
Полная версия:
Сделка. Надежда на тебя
Стоя перед зеркалом, я смотрю на зеленые глаза, которые когда-то искрились жизнью. Теперь в них лишь пелена из пустоты и холодный взгляд. Щетина, которая еще месяц назад была нежной, превратилась в настоящую бороду, и теперь я уже не тот Джейкоб, что был раньше.
Набрав ледяную воду в ладони, я покрыл ей лицо, не вздрогнув даже на секунду. Непоколебимо стоя возле своего отражения, словно статуя, моя ладонь превратилась в кулак и с размахом ударила по зеркалу, разбивая его на мелкие осколки.
Они разлетаются по мраморной поверхности, а их звонкий звук нарушает тишину. Мелкие фрагменты зеркала падают на пол, рассыпаясь в хаотичном порядке. Керамическая раковина, недавно безупречно гладкая, теперь усыпана осколками, как мое раненое сердце.
Я не чувствую боли. Но внимание приковано к крови, которая сочится из ран. Красные капли падают на плитку, создавая абстракции. Я не двигаюсь и не пытаюсь остановить кровотечение. Оно становится символом моей борьбы и разбитой души.
Каждая капля – часть меня, а в зрачках отражается лишь разбитое зеркало, без моего образа. Тьма, которая когда-то поглотила меня, вырывается наружу и я уже не в силах контролировать себя.
Душевная боль и физическая усталость сливаются воедино, пока я пытаюсь смыть под водой с себя грязь, пот, страх и ту самую черную дырку, прогнивающую в каждой моей клеточке все сильнее.
Ссадины на руке отлично сочетаются с видом полного опустошения, а кожа стерта, будто я сражался с самим собой. Стянув полотенце с плеч, я достал белоснежную рубашку и натянул на тело, как бронежилет, защищающий от мира.
Но внутри я по-прежнему беззащитный.
Черные брюки облегали ноги, как тень. Лицо, израненное жизнью. Потухшие глаза в отражение зеркала гостиной. Все это заставляло меня просыпаться ото сна и идти только вперед.
– Сегодня я сам. – не посмотрев в сторону охраны, я подошел к лифту, нажав кнопку. – Стойте здесь. И не смейте ездить за мной по пятам.
Бостонские ночи, как магия, и я знаю, как в них забыться. Я сижу за рулем своей Bentley Continental GT, постоянно пытаясь найти на соседнем месте Эмили. Ночные огни мелькают, создавая в моей голове кашу и делая дорогу передо мной черной лентой, ведущей куда угодно, но не к ней.
Вдавив педаль газа в пол, я несусь на полной скорости, чувствуя свободу. Мотор рычит сильнее, будто просыпается под капотом. Ветер рвет волосы у корней, а сердце бьется в такт двигателю. Все проблемы и тайны остаются позади. Хотя бы на это мгновение.
Но вдруг, яркая неоновая вывеска освещает лицо моей голубоглазки, заставляя еечерты заиграть контрастными тенями. Это был дорогой клуб, где играют в игры, которые приносят с собой чувство роскоши и богатства.
Резко затормозив, я быстро паркую авто у обочины, едва успевая заглушить двигатель. Взглядом я лихорадочно пытаюсь найти свою Эмили среди мерцающих огней и сверкающих украшений. Сердце колотится в груди, и каждая секунда ожидания кажется вечностью.
Выбегая из машины, я словно безумец, несусь по улице, отчаянно выискивая еесреди толпы. Ее образ появляется в самом углу моего зрения, и я рвусь туда, забыв обо всем, что было до этого момента.
«Эмили» – это имя эхом разносится в моем сознании снова и снова, как мантра, пока всевокруг меня плывет перед глазами. Я пробираюсь сквозь шум и мелькающие лица, сосредоточив все свои силы и волю на одной цели – найти ее, увидеть ее, коснуться ее.
– Милая. – останавливаю ее за плечо, задыхаясь от пробежки. – Эмили…
– Простите? – разворачивается ко мне абсолютно другая девушка. – Мы знакомы?
Разочарование обрушилось на меня, как будто по голове ударили молотом. Я закрыл глаза, отходя немного назад, словно пытаясь укрыться от болезненной реальности. Веки становились тяжелыми, тщетно пытаясь удержать слезы, которые рвались наружу. Все, что мне сейчас нужно – это она, ееприсутствие, ее тепло. Мир вокруг начал терять свои очертания, становясь размытым и бесцветным без нее. Мое сердце, словно застыло, ожидало хоть малейшего знака ее возвращения.
Но я потерял ее.
Горло сжалось, словно душу сжимали в тиски, не позволяя сделать ни вздоха, ни выдоха. Новая волна опустошения захлестнула меня, словно холодная волна прибоя. Я один, среди толпы, ярких огней и едва доносящейся музыки, которая лишь усиливает моеощущение одиночества.
Руки дрожат, пальцы предательски вибрируют, пока я изо всех сил пытаюсь принять суровую реальность, в которой оказался. Всевокруг кажется нереальным, словно сценой из ночного кошмара, и я не могу найти выхода из этой бесконечной тьмы.
– Джейкоб. – послышался знакомый голос. – Это ты?
– Эшли? – пытаюсь в бреду сообразить я. – Я…
– Ты выглядишь очень плохо. – ее ладонь оказалась на моем плече, удерживая на месте. – Тебе нужна помощь?
– Нет. – сразу же очнулся я, крепко встав на ноги. – Голова закружилась.
– Ты выглядишь ужасно. – обеспокоено произносит она, подходя ближе. – Тебя могут сфотографировать и поместить на обложки завтрашней прессы.
– Я пойду… – справился с отчаянием я, направляясь к машине. – Доберешься сама?
– А ты? – ее грустный взгляд можно понять без слов. – Давай я отвезу тебя.
Переведя свой взгляд на лихорадочно двигающиеся пальцы, я бросил ключи Эшли, садясь на пассажирское сидение спереди.
– Вы расстались? – сразу же догадалась она, заводя двигатель. – Страдаешь, потому что больше не можешь видеть Мию перед собой?
– Заткнись. – шепчу я, откидываясь на сидения. – Иначе, я вышвырну тебя прямо сейчас.
– Ты любишь ее? – настаивает на своем она. – Все, что их отличает – это разница в цвете глаз, волос и форме губ. Ну и то, что мисс Фостер старше ее на 5 лет. Это видно издалека.
– Хватит! – срываюсь на крик я, пока по моей щеке проскользнула слеза. – Я не хочу слышать об этом! Не хочу!
Ладони беспрерывно стучат по твердой поверхности панели, вынуждая Эшли вдавливаться в мягкое кресло. Звук ударов эхом разносится по салону, создавая атмосферу напряжения и тревоги. Эшли, сжавшись в кресле, чувствует, как еесердце колотится в груди, а дыхание становится прерывистым. Взгляд ее устремлен вперед, но мысли блуждают в хаосе, пытаясь найти выход из этой ситуации.
– Чем она так тебя зацепила? – продолжает она. – Если бы я вернулась из Лондона раньше, могла бы занять ее место…
– Ты и пальца ее не стоишь. – открыв веки шире, я бросил в нее холодный взгляд. – Ее улыбка… Сначала, она рождается в голубых глазах, как искры счастья. Затем, растекается по лицу, а уголки губ тянутся наверх. Когда она плачет, весь мир плачет вместе с ней. А когда умоляет о чем-то, голос становится музыкой, заставляющей забыть о всех правилах и тьме. Я как ребенок ведусь на ее игры и забываю то, кем являюсь. Я следую за тенью ее образа, как кукла, которую ведут за ниточку. Я сумасшедший и мне нравится это сумасшествие.
– Почему отпустил ее? – более спокойно спрашивает Эшли, явно не понимая меня.
– Она – огонь, который может сжечь меня дотла. Яд, который может отравить и убить. Да, я не могу без нее, хочу быть рядом, чувствовать ее тепло, видеть улыбку… Я разрушаю ее светлую часть, а она мою темную. И я… я не хочу отпускать ее.
Глава 3
10 лет назад. Стэнфорд.
– Она… – пробормотал я, потирая виски у двери. – Она немного странная, но вам нужно держаться вежливо.
– Да ладно тебе, Джейк, – успокаивал Райан, похлопав по плечу. – Мы же не какие-то дикари.
В этот момент я потянул ручку вниз, и дверь медленно открылась, впуская меня в теплое пространство дома, где все было пропитано светом. Мягкие солнечные лучи, проникая сквозь окна, освещали каждый уголок комнаты, создавая уютное и защищенное ощущение. Воздух был наполнен ароматами свежих цветов и легким ароматом кофе. Теплый свет, играя на поверхности стен и мебели, создаваяиллюзию мира и покоя.
– Джейкоб! – воскликнула сразу же Мия, бросаясь в мои объятия. – Как же здорово, что я приехала к тебе!
– И тебе привет. – прошептал я, отстраняясь от нее и ставя на пол. – Где твои манеры? Познакомься с Райаном и Кевином. Я рассказывал тебе о них по телефону.
– Очень приятно. – растянув улыбку так, что было видно все ее 32 зуба, она театрально поклонилась. – Я Мия!
Она настоящее воплощение природной грации и таинственности. Еечерные глаза, глубокие как ночь, хранят в себе бесконечные тайны, неизвестные даже мне. Эти глаза могут быть искренними, открытыми и безмятежными, словно гладь озера под луной, а через мгновение уже задумчивыми и загадочными, подобно теням в лесу.
В ее взгляде можно утонуть, как в бескрайнем океане, и каждое ее движение, каждая улыбка словно танец света и тени, который обволакивает меня и уносит в неизведанные глубины ее души.
Длинные и слегка волнистые волосы, цвета молочного шоколада, падают на плечи, обрамляя лицо. Аккуратный носик придает ей детскую нежность, а тонкие губы всегда украшены естественным румянцем. Ей не нужна косметика – ее юная и естественная красота и так привлекает внимание.
Милое личико Мии – картина, которую хочется рассматривать бесконечно. Ее лицо не следует модным трендам, но именно простота и непосредственность заставляют оборачиваться на нее снова и снова.
В ее глазах светится искорка, отражая внутреннюю доброту и тепло, которые притягивают как магнит. И всегда, даже в самые тяжелые моменты, на ее губах играет легкая улыбка, способная растопить любое сердце и заставить его биться быстрее.
– Я же говорил… – сложа руки на груди, я облокотился о лестницу. – Она ненормальная.
– Джейкоб! – заверещала она, подбегая ко мне, стиснув щеки между своими пальцами. – Разве так можно? Что я тебе сделала?
– Больно! – убрал ее руки я, отходя назад. – Но я все равно скучал по тебе!
Не в силах сдержать радость от ееприезда, мои губы машинально растянулись в широкой улыбке. Я, как вихрь, подхватил Мию на руки, кружась с ней в танце. Еесмех, мелодичный и заразительный, разносился по комнате, наполняя еетеплом и светом.
Вокруг все замерло – Райан, Кевин, мебель и даже время. Гостиная стала свидетелем этого момента, когда мы снова оказались в объятиях друг друга.
Она смеется, а ее глаза сверкают радостью. Легкая, как перышко, Мия наполняла сердце теплом, и я все еще не мог поверить, что она здесь, рядом со мной. Этот неожиданный визит и правда помог мне сделать это место особенным.
Даже солнце светит как-то по-другому.
Мою комнату окутал мягкий, приглушенный свет, проникающий сквозь большие окна, выходящие на живописный зеленый двор. Стены, выкрашенные в спокойный оттенок бежевого, создавали атмосферу умиротворения и тепла.
Пол был покрыт ковром с длинным ворсом, который придавал комнате дополнительный уют и комфорт. Весь интерьер сочетался гармонично, создавая ощущение безопасности и защищенности. Мягкие тени играли на стенах, добавляя комнате глубины и объемности, а легкий аромат свежих цветов, стоящих в вазе на столе, завершал эту идиллическую картину.
В центре стоит большая двуспальная кровать с высокой спинкой, обтянутая шелковым покрывалом. Рядом – массивный шкаф с дверцами из матового стекла. А чуток дальше дверь в собственную ванную.
– Не твой стиль. – разочарованно произнесла Мия, плюхаясь на кровать. – Но зато мой!
– Я могу снять тебе номер в отеле. – съязвил я, подойдя к ней ближе. – Хочешь?
– Хочу побыть с тобой. – саркастически ответила она, натянув ехидную улыбку. – И потратить все твои деньги.
– Не выйдет. – я лег рядом, смотря на белый потолок. – Их слишком много…
– Думаю, стоит ли мне поступать в Стэнфорд, как и тебе… – удивительно, но сейчас ее голос звучит серьезно. – Планируешь вернуться в Бостон?
– Еще не знаю. – отрицательно покачав головой, я повернулся к ней лицом. – Боишься, что я снова брошу тебя?
– А как же. – подмигнув мне, она вскочила на ноги, открывая шкаф. – Ну что, в чем поедешь?
– Куда? – удивился я, вставая следом за ней. – Что ты снова придумала?
– Дашь машину? – неубедительно посмотрела на меня Мия. – Я отвезу вас в крутое место!
– Ты же здесь впервые, – рассмеялся я. – и повезешь нас в «крутое» место? Не глупи!
– Вы будете в восторге, я обещаю.
Вечерний свет, словно решивший устроить прощальный спектакль, окрасил небо в яркие, почти нереальные цвета. Солнце, уже скрывшееся за горизонтом, все еще щедро разбрасывало золотистые блики, заставляя небо гореть малиновыми, оранжевыми и пурпурными оттенками.
Воздух был прохладным, но еще хранил тепло уходящего дня. Мы – Кевин, Райан и я – стояли, облокотившись о холодный, серый металл капота моей машины. Силуэты деревьев на заднем плане, подсвеченные последними лучами, казались почти сказочными.
Тишина, нарушаемая лишь едва слышным стрекотанием кузнечиков и тихим шелестом листьев, витала вокруг. Каждый из нас молчал, но ожидание Мии ощущалось остро, словно незримое напряжение, витающее в воздухе.
Я ощущал, как каждый мускул моего тела напряжен в предвкушении, глаза мои следили за дорогой, выискивая знакомую фигуру в закатном свете. Кевин рассеянно постукивал пальцами по крыше машины, а Райан, опустив голову, что-то чертил на пыли капота. Мы ждали. Ждали Мию.
И тут, словно по волшебству, дверь дома медленно открылась, а на пороге появилась она. Сверкающие на солнце волосы развивались на ветру, а платье точно создано лишь для этого момента.
Озарив нас светом, Мия посмотрела на меня с любовью, подбежав сразу же своими короткими ножками. Поднявшись на носочки, она коснулась моей щеки губами, и, пока я отходил от шока, уже ловко выхватила ключи из ладони, сразу же усаживаясь за руль.
– Не тормозите! – кричит она, смотря на нас из окна. – Вода остынет!
Сумасшедшая девушка.
Дорога, расстилающаяся перед нами, действительно напоминала бесконечный шлейф, ведущий в неизвестность, манящий приключениями. Спущенные стекла машины превратили салон в открытый кокон, и ветер, пронизанный ароматом сосновой хвои и свежескошенной травы, резво играл с нашими волосами, щекоча кожу и заставляя смеяться.
Музыка, лившаяся из динамиков, создавала ритмичный фон, но над ее мелодичным потоком доминировало пение Мии – нестройное, задорное, немного ненормальное, но невероятно заразительное. Каждый куплет, каждая фальшивая нота – это был наш совместный смех, наша свобода, наше безудержное веселье, которое взмывало над дорогой, унося нас в этот волшебный, ни на что не похожий, путь.
Я периодически комментировал неуклюжие вождение Мии, и все смеялись над пустыми шутками, наслаждаясь легкой поездкой. Кевин пытался подключиться к магнитоле, чтобы включить что-то, что не знает самая лучшая певица, сидящая рядом. Но все это было бессмысленным.
Кажется, она знает все.
Мой взгляд останавливается на Райане, который бросает взгляды на Мию, пока ее глаза сверкали в зеркалах машины. Улыбка не сходит с ее губ, и она поворачивается ко мне, наполняя своим теплом.
– Как вы жили без меня? – шутит она, давя педаль газа до упора. – Наверняка, очень скучно.
И правда, как мы без тебя жили?
Gray Whale Cove State Beach – это не просто пляж, а истинное сокровище Калифорнии, скрытое от шума и суеты больших городов. Здесь вы не найдете толп туристов, громкую музыку или назойливых продавцов.
Это место спокойствия, красоты и чистоты воздуха, с теплым песком и медленными волнами. Пляж окружен высокими скалами, которые защищают его от ветра, создавая ощущения уединения. Вода прозрачная, как стекло, а берег бескрайний, как океан.
Мягкий песок под ногами рассыпался, пока Мия бросала свою сумку и неслась в сторону воды, забыв обо всем. Белое платье, сорванное на ходу, словно отпускало ее на свободу.
Волны встречали ее с радостным шумом, и она забежала в воду, не оглядываясь. Мы стояли на парковке в полном шоке, едва удерживая рты закрытыми. Наши глаза беспрерывно следили за ней, пока она наслаждалась своей возможностью.
Переглянувшись, мы тоже решили не отставать. Сбросив обувь и одежду на песок, мы сразу же погрузили в воду, где Мия встретила нас своей улыбкой. Ее мокрые волосы прилипли к коже, и она выглядела еще милее, чем раньше.
Немного прохладные волны были приятными после жаркого солнечного дня. Мы вчетвером плескались в океане, смеясь и крича от радости. Райан уже с головы до ног был мокрым и выглядел так, словно только что вынырнул со дна.
Кевин бегал по пляжу, брызгая нас водой, пока мы пытались увернуться от его нападений. Мия спокойно плавала в море, наблюдая за нами с улыбкой. Ее темные глаза отражали в себе мягкие лучи заката, и они становились более светлыми, чем раньше.
– Выдохся? – встретил меня на берегу Кевин. – А Райан с Мией поладили.
Я оборачиваюсь назад, в сторону океана. Мия и Райан плещутся в воде, смеясь и брызгая друг на друга волнами. Казалось бы, что плохого в этой картине счастья и беззаботности?
Но меня не покидает чувство тревоги, которая сжимает грудь. Не знаю, что именно беспокоит меня. Вроде бы, все в порядке. Мия – в безопасности, а Райан – преданный друг. Но что-то не так.
Может, слишком громкий смех?
А, может, слишком близкий к Мии Райан?
– Это ведь хорошо, да? – натянув улыбку, я плюхнулся на песок, наслаждаясь его теплом. – Остался всего месяц такой жизни…
– Хотел поговорить с тобой. – перебил меня Кевин, двигаясь ближе. – То, что сказал Райан сегодня днем. О мафии и то, что хочет власти…
– Ты же знаешь, что он со своими заморочками. – немного сморщился я. – Но, с другой стороны… Что у нас есть? Подумай логически: Райан вырос в приюте, едва поступив на бюджет в Стэнфорд. И он явно не глуп. Твои родители тоже не так богаты. Мы студенты без влияния и будущего. Все, что есть у меня – деньги родителей.
Он одобрительно закивал головой, понимая к чему я веду.
– А что предлагает Райан? – убедительно продолжил я. – Другой мир, где мы получим все, что хотим. Это же не просто банда хулиганов, это целая организация с собственной силой. Мы будем под защитой, с крышей над головой. Мы будем решать свои проблемы по-взрослому. Конечно, это риск. Но какая жизнь без рисков? Мы застряли в университете без шансов, а тут такая возможность… Стоит хотя бы попробовать.
– О чем болтаете? – заслонила мне уходящее солнце Мия, бросая мокрое полотенце в лицо. – Обо мне?
– Конечно. – саркастически ответил я, швыряя его назад. – Других же тем не существует.
Как по заказу, позади нее появился Райан.
– Наша принцесса захотела перекусить где-то поблизости. – с улыбкой произнес он, мотая головой из стороны в сторону, чтобы стряхнуть капли. – Поедем?
– Я не в силах отказать ей. – цокнул я, вставая на ноги. – Только в этот раз машину веду я.
– Отстой. – закатив глаза, скривилась Мия. – Сейчас отвезет нас в какое-то дорогущее место, где даже колу не подают.
– Позволю тыкнуть на карту тебе. – ехидно улыбнулся я, разворачиваясь к машине. – Кто последний, тот поедет в багажнике!
Я рванул с ног, как оживший ветер. Мой смех разрывал тишину пляжа, пока ноги бежали по песку, не оглядываясь назад, чтобы удержаться на ногах. Мой хохот был так заразителен, что все инстинктивно повторяли за мной.
Не знаю, что вызвало у меня такую радость, но я был счастлив, и мне было достаточно видеть их улыбку, чтобы отбросить все сомнения. Они пытались догнать меня, но их пятки утопали в песке. Волны плескались о берег, а воздух наполнен духом океана.
Мы были рады, как дети. Забывая о проблемах, страхах и будущем. Просто жили моментом, наслаждаясь простой и беззаботной жизнью. Я остановился и глянул на друзей, увидев в их глазах отражение своего счастья.
Я был счастлив здесь последний раз. И запомню это мгновение навсегда.
Глава 4
Рокпорт. 3 месяца после сделки.
Пляж Old Garden Beach в Рокпорте – это место, где мощь океана встречается с нежностью берега, место, где небо сливается с водой, а горизонт теряется в бесконечной синеве. Я иду по влажному, чуть холодноватому песку, оставляя за собой цепочку следов, которые тут же стираются набегающими волнами
Каждая волна – это маленькое прощание с моим присутствием. Разноцветные камни, гладкие от постоянного соприкосновения с водой, усеивают берег, словно драгоценные осколки морской истории.
Они лежат, словно затаившись, ожидая подходящего момента, чтобы снова нырнуть в прохладную глубину, вернуться в объятия океана, к которому они принадлежат. Каждый камень – это маленький, молчаливый друг, хранящий тайны морских глубин.
Холодный, пронзительный ветер с океана хлещет в лицо, словно пытаясь смыть с меня остатки лета, напоминая о времени, которое уже не вернуть, о прошлом, которое тянется за мной, цепко держась за плечи.
Внутри – пустота, неизменность, и нежелание двигаться дальше, неспособность принять перемены. Бостон… мысль о возвращении в него вызывает лишь холодок в груди, отторжение, нерешительность.
Я словно стою на краю обрыва, не зная, сделать шаг вперед или остаться на месте, в этом пронизывающем ветром, в этом незыблемом ощущении застывшего времени.
Мой взгляд перешел на дом родителей, стоящий прямо неподалеку от пляжа. Этот дом не был свидетелем моего взросления или детских игр, но стал слушателем серьезных разговоров по вечерам, пока я пытался заглушить дикую боль после потери Эмили.
Схватив очередной небольшой камень, я бросил его в Атлантический океан. Волны приняли его, как обещание, что все будет хорошо. Но я не могу сделать так же, как он. Поэтому, до сих пор стою здесь, борясь с собственными сомнениями.
– Джейкоб. – послышался приятный голос мамы. – Ты не замерз? Я принесла тебе плед.
Я почувствовал, как теплая ткань накинулась на широкие плечи, пока нежный взгляд изучал мое лицо. Мама всегда заботилась обо мне, даже тогда, когда мы не общались. Несмотря ни на что, она считает, что я навсегда буду ее ребенком.
– Эта пустота внутри пройдет? – произнес я, снимая плед с себя. – Это чувство отпустит меня?
– Нет. – отрицательно покачав головой, она сложила руки на груди. – Я всегда знала, что ты однолюб, Джейкоб. Тебе тяжело отпустить то, что принадлежало когда-то тебе. Но она не вещь, а человек. И у нее тоже есть чувства. И, если ты правда дорог ей, вы будете вместе, как бы ты не упирался сейчас.
– Я правда устал… – мои ладони оказались на ее плечах, заботливо оставляя теплый плед. – Каждый день я думаю о том, что должен был вернуть ее. Но, разве могу позволить себе быть счастливым?
– Каждый человек достоин счастья, Джейкоб. – мягко улыбнувшись, она смотрела на горизонт. – И ты в их числе. Я впервые вижу тебя таким разбитым. Можешь кидать в меня тапками, но не упусти возможность, которая была упущена с Мией. Ты постоянно избегаешь девушек и отношений, чтобы не повторить случившиеся. Но ты никогда не был виноват в ее смерти, милый.
Воспоминания сжимали душу в тиски, но десятилетие уже скрыло ту боль, что была в первые несколько лет. Сейчас, мое сердце разбито из-за меня, а не кого-то еще.
– Разве, я могу сказать, что люблю ее? – к горлу подбирался ком, сдерживающий эмоции. – Разве, я не любил Мию? И к чему привела эта любовь?
Вопрос висел в воздухе, горький и беспросветный, словно обвинение, брошенное самому себе. Прошлое вставало перед глазами, яркими, резкими вспышками, напоминая о неизбежности и безжалостности того, что было.
– Это разное, Джейкоб. – ее спокойствие всегда поражало меня. – Любовь к Мии и любовь к Эмили – это как любить солнце и землю одновременно. Нельзя ставить их на один уровень. И нельзя думать, что твоя любовь может погубить. Разве, ты не любишь меня? Папу?
– Смешно. – на моем лице появилась улыбка. – Клонишь к тому, что вы все еще живы?
– Я рада, что ты поднял эту тему. – ее взгляд оказался на мне, вселяя некую уверенность. – Ты уже больше 10 лет был закрыт от нас, но теперь, мы стоим на берегу Атлантического океана и говорим о том, что было для тебя под запретом. И я правда рада этому. Особенно, как твоя мама.
– Просто… – пытался собраться с мыслями я. – Не ожидал, что мое тело и сердце будут болеть о том, что я потерял ее. Я был разбит после ухода Мии, винил себя и не подпускал никого близко. Но потом, я случайно встретил Эмили. Это был как подарок свыше.
Воспоминания о ней теперь вызывают улыбку на лице. Смех, нежные касания, голубые глаза… Все это наполняет сердце теплом, собирая его из мелких осколков. Я жалею, что отпустил ее, понимая, что сделал неправильный выбор.
– Я словил ее в парке, когда она падала прямо на землю. – уголки губ потянулись наверх, а внутри становилось уютнее. – Сначала я подумал: «Мия?», считал, что этого просто не может быть. Но потом, когда увидел ее второй раз в клубе, рядом с другим, ревность захлестнула меня и я поступил очень жестоко. Я следовал по ее следам целый год, но судьба оказалась той еще сукой…
– Как бы хотелось познакомиться с ней. – мама прижалась к моей руке, осторожно кладя голову на плечо. – Уверена, что она подходит тебе лучше, чем кто-либо. И ни капли не похожа на Мию. Эту чертовку сложно переплюнуть.