдя до нас нескольких шагов, упал без сознания.

Одним прыжком сэр Генри был возле него.

– Силы небесные! – вскричал он. – Это мой брат Джордж!

Услышав этот крик, другой человек, тоже одетый в шкуры, вышел из хижины с ружьем в руках и подбежал к нам. Увидев меня, он тоже громко вскрикнул.

– Макумазан! – заговорил он. – Ты меня не узнаешь? Я Джим, охотник. Я потерял записку, которую ты мне дал для бааса, и вот мы здесь живем уже почти два года.

И, упав к моим ногам, он начал кататься по земле, плача от радости.

– Ах ты, негодная разиня! – сказал я. – Тебя следовало бы хорошенько выпороть!

Тем временем человек с черной бородой пришел в себя, поднялся на ноги, и они с сэром Генри начали молча трясти друг другу руки, так как, очевидно, от полноты чувств были не в состоянии выговорить ни единого слова. Подозреваю, что в прошлом они поссорились из-за какой-нибудь леди (хотя я никогда сэра Генри об этом не спрашивал), но из-за чего бы это ни случилось, сейчас их ссора была, по-видимому, совершенно забыта.

– Дорогой мой! – вырвалось наконец у сэра Генри. – Я думал, что тебя уже нет в живых! Ведь я искал тебя по ту сторону Сулеймановых гор и вдруг нахожу в оазисе среди пустыни, где ты себе свил гнездо, словно старый aasvögel[67].

– Около двух лет назад и я пытался перейти горы Соломона, – послышался ответ, сказанный неуверенным голосом человека, отвыкшего говорить на родном языке, – но когда я попал сюда, мне на ногу упал огромный камень и раздробил мне кость. Поэтому я не мог ни продолжать свой путь, ни вернуться в крааль Ситанди.

Тут подошел я.

– Здравствуйте, мистер Невилль. Вы меня помните?

– Боже мой! – воскликнул он. – Неужели это Квотермейн? Как! И Гуд тоже здесь? Поддержите меня, друзья, – у меня снова закружилась голова… Как все это неожиданно и странно… И когда человек уж перестал надеяться, какое это счастье!

* * *

Вечером, у походного костра, Джордж Куртис рассказал нам свою историю, которая, так же как и наша, была полна событиями и вкратце сводилась к следующему.

Около двух лет назад он вышел из крааля Ситанди, пытаясь достичь Сулеймановых гор. Записку, посланную ему через Джима, он не получил и ничего до этого дня о ней не слышал, так как этот олух Джим ее потерял. Но, пользуясь указаниями туземцев, он направился не к горам Царицы Савской, а к тому крутому перевалу, через который мы сами только что пришли. Это был, безусловно, более легкий путь, чем тот, который был отмечен на карте старого да Сильвестра. В пустыне они с Джимом перенесли большие лишения, но наконец добрались до этого оазиса, где в тот же день Джорджа Куртиса постигло большое несчастье. Он сидел на берегу ручья, а Джим, стоя на высоком скалистом берегу как раз над ним, извлекал из расщелин мед диких пчел, у которых нет жала (такие пчелы водятся в пустыне). Карабкаясь по скалам, он расшатал большой камень, который обрушился и раздробил правую ногу Джорджа Куртиса. С тех пор он стал сильно хромать и, так как не мог много ходить, предпочел остаться и умирать в оазисе, чем наверняка погибнуть в пустыне.

Что касается пищи, то в этом отношении они не терпели никакой нужды, так как у них был большой запас патронов, а в оазис, особенно по ночам, приходило на водопой много животных. Они стреляли в них или ставили капканы, используя мясо для еды, а шкуры, после того как их одежда износилась, – для одежды.

– Таким образом, – сказал в заключение Джордж Куртис, – мы жили здесь почти два года, как Робинзон Крузо с Пятницей, уповая на счастливую случайность, что вдруг в оазис забредут какие-нибудь туземцы и помогут нам отсюда выбраться. Но никто не появлялся. Наконец вчера вечером мы с Джимом решили, что он меня покинет и отправится за помощью в крааль Ситанди, хотя, признаться, у меня было очень мало надежды, что он вернется. А теперь ты, именно ты, – сказал он, обращаясь к сэру Генри, – которого я никак не рассчитывал увидеть, вдруг неожиданно появляешься и находишь меня там, где сам этого не ожидал. Ведь я был уверен, что ты преспокойно живешь в Англии и давным-давно меня забыл. Это самая удивительная история, которую мне когда-либо приходилось слышать, и какое счастье, что она окончилась столь благополучно!

Затем сэр Генри в свою очередь рассказал своему брату главные эпизоды наших приключений, и, так разговаривая, мы просидели до глубокой ночи.

– Слава богу, – сказал Джордж Куртис, когда я показал ему несколько алмазов, – что, помимо моей никчемной особы, вы нашли еще кое-что в награду за все ваши злоключения.

Сэр Генри засмеялся:

– Камни принадлежат Квотермейну и Гуду. У нас был договор, что они будут делить между собой всю добычу, которая может встретиться нам в пути.

Это замечание заставило меня призадуматься. Переговорив с Гудом, я сказал сэру Генри, что мы оба просим его взять третью часть алмазов, а если он откажется, то его часть должна быть передана Джорджу Куртису, который, в сущности, пострадал из-за этих драгоценностей больше всех нас. Наконец с большим трудом мы уговорили его согласиться на это предложение, но Джордж Куртис узнал о нашем решении значительно позже.

* * *

На этом я думаю закончить свой рассказ. Наш обратный путь через пустыню в крааль Ситанди был чрезвычайно труден, особенно потому, что нам приходилось поддерживать Джорджа Куртиса, так как его правая нога была в очень плохом состоянии и из нее время от времени выделялись осколки раздробленной кости. Но так или иначе, мы преодолели пустыню, и рассказывать подробности этого путешествия значило бы повторить многое из того, что нам пришлось пережить ранее.

Через шесть месяцев после нашего возвращения в Ситанди, где мы нашли наши ружья и прочие вещи в сохранности, хотя старый негодяй, которому мы их доверили, был чрезвычайно огорчен тем, что мы остались живы и пришли за ними, все мы, живые и невредимые, собрались в моем маленьком домике в Береа, возле Дурбана, где я теперь и пишу эти строки. Отсюда я прощаюсь со всеми, кто сопровождал меня в самое необыкновенное путешествие, которое мне когда-либо приходилось совершать за свою долгую и богатую приключениями жизнь.


P. S. Не успел я написать последнее слово, как увидел кафра, идущего с почты по моей апельсиновой аллее с письмом, зажатым в расщепленную палку. Письмо это было от сэра Генри, и так как оно имеет непосредственное отношение к моему рассказу, я привожу его полностью:


Брейли-Холл, Йоркшир.

Дорогой Квотермейн!

С одной из последних почт я послал вам несколько строк, чтобы сообщить, что мы трое – Джордж, Гуд и я – благополучно прибыли в Англию. Мы сошли на берег в Саутгемптоне и немедленно отправились в Лондон. Вы бы только видели, каким щеголем стал Гуд на следующий же день! Великолепно выбрит, потрясающий фрак, облегающий его, как перчатка, новый замечательный монокль, и т. д., и т. д. Мы гуляли с ним в парке, где встретили кое-кого из знакомых, и я тут же рассказал им историю о его «прекрасных белых ногах».

Он взбешен, особенно после того, как один весьма язвительный журналист напечатал все это в солидной газете.

А теперь о деле. Чтобы узнать стоимость алмазов, мы с Гудом обратились в ювелирную фирму Стритер, и я просто боюсь сказать вам, во что они их оценили. Сумма баснословная. Оценка их только приблизительная, так как они сказали, что не помнят, чтобы когда-нибудь на рынке были в таком количестве столь замечательные камни. Оказывается, что, за исключением одного или двух из наиболее крупных, они самой чистой воды и во всех отношениях не уступают лучшим бразильским бриллиантам. Я спросил, купит ли их фирма, но они ответили, что это им не под силу, и рекомендовали продавать по частям, чтобы не наводнять ими рынок. Тем не менее они все же предлагают сто восемьдесят тысяч фунтов стерлингов за весьма небольшую их часть.

Вы должны приехать в Англию, Квотермейн, и сами позаботиться об этом, тем более что вы настаиваете на великолепном подарке моему брату – целой трети алмазов, не принадлежащих мне.

Что касается Гуда, он совсем обезумел: почти все его время занято бритьем и делами, связанными с суетными украшениями своей особы. Но все же я думаю, что он еще не забыл Фулату. Он мне сказал, что с тех пор, как приехал в Англию, он не видел ни одной женщины, которая была бы так очаровательна и так сложена, как она.

Я хочу, чтобы вы приехали на родину, мой дорогой старый друг, и поселились около меня. Вы достаточно потрудились на своем веку, и у вас уйма денег, а у меня по соседству продается имение, которое вам чудесно подойдет. Приезжайте же, и чем скорее, тем лучше! А книгу о наших приключениях вы можете закончить на пароходе! Мы отказались рассказывать нашу историю, пока вы ее не напишете, так как боимся, что нам не поверят. Если вы послушаетесь моего совета, вы приедете сюда на Рождество, и я очень прошу вас остановиться у меня. К этому времени приедут Гуд и Джордж и, между прочим, ваш сын (это чтобы вас соблазнить!). Он уже приезжал ко мне на недельку поохотиться и произвел очень приятное впечатление. Ваш Гарри чрезвычайно хладнокровный молодой человек: во время охоты он выпустил мне в ногу целый заряд дроби, сам вырезал все дробинки и затем сделал замечание о том, как удобно иметь среди охотников студента-медика.

До свидания, старина! Не буду вас больше уговаривать, но я знаю, что вы приедете, хотя бы для того, чтобы сделать одолжение вашему искреннему другу Генри Куртису.

P. S. Бивни огромного слона, разорвавшего беднягу Хиву, прибиты у меня в холле над той парой буйволовых рогов, которые вы мне подарили, и выглядят замечательно. А топор, которым я отрубил голову Твале, висит над моим письменным столом. Как жаль, что нам не удалось привезти кольчуги!

Г. К.


Сегодня вторник. В пятницу отходит пароход, и мне кажется, что я должен воспользоваться приглашением Куртиса и отправиться на нем в Англию, хотя бы для того, чтобы повидать моего мальчика Гарри и позаботиться о напечатании этой истории, так как мне не хотелось бы доверить это дело кому-либо другому.

Аллан Квотермейн

Сноски

1

Я обнаружил восемь пород антилоп, которых мне никогда не приходилось встречать, и много разновидностей растений, главным образом из семейства луковичных. – А. К.

2

Чака – король зулусов, живший в начале XIX века.

3

Король Чака запретил своим воинам вступать в брак; только ветераны могли брать себе жен, и притом столько, сколько каждый из них убил врагов в битвах.

4

Имеется в виду Капская колония.

5

Ветхий Завет – бо́льшая часть Библии, священной книги христиан и иудеев.

6

Легенды Инголдзби – сборник баллад, написанных английским писателем Баргэмом (1788–1845) под псевдонимом Томаса Инголдзби.

7

Наталь – провинция в Южно-Африканском Союзе.

8

Ниггер – презрительная кличка негра, используемая расистами.

9

Кафры – устаревшее наименование юго-восточных африканских народов.

10

Бамангвато – название поселка в Земле Бечуанов.

11

Кап – сокращенное название Кейптауна.

12

Представление мистера Квотермейна о древних датчанах кажется несколько туманным. Насколько нам известно, у датчан были темные волосы. Может быть, он имел в виду саксов. – Примеч. англ. издателя.

13

Имеется в виду английская королева Виктория (1819–1901).

14

Десятая заповедь предостерегает людей от зависти.

15

Соломон (1020—980 до н. э.) – царь израильского народа.

16

Куду – винторогая антилопа.

17

Канну – южноафриканская, или лосиная, антилопа.

18

Машукулумбве – область, находящаяся в Южной Африке.

19

Сулейман – по-арабски «Соломон». – Примеч. англ. издателя.

20

Изанузи – знахарка.

21

Зулусы – негритянское племя в Юго-Восточной Африке, достигшее большого могущества в начале XIX века.

22

Крааль – в Южной Африке название особого типа деревень: ульеобразных хижин, окруженных общей изгородью.

23

Делагоа – порт и залив, находящейся на юго-восточном побережье Африки.

24

Кварта – 1,14 литра.

25

См. карту в начале книги.

26

Царица Савская – царица Савы – страны, по предположению, находившейся в Южной Аравии и всегда управлявшейся женщинами; одна из многочисленных возлюбленных царя Соломона.

27

Баас – господин.

28

Имеется в виду смерть.

29

Ист-Лондон – порт в Южной Африке, на берегу Индийского океана.

30

Мушмула – название двух различных видов древесных (кустарниковых) растений.

31

Манговые деревья – род тропических деревьев, дающих плод (манго) величиной с огурец или небольшую дыню.

32

Африкандеры – буры, потомки первых европейских колонистов в Южной Африке.

33

Вельды – южноафриканская степь.

34

Драхма – старинная мера аптекарского веса, равная 3,732 грамма.

35

Чок – ужение канала ствола в дульной части охотничьего ружья.

36

Готтентоты – одна из народностей Южной Африки.

37

Инкоози – вождь.

38

В Изандхлуане во время войны англичан с зулусами был уничтожен английский отряд в 1400 человек, с шестьюдесятью офицерами (22 января 1879 года).

39

Лорд Челмсфорд – английский генерал, командовавший английскими военными силами в Южной Африке во время войны с зулусами (1879).

40

Кечвайо – король зулусов, живший во второй половине XIX века.

41

Муча – набедренная повязка.

42

Ассегай – метательный дротик.

43

Твид – шерстяная материя особой выделки.

44

Вельдскуны – башмаки из сыромятной кожи.

45

Квагга – дикая африканская лошадь.

46

Льё – устаревшая французская мера длины, равная 4,5 километра.

47

Пинта – 0,56 литра.

48

Галлон – 4,54 литра.

49

Навуходоносор – вавилонский царь.

50

Чосер (1340–1400) – знаменитый английский поэт, создатель литературного английского языка.

51

Непереводимая игра слов: Scrag – в переводе значит «свернуть шею», то есть иными словами – убить. Сына короля зовут Scragga.

52

Фартинг – самая мелкая английская монета.

53

Принц Артур – претендент на английский престол, племянник английского короля Иоанна Безземельного (1199–1216). Иоанн приказал заточить его в крепость и ослепить. Мольбы и слезы молодого принца так тронули коменданта крепости де Бурга, что он велел наемникам короля удалиться.

54

Этот жестокий обычай свойствен не только кукуанам – он распространен среди большинства африканских племен и обычно связан с объявлением войны или каким-либо иным важным событием общественной жизни. – А. К.

55

Гетлинг – картечница (старинное огнестрельное оружие, названное по имени изобретателя – Р. Гетлинга).

56

У кукуанов существует закон, по которому ни один человек, в жилах которого течет королевская кровь, не может быть убит, если он сам не дал на это согласия, которое, правда, он всегда дает. Ему разрешают тогда выбрать, с одобрения короля, нескольких противников, с которыми он сражается, пока наконец один из них его не убьет. – А. К.

57

Кимберли – город в Южной Африке. Основан в 1872 году, своим развитием обязан алмазным копям.

58

Брекчия – горная порода, состоящая из сцементированных обломков осадочных или вулканических пород.

59

Сталактиты – известковые образования, свешивающиеся в виде сосулек с потолка пещеры.

60

Сталагмиты – известковые образования, поднимающиеся вверх в виде больших сосулек со дна пещеры.

61

Макдуф – шотландский феодал, один из вождей восстания против короля Макбета (XI век).

62

Старшие входят первыми (лат.).

63

Стикс – в древнегреческой мифологии одна из рек подземного царства, в котором якобы обитали души умерших.

64

«Сезам, отворись!» – магические слова из арабской сказки «Али-Баба и сорок разбойников», открывающие вход в пещеру с несметными сокровищами.

65

Этот необычайный способ выражения глубочайшего почтения распространен среди народов Африки. Называется он «хлонипа». Согласно этому обычаю особо почитаемому человеку (обычно после его смерти) дается другое имя, которое сохраняется в народе на долгие времена. – А. К.

66

Нам часто казалось невероятным, как могла мать Игнози с маленьким ребенком перенести трудности путешествия через горы и пустыню, которые чуть не оказались роковыми для нас самих. Теперь же мне приходит в голову, и я хочу поделиться этой мыслью с читателем, что она, вероятно, пошла по этому второму пути, странствуя, как Агарь, по пустыне. Если это действительно было так, то в истории ее спасения нет ничего невероятного. Ее вполне могли повстречать и отвести в оазис какие-нибудь охотники за страусами, как рассказывал сам Игнози. Оттуда она могла постепенно, выбирая плодородные участки земли, идти к югу и добраться до Зулуленда. – А. К.

67

Aasvögel – стервятник (гол. и нем.).

bannerbanner