Кэролайн Линден.

Правила соблазна



скачать книгу бесплатно

Он убрал платок от лица. Она очень внимательно рассматривала его пострадавший нос, и Гамильтон даже задержал дыхание, когда Селия наклонилась к нему еще ближе. Боже праведный, у нее глаза – голубые, как небо. А губы такие…

– Селия.

Энтони посмотрел исподлобья и увидел, что над ними стоит Розалинда, вдовствующая герцогиня Эксетер. Исходя из ее любезной, но холодной улыбки, напрашивался очевидный вывод о том, что она вовсе не рада наблюдать свою дочь в подобном обществе.

– Мама, сэр Джордж ударил мистера Гамильтона по лицу, – начала объяснения юная леди.

– Селия, не разноси сплетен, – строго произнесла герцогиня.

– Это не сплетня, мама. Я видела собственными глазами, когда выходила из дамской комнаты. И посмотри – он, наверное, сломал мистеру Гамильтону нос!

Розалинда не была тронута. Она поджала губы, глядя на пострадавшего, пытающегося подняться, и выставила перед собой руку.

– Прошу, не вставайте, мистер Гамильтон. В этом нет необходимости.

Но он все равно поднялся и слегка поклонился.

– Леди Селия была так добра, что помогла мне.

Герцогиня натянуто улыбнулась.

– Я счастлива слышать это. Вероятно, кто-нибудь должен послать за лакеем лорда Карфакса, чтобы тот осмотрел вашу рану.

– Может быть, послать за льдом, мама? – спросила Селия. – Ты так сделала, когда Дэвид сломал нос.

– Мистер Гамильтон вполне в состоянии послать за всем, что ему требуется.

Увы, ему требуется только общество ее дочери. Он еще раз слегка поклонился, на этот раз в сторону Селии.

– Да, в самом деле. Искренне благодарю вас, мисс Риз, за вашу доброту.

– Не за что. – Она присела в реверансе. – Позаботьтесь о себе, сэр.

Он коротко кивнул.

– Непременно.

Вдовствующая герцогиня быстро увела дочь, а Гамильтон остался, рассматривая окровавленный платок в руках. Следует расценить ее поведение как предостережение, думал он. Безусловно, она относится к нему с большим сомнением, равно как и все в обществе. Они всегда готовы возмутиться его поступками, хоть реальными, хоть выдуманными.

К Гамильтону подошел лорд Карфакс, хозяин дома. Он извинился за поведение сэра Джорджа и позвал слугу, чтобы тот помог Энтони привести себя в порядок. Слуга сопроводил мистера Гамильтона в комнату отдыха для гостей, где пострадавший вымыл лицо и руки. Нос уже распух, голова страшно болела. Одежда была в плачевном состоянии, и Гамильтон поправил ее, как сумел. Оставалось надеяться, что квартирная хозяйка сможет отчистить кровь.

Энтони посмотрел на свое отражение в зеркале, и пальцы его застыли на развязанном галстуке. Он не понимал, что заставило его лгать Селии про камердинера, человека, которого и на свете-то не существовало. Может, причина в том, что она думала, будто у него есть слуга и он не хотел признаваться, что его нет? А может, в том, что он предпочитал видеть, как она смеется, а не как ухаживает за ним? Селия, стирая кровь, так нежно прикасалась к нему…

Дурак ли он? Скорее всего.

Вздохнув, Гамильтон отвернулся от зеркала. Наиболее правильным сейчас будет вернуться в комнату для игры в карты, выиграть добрую кучу денег и забыть о том, как Селия Риз, беспокоясь, заботливо суетилась вокруг него.

Глава 3

Селия не виделась с Энтони почти две недели. Вдовствующая герцогиня прочитала ей строгую нотацию на тему общения с людьми скандальной репутации вроде него, а на балах и приемах стала присматривать за дочерью куда внимательнее. Хотя Селия и не собиралась идти против воли матери, ей все равно хотелось узнать, поправился ли мистер Гамильтон. Сплетни о его поведении можно было услышать повсеместно, и она знала, что после инцидента с сэром Джорджем Энтони, весь запачканный кровью, вернулся в комнату для игры в карты и пробыл там до зари. Но никакой информации о состоянии его здоровья не было, и Селия решила обратиться к брату.

– Гамильтон? У него все прекрасно, – небрежно ответил Дэвид, не отрывая взгляда от своей жены Вивиан, которая как раз вальсировала с лордом Милбери. Дэвид даже не пытался скрывать ни свою любовь к жене, ни то, как он ее оберегает. Вивиан выросла в трущобах и была воровкой-карманницей, пока не познакомилась с Дэвидом при неясных шокирующих обстоятельствах, в которые никто не считал нужным посвятить Селию. Дэвид всегда был готов вмешаться, если чувствовал, что кто-то пытается обидеть его жену. Селия находила это очаровательным, даже если иногда брат становился ужасно рассеянным.

– Нет, ну правда, Дэвид. – Она ткнула его пальцем в руку. – Его же избили.

– Что? А, да. Но у него все в порядке.

– Ты уверен?

Наконец-то он на мгновение оторвал взгляд от Вивиан.

– Да, Селия, я уверен. Это был скользящий удар.

– Сэр Джордж мог сломать ему нос!

Брат отмахнулся и состроил гримасу.

– Всего один удар. В свое время Гамильтон и не в такой переплет попадал. Не волнуйся.

– Но я его с тех пор не видела.

Последнее привлекло внимание Дэвида.

– Ты что, его искала?

Селия покраснела.

– Нет. Просто хочу знать, что с ним все хорошо.

– С ним все хорошо. – Брат прищурился. – Матушку хватит удар, если…

– Ну так не говори ей, – огрызнулась она. – Гамильтон ничего не сделал, и я ничего не сделала. Я лишь хотела узнать, теперь ты мне рассказал, и я вполне довольна.

Дэвид продолжал смотреть на сестру с подозрением, но настаивать не стал.

– Вот и замечательно.

Селия покачала головой, отошла от брата, который ее разозлил, и направилась через весь зал к подругам. Почему это ей нельзя поинтересоваться здоровьем знакомого джентльмена, мысленно возмущалась она. Неужели Энтони настолько порочен, что ему и доброго здоровья пожелать нельзя.

– Добрый вечер, леди Селия.

Узнав этот голос, она вздрогнула, резко развернулась и увидела его, уже отдающего поклон.

– Добрый вечер, мистер Гамильтон, – с чувством ответила Селия. – Я так рада снова видеть вас! – Энтони вскинул брови. Она, смутившись, засмеялась, осознав, как странно, должно быть, прозвучали ее слова. – Я хотела сказать, что очень рада снова видеть вас в добром здравии.

– Я прекрасно себя чувствую, спасибо. – Гамильтон посмотрел на нее со странным выражением на лице. – Надеюсь, вы тоже.

– О да, но когда я видела вас в последний раз, вы были весь в крови.

– А, это. Неловкости одного вечера. – Его губы дернулись. – Хотелось бы верить, что вы не беспокоились?

– Конечно, беспокоилась! У вас мог быть сломан нос. После этого я вас нигде не видела, а Дэвид только и сказал, что все в порядке. – Селия недовольно хмыкнула. – Неужели джентльмены регулярно избивают друг друга? Мой брат абсолютно уверен, будто случившееся столь обыденно, что вы и не заметили.

Его полуулыбка исчезла.

– Я польщен тем, что вы справлялись о моем здоровье.

Что-то в его голосе привлекло внимание Селии, но, посмотрев повнимательнее, она убедилась в невозмутимости выражения на его лице.

Селия вздохнула и покачала головой.

– И я совершенно не представляю, что означает «в порядке». Дэвид может быть при смерти и все равно утверждать, что у него все в порядке.

– Нет, у меня действительно все хорошо. Очень хорошо. – Гамильтон смотрел на нее, и голос звучал несколько смущенно. – Я хотел поблагодарить вас за то, что были так добры тем вечером.

– Да это самое малое, что я могла сделать! – воскликнула Селия. – Боюсь, я вам ничем и не помогла. К сожалению, у меня нет соответствующего опыта.

– Я не могу вообразить лучшей сестры милосердия. – Гамильтон коротко улыбнулся. – Хотя мне вовсе не хотелось бы снова оказаться перед вами в столь недопустимом виде. Не лучший способ возобновить былое знакомство.

Селия печально улыбнулась.

– Нет. Вы были так галантны тем вечером, когда лорд Юстон… Похоже, ни один из нас не сумел показать себя должным образом, правда?

– И все-таки я не нахожу в вас никаких недостатков.

– Это потому что мы с вами не виделись несколько лет, – съязвила Селия. – Еще пара встреч, и вы будете считать меня столь же назойливой, как в детстве.

– Я никогда не считал вас назойливой, – непринужденно и спокойно произнес Энтони.

Селия удрученно молчала какое-то время.

– Нет, вы всегда были добры ко мне. Куда добрее, чем Дэвид! И я этого никогда не забуду. – Тут Селия заметила приближающуюся к ним вдовствующую герцогиню, которая уже свирепо сверкала глазами. – Но я должна идти. Доброго вам вечера, мистер Гамильтон. – Она быстро присела в реверансе.

– Доброго вечера, леди Селия. – Энтони поклонился, и Селия поспешила перехватить мать и объяснить ей все до того, как та придет в бешенство.

Гамильтон не стал провожать ее взглядом. Какой смысл лишний раз раздражать вдовствующую герцогиню? Но сердце его по-прежнему трепетало, а рука дрожала, когда он взял у ближайшего слуги бокал с вином и одним глотком выпил сразу половину.

Селия обрадовалась, увидев его. И она беспокоилась о нем. Энтони сделал глубокий вдох, на минуту задержал дыхание, обдумывая эти мысли с безмерным, хотя и непозволительным, удовольствием, и допил остаток вина.

Гамильтон был опытным игроком. В настоящий момент ему выпала плохая карта, и он это осознавал. Нет ни единого шанса выкрутиться из столь затруднительного положения; скандальные газетенки широко освещали каждый его поступок и даже приписывали чужие. Собственно, самое лучшее, что Энтони мог сделать с такими паршивыми картами – немедленно выйти из игры. Может быть, подождать годок. Это серьезный срок, за который удастся поправить положение дел и привести свою жизнь в порядок, а уж потом можно попытаться…

Но Селия танцует с другим. С лордом Эндрю Бертрамом, сыном и наследником графа Лансборо. Еще один красивый, респектабельный джентльмен вроде лорда Юстона.

Гамильтон, прищурившись, наблюдал за ними. Белокурая голова Бертрама склонилась к золотистой голове мисс Риз. Год – это слишком долго, заключил Энтони. Вряд ли этот джентльмен готов жениться прямо сейчас – он на год младше Гамильтона и славится любовью к веселью и беспечному образу жизни, – но наверняка появятся и другие. Если Энтони Гамильтон хочет получить шанс завоевать леди Селию, ждать нельзя.

Он снова посмотрел на нее, тут же заметив сияющую улыбку, предназначенную Бертраму, и сердце замерло в груди. Румянец на ее лице и оживленность движений заставили Энтони непроизвольно улыбнуться. Единственно, что может быть хуже имеющейся у него комбинации карт, это отчаянное желание завоевать Селию Риз. Он просто не может выйти из игры, пусть это и чрезвычайно глупо. Некоторые партии стоят любого риска.


Гамильтон обдумывал это две недели. Казалось, обстоятельства против него. Леди Говард отказалась брать деньги обратно, даже когда он пригрозил, что обо всем расскажет ее мужу. Она впала в истерику, бросилась ему на шею и разорвала на себе лиф. Энтони предполагал, что Фанни рассчитывала получить гораздо бо?льшую сумму, чем предлагаемая им, поскольку хотела вернуть мужу все три тысячи фунтов, чтобы избежать подозрений. После того как Гамильтон не прельстился ее голой грудью, она стала преследовать его повсюду, всякий раз заговаривая с ним на публике и угрожая в любую секунду устроить сцену. Энтони четыре вечера подряд не показывался в обществе, избегая леди Говард, из-за чего не виделся и с Селией.

Могла ли Селия полюбить его? Разумеется, правильный ответ – «нет». Он осознавал это, сидя в темных, прокуренных комнатах и пытаясь сосредоточиться на картах. Гамильтон играл с людьми из разных общественных кругов, но при этом знал, что именно к нему относятся наихудшим образом. Он даже на некоторое время перестал играть, примеряя на себя новую, высоконравственную жизнь, но затем пришел счет от портного, и пришлось вернуться за карточный стол. Даже с учетом своих скромных финансовых возможностей Энтони не мог экономить на одежде. Если он начнет одеваться, как человек в отчаянном положении, ему перестанут давать деньги, и вот тогда Энтони Гамильтон пойдет ко дну.

Но он все равно думал о Селии. Куча детишек и стая собак. Эта картина импонировала ему все больше.

И наконец, Гамильтон решил, что ключ к победе – согласие герцога Эксетера. До сих пор ему не приходилось просить разрешения ухаживать за юной леди, и теперь (такой уж он везунчик) придется обратиться к строгому и непреклонному герцогу. Одобрение Эксетера очень важно, ведь именно он является старшим братом и опекуном Селии, и даже если Энтони получит его разрешение, ему наверняка придется преодолеть долгий путь до получения одобрения вдовствующей герцогини, не говоря уже о ее благословении. Чтобы убедить герцога, Гамильтон решил сдаться на его милость: признать свои грехи и недостатки и торжественно поклясться встать на путь исправления. Искреннее раскаяние и смирение сделают свое дело.

Гамильтон сумел раздобыть приглашение на ежегодный бал у Роксбери, зная, что Эксетер и лорд Роксбери – союзники в парламенте и даже друзья – настолько, насколько у Эксетера вообще могли быть друзья. Энтони досконально продумал свой внешний вид (тщательнее любой леди, мрачно усмехнувшись, подумал он), затем отправился на прием.

Прошел уже целый час, а он так еще и не видел ни Эксетера, ни его герцогиню, ни вдовствующую герцогиню, ни саму Селию. В конце концов Гамильтон заметил возле комнаты для игры в карты Дэвида Риза, своего давнего друга и брата Селии.

– Эксетер сегодня здесь? – Энтони расправил плечи и напрягся в ожидании ответа.

– Насколько мне известно, да. – Дэвид изучал дно своего опустевшего бокала. – Но тут его, конечно, не будет.

– Разумеется. – Гамильтон заглянул в комнату для игры в карты, привычно оценивая собравшихся. Затем решительно развернулся и направился обратно в бальный зал. Все знали, что Эксетер не одобряет азартные игры, и Энтони понимал, что репутация заядлого картежника выйдет ему боком. Но он надеялся, что герцог примет его объяснения.

Дэвид пошел за другом.

– У тебя есть к Маркусу какой-то вопрос?

– Что? – рассеянно отозвался Гамильтон, высматривая в бальном зале Эксетера.

– Зачем он тебе? – повторил Дэвид Риз.

Энтони повернулся к приятелю.

– Вопрос насчет инвестиций, – уклончиво ответил он. – Мне порекомендовали узнать его мнение.

Дэвид с удивлением на него посмотрел.

– Инвестиций?

– Э-э-э… да, – подтвердил Гамильтон. – Очень деликатного характера.

Риз казался удивленным.

– Ясно. Ладно, я спрошу у Вивиан. – Жена Дэвида как раз пробиралась к ним через толпу. Энтони замер, заметив, что с ней идет Селия.

– Вот ты где, любовь моя. – Риз притянул жену к себе, ничуть не стесняясь показывать свои чувства. – Ты не видела Маркуса? Он нужен Гамильтону.

– Я как раз должна сообщить тебе, что они уехали домой, – ответила Вивиан с легким ирландским акцентом. – Ее светлость чувствует себя не очень хорошо. Думаю, сейчас они уже недалеко от дома.

– А. Ну что ж, не повезло, – обернулся Дэвид к другу.

Тот заставил себя улыбнуться и кивнуть, демонстрируя равнодушие.

– Значит, в другой раз.

– Это срочный вопрос, мистер Гамильтон? – Селия смотрела на него своими огромными голубыми глазами. Сегодня она надела очень модное нежно-голубое платье, идеально подходящее юной леди-дебютантке. Сдержанность наряда разожгла в Энтони страстное желание снять его с Селии. Только ее изящная фигура, окутанная облаком золотистых локонов, аромат лимонов и…

– Нет, мой вопрос вполне может подождать. – Но недолго. Он не сможет и дальше скрывать свое отношение к ней. Какой же будет восхитительный спектакль для общества: печально известный повеса мечтает о юной неопытной леди. – Надеюсь, ее светлость быстро поправится.

У Селии такая теплая улыбка.

– Я передам ей ваши наилучшие пожелания.

Гамильтон кивнул, а затем к ним подошли две молоденькие девушки и увлекли Селию с собой, оставив Энтони с Дэвидом и его женой.

– Надеюсь, задержка не повлияет на твои инвестиции, – сказал Риз.

Гамильтон вздрогнул и перестал сверлить взглядом удаляющийся силуэт.

– Нет, я нанесу герцогу визит.

На следующее утро Энтони появился в Эксетер-Хаусе настолько рано, насколько позволяли приличия. Дворецкий проводил его в кабинет герцога, и тот не особенно удивился, увидев гостя. Возможно, Дэвид что-нибудь рассказал.

– Гамильтон. – Герцог приветливо кивнул. Энтони поклонился. Эксетер показал на стул. – Не желаете присесть?

Энтони сел, ощущая себя участником партии с максимальными ставками, выложившим на стол все до последнего фартинга. Внешне он казался спокойным, но внутри нервное напряжение достигло предела.

– Я пришел просить разрешения ухаживать за вашей сестрой, леди Селией.

Герцог изумленно вскинул брови. Гамильтон глубоко вздохнул и решительно произнес:

– Я понимаю, что моя репутация вызывает большие сомнения. Но уверяю вас, это не шутка и не мимолетный порыв. Я знал леди Селию еще маленькой девочкой и всегда был искренне к ней привязан.

– Э… да, – вымолвил герцог, еще явно не пришедший в себя.

– Я прекрасно знаю, что мое имя связано с бесконечными сплетнями. Замечу, что не все из них правдивы, многие не имеют ничего общего с действительностью, – продолжил Энтони заранее подготовленную речь. – Возможно, вы опасаетесь, что я разобью сердце леди Селии. Я приложу все усилия, чтобы этого никогда не случилось. Я человек слова. В обществе обо мне могут говорить что угодно, но я обещаю вам сделать все, что в моих силах, лишь бы ваша сестра была счастлива. Я буду избегать всего, что может огорчить ее и никогда не опозорю леди Селию своими поступками.

– Несомненно, – пробормотал герцог. – Мистер Гамильтон…

– Я помирюсь с отцом. У нас с ним никогда не будет близких отношений, но я его единственный наследник. Я сделаю все для того, чтобы леди Селия в будущем стала графиней.

– Мистер Гамильтон…

– Что до моих финансов… – Энтони сделал небольшую паузу, а затем проговорил уже менее уверенно: – Я игрок не по собственной воле, ваша светлость. Это мой доход. Граф лишил меня содержания после нашей ссоры. Я должен был находить деньги. У меня есть инвестиции, хотя пока еще скромные, но я могу содержать жену. С приданым леди Селии в качестве капитала я полностью откажусь от игры в карты. – Здесь он сообразил, что вцепился в подлокотники, и разжал пальцы, дожидаясь реакции герцога.

– Мистер Гамильтон. – Эксетер подался вперед, пригвоздив гостя к месту суровым взглядом. – Все сказанное вами достойно восхищения, но я вынужден сообщить, что уже дал согласие отдать руку моей сестры другому мужчине.

Услышанное настолько отличалось от ответа, которого ожидал Энтони, что он даже не сразу сообразил.

– Понимаю, – после паузы пробормотал Гамильтон. Он-то предполагал, что придется защищаться и убеждать герцога, думал, что последует отказ. Но такого ответа никак не ожидал, не предполагал, что опоздает.

– И леди Селия?.. – Энтони не мог произнести это вслух. Он поставил все до последнего фартинга и проиграл.

Герцог кивнул.

– Да.

– Понятно.

Какое-то время Гамильтон просто сидел в кресле, пытаясь осознать случившееся. Он всегда знал, что Селия может отказаться от него и приготовился к этому. Им едва не завладел безумный порыв попросить разрешения у герцога обратиться к самой Селии, чтобы выяснить, приняла она предложение другого только потому, что он, Энтони Гамильтон, не попросил ее руки. Вдруг Селия передумает?

Но нет. Она слишком честна для такого поступка. Если Селия приняла предложение, то лишь потому, что действительно хочет стать женой этого человека. И уж точно она никогда не мечтала об Энтони Гамильтоне, беспутном повесе и печально знаменитом игроке. Он не просто опоздал, у него с самого начала не было ни единого шанса.

– Разумеется, – пробормотал Энтони наконец. – Я желаю ей счастья.

Герцог чуть склонил голову.

– Мне жаль.

– Нет, – сказал Гамильтон. – В этом нет нужды. – Он выдавил мрачную улыбку. – Надеюсь, вы не расскажете леди Селии о… об этом. У нее такое доброе сердце, она начнет мне сочувствовать. – Он сделал паузу. – А я не хочу ее жалости.

– Я сохраню вашу тайну, – пообещал Эксетер.

– Благодарю. – С некоторым запозданием Энтони сообразил, что у него больше нет причин оставаться, и смущенно поднялся. Его мышцы, скованные напряжением с самого начала, еще не расслабились. Он откашлялся, но сказать ему было нечего. Поклонившись, Гамильтон попрощался и вышел.

За непродолжительное количество времени, что он провел в кабинете герцога, Эксетер-Хаус ожил. Энтони шел по коридору в сторону величественного главного холла, а вокруг суетились слуги с корзинами цветов.

Гамильтон услышал свое имя, обернулся и увидел направляющегося к нему Дэвида.

– О, Энтони, я вижу, ты все-таки выследил Маркуса?

– Да. – Нужно что-то сказать, прежде чем Дэвид опять начнет спрашивать, что они с герцогом обсуждали. – Смотрю, у вас в доме все вверх дном.

Риз поморщился.

– Бал. Дамы делают то ли венки, то ли букеты, я толком не знаю. – Он показал на открытую дверь чуть дальше по коридору. Гамильтон медленно подошел к ней и заглянул внутрь.

Селия сидела на софе, а перед ней возвышалась небольшая гора из роз. Лучи утреннего солнца проникали в большие окна и играли в ее золотистых локонах, а на светло-зеленую юбку падали розовые и желтые лепестки, пока она связывала цветы в небольшие букетики. Селия напоминала богиню кисти Боттичелли и была такой же недосягаемой. За спиной по-прежнему звучал голос Дэвида:

– … после свадьбы, конечно. Розалинда решила превратить это в главное событие сезона.

– Что? – спросил Энтони, отрываясь от Селии. – Что ты сказал?

– Селия выходит замуж за молодого Бертрама, – повторил Риз. – Юный бездельник. На мой взгляд, он человек довольно сомнительный, но моя мачеха заявила, что Селия станет женой того, кого выберет сама, и почему-то сестра остановила свой выбор на нем. Даже Маркус не может ей запретить.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7