Деловое предложение

Кейлин Коул

Деловое предложение

Глава 1

Стою в переполненной маршрутке. Час пик, деваться некуда. Чувствую по спине медленно и противно скатывается капелька пота. Если так пойдёт и дальше, то на собеседование я появлюсь мокрая, как мышь, да ещё и благоухающая, как скунс. Просто блеск. Жара в большом городе несет в себе свои минусы. И для меня не самые приятные. Я постепенно начинаю нервничать и заводиться. Мне очень нужна эта работа.

Точнее не так. Мне вообще нужна работа. Но эта самая желанная вакансия из всех имеющихся на данный момент. Лето – мертвый сезон для соискателей. Даже те, кто давно уже намылился смыться со своего рабочего места на более тепленькое, этого не делают. Сначала отпуск отгулять надо, а вот уж потом, по осени, можно куда-нибудь да и переходить. Так что, вакансий до ужаса мало. И это совершенно не обнадеживает. А в моем положении вообще иногда заставляет пасть духом.

У меня за плечами тяжелый развод. Крах всех надежд на счастливую семью с детками. Разбитая вера в мужчину, которого любила. И уничтоженные доверие к человеку в частности.

Это тогда, когда я ещё носила розовые очки и была счастлива, что замужем за горячо любимым и самым прекрасным, имела большую глупость повестись на уговоры и купить квартиру.

«Ты же понимаешь, я все в конверте получаю. Да и от армии бегаю. Ипотеку мне не дадут. А у тебя зарплата белая и неплохая. На тебя можно оформить, – вещал бывший муж. – Да и детки будут, что мы так и будем по съемным с ними кантоваться?»

И я верила и хотела. Чтобы и своё жильё было, и детки. Для начала хотя бы один, а там видно будет. Вот и согласилась. Дура. Конечно, квартира это хорошо, но не тогда, когда приходится выцарапывать жилплощадь у благоверного, который вознамерился вообще тебя лишить на неё прав. Хотя обязанности выплачивать по ней кредит с меня никто снимать не собирался. Вот так и получилось, что в одночасье, как говорится, как гром среди ясного неба, прозвучали слова мужа о желании развестись и предложении мне съехать куда-нибудь. То что, и первый взнос у нас появился от продажи маминых драгоценностей, небольшой квартирки за городом, оставшаяся мне после смерти родителей и моему адскому труду, и то, что выплачивая ипотеку из своей зарплаты, его совершенно не смутило. Даже сомнений не возникло, что я и в дальнейшем буду тянуть эту лямку на себе, когда он преспокойно будет жить в этой квартире в свое удовольствие.

Конечно, я понимаю, и может быть, даже принимаю, что в семье деньги общие и нет дележа «твоё-мое». Но это не про мой бывший брак. Мною заработанное считалось общим, а вот, что зарабатывал он – это только его и тратится только на его усмотрение. Я никакого голоса вообще не имею. Даже вообще не могу ни на что расчитывать. Банально деньги на подарки друзьям выделялись по принципу кто чаще с кем общается, если я, то подарок мне и покупать, если он… А таких не было. У нас друзья общие, так что, вместе и покупаем, но то что он считал нужным и никак иначе.

Может, со стороны я покажусь стервой и сволочью, впрочем так думают все наши друзья, даже моя лучшая подруга, с которой мы дружили со школьной скамьи, но я поставила условием развода его отказ от квартиры. Согласна, на тот момент я приняла большую дозу «Озверина». Но когда нет никаких объяснений причин желания развестись, а попросту мямление хорошо заученных фраз, высказанных мамой о том что появились завышенные требования и он их обеспечить никак не может, кто угодно озвереет. И ведь ничего нового не появилось. Как хотела детей, так и продолжала хотеть, только сильнее, чем прежде. Но после пяти лет брака это нормально? И все таки уже двадцать шесть. Или все же я чего-то не догоняю? Да, просила немного ужаться с расходами и не сорить деньгами, потому что уж тяжело приходится с этой ипотекой. Или я тут опять же не права?

Но кто теперь уж знает? Теперь я гадина в глазах друзей и естественно бывшего мужа. Кем я прихожусь свекрови тайна покрытая мраком. Но видимо кем-то ниже плинтуса, так как по словам этой женщины все могло наладится. Вот пожили бы отдельно, а потом, глядишь, встретились и все бы поняли, простили и стали вновь жить как прежде. А так, я своими выкрутасами ещё не известно чего добилась.

Со стоном выдохнула горячий воздух. Какая я же была дурой. Вот куда смотрела? Что видела? Ведь мама его чуть ли с нами в постели не была. Нет, чудная женщина. Умная, решительная, с хорошим жизненным опытом, но очень властная. Властная настолько, что сын не мог принять ни одного решения без ее совета. И я мирилась и принимала это. Потому что с детства была приучена к тому, что старших слушаться надо. Старшие умнее. Так надежнее. В общем, не было самостоятельности. Ячейка общества была, но никак не обособленная. А целиком и полностью зависимая, а еще и обязанная завозить продукты на месяц, если приезжаем на выходные и конечно же одаривать подарками. До сих пор не могу забыть о долгожданной премии, которой хотела погасить значительную часть ипотеки и, возможно, купить себе что-то, в действительности потраченной на продукты и одежду для любимой свекрови. Мы же едем к его родителям на выходные, должны же что-то привезти. Возможно, это и можно понять, но не тогда, когда мы завозим килограммы мяса якобы на шашлык, овощей и иных продуктов, а его сестра со своей семьей привозят только пару йогуртов и не дай бог их съесть! Заставят выплюнуть, а еще и выжмут, чтобы ни капли тебе не досталось.

Нет, я не дура. Идиотка. Влюбленная идиотка. Самое верное определение меня, как личности. Бывшей личности. А сейчас пока не определилась, что-то новое из меня только формируется. По осколкам, по частям собираю то, что можно еще склеить, срастить.

– Да твою ж то мать! Чего стоим? – не выдержал мой сосед по маршруточному заключению.

– Не можем ехать, дорогу перегородили, – ответил ему другой, кто мог видеть, что творилось на дороге.

– Так на «выделенке» же? – удивился первый.

– А там урод припарковался. Ему сколько не сигналь хоть бы хны.

Вот этого только не хватало. Взглянула на часы. Опаздываю. Это просто отвратительно. Нервы на взводе. От мыслей о бывшем благоверном и самобичевании начинает трясти. Если так пойдёт и дальше, то я могу ещё вспомнить, что не устроившись на работу в ближайшее время не смогу оплатить квартиру, да и жить будет не на что. Моя бывшая контора разорилась, точнее разорили, уволенным досталось совсем немного. Поэтому пройти успешно это собеседование для меня жизненно необходимо. Если думать обо всем этом и дальше, то еще немного и я разрыдаюсь прямо здесь на глазах у все честной публики. И ей же на радость. А так не пойдет. Не дошла я пока до такой точки и доходить не собираюсь. Поэтому никакой урод на тачке меня не доведет. Это препятствие просто нужно преодолеть, как и все прежние. Так что, ноги в руки и делай все сама. Полагаться не на кого.

– Выпустите меня, пожалуйста, – попросила водителя, протискиваясь к двери.

Оказавшись на улице, глубоко вдохнула, хоть и марит, но после спертой атмосферы в маршрутке, даже этот тягучий и горячий воздух показался свежим. Уши наполнила какофония звуков: рычание моторов, сигналы клаксонов, отборный мат. Город жил своей пробочной жизнью. Посмотрела в сторону движения. Действительно все ряды стоят на мертво, даже не двигаются, а на полосе общественного транспорта, где появление обычного автомобиля грозит большим штрафом, стоит дорогая иномарка. Мерседес. Черный. Хорошая модель. Красивая. С такими интересными номерами. Крутой круче крутейший Бонд. Джеймс Бонд. Чтоб тебе провалиться. Нет, ну реально, на номерах кабриолета, отбрасывая регион, значится К007КК. Крутяк. Тьфу!

Подошла к машине. Постояла. Посмотрела. Благо, окна оказались не тонированными. За рулём сидит, мужчина. Красивый гаденыш, судя по профилю. Такой властелин вселенной. Ну, как минимум своей собственной империи. Белая рубашка ладно сидит на накаченом теле. Следит за собой, небось, несколько раз в неделю появляется в фитнес-клубе. Руки сильные, пальцы длинные, такими только на рояле и играть. Об этом могу судить потому, что водитель, облокотившись локтем на дверь автомобиля, прижимает к уху телефон и увлечённо с кем-то разговаривает. Чёрные волосы уложены, однако во время разговора он то и дело проводит по ним второй рукой, внося художественный беспорядок в прическу.

Бросил на меня мимолетный взгляд. А глаза серые, как пасмурное небо. Красивые. Видимо, мое присутствие его не впечатлило, потому что от разговора он не отвлёкся и ни капельки не заинтересовался, что на проезжей части делает… А собственно кто? Для него никто, поэтому и внимания можно не обращать. Постоит, постоит и ладно. Нам до таких дела нет. Можно и проигнорировать.

Ладно, мы не гордые. Нам на собеседование нужно. Постучала в окно. Мужчина не выпуская телефона, второй рукой нажал на кнопку на руле. Стекло медленно поехало вниз.

– Мне плевать, что они думают! Это нужно сделать и немедленно! – из салона вырвался приятный баритон с нотками властности и нетерпения. А на меня опять ноль реакции и внимания.

Обречённо вздохнула, протянула руку и вырвала у него трубку. Ой, какой удивлённый серый взгляд. Поднесла телефон к уху и не слушая собеседника, проговорила:

– Он вам перезвонит, – отключила вызов и бросила трубку водителю на колени.

Тот на меня смотрел ошарашено заинтересованным взглядом. Видимо, произошёл разрыв шаблона и его мозг старается спешно перезагрузиться. Ничего, милый, такое бывает, думаю ты справишься. Первый раз, как говорится, больно не только девственницам.

– И что это было? – голос стал мягким, в нем даже появились бархатистые нотки.

– Я на собеседование опаздываю. А другие люди во-о-он в той маршрутке на работу, – указала в сторону маршрутки, продолжавшей стоять сзади. – А Вы тут встали, как баран у новых ворот.

– Значит баран? – глаза недобро блеснули.

– А как вы себя назовёте? Или всю эту ситуацию? Банальным «мне надо»? Так не только вам надо.

– Умная? – прищурился, и в глазах мелькнула какая-то эмоция, не поняла какая именно.

– Ага, ещё и злая, – огрызнулась я. Сзади вновь просигналили. Посмотрела в сторону маршрутки, из неё вышли два мужчины: один по-старше, другой моложе, и направились в нашу сторону.

– Группа поддержки? – подначил собеседник.

– Любовники. Морду идут бить. Кровать у нас маленькая, четвёртый никак не поместится, – чего несу? Сама в шоке.

Мужчина рассмеялся. Чисто. От души. Я аж залюбовалась. Мужественное, волевое лицо преобразилось. Такой проказливый харизматичный мальчишка. От уголков миндалевидных глаз разбежались лучики морщинок. От широкой белозубой улыбки на щеке появилась небольшая ямочка. А глаза стали более ясными, тёплыми. Да, разбил ты парень не одно девичье сердце. На таких, как ты западают на раз, два, три. Волевым усилием стряхнула с себя наваждение. Нечего засматриваться. Мне на работу устраиваться надо, а не на мужиков глазеть и слюнями исходить.

«Ну, ради здоровья,» – заскулило подсознание.

«И ради здоровья не надо. Не с таким представителем самцовых», – отрезал разум. Женщина во мне обиженно надула губки, скукожилась и обиженно забилось в норку.

⁃ Ну, правда, езжайте уже и другим дайте проехать, – постаралась как можно миролюбивее вразумить это чудовище. – Вы мне очень важное собеседование срываете. ⁃ Прямо таки важное? ⁃ И очень необходимое. А другие люди в маршрутке из-за опоздания могут и работы лишиться.

Интересно сработало? Совесть была разбужена? Или ей дали такое количество снотворного, что и танками не добудишься?

⁃ Номер телефона дадите?

Нет, по ходу, совести там и в помине нет. Так один животный инстинкт. Самка – взять, взять. Вот зачем на милость тебе мой телефон? Записать в своей телефонной книжке такая-то и хвастаться перед друзьями, товарищами, что у тебя в ней пятьсот номеров забито и все женские? Не думаю, что ты заинтересовался настолько, чтобы хоть вспомнил кто такая, не говоря уже о том, что звонить будешь.

– Зачем? – решила уточнить, интересно же. Но ответа не дождалась.

– Слышь, мужик, – группа поддержки тире любовники подошли. – Езжай, а? Нечего тут баб клеить.

– Пошли девонька, – это уже старший проговорил. – Или тебе пешком можно добраться?

– Да нет, – покачала головой. – Мне ещё ехать и ехать. Уезжайте, пожалуйста, дайте проехать другим, – вновь обратилась к водителю мерседеса.

Окно закрылось, и незнакомец, втопив педаль газа в пол умчался в неведомую даль. Вот интересно чего это вдруг мне грустно стало? Ведь хотела, чтобы уехал. А тут. Пока шла обратно к маршрутке поняла, что разочарована. Разочарована тем, что вот так походя поинтересовался номером телефона и тут же просто смысля. Н-да, не убил во мне брак и развод патологического романтика. Просто жуть какая-то. С чего бы вдруг какие-то надежды. Понравился. Но такой не мог не понравиться. Простительно, чего уж там. Однако, неужели меня жизнь ничему не учит?

Бывший, конечно, страшным не был, даже красивым можно назвать. Женщинам он нравился. Часто ловила на нем заинтересованные женские взгляды. Радовалась, что такой мужчина меня выбрал. Ну да, я не очень высокого о себе мнения в плане внешности. Но уж точно не была писанной красавицей, так как, мужчины не увивались за мной стаями и совершенно не часто баловали меня своим вниманием. Поэтому и ценила его заинтересованной и увлечение мною. За что и поплатилась. Пока устраивала был со мной, а как перестала, можно и разбежаться.

Но тут ситуация посложнее, бывший по сравнению с водителем мерседеса, бледная тень Давида Микеланджело. Так что, можно вообще ни на что не расчитывать. А тем более больше мы и не встретимся, уж наверняка крутимся в разных кругах. Вот и славно, вот и хорошо.

Постаравшись выкинуть из головы сероглазого незнакомца, я вновь погрузилась в атмосферу духоты и нервозности. Но, благо, теперь мы ехали достаточно быстро и дорогу больше никто не блокировал, поэтому я приближалась к вожделенному собеседованию. Сжимая кулачки и заплетая пальцы в заветные узлы, я молилась, чтобы все прошло успешно. И мое опоздание не сыграло бы со мной злую шутку. Тем более я не так сильно и опаздываю. Спасибо моей привычке выходить намного раньше, чем требовалось.

Минут через пятнадцать были на месте. Если все получится нужно будет попробовать приехать сюда на метро. Возможно быстрее получится, или так же по времени выйдет. Но все же предпочтение отдам метро, так надежнее. Там и пробок не бывает, и на рельсах никто остановиться не может.

Выйдя на нужной мне остановке, осмотрелась по сторонам. Деловой район города поражал своей масштабностью и ослепительностью. В прямом смысле: отражающееся в зеркальных панелях зданий солнце слепило глаза так, что те начинали слезиться. Высокие они вздымались в небо на невероятную высоту. Я улыбнулась, вспоминая панораму этого места. Со стороны данный район воспринимался как аналогия большого канцелярского стакана, в котором стоят много карандашей и ручек. Здесь же себя чувствуешь маленьким муравьишкой, окруженной гигантскими стеклянными деревьями. И эти исполины поглощали в себя огромное количество народу. Воистину здесь сосредоточено большое количество офисов всех возможных фирм и корпораций. Я влилась в поток спешащих на свои рабочие места работников. Надеюсь как раз в одном из них в дальнейшем я буду работать. И эта атмосфера станет для меня привычной.

Глава 2

Князев Кирилл Константинович сидел в своём кабинете, смотрел на развернувшийся перед ним город и срастался проанализировать, что сегодня за день такой. Даже не день, а утро. А все так хорошо начиналось.

Проснувшись, как обычно в шесть утра, не дожидаясь будильника, он встал с кровати, при этом потревожив любовницу. Марина сонно посмотрела на него, плотоядно улыбнулась и томно разлеглась на опустевшем ложе, явно намекая на готовность продолжить ночной марафон. Кирилл усмехнулся и не стал отказывать себе в этом удовольствии. Предварительных ласк почти не было, по крайней мере с его стороны. Поманив женщину к себе, он наблюдал, как она кошкой плавно перевернулась на живот, затем встала на колени и медленно направилась к нему. Глаза блестели похотью, а припухшие губы то и дело облизывал розовый язычок. Марина была похожа на ожидавшую лакомство сладкоежку.

Добравшись до края кровати она обхватила его за ягодицы и вонзила ярко накрашенные ноготки в кожу, притягивая к себе. Коленями Кирилл уперся в матрац и запустил пальцы правой руки в светлые волосы соблазнительницы, слегка притянул, жестом откровенно высказывая чего от нее ждет. Марине не нужно было говорить дважды, в постели она понимала его с полуслова, полужеста. Коснувшись губами низа живота, там где начинается мужской треугольник, она вскинула глаза и посмотрела прямо ему в лицо. Между алых губ показался розовый язычок. Уж он-то знал каким дерзким он может быть. И по глазам Марины Кирилл понял, что вновь ощутит его умение на своем члене, который от такой перспективы уже радостно поднимался навстречу.

– Ну, доброе утро, – на губах любовницы появилась томная улыбка с оттенком превосходства. Она рукой обхватила основание уже напряженного члена и медленно стала приближаться к нему губами, все это время смотря Кириллу в глаза. Оказавшись в миллиметре от головки женщина вновь медленно облизала губы. Выжидала, тем самым накаляя и распаляя его похоть.

– И как? Здороваться будешь? – подначил он ее.

– Какой нетерпеливый, – отозвалась та, обдавая член своим теплым дыханием. Тот в ответ дернулся.

– Какой есть.

Марина хмыкнула и наконец коснулась языком головки. Она дразнила, облизывала и брала в рот умело и с большим удовольствием. Движения были точны, расчетливы, направленные на достижение грани, но не переступая ее. Кирилл запустил вторую руки в светлые волосы женщины и властно притянул к себе. Время игр закончилось. Любовница простонала, сильнее впилась ногтями в ягодицы, но сопротивляться не посмела. Да по большому счету и не хотела. Он знал, что такое поведение самца ее заводило сильнее, чем поцелуи и ласки.

Он брал ее рот размеренно, властно, до самого основания, получая непередаваемое удовольствие. Дойдя до грани, мужчина отстранился, убрал женские руки со своих ягодиц, развернул Марину спиной к себе. Она понимающе, приняла желаемую позу: опустилась на локти, приподняв выше попку. Красивую такую, ладную, в которую так и хочется впиваться руками, когда с силой погружаешься в ее влажность. Вот и не стоит отказывать себе в этом желании. Кирилл с размаху погрузился по самое основание, исторгнув из Марины громкий стон, и уже не останавливался. Двигаясь быстро и жестко, он довел их обоих до феерического конца. Женщина под ним, достигнув оргазма, зашлась в крике и еще сильнее прогнулась в спине. А он на пике, врезаясь в нее рваными движениями и впиваясь пальцами в мягкую плоть попки, зарычал и не выходя кончил.

Повалившись на кровать, Кирилл часто и глубоко дышал. Отличное начало дня. Лениво поглаживая округлость марининой попки, он пребывал в расслабленном состоянии. Повернув голову в ее сторону, мужчина столкнулся со взглядом довольной кошки, наевшийся сметаны. В тишине прозвучал отчетливый звук шлепка, и взгляд Марины изменился на удивленно игривый.

– Вот и поздоровались, – усмехнулся Кирилл, нежно поглаживая покрасневшую кожу. – Но пора вылезать из кроватки.

Мужчина поднялся и направился в сторону ванной комнаты. Марина томно потянулась, перевернулась на спину и провела рукой по полной груди.

– Еще увидимся? – промурлыкала женщина.

– А как же! – донеслось из-за закрывающейся двери.

На этом приятности закончились. И началось не очень приятное утро будничного дня. Начать с того, что он попал в сильнейшую пробку. Конечно по дороге на работу такое случалось, но чтобы вообще не двигаться, такое впервые. Шишка какая-то что ли едет? Тогда это надолго, что вообще не радует. В офисе ему нужно быть вовремя, иначе важные переговоры могут и не состояться, а это чревато потерей очень выгодного контракта. Так что, наплевав на штрафы, мужчина резко вывернул руль и перестроился на выделенную полосу для общественного транспорта.

И вот звонок от Тимура был совершенно не вовремя. А то, что он сообщил вывело настолько, что Кирилл посчитал самым безопасным остановиться и закончить разговор не отвлекаясь на ведение автомобиля. Они орали друг на друга достаточно долго, выясняя отношения и решая, как лучше исправить сложившуюся ситуацию. Мужчина совершенно потерял ощущение времени и пространства. Он просто отключился от восприятия окружающего мира, так было легче сосредоточиться на возникшей задаче и не отвлекаться по пустякам. Даже стоявшая возле водительской двери привлекательная девушка не стала причиной окончания разговора.

Раздавшийся в окно стук повлек за собой рефлекторную реакцию опустить стекло. Кирилл даже не задумался, что за этим последует. А за этим последовало совершенно поразительное действо. Та, что стояла у его машины, выхватила у него трубку, сказала Тимуру, что ему перезвонят, сбросила звонок и кинула аппарат обратно в салон. От того удивления, что испытал Кирилл, когда медленно стал понимать, что творится, он даже не отметил куда приземлился телефон. Он оценивал. Осматривал.

Высокая, шпильки на каблуках не сильно добавляют роста, как раз такие чтобы и красиво было и ходить целый день можно. Стройная, но все округлости были при ней: не слишком большие, но и отсутствием не страдали. Ноги длинные, ровные, красивые. Ему такие нравятся. Черная юбка карандаш подчеркивает округлость бедер, а светло-сиреневая блузка без рукавов очень плотно сидит на ладной фигурке. Заводит. Добравшись до лица, Кирилл отметил, что девушка молода и привлекательна. Не красавица, но овальное личико с чуть заостренным подбородком и большими ярко-голубыми глазами притягивало взгляд. А дерзкая девчонка зацепила. Минимум косметики, только подчеркнут необычный разрез глаз, и то совершенно не броско. Даже губы не накрашены. Хотя не факт. Собеседница так их поджимает, что судить об этом сложно. Ярко-русые волосы были аккуратно собраны в строгую прическу.

– И что это было? – Кирилла действительно интересовал ответ. Давно никто так себя с ним не вел.

– Я на собеседование опаздываю. А другие люди во-о-он в той маршрутке на работу, – а голос приятный, нежный, чувственный. – А Вы тут встали, как баран у новых ворот.

– Значит баран? – от удивления Кирилл едва вновь не потерял недавно вернувшуюся способность говорить. Отчаянно. Либо реально не понимает, что несет, либо это действительно завуалированное оскорбление. Хотя, в чем-то она права. Он реально обарзел, но баран? Это уже слишком.

– А как вы себя назовёте? Или всю эту ситуацию? Банальным «мне надо»? Так не только вам надо, – ну да, значит все же оскорбление.

– Умная? – Кирилл мысленно поморщился. Красноречие из него так и прет. Просто выплескивается, чтобы поставить дамочку на место.

– Ага, ещё и злая, – а девчонка еще и зубки показывает. Все интереснее и интереснее.

Находившаяся сзади маршрутка, дорогу которой перекрывал автомобиль Кирилла разразилась оглушающим ревом клаксона. Мужчина перевел взгляд на боковое зеркало заднего вида и увидел, как в их сторону два мужчины разного возраста.

– Группа поддержки? – решил пошутить Кирилл. Ситуация действительно становилась до банальности смешной.

– Любовники. Морду идут бить. Кровать у нас маленькая, четвёртый никак не поместится, – Кирилл мысленно подавился. Офигеть!

От нелепости разговора его стал душить смех. И он реально рассмеялся. От самой души, так как давно не смеялся. А девчонка забавна. Молода, но хорошо владеет языком. Не часто такое встретишь в женщине. Пока смеялся Кирилл отметил интригующие изменения мимики своей собеседницы. Она явно была удивлена такой реакцией на свои слова. И ей понравилось его хохочущий вид. Это было заметно по мимолётному блеску в глазах и чуть приподнятым уголкам губ. И эти самые губы были очень даже ничего, когда она их не поджимает. Однако какая-то мысль, пришедшая ей на ум, вновь заставило надеть маску сдержанности и строгости.

– Ну, правда, езжайте уже и другим дайте проехать, – голос стал более строгим и снисходительным. – Вы мне очень важное собеседование срываете.

– Прямо таки важное? – Кирилл попытался вернуть разговор в прежнее юморной русло.

– И очень необходимое. А другие люди в маршрутке из-за опоздания могут и работы лишиться, – на провокацию девушка не поддалась.

Обидно. Удивительно ему реально было жаль, что собеседница держит себя в руках и не настроена на всякого рода провокации.

– Номер телефона дадите? – может, так ее броня дрогнет.

Нет. Девушка нахмурилась и недоверчиво смотрела на него. Что это? Какая-то эмоция мимолетно отразилась на лице и в ярко-голубых глазах, но тут исчезла. Раздражение?