Позволь мне остаться

Он бережно приподнял её голову за подбородок, заставляя посмотреть себе прямо в глаза. Его пальцы коснулись нежной кожи, посылая по телу Мики новую, совершенно не связанную с холодом дрожь. Нейтан сосредоточенно защелкнул пластиковое крепление ремешка под её подбородком.

— Нормально? Не жмёт? — тихо отозвался он, вглядываясь в её светлые глаза сквозь открытый визор.

Микаэлла послушно кивнула, не в силах произнести ни слова.

— Отлично, теперь погнали.

— Не думаю, что меня пустят в другие клиники в таком виде, — Мика вдруг опомнилась и забавно помахала длинными рукавами, которые полностью закрыли её пальцы. Выглядела она в этой огромной мужской броне невероятно мило и беззащитно.

Нейт на секунду замер, склонил голову набок и хитро прищурил темные глаза, разглядывая её фигуру.

— Да уж… Думаешь, выглядит слишком дорого для их пафосных кабинетов? И правда, давай снимай, — он шутливо махнул рукой, делая шаг назад.

Микаэлла звонко рассмеялась, оценив его иронию. Нейтан, не выдержав, тоже широко улыбнулся. Он внезапно сделал быстрое движение и со звонким стуком опустил ладонью визор на её шлеме. Стекло с хлопком закрылось, отчего Мика от неожиданности вздрогнула и возмущенно запыхтела внутри своей новой экипировки.

— Поехали покорять твои клиники уже, доктор Уинстон, — весело скомандовал Нейт.

Он быстро запер роллету гаража, запрыгнул в седло BMW и дождался, пока его личный «плюшевый ангел» устроится сзади.

Вторая клиника из списка Роберта встретила их совершенно иной атмосферой. Это был ультрасовременный лабораторно-исследовательский центр, где пахло не столько дорогим парфюмом, сколько чистой наукой, реактивами и стерильностью.

Пожилой главврач, солидный мужчина в строгом халате, тепло поприветствовал дочь известного Роберта Уинстона. После короткой вводной беседы он извинился и отошел в соседнее архивное крыло за полным пакетом документов и презентаций по новым исследовательским программам, вежливо попросив ребят немного подождать.

Как только дверь за ним закрылась, на месте снова никто не остался. Нейтан и Микаэлла рассредоточились по разным частям просторного кабинета, с интересом изучая обстановку. Мика увлеченно разглядывала выстроенные на полках медицинские склянки, колбы с реактивами и сложные микроскопы, а Нейт лениво бродил у противоположной стены, сканируя глазами специфический интерьер.

Его внимание привлек демонстрационный анатомический скелет, который преспокойно сидел на небольшом стуле в углу. Нейтан, ведомый своим неистребимым любопытством механика, подошел ближе и принялся аккуратно толкать искусственные кости рук и ног, проверяя, как устроены шарниры. Он слегка приподнял левое плечо макета, как вдруг раздался сухой, отчетливый пластиковый щелчок — и целая рука скелета с глухим стуком отвалилась, оставшись у Нейта в ладони.

Услышав подозрительный шум, Микаэлла мгновенно обернулась. Нейтан мгновенно спрятал оторванную конечность за спину, выпрямился и сделал самое невинное лицо, на какое только был способен.

— Что такое? Что там произошло? — спросила она, быстро сокращая между ними расстояние и подозрительно прищуриваясь.

— Ничего, вообще всё отлично, шикарный скелет, — Нейт изо всех сил поджал губы, чувствуя, как внутри него взрывается дикий, безудержный смех.

Микаэлла остановилась прямо перед ним и строго нахмурилась:

— Покажи руки. Живо.

Нейтан вздохнул и с виноватой улыбкой медленно достал руку из-за спины, демонстрируя ей пластиковые кости предплечья и кисти.

— Нейтан, ты что, с ума сошел?! — испуганно прошептала она, испуганно косясь на закрытую дверь кабинета. — Это же дорогое учебное пособие! Его нужно немедленно вернуть на место, пока врач не пришел!

Она выхватила у него деталь, и они вместе, судорожно перешептываясь, попытались насадить шарнир обратно на металлический штырь. Но стоило Нейту чуть сильнее надавить на плечевой пояс, чтобы зафиксировать кость, как вся конструкция жалобно качнулась, металлический стержень прогнулся, и многострадальная пластиковая голова скелета с громким стуком отвалилась, покатившись прямо по тумбочке.

Ребята синхронно зажали рты ладонями, давясь от беззвучного, истерического хихиканья. Паника смешалась с чистым, шальным весельем. Нейтан на лету поймал череп, и они едва успели водрузить его обратно на позвоночник и накинуть сверху какую-то белую лабораторную тряпку, лежавшую рядом, как в кабинет уверенным шагом вошел вернувшийся главврач.

Мужчина ничего не заметил. Он вежливо протянул Микаэлле увесистую папку с документами и красочными буклетами. Девушка, стараясь, чтобы её голос не дрожал от распирающего смеха, быстро наговорила дежурные слова благодарности, пообещала тщательно всё изучить и дать скорый обратный ответ. После чего она вцепилась в запястье Нейтана и стремительно, почти бегом утащила его за собой из кабинета.

Они с трудом сдерживали себя в коридорах, но стоило им выскочить за стеклянные двери клиники на свежий воздух парковки, как оба покатились со смеху. Их хохот раскатился по всей округе. Микаэлла буквально согнулась пополам, держась за живот.

— Боже, это какой-то стыд! Мне никогда в жизни не было так неловко! — проговорила она сквозь слезы смеха, вытирая тушь под глазами. — Нас же могли с позором выгнать!

— Ну слушай, кто знал, что у них тут всё на честном слове держится? — отсмеявшись, отозвался Нейтан, лукаво блеснув темными глазами и качая головой. — Этот парень в углу явно просто устал там сидеть в одной позе целых тридцать лет, я лишь хотел помочь ему размяться.

Микаэлла посмотрела на его открытую, шальную улыбку, на ранку на его губе, и внутри неё окончательно растаяли последние капли былой скованности.

Последняя клиника оказалась совсем другой. Она не ослепляла пафосным футуристичным блеском первых двух, но и бедной её назвать язык бы не повернулся. Это был добротный, крепкий и очень уютный медицинский центр. Здесь к ним отнеслись на удивление просто: дежурный врач повёл ребят по кабинетам, даже не обратив внимания на их странный внешний вид — огромную мужскую кофту-худи на хрупкой блондинке и потрёпанный байкерский шлем в руках её спутника. Коридорчики в этом здании были довольно узкими, из-за чего Мике и Нейту приходилось идти практически плечом к плечу, то и дело волнующе соприкасаясь руками.

— Странный выбор у твоего влиятельного отца, — негромко шепнул Нейтан ей на ухо, косясь на аккуратные, но скромные стены.

— Это вообще-то мой выбор, — так же тихо отозвалась Мика, слегка повернув к нему голову. — Я сама попросила включить эту клинику в список.

— А-а, ну тогда годится, — мгновенно сменил тон Нейт, довольно ухмыльнувшись. — Очень даже хорошее место, одобряю.

Микаэлла тихо хихикнула, чувствуя, как от его слов на душе становится легко. Вскоре врач разрешил им осмотреться в одном из кабинетов практики самостоятельно и, как и предыдущие его коллеги, скрылся в коридоре, отправившись за полным пакетом анкет и информационных флаеров.

Оставшись одни, они синхронно повернули головы и заприметили на кушетке профессиональный тренажёр-манекен для отработки навыков искусственного дыхания и сердечно-легочной реанимации. Мика и Нейтан мгновенно переглянулись.

— Даже не думай! — сразу же предупреждающе проговорила она, уже заранее ожидая каких-нибудь разрушительных действий с его стороны.

— Один раз, прошу! — Нейт шутливо взмолился, комично сложив ладони вместе. — Ну когда мне ещё удастся увидеть такое чудо техники вблизи?

И, не дождавшись от неё официального разрешения, он тут же решительно подошел к кушетке.

— И как надо делать? Вдруг Джексу в гараже поплохеет, я же должен его спасти! — с этими словами Нейт со всей дури выдал короткий удар кулаком прямо по пластиковой грудине манекена.

Встроенный датчик на панели аппарата тут же протяжно пискнул и загорелся зловещим красным цветом.

— Ты ему так все рёбра переломаешь, а не спасёшь! — Микаэлла звонко рассмеялась.

Она сделала шаг вперёд, несильно толкнула Нейта бедром, оттесняя от кушетки, и уверенно показала, как нужно правильно располагать ладони для непрямого массажа сердца.

— А потом дуй сюда, — указала она пальцем на пластиковые губы тренажёра, ловко зажимая манекену нос и делая глубокий, чёткий вдох в клапан.

Датчик мгновенно пискнул еще раз, и на панели загорелся идеальный зелёный огонёк. Микаэлла победоносно улыбнулась, выпрямляясь:

— Вот, считай, я его только что спасла.

Нейтан стоял рядом, но смотрел уже совсем не на датчики. Он увлечённо, не отрывая взгляда, созерцал её раскрасневшееся лицо и припухшие после выдоха губы. Внутри него снова опасно заворочалось горячее притяжение.

— Кажется, ему очень понравилось, — хрипловато проговорил Нейт, ехидно указывая пальцем на застывшее, безэмоциональное лицо пластиковой головы.

Они снова коротко посмеялись. Нейтан попытался повторить её действия, аккуратно зажимая нос и вдыхая воздух в манекен, но датчик упрямо выдавал сплошной красный цвет.

— Ну конечно, он же мужик! Мне, знаешь ли, тоже не очень нравится лобызаться с ним, — Нейт состроил нарочито обиженную, недовольную гримасу. А затем, потеряв терпение, снова в шутку треснул тренажёр кулаком по груди.

Экранчик на секунду мигнул, коротко пискнул и… внезапно загорелся устойчивым зелёным светом.

Микаэлла ошарашенно вытаращила глаза, глядя на панель. Нейт оглушительно рассмеялся, довольный своим «ремонтом».

— Кажется, ты и этот манекен умудрился сломать! — в панике отозвалась она. — Всё, хватит, больше вообще ни к чему не прикасайся!

Она тут же схватила его за руку, потащила через весь кабинет к рабочему столу и силой усадила на свободный стул.

— Всё, сиди тут и жди смирно.

Она встала прямо перед ним, строго скрестив руки на груди и нервно притопывая ножкой в такт своим мыслям.

— Да ладно тебе, чего ты так волнуешься? — Нейтан откинулся на спинку стула, снизу вверх разглядывая её хмурое, но такое красивое лицо. — Смотри, тебе здесь везде рады, ты же будущий гений медицины.

— Если я завалю диплом, то рады мне не будут нигде, — глухо проговорила она, и её взгляд на секунду потускнел. — Мама только спит и видит, как бы поскорее отдать меня замуж за Доминика. Ей нужен этот чертов статус.

— Это за того мажора? — Нейт мгновенно посерьёзнел, и его тёмные глаза недобро блеснули.

Микаэлла тяжело кивнула.

— Мне кровь из носа нужно получить этот диплом, понимаешь? — она вдруг резко склонилась к его лицу, сокращая расстояние до нескольких сантиметров, и требовательно ткнула указательным пальцем прямо в его грудь. — Поэтому сиди смирно и ничего тут не ломай. Иначе они меня потом просто не примут в ординатуру.

Нейт лишь широко, обезоруживающе улыбнулся. Находясь так близко к ней, чувствуя её дыхание и видя её пальчик на своей футболке, он едва сдерживал желание перехватить её руку и притянуть к себе ещё ближе.

— Понял, понял, плюшевый заяц, — покорно закивал он, поднимая ладони. — Я буду сидеть тише травы. Закрою глаза и буду дышать так медленно и аккуратно, чтобы даже бумаги на этом столе не разлетались.

Микаэлла не выдержала и снова тихо хихикнула, сдаваясь перед его обаянием.

— И вот на что ты вообще свалился на мою голову? — притворно вздохнула она, поспешно отворачиваясь к двери, как раз в тот момент, когда в кабинет вернулся мужчина с папкой документов.

— Со мной весело, признай это, — в самую последнюю секунду Нейтан успел быстро податься вперёд и горячо шепнуть эти слова ей прямо на ушко.

Его тёплое дыхание обожгло кожу, и под огромной чёрной кофтой у Микаэллы снова крупными мурашками побежало волнующее, сладкое напряжение. Она с трудом сглотнула, чувствуя, как сердце предательски ускоряет ход.

— Ты катастрофа, не больше, — еле слышно прошептала она в ответ, стараясь сохранить невозмутимый вид, и стремительно ушла в сторону подошедшего врача.

Когда они вернулись на дорогу в проулке, солнце уже окончательно закатилось за горизонт, окрасив верхушки деревьев в густые сумерки. Нейтан плавно заглушил двигатель.

Микаэлла аккуратно спустила ноги на дорогу, удерживая в руках увесистую папку с буклетами клиник. Она сделала шаг назад и потянулась к краю намереваясь стянуть худи и вернуть парню. На прохладном вечернем воздухе ткань казалась невероятно тёплой.

— Оставь себе, — негромко проговорил Нейтан.

Он лениво перекинул ногу через сиденье, оборачиваясь к ней, и на его губах появилась шальная, привычная улыбка.

— На улице уже совсем похолодало, а тебе ещё топать этот километр до своей золотой клетки. Заберу как-нибудь потом. Будет отличный повод встретиться снова.

Парень выразительно, по-доброму подмигнул ей, бережно принял из её рук мотоциклетный шлем Мэтта и закинул его на локоть. Больше не затягивая прощание, Нейт ловко запрыгнул обратно в седло, с глухим басовитым рёвом завёл мотор и тут же уехал, мгновенно растворяясь в сгущающейся темноте шоссе.

Микаэлла ещё какое-то время неподвижно стояла на обочине, согреваясь в его вещах, и задумчиво смотрела вслед удаляющейся красной точке заднего габарита, пока звук мощного двигателя полностью не растворился в тишине ночи.

Очнувшись, она ловко и быстро сняла с себя огромную кофту, аккуратно запихивая плотную ткань в бумажный пакет, где изначально лежала его кожаная куртка. Худи до сих пор хранило сильный, дурманящий шлейф его парфюма и тепла. Её щёки осязаемо обдавало густым, неистовым жаром, который никак не хотел проходить, а сердце колотилось где-то в районе горла.

— Катастрофа… — едва слышно, одними губами проговорила она самой себе в пустой темноте проулка.

Крепко прижав пакет к груди и подхватив рюкзак с конспектами, Микаэлла стремительно побежала в сторону своего дома, скрываясь за высокими элитными воротами.

Глава 9

Микаэлла проскользнула в дом тише тени, молясь всем известным богам, чтобы не наткнуться в холле на Шейлу. Ей повезло — из гостиной доносился приглушённый голос ведущего вечерних новостей, а значит, отец был занят, а мать, скорее всего, наносила свой очередной омолаживающий ночной крем, запершись в ванной.

Оказавшись в безопасности собственной спальни, Микаэлла с тихим выдохом прижалась спиной к закрытой двери. Сердце всё ещё отстукивало рваный, сумасшедший ритм. Она опустила взгляд на бумажный пакет, который судорожно прижимала к груди всю дорогу от проулка. Запах Нейтана — смесь дорогого моторного масла, свежего ветра и какого-то терпкого мужского парфюма — казался в этой идеально убранной комнате чем-то инородным и кричащим.

«Если мама это учует, мне конец», — пронеслось в голове.

Микаэлла на цыпочках подошла к огромному шкафу-купе. Спрятать огромную чёрную кофту-худи среди её идеальных, выглаженных по цветам шёлковых блузок и строгих платьев было той ещё задачей. Действовать пришлось быстро. Впихнув пакет на самую дальнюю, верхнюю полку за коробки с зимней обувью, куда Шейла не заглядывала годами, Микаэлла наконец почувствовала, что может дышать.

Сил на то, чтобы переодеться, распутать волосы или хотя бы смыть макияж, просто не осталось. Ноги после километровой пробежки на шпильках гудели так, словно она сдала норматив по кроссу. Микаэлла обессиленно плюхнулась спиной на кровать, раскинув руки в стороны. Хрустальная люстра на потолке расплывалась перед глазами от усталости.

Экран телефона, брошенного рядом на покрывало, внезапно вспыхнул, нарушив полумрак комнаты короткой, требовательной вибрацией.

Микаэлла инстинктивно дернулась, перевернулась на живот и схватила мобильный. На дисплее светился незнакомый номер, который она едва успела забить в контакты на парковке.

«Эй, доктор Уинстон. Жива там после марафона на каблуках? До дома кости донесла или мне вызывать спасательную бригаду?»

На губах Микаэллы против воли расплылась глупая, абсолютно счастливая улыбка. Она быстро застучала пальцами по стеклу экрана.

«Жива. И мои кости, в отличие от твоего несчастного лабораторного скелета, остались абсолютно целыми».

Ответ прилетел буквально через пару секунд. Нейтан словно сидел с телефоном в руках, ожидая её сообщений.

«Эй, это была спланированная акция по разминке суставов! Парень тридцать лет стоял в углу, у него явно был радикулит. Кстати, главврач на обратном пути не заметил, что у его гордости голова держится на честном слове и скотче?»

Микаэлла тихо уткнулась лицом в подушку, чтобы сдержать рвущийся наружу смех.

«Мы накрыли его лабораторной тряпкой, Нейт! Думаю, до завтрашнего утра никто ничего не заметит. Но если меня из-за тебя не возьмут в эту ординатуру, ты будешь лично отрабатывать за меня практику. Будешь моим личным ассистентом на операциях».

«Договорились, плюшевый заяц. Но чур я только подаю скальпель и делаю серьёзный вид. Если что, у меня отлично получается бить кулаком по грудине манекенов. Ты видела, как датчик позеленел? Это называется — грубая мужская реанимация. Фирменный стиль».

Микаэлла перевернулась на бок, подтянув колени к груди. Ей безумно нравился этот лёгкий, дерзкий тон, в котором не было ни капли той фальшивой вежливости, которой её душил Доминик.

«Это называется "ты сломал прибор", катастрофа. Ладно, мне правда пора спать, завтра рано вставать на лекции. Спасибо за сегодня. И… за то, что покатал».

В этот раз пауза затянулась на целую минуту. Микаэлла даже начала волноваться, всматриваясь в светящийся экран, пока в строке статуса наконец не появилось долгожданное «Печатает…»

«Спокойной ночи, Мика. А кофту мою не вздумай стирать, ладно? Мне нравится, как от неё пахнет твоими духами. Увидимся».

Микаэлла почувствовала, как к щекам снова прилил густой, обжигающий жар. Она прижала телефон к груди, глядя в темный потолок спальни. Сердце сделало отчетливый, сильный кувырок. Эта ночь обещала быть очень долгой, потому что уснуть, думая о парне на черном супербайке, теперь казалось абсолютно невыполнимой задачей.

Глава 10

На протяжении всей следующей недели их общение превратилось в странный, но приятный ритуал. Микаэлла ловила себя на том, что просыпалась и первым делом тянулась к телефону, зная, что там уже висит короткое, лаконичное сообщение от Нейта:

«Доброе утро, доктор. Проснись и пой, впереди великие дела».

А засыпала под его неизменное:

«Добрых снов, плюшевый заяц. Меньше думай о костях, больше отдыхай».

От того, что этот брутальный парень из автосервиса с завидным упрямством продолжал называть её «плюшевым зайцем», где-то глубоко в груди каждый раз сладко и трепетно замирало сердце. Странное, почти детское прозвище, но из его уст оно звучало невероятно легко, тепло и интимно, полностью сбивая с Микаэллы её привычную защитную броню.

В четверг наступил день очередного выматывающего зачёта по госпитальной хирургии. Микаэлла сидела на первой парте, низко опустив голову над чистым листом, и судорожно выводила огромный, детальный ответ на сложнейший билет по абдоминальным патологиям. В аудитории стояла звенящая тишина.

Внезапно карман её медицинского халата коротко и глухо зажужжал. Мобильник завибрировал. Микаэлла даже не вздрогнула, продолжая писать. Но через минуту телефон ожил снова. Затем ещё раз. И ещё. К концу первого часа зачёта вибрация в кармане стала непрерывной, словно кто-то на том конце провода устроил настоящую хакерскую атаку. Это дико отвлекало, заставляя внутренне напрягаться, но Мика упорно чеканила строчки, заставляя свой мозг работать на пределе возможностей.

Когда заветная ведомость была подписана, а в зачётке появилась очередная размашистая строчка «Отлично», Микаэлла обессиленно выдохнула. Вместе с Хлоей и Лили они привычно направились в шумную студенческую столовую. Только добравшись до углового столика и рухнув на стул, Мика наконец-то смогла запустить руку в карман халата и достать раскалившийся от уведомлений мобильный.

На экране светилось тридцать одно пропущенное сообщение.

Самое первое висело от Нейтана. Короткое, написанное ещё пару часов назад:

«Привет. Погода сегодня просто дикая. Было бы здорово увидеться после твоих лекций, если ты ещё не превратилась в зомби. Черкни, как освободишься».

А вот остальные тридцать штук… все до единого были от Доминика. Микаэлла лениво пролистала этот поток раздражённого капслока. Доминик исходил желчью, требуя немедленно взять трубку, и в последнем сообщении коротко припечатал:

«Я жду тебя у главного входа твоего чёртова вуза. Быстро спускайся. Моя мать звонила твоей Шейле, они просили приехать нас вместе на какой-то семейный обед. Живее».

Микаэлла почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота от этого приказного тона Доминика. Она быстро открыла чат с Нейтаном и, закусив губу от предвкушения, набрала ответ:

«Освободилась. Буду очень рада встретиться. Когда и где?»

Но ответа она сразу не получила. Экран телефона оставался пустым. Быстро попрощавшись с девочками, Микаэлла выбежала из здания вуза на залитое солнцем крыльцо и резко замерла, буквально опешив от увиденного.

Чуть в стороне у своей вычищенной до блеска машины стоял Доминик. Увидев Мику, он тут же нахмурился и демонстративно постучал пальцем по часам, показывая, что время не ждёт и он чертовски зол. Но вот еще дальше, у самого края парковки, стоял Нейтан. На своём неизменном матовом супербайке. Увидев Мику, он тут же одним четким движением открыл зеркальный визор, устремив на неё свой обжигающий, шальной взгляд.

В этот момент Микаэлла не раздумывала ни секунды. Плевать на Доминика, плевать на семейный обед матери и все условности её элитного мира. Прямо на ходу, быстро спускаясь по ступеням, она стала стягивать с себя белый медицинский халат и комом, безжалостно запихивать его в свой объемный шопер.

Под халатом на ней оказался надет короткий розовый кардиган в крупную белую ромашку, который кокетливо съехал на одно плечо, приоткрывая изящную лямку тонкого белого топа под ним. Короткая белая юбка выгодно подчеркивала её стройные ноги, на которых неизменно красовались те самые туфли на шпильках. Она выглядела невероятно женственно, ярко и по-весеннему свежо.

Нейтан лишь восхищённо усмехнулся, окинув её фигуру быстрым, по-мужски оценивающим взглядом, от которого у Мики мгновенно пробежала волна горячих мурашек.

— Привет, — протянул он, когда она подбежала вплотную. — Не устала ещё ломать свои ноги на этих ходулях?

— Если ты прямо сейчас не хочешь посидеть здесь и послушать яростное рычание одного идиота, то лучше погнали! — выпалила она.

Она быстро чмокнула его прямо в гладкий пластик шлема, запрыгивая на байк.

Нейтан, увидев, как к ним со стороны парковки уже стремительно и яростно идет мажор, снова издевательски отсалютовал ему двумя пальцами от шлема, передал Мике защитный шлем и в ту же долю секунды сорвался с места.

Мотоцикл стрелой вылетел со двора вуза, обдав застывшего посреди дороги Доминика густым облаком выхлопного дыма. А Микаэлла, крепко обхватив руками его талию, уже прямо на ходу натягивала шлем на голову и звонко, на всю улицу смеялась, чувствуя себя абсолютно свободной.

Гл