Dreamcore

Йал вздохнул, ощущая, как в горле странно пекло. «Хорошо, что я не просил помощи, а то бы побольше засмеял…» Но тут сердце пропустило удар. Восхищённые возгласы Сентйертса, перекрывшие возгласы Ждйер, тут же сбили все мысли:

– Надо же. Это правда сработало! Твоё лицо цело! И крови никакой нет…

Девушка замерла, быстро протягивая руки к лицу и ощупывая прежде всего нос. А затем её взгляд опустился, чтобы рассмотреть одежду. И ведь не соврал: никаких пятен больше не было. Йал машинально сам потянул свои пальцы к носу в надежде на то, что тоже исцелился, но нащупав пятна рука мгновенно опустилась в выражении явного отчаяния. Да, конечно, он потом спустя пару секунд понял, что Сенмлак, так-то, сам указал на всё это недоразумение.

Телу стало тяжело. Появилось ощущение, будто и конечности, и торс, и голова – всё было приковано холодными, тяжёлыми цепями. Ноги подкашивались, как будто огромная гиря тащила их за собой. А параллельно со всем этим странная щекотка касалась различных участков тела. Медленный поворот голову, поднятие взгляда. И вот, три пары глаз прожигали Йала от и до, особенно останавливаясь на его лице. Синие, голубые, зелёные… лишь первые два словно били молотками или битой… А может, эта пара была настолько остра, что, кажется, глазами швыряли в мальчика ножи.

Губы Ждйер странно подрагивали. И правда, она была совсем чиста, будто только что пришла сюда. Сентйертс, несмотря на расстояние, всё равно глядел словно сверху.

– А ты чего ж.. притормозил? – спросила девушка у Йала, пытаясь сдержать свою кривую улыбку.

Но парень промолчал. Лишь отвернулся к ним спиной в сторону бассейна с пластиковыми шариками, скрещивая руки на груди.

– И что мы будем здесь делать? – непринуждённо спросил Сентйертс после недолгой паузы.

– Думаю, мы всё время будем заниматься одним и тем же делом: попытаться отсюда выбраться. Очевидно, придётся снова идти туда, – палец Ждйер указал на темноту впереди.

– Что же тебя на тёмненькие места тянет?

– Ох, ну, простите, что вокруг нас вечно тьма тьмущая, это же всё зависит от меня! – саркастичным тоном ответила девушка. Она тут же обернулась, подходя к бассейну с мягкими поролоновыми кубиками. Взяла один из них в руки, помяла его, повертела, рассмотрела со всех сторон. И пока вновь наступила тишина, Ждйер подняла голову, ехидно улыбаясь. Раз секунда, два секунда… И поролоновый кубик резко летит в сторону Йала, попадая ему по ногам.

– Да чтоб вас!.. – парень обернулся, сжимая челюсти и хватая подброшенную к нему вещь. Его худенькая рука разом напряглась, поднялась, целясь в девушку. Но в итоге Йал застыл в этом положении, тяжело дыша и шмыгая носом из-за оставшейся в нём крови. Сердце стучало так сильно, что его удары ощущались по всему телу, создавая из всего организма единую пульсацию. Ноги подкашивались, воздуха тяжелым комком застыл в лёгких. Но происходит ослабленный выдох, рука опускается, принимая в свою хватку это мягкий, тёмный кубик.

– Если честно, – тихий голос Сенмлака подкрался незаметно позади Йала, – я думал, что они светлые, – и смуглые пальцы осторожно коснулись куба в чужих руках.

Йал скривил лицо, хмуря брови и морща нос. Карие глаза расширились, вглядываясь в лицо Сенмлака. На языке физически ощущалось жгучее желание спросить про то, что сейчас вообще происходило. Это желание словно было шершавым, оно увеличивалось во рту, вызывая своеобразные рвотные позывы. «О чём ты вообще сейчас говоришь?» – как диско-шар крутилось в голове.

Но взгляд снова перенёсся на куб. Такой мягкий, тёмный, но не сказать, что это какой-то определённый цвет. При разном освещении, при разных обстановках он будет приобретать что-то своё. И сколько ни подноси, ни гадай, кажется, ты никогда не узнаешь его истинный цвет. Для всех он разный. И скорее, для себя самого тоже.

Пока Йал так стоял, осматривая куб, Сенмлак, по своему обычаю спокойный, направился к бассейну с кубиками. Взял какой-то тёмно-зелёный и вернулся обратно со словами:

– Смотри, ты теперь не одинок.

Йал поднял взгляд. Смуглый парень с зажатым между своими руками кубиком стоял неподвижно, периодически щупая предмет и приговаривая:

– А этот не такой податливый, как твой.

– Всё вы со своими кубиками, – передразнивая, Ждйер проходила мимо к бассейну с пластиковыми шариками, – а шарики хоть звонкие, твёрдые и укатятся туда, где им лучше!

– Или куда им велит дорога, – дополнил Сентйертс, подходя к бассейну и размешивая шары, – а так, я с тобой согласен.

Ждйер пошла на опережение: встала перед парнем, вытолкнув его и выхватив красный шар. Сам Сентйертс сначала ойкнул, а после наклонился, беря первый попавшийся, жёлтый.

– И зачем мы вообще это делаем? – спросил он с ухмылкой. – Кто бы нас со стороны послушал и увидел. Наверняка бы подумали о том, какие мы сумасшедшие.

– Как зачем, чтобы… – девушка подержала интригующую паузу, пока все на неё повернулись, кроме Йала. Она взяла дополнительный шарик из бассейна и, особо не раздумывая, кинула в одиноко стоящего парня, – играться!

– Эй! – невольно крикнул атакованный, съёживаясь от удара, – нашла ещё время! Ты… ты вообще несерьёзна! И… – парень закатил глаза, задумываясь, как в то же время его указательный палец почти что вращался вокруг своей оси, – и вообще, ведёшь себя, как наивная дурочка! Сама же кричала о свободе и… прочем. А теперь…

Ждйер тяжело вздохнула, слегка рявкнула себе под нос и начала глядеть исподлобья:

– Знаешь, я свои обещания всегда стараюсь держать. Тем более в таких условиях. Так что, прости, но кидаться я на тебя не буду. Или тебе понравились мои кулаки, а? – и Ждйер, держа свой красный шарик в одной из рук, стала крутить своими ладонями.

Йал мгновенно покрылся алой краской, поджал губы и невольно слегка надул свои щёки. Сквозь закрытый рот слышались от него какие-то возмущённые мычания, но в итоге от него не было услышано каких-то конкретных и чётких слов. Девушка, явно довольная своим положением, заранее взяла ещё пру шариков, подошла к стоящим рядом Йалу и Сенмлаку, ухмыляясь и игриво протягивая слова:

– Я обещала, что не буду кидаться на людей… но игра – это же не полноценная драка! – очередной шарик полетел уже в Сенмлака. Тот лишь поджал губы, поглаживая пальцами кубик в руках. Ждйер подошла к нему, осматривая с ног до головы, – или вы думаете, что сможете отбиваться этими подушечками? А-а-а?

– При желании и этим можно, – в этот раз Сенмлак уже просто улыбнулся, выжидая момента, когда девушка направилась обратно к шарикам. А он сам уже подбежал к бассейну с кубиками, собирая как можно больше.

Йал стоял на месте. Лёгкая краска всё ещё не сошла с его лица, но он оглядывал всех, и на каждом испытывал свои эмоции. Глядя на Ждйер, в груди у него что-то защемило, а в глазах защекотало. Глядя на Сентйертса, его нос автоматически сморщился. А глядя на Сенмлака, который, между прочим, сейчас звал приглашающим жестом ладонью к себе, появилось какое-то облегчение. И Йал, недолго думая, побежал как раз туда, где его ждали. А когда дошёл, остановился в ожидании, что ему что-то скажет. Однако этот спокойный парнишка уже наклонился и доставал больше кубиков, собирая их на полу.

Тем временем Ждйер тоже не отставала. С азартом она загребала эти шары в большую хватку, создавая звонкий шум удара пластика об пластик. Сентйертс, потихоньку хихикая, тоже подбежал, собирая «снаряды» прямо в себе в руки. Ухмыляясь, он толкнул Ждйер в бок, от чего та крикнула:

– Если ты в моей команде, то хотя бы не иди против меня же!

– Размечталась, – парень ловко подкинул и на лету схватил один шар, – это ты у меня в команде.

– Да ладно вам, – неожиданно для всех крикнул Сенмлак, – это же будет разовая игра, мы все одна команда!

– С таким разным мышлением лучше уж каждый сам за себя, – пробубнил себе под нос Йал, углубляясь в свой бассейн и не рассчитывая, что может быть услышанным.

И тут… раздался смех. Нет, не такой, какой все слышали до этого: низкий, глубокий. Зазвучал смех, такой звонкий, как мячик, быстро прыгающий по полу; как маленькие капельки, что ударялись об стекло, как в барабаны… Это громкое «ха-ха-ха» исходило от Ждйер, которая, не стыдясь, вертелась во все стороны, размахивая своими пышными волосами:

– Вот ты даёшь! Я.. ха-ха… Я вообще удивлена! Ты выдал что-то… хорошее? Точнее, как сказать… То, с чем я согласна. Ну, удивил, так удивил!

И вновь Йал покраснел. Он даже не планировал уже оборачиваться. Просто хаотичными движениями раскидывал эти несчастные кубики и, сам того не замечая, создавал вокруг себя из них ограду. Дыхание от нахлынувшей на лицо жары и от стесняющих движения кусочков поролона перекрылось, от чего стало темнеть перед глазами. Вновь эта дымка стала всё перекрывать, а посреди неё вдруг стал появляться до боли знакомый образ, от которого и вовсе всё остановилось.

«Всё-таки она правда похожа не неё» …

Йал повернулся, стараясь не обращать внимания на обстановку. Взял тот самый куб, что к нему подкинула Ждйер, и стал на него пялиться. Постепенно пальцы стали сжиматься, краснеть от нахлынувшей силы. Воздух тяжелыми звуками выходил из носа, который периодически издавал шмыганье, напоминая об нанесённых увечьях… Увечьях, что создала опять же Ждйер.

Парень ощутил вновь подступающую к горлу тошноту. Ощутил, как руки уже стали слабеть, как эмоции стали топить его на глубину неведенья.

– Йал, – послышался спокойный голос рядом.

В носу и на глазах стало сжечь.

– Йал, – с той же интонацией пронеслось почти возле уха.

Ох, как же она начинает напоминать её!..

Третьего «Йал» не было. Были лишь мягкие, тёплые руки на плечах, которые вызывали тряску в теле. Туман рассеялся, и перед глазами уже тот самый тёмный куб с ещё более тёмными пятнами на нём.

– У тебя снова кровь идёт, – Сенмлак, который не выглядел и впрямь обеспокоенным, сидел прямо напротив.

Йал вздохнул так, словно проснулся ото сна. Поднёс на секунду дрожащую руку к носу и увидел свежие капли крови, что смешались с высохшими.

– Странный ты, – крикнула Ждйер, не отрывая взгляда от Йала, – ты же мог просто попросить, чтобы тебя исцелили. Вот, со мной это сработало, – девушка наигранно улыбнулась и покрутилась вокруг себя, – а ты чего не пробуешь? Или ты боишься показаться… Жа-а-алким?

Йал резко встал, и сквозь хрип ответил:

– Да какое тебе дело? Может, я как раз и более… устойчивый благодаря этому буду!

– Ну и идиот! – и Ждйер снова залилась смехом, тут же бросая шарик в Йала, – не бунтуй только! Напоминаю, что я дала обещание! Давай лучше поиграем! – и шарик уже ударил в Сенмлака. Тот, на секунду бросив сочувственный взгляд на своего партнёра, не медля схватил кубик и кинул его в сторону Сентйертса. Он же в свою очередь крикнул озорное «Ха!», и после этого игра понеслась.

Кубик за кубиком, шарик за шариком летели в стороны. Комната наполнялась забавной смесью звуков: где-то стучал пластик, где-то глухо падал мягкий поролон, а вместе со всем этим кто-то смеялся, кто-то топал, кто-то рычал. Но всё это уже превращалось не в настоящее соперничество. Это была полноценная, невинная игра. Это были не столкновения двух команд. Люди мешались, и все били уже тех, кто попадался на глаза.

Ждйер теперь не в ярости. Сейчас она вела себя словно ребёнок: звонко смеялась, прыгала, хлопала в ладоши. Сентйертс стал удивительно мягче, и иногда, независимо от человека, помогал ему. Сенмлак почти что стоял на месте, но его смех, пожалуй, был самым невинным и радостным, пусть и тихим, как и вся его речь. И даже Йал смог слегка забыться. Правда, периодически воздух сжимался внутри него, он задыхался из-за забитого сухой кровью носа, от чего тормозил во время процесса. Сентйертс, заприметивший это, схватил хрупкого Йала за плечо, громко спрашивая:

– Может, ты всё-таки попросишь исцеления?

Йал дёрнулся, визгнул от неожиданности. Он чувствовал, как сердце бешено в нём застучало, как ступни чуть не свернулись. Хриплый голос его от сухости в горле выдал:

– П-попросить?

– Да.

Весь мир чуть ли не свалился под ногами. Тело затряслось, закрутилось, пытаясь отойти от Сентйертса. Перед глазами завертелась рулетка. Что сказать?! Что выбрать? Оно терзает, боль заставляет быть тебя ещё более жалким на фоне остальных. Но он же часто такое переживал, спокойно исцелялся, не пискнув ни слова.

– Сам исцелюсь. У меня на это есть свой организм, – поникшим, горделивым голосом выдал Йал. А после просто кинул кубик в Сентйертса.

– Пожалуйста, вылечите этого типа наконец, – Ждйер тяжело вздохнула, глядя в потолок.

Волна, как будто пришедшая со спины, нахлынула Йала. Всё тело за секунду обмёрзло, челюсти застучали друг об друга. Глаза бешено забегали, дыхание было таким тяжёлым, громким, пальцы, сложившиеся в кулак, захрустели. Различные картины, сцены стали проигрываться в голове, и те же самые чувства накрывали с новой, двойной, а то чуть ли не тройной силой. Тело как будто упало, в ушах зазвенело, перекрывая все остальные ближайшие звуки. Оставалось лишь собственное сердцебиение, и то, оно утихало.

И снова волна. Только в этот раз она уже ушла, и за секунду перед глазами проявлялись уже знакомые силуэты.

– И правда, исцелился, – девчачий голос раздавался эхом.

– Листок с карандашом были ещё цветочками, – этот ровный юношеский голос уже был слышен чётче.

Резкое моргание глазами, скорое поднятие собственного тела, которое будто плыло в облаках… А, нет, посреди поролоновых кубиков. Все такого же неясного тёмного цвета, который переключался под различные цвета, и все в крови…

Встряска головы, и кубики вдруг стали цветными, с определёнными цветами и без всяких пятен.

– Мда-а-а, и обязательно девчонка должна просить, чтобы исцелять тебя? – перед глазами уже ясно проявился образ Ждйер, что смотрела прямо-таки осуждающе.

Йал машинально схватил кубик и швырнул в девушку. Та лишь хихикнула, кидая шарик.

– Ха, притворяешься же, хитрюга! Прячешь своё истинное лицо за волосами! Теперь понятно, для чего тебе длинная эта чёлка с пробором! – и снова удар шариком, сопровождающийся звонким смехом. – Так уж и быть, мы продолжим играть!

Тело будто ударило на миг током. Дыхание стало лёгким, а голова свободнее. Пальцы прошлись по лицу, но в этом раз ничего не удалось нащупать. Всё чисто, как будто и не дрался. Даже сорвался небольшой смешок. И теперь, с новой энергией, Йал встал и продолжил игру. Однако какое-то колющее чувство его не покидало. Словно он что-то упустил из своего внимания.

И снова комната наполнилась весельем, смехом и наполнителями бассейнов. И в этот раз уже никто не испытывает особо сильных недуг. Какие-то проблемы вдруг рассеялись, трансформировались в этот отголосок детства. И это удивительно, ведь ведут себя так, как будто все они не заперты. Как будто не в белых одинаковых одеяниях. Как будто кто-то из них не умрёт…

Но нашей четвёрке пока всё равно. Сейчас игра. Они и правда как дети: делают, что хотят, особо не понимая своих действий, бесятся, и просто живут, не осознавая, какой ужас ждёт их всех впереди. Мир для них в данный момент яркий, добрый. Даже темнота вдалеке испаряется, словно кто-то прошёлся по площадке и зажёг свет.

– Стойте! – Ждйер замерла, разводя руки. Все остальные последовали примеру и даже не дышали. – А вы не заметили, как здесь стало светлее? Интересно, с чем это может быть связано?..

И почти что синхронно головы поднялись сначала наверх, а затем в сторону уже бывшей тьмы. Сентйертс удивлённо поднял брови, Сенмлак легонько улыбнулся и закивал головой, в его глазах даже виднелась какая-то мысль, а Йал чаще заморгал, не отводя взгляда от дальнейших проходов.

– Сенмлак, ты чего опять молчишь? – спросил Сентйертс, заинтересованно глядя на того, к кому обратился. – Вроде бы до этого сказал интересную фразу, что листок с чем-то там это ещё цветочки. И сейчас, вижу, сказать что-то хочешь. Правда, складывается ощущение, будто ты что-то скрываешь…

– Вовсе нет! – Сенмлак скромно повёл руками, немного покрываясь румянцем. – Я просто не думаю, что это правда может быть важным, пока не доведено до приемлемого вида… Но, раз так, – парень дёрнулся, завидя, как Сентйертс поднял бровь, – у меня есть догадка, что стало светлее от того, что мы не ссоримся. Ведём себя по-ребячески. Говорят же, что детство – светлая пора, вот и стало светлее.

Сентйертс ухмыльнулся, мягко кидая в сторону Сенмлака шарик, что в итоге приземлился чуть дальше от чужих ног:

– Слушай, парень. Я вижу же, ты у нас что-то вроде местного гения. Догадки у тебя очень хорошие. Только чего ты какой-то чрезмерно тихий и спокойный? Смелее нужно быть. В конце концов, хотя бы потому, что выживаем все вместе, а любые идеи могут пойти нам всем на пользу.

Сенмлак улыбнулся, и в этот раз очень широко. Всё-таки, честно сказать, улыбка делает его внешне куда симпатичнее и милее: он словно горит от счастья, в глазах искра, а лёгкие синяки под глазами на фоне чуть розоватых щёк испаряются. Наконец, Сенмлак тихо ответил, продолжая улыбаться:

– Спасибо, конечно. Может, совет и правда хороший… Но я не привык, что у меня есть выбор и те, кто им интересуется.

Несмотря на непринуждённую интонацию, все напряглись. Ждйер скорчила неловкую гримасу и стала якобы рассматривать свой шар. Сентйертс повёл губами в сторону. А Йал тихонько вздохнул, опуская взгляд на свои руки.

– Считай, что теперь есть, – разбавила паузу Ждйер. – Конечно, лучше работать в команде, а это тоже отсутствие выбора…

– Ты выглядишь зажатым, – напролом продолжил Сентйертс, – и создаётся ощущение, что ты хочешь что-то сказать. Так если хочешь, то говори. Никто не ограничивает. Вон, Ждйер, например, позволяет себе чрезмерно много…

– Ты опять за своё? – рыкнула девушка.

– …и становится как-то слишком скучно и муторно от такой предсказуемости.

Ждйер за секунду до этих слов сжала кулак, но после них её словно поместили в морозильник. Ни дыхания, ни вздоха, ни шороха – ничего не было от неё слышно. Лишь только синие глаза наполнялись слезами, и даже они не стекали, словно девушка совсем сделалась какой-то куклой.

– Вроде бы ты говорил, что нужно действовать сообща. И при этом ты сам начинаешь забываться, – тихо, но твёрдо и грубо сказала девушка, будто избивая обидчика взглядом.

Но теперь и сам Сентйертс застыл. Зрачки в небесных его глазах сузились, делая взгляд жутким и потерявшимся. Удивительно, что парень сильно напрягся, судя по такому же бездвижному положению, как у Ждйер, при этом слышалось его ровное дыхание. Медленный поворот головы. Глаза сначала облили лицо девушки, а затем перешли к её кулаку левой руки, находящимся в очень близком расстоянии от плеча Сентйертса. Он нахмурился и, не шелохнувшись, ровно спросил:

– Я раньше не обращал внимания. Ты левша, значит.

Ждйер скривилась, глядя на свой направленный кулак, и тут же опустила его со словами:

– А тебе какое дело?

– Просто, кажется, я в первый раз встречаю левшу, – и улыбка озарилась на лице парня.

– Загадай желание тогда, – неожиданно заговорил Сенмлак, неловко сминая ладони. Все обернулись на него, и было видно, как пот стал стекать с его лба. – Просто, когда что-либо в твоей жизни встречается или случается в первые, нужно загадывать желание. Я уже видел левшей, поэтому загадывать ничего не буду, – парень нервно улыбнулся и опустил голову.

Сентйертс дёрнул плечами и задумался, всматриваясь будто в никуда. Позже его взгляд прошёлся по всем, останавливаясь на каждом по паре секунд, и парень кивнул собственным мыслям. Йал растерянно глядел по сторонам, утыкаясь взглядом в куб.

– А вы разве не заметили, что я левша ещё тогда, когда я ела? – Ждйер вопросительно скривилась.

– Заметил. Я, – сказал Сенмлак. – Но не спрашивал.

– А я вот не обратил внимания, – выразил свою позицию Сентйертс, а потом усмехнулся, – надо было раньше увидеть. Ха, может, и желание бы уже сбылось.

Ждйер нервно ухмыльнулась и процедила:

– Пытаешься нажиться на невинной даме…

– Которая издевается над слабыми мальчишками, да.

Было слышно, как Йал недовольно замычал. Его взгляд приобрёл какой-то жалкий, потерянный вид.

Йынненар. Йынтыркс. Йишвыбаз. Яанчукс.

Яантсоря. Йыбург. Йыншудонвар. Йывижл.

Вдруг почти везде в детском развлекательном центре потух свет, как будто это произошло по чьему-то велению, по щелчку пальца. Но это не значит, что пришла мгла. Не исчезал только единственный и большой луч, который светил прямо на Сенмлака. Он стоял, еле держа в ладонях кубик, мял его и смотрел в одну точку на пол. И шло время, но все лишь молчали, испуганно дышали, не желая предпринимать никаких действий.

– Сенмлак?.. – Сентйертс даже наклонил голову, как это делают псы от любопытства.

Сенмлак недолго ещё постоял, а затем поднял голову с абсолютно равнодушным выражением лица и таким же равнодушным голосом спросил:

– Что?

– О чём ты думал?

Сенмлак сощурился. Перевёл взгляд на куб. Повертел его.

– Я старался понять весь этот странный мир.

– И…Ты что-то понял?..

Все неосознанно наклонились торсом в сторону Сенмлака. Тот лишь тяжело вздохнул, опять поднял взгляд, пристально посмотрел на Сентйертса и покачал головой из стороны в сторону.

– Или ты не уверен, что понял?.. – Сентйертс спросил это с каким-то загадочным подтекстом, будто пытался выудить информацию у преступника, и сделал осторожный шаг вперёд.

– Возможно.

– Это как-то связано с тем, что Ждйер просила листок и ручку? – Сентйертс уже звучал более настойчиво, даже Ждйер нахмурилась, а Йал просто напрягся, будто допытывают его.

Сенмлак снова отрицательно кивнул. «Допрашивающий» парень фыркнул.

– Может, это связано с тем, что…

– Создаётся ощущение, что здесь поток времени очень медленный.

И в этот миг свет везде заново загорелся, что сильно напугало присутствующих. Ждйер и Йал крикнули, Сентйертс дёрнулся. Сенмлак снова глядел в пол.

– Почему мне пришлось эту информацию из тебя тянуть? Меня раздражает такое, – более грубым тоном выразился Сентйертс. – Это была какая-то тайна или ты придумал на ходу? Почему ты так долго тянул?

Вновь настала тишина. Сенмлак сжал зубы… Но это никто не увидел. Длинная чёлка скрывала глаза, а когда ты наклоняешь голову вниз, то не видно почти ничего. Парень тяжело вздохнул. Этот кубик такой мягкий. Податливый. Всё же, твёрже, чем у Йала. Но всё равно если на него надавить, то он прогнётся. Неважно, как именно ты воздействуешь. Неважно, с какой целью. А ведь когда-то этот кубик лежал спокойно. Наверняка он существовал до того, как все четверо упали сюда. А ведь весь этот поролон доставил лишь временное удовольствие. Возможно, потом, из него можно сделать что-то полезное, и не обязательно на него давить. Он сам справится… Или сам поможет?..

Сенмлак нахмурился до такой степени, что ощутил резко возникшую боль в голове. Что это за смесь мыслей? Почему они такие странные, но в то же врем родные?

Всё вокруг замерло. Холод… Снова он ударил по четвёрке. Могло даже померещиться, что где-то в углу образовался иней. Но это застывают лишь собственные мысли. Застывает…время.

– Почему мы все молчим?.. Сенмлак?! – голос Ждйер дрожал.

– Не переживай, я просто задумался, – неожиданно быстро ответил упомянутый парень. Кубик в его руках сильно сжался и в итоге упал на пол. – Как будто и сейчас время остановилось. И стало… холодно. Вы ничего не почувствовали?

Ждйер широко расширила глаза и сделала пару шагов назад. Сентйертс открыл рот от удивления. Йал быстро заморгал и вопросительно нахмурился, влезая аккуратно в разговор:

– Значит, ты всё-таки знаешь об этом месте больше?..

– Нет, я просто говорю, что чувствую. Интуиция. Может, и немного логики тоже.

Вдруг свет стал мигать очень резко. И с каждым разом частота мигания увеличивалась. В комнате стали раздаваться недовольные стоны, ощущалось, как энергетика смешалась в общую боль от происходящего. Даже закрытые глаза не помогали: сквозь веки всё равно просачивалось это безумие.

– А это ты как объяснишь, гений? – сквозь зубы спросил Сентйертс.

– Думаю, сигналы от неизвестного, который всем этим, собственно, и руководит, – Сенмлак всё-таки приоткрыл глаза, несмотря на боль. Стал вглядываться в даль, которая вновь покрылась мглой и которая потянула за собой ледяной ветер.

Визг. Протяжный девчачий визг, который сочетался с нынешним состоянием освещения. Как говорится, вбирай что-то одно: прикрой или глаза, или уши. Йал прикрыл уши, Сенмлак всё-таки закрыл руками глаза. Сентйертс рванул к Ждйер, хватая её за плечо так, что она крикнула ещё громче. Однако после этого буквально за секунду успел отозваться пластиковый звон, что словно ударился обо что-то мягкое.

– Чего ты разоралась? – спросил Сентйертс, слегка встряхивая девушку в своих руках.