Маришка Бронхиславовна, в деле!

— Как? У меня есть силы?

— Конечно! А ты думала, я появлюсь перед кем-то слабым?

Я порадовалась: наконец-то я буду «феячить»!

— А как? Где моя палочка?

Вед надо мной посмеялся:

— Глупая, вроде учитель, а ведёшь себя…

Не закончив, я перебила:

— Я учитель малышей, мне положено быть молодой душой всегда.

— Дада, молодой, но не глупой, — смутилась я от этих слов.

Ничего, всё приходит с опытом. А русский человек может научиться справляться со всем: пережили же мы очереди на заправках!

А Маришка Брониславовна, никогда не боялась учиться — вся жизнь — учёба.

Ванна была готова, от неё шёл приятный пар. Выгнав Веда — ну, он же мальчик, — я разделась и блаженно опустилась в приятное тепло.

Тело радовалось. Хоть я и не была приверженцем диет, но сейчас, смотря на свои косточки, думала: «Эх, сколько в меня влезет еды! Можно кушать и не думать о калориях».

Глава 6

Ну что же, пошли учить…ся?

Утречком я, радостная, сбежала по лестнице к своим любимым новоприобретённым родственничкам. «Они, видимо, соскучились», — позлорадствовала я. Ночь прошла тихо.

Почему бы и не радоваться? Нужно везде искать позитив: я жива и здорова, к тому же предстоящий завтрак бодрил сильнее всего — даже лучше тренировок.

Все были в сборе. Папочка и мамочка (надо всё же узнать их имена, подумалось мне; негоже не именовать!) смотрели исподлобья недовольным взглядом, словно я им чегото должна. А вдруг?

Зато сестрица была довольная.

Встретили меня тишиной.

Мило улыбаясь своей профессиональной улыбочкой, я обратилась:

— Доброе утро, папенька и маменька! (Я видела исторические романы, а «Гордость и Предупреждение» была самой любимой).

Тяжёлый вздох и цоканье раздались с их стороны. Леся сверлила меня красными глазами.

«Ну точно должна чтото… Вспомнить бы, что именно», — подумала я.

— Дочь, ты подумала? — начал батюшка.

Я сделала вид глубокой задумчивости, чтобы было сразу понятно: «Каюсь, думала всю ночь!» Агаага…

— Нам нужен этот брак. Прислали за тебя хороший, богатый выкуп. Почемуто выбрали именно тебя.

Тут я выпала в осадок. То есть был выбор — я или Леся? Неужели и её прельстил выкуп? Я посмотрела уже подругому на девушку: красивая, зараза, но характер…

— Папочка… — начала я. — Мне бы это… учиться, — робко заметила. Ну всё как в повести.

Мужчина сжал кулаки, и я решила действовать на убой.

— Папочка… — снова завела речь. — Сколько сейчас за меня посулили выкупа? Может, сможем взять больше?

Мужчина внимательно посмотрел на меня, задумался. «Это к лучшему», — оценила я обстановку.

— Я знаю: ведовки ценятся. Позволь закончить школу — тогда я буду стоить уже больше, спрос будет выше.

Молчаливое сопение подсказывало: я на верном пути.

— К тому же кто мой будущий муж? Там его тоже прельстит обученная женушка, — от этих слов я чуть не исказила личико, но роль должна быть сыграна.

Мать и сестрица переглядывались; глазки их уже загорелись от предстоящей выгоды.

— Мы не знаем, кто твой муж. Прислали послание, — ответили они.

Я обомлела.

— Это как так? — вырвалось у меня. — А так можно было? Выйти за того, не знаю за кого?

— Цыц! — прикрикнул глава.

Вчера мне не показалось: волосы у мужчины были везде — густые, чёрные.

- В этом чтото есть, — продолжал размышлять отец.

Вед подсказал, что папку зовут Виолет. Он — глава семейства Ростми, владеет парочкой деревень рядом и заядлый пройдоха: выгоду свою не упустит. Удочерил Маришу несколько лет назад, когда девчонка помогла спасти Лесю от падения в карьер. Особой любви между ними не было, но и не обижал он её никогда. Зато оторвалась на ней миледимать, мадам Норио: щемила только так. Вообще она оказалась такой женщиной, что не любит детей, хотя в доченьке души не чает — видно, что они похожи.

Поэтому слуги в доме Ростми страдали, в особенности дети. Попадало и Марише. Вообще девочка старалась не появляться на глаза, и вчерашняя взбучка очень удивила семейство: привыкли за годы к спокойной, постоянно прячущейся Марише.

— Ты будешь учиться, — ответил наконецто Виолет. — Поднимем запрос на доплату. Завтра же вместе с Лесей отправитесь в школу ведовства.

— И только попробуй отчудить! — предупредил папка.— Верну!

Скрип зубов раздался со стороны сестры: не понравилось ей, но под тяжёлым взглядом отца она не решилась идти наперекор.

— Урааа! Я буду учиться! Учиться и ещё раз учиться! И думать… Как разобраться с неизвестным муженьком?

Глава 7

Опа…А кто я?

Папенька и маменька постарались на славу!

Ух, какие кони нас встречали во дворе! Шучу. Обычная карета, запряжённая не конями, а милыми змейками.

Теперь я сложила два и два — понятно, почему мир называется Драганессс.

Вед тоже помог, рассказал. Обмен информацией хоть и прошёл в одностороннем порядке — мал помощник ещё, не смог осилить передачу мне, — но рассказ получился хорошим, отчитался.

Мир Драганессс — это змейки. («Человекзмея, человекзмея!» — кричала моя память.) Нассы: они могут быть большие и маленькие. Маленькие выполняют роль лошадей, собак, котов в этом мире. И на самом деле похожи на змеекопаньки из мультика и не представляют угрозы.

А вот взрослые особи слишком влиятельны: там смесь человека и змеи. Сразу вспомнился дизайн над потолком в комнате — тоже вечно сражаются за власть.

Причём есть два вида: белые и чёрные. Я хоть и мало представляла, но, наверное, кожа у них белая и чёрная. Встретить их — редкая удача. Надеюсь, что и у меня не получится, подумала я. Не хватало ещё, как в книгах, нажить влиятельных врагов, которые постоянно мучают. Я не мазохист. Хватило и работы в школе.

Другие жители Драганессса: полуэльфы, как моя маленькая помощница Веса (ушки выдавали причастность); волосонянки — батюшка, понятно из названия: волосы повсюду. А я думала, это шерсть. И, наконец, я и сестрица с мамочкой — беловерсы. У меня из белого только кожа. Смешно.

Браки между видами допустимы и даже приветствуются, но взрослые Нассы предпочитают держаться своих.

«Я не человек?» — удивилась я. 27 лет жила человеком, и вот на тебе!

Змейки нас встретили спокойно. Слишком умные — по глазам видно. Оценила чемоданы Лесы — не сравнить с моим. Мне и братьто нечего.

Я и сама хороша, пригожа, как говорится.

Ехать нам придётся вместе с ней. Надеюсь, её нервная система выдержит.

Вед рассказал, что расстояние не слишком большое до школы. Школа находилась на нейтральной территории, не подчинялась никому. Случались войны — не такие, как тогда, сколькото лет назад, когда были спасители, но всё же скучно было видкам, вот и дрались.

Эх, в каждом из миров всё всегда одно и то же: дележка территории, завоевания. Школа, к счастью, в этом не участвовала. Все ограничения в виде занимаемых должностей стирались между видами: будь ты наследник или же слуга — если есть дар ведав, то учиться можно.

Можно и не учиться — никто не обязывает, но учеба — это престижно.

Я спрашивала у Веда: «Как наши курсы повышения квалификации?» Чтото близко к этому, только если сдашь наличие способностей при поступлении — это бесплатно.

— О как! Нужно сдавать чтото? Совсем растерялась я. -Не думаю, что школьная программа подойдёт для нового мира. поделилась опасениями с пушистиком, но включила оптимизм, увидим, справимся.

Теплилась надежда, что там смогу найти спасение от своих проблем.

Утрамбовались мы с сестрицей внутрь кареты. Мамочка плакала. Ну конечно же, не изза расставания со мной: в школе обучение длится дольше нашего, домой на каникулы не приедешь. Всего в ней три года обучения. Год длится как два наших. Только после года можно будет вернуться домой на недельку. Меня это не страшило. После сдачи экзамена по педагогической деятельности самому ректору университета — не страшно ни капельки! Тот был зверь. С утра и до вечера длился экзамен. Как вспомню — так вздрогну. Если не получалось сдать в аудитории, то студентов приглашали в кабинет ректора за длинный стол, и, смотря друг на друга, мы выдавливали ответы.

Поэтому твёрдо решила: мне всё по плечу!

Жди меня, моя волшебная палочка, я нафеячу себе вафелек!

Глава 8

Огогошеньки и огагашеньки…

До школы доехали с ветерком, если так можно сказать. Нет, змейкиопаньки (решила всё же так называть их) вели повозку гладко — непонятно было, летели мы или ехали.

Даже Леса только пару раз наградила меня сверкающим взглядом красных глаз. В остальном вела себя очень хорошо. Можно было и по головке погладить, но я не рискнула.

Школа же не превзошла ожиданий. Не Хогвартс, однозначно, — обычное трёхэтажное здание серого цвета. Но, что примечательно, оченьочень длинное: я даже не смогла увидеть конец и начало здания. Окна заслуживают восхищения: зелёные змейки переливались и были словно живые, завораживали взгляд.

Студенты сновали туда-сюда — всё как и у нас на Земле. Такие же потеряшки.

«Ты меня не знаешь, я не хочу ничего общего иметь с тобой!» — гневно заметила сестрица. — «Не вздумай попадать в неприятности, старайся угодить!»

«Ох, напутствие от сестры? Какая забота, спасибо! Не переживай, я буду старательно учиться», — парировала я в ответ. Как сказал котёнок Гав: Если ждут неприятности, нужно обязательно их найти — они же ждут- подумала.

Леся скрипнула зубами. Чтото в последнее время она меня не трогает. Наверное, чтото грядёт… Или боится моего женишка.

«Разберёмся!» — подмигнула я Веду. Малыш спрятался в волосах: чёрный на чёрном — не заметишь никогда.

Улыбаясь довольно, делаю шаг к знаниям — и тут мой носочек туфельки ковыряет землю, и я начинаю падать вперёд, на чьюто широкую спину.

Мысленно подумала: «Ух ты! Пожамкать бы ещё… Бицепсы, трицепсы — это я люблю…»

Глава 9

Вот и здрасьте …

Моё столкновение со спиной не осталось незамеченным.

Леса протяжно взвыла. Чего это она? Подумала я.

Остальные студенты замерли. Тишина показалась смертельной.

Спина выдержала моего нападения, что порадовало.

Потихоньку отлепившись, я начала уже извиняться, но опешила от чёрного взгляда и чернеющей кожи вокруг глаз, а по лицу словно ползали змейки.

Я догадалась, кто это, и задержала дыхание.

«Мне конец!» — мысленно взвыла я.

Я не книжная попаданка с внеземной любовью. У меня даже нет способности взмахнуть рукой и создать огненный шар.

«Ойейей, что же будет?»

Но, вспомнив, кто я, собралась. Тихо позвала Веда:

— Малыш, что будет, если напасть на представителя Нассы?

— Куда тебе, представитель! Они редкость, — заржал было шарик, но осёкся.

Увидев, перед кем мы, он позорно свалил в закат.

«Это я припомню ещё ему!» — высоко задрав свой маленький прекрасный носик, я выразительно посмотрела вслед беглецу.

— Приношу свои извинения. Земля не держит от такой красоты, — обратилась я к незнакомцу.

Меня смерили взглядом.

— Ты не в моём вкусе… хотя, — он осмотрел меня полностью и задержался на выступающих острых коленках.

— Нет! — вынес вердикт.

«Да кому ты нужен, верзила!» — побурчала я про себя.

— Чточто переспросил, в уголках глаз парня начали собираться смешинки.

— Ничего, простите. Мне пора, — и я свалила, пока не получила ещё какуюнибудь неприятность.

— Вед? Вед! Возвращайся, опасность миновала!

Малышарик вернулся и принялся извиняться. Конечно, я его простила — маленький испугался.

— Ну что, школа, встречай ворожею!

В это время молодой парень провожал девушку задумчивым взглядом. Казалось, словно он её знает, но память упорно уходила от него.

«Дело нечисто», — подумал он.

— Брик, выясни про неё.

— Что, зацепила? — весело подначил друг.

— Не знаю, не знаю…

Глава 10

Будьте здоровы и здравы!

Внутри школа оказалась куда лучше, чем серый вид снаружи. Летающих лестниц не было, но были прозрачные — точь-в-точь как в океанариуме. Я както была на экскурсии со своими малышами — стало немного грустно, заскучала по работе. Всё же учитель до мозга костей: вроде и отдых, а скучаешь.

Бодро шагая в первый корпус по стрелочкам, парящим в воздухе, я была приятно удивлена: ведь я могла прочитать написанное! Всегда поражалась тому, как попаданки сразу обладают способностью и читать, и писать. Это долгий процесс: чтобы люди хорошо писали, проходит четырёхлетний период, а тут — раз, и удалось.

Двигаясь по указателям, я добралась до большой каменной двери. Она легко поддалась. Я заглянула — ну, здрасьте, приплыли: там было темно. Неожиданно меня, словно, засосало внутрь, и я предстала перед людьми в мантиях.

Захихикав, переводила взгляд с одного на другого. Ещё не хватало круга и ритуала! Сделав пас рукой, парень включил светило.

— Добрый день! Мариша Ротсми, прибыла для освоения ведовства. Учиться готова!

— Добрыйдобрый, девонька, — выступил вперёд дядька.

— Что ты умеешь? — задал вопрос ктото.

«Хороший вопрос, понятный», — подумалось мне.

— А что надо? Всё умею! Петь, считать, вязать, играть на нервах, — улыбнулась я.

Шутку не оценили.

— Ведовство — это магия стихий, — начал старик с зелёным носом. — Какая стихия тебе подвластна?

— Не знаю, — честно призналась я. — Да и откуда знать? Способности спали и не пытались помочь хозяйке.

— Давайте же проверим, — загорелся белоснежный кристалл.

«Красиво», — мелькнула мысль.

— Что нужно делать?

— Ничего, просто смотрите на кристалл, — поступила команда.

«Такс, сейчас я настроюсь на нужный лад. Внимание — на кристалл!»

Пока я пялилась на него, думая, когда же уже чтото произойдёт, кристалл подмигнул и продолжил светиться как ни в чём не бывало.

— Эээ, это что сейчас было? — натурально вылупилась я и задала вопрос. — Он сломался или как?

— Всё, вы прошли.

— Как прошла?

— И это называется экзамен? Тьфу! Даже стыдно за их систему образования!

— Проходите, идите к коменданту — вас заселят.

— А какая стихия? Что я умею?

— Этого мы не знаем. Школа даёт возможность раскрыть способности, если они имеются. У вас они есть. Можно только предполагать, какие, — пока учитесь.

— Чему? — снова удивилась я.

— Всему! — прозвучал лаконичный ответ.

Выходила из кабинета с какимто обиженным чувством. Както несправедливо: раз — и ты принята.

— Вед?

— Ась?

— Так везде проходят экзамены? — расстроенно спросила я.

— Нет, что ты. Это не экзамен, это уведомление о твоей силе: есть или нет. Теперь ты школьник.

— Что?! Докатилась! Учитель — и снова школьник?!

До коменданта шла, думая о своей учительской доле. Пришла, осмотрелась: очередь огромная и не движется. Все кричат, бегают вперёд и вообще ведут себя безобразно. Прошлась, обмозговала.

Впереди нерасторопный старичок выдавал постель и ключ от номера школьникам. Никакой нумерации, да и помощников у него не было. Толпа бесновалась, лезла вперёд, перекрикивая друг друга. Ещё немного — и начнётся драка, пробурчала я.

— Не лезь, Мариш, тут так всегда, — проворчал Вед.

— Не могу спокойно смотреть на это безобразие!

— Нука, замолчали все! — громким, поставленным голосом прикрикнула я на толпу. — Постройтесь в шеренгу, друг за другом! Сами себе создаёте проблемы! Вот так, вот так… Молодцы! Никто не толкается. Быстробыстро! Большие такие, а ругаетесь!

Все замерли.

— Тишину поймали, что неясно, рот на замок!

— Слушаем внимательно! Сейчас я буду помогать выдавать вам ключики. Ты, вот ты, — указала я на девушку в середине очереди, — как зовут?

— Гуасия.

— Хорошо. Будешь помогать собирать постельное бельё.

Все были в шоке от моего порыва — никто даже не рискнул вымолвить слово. Комендант лишь благодарно улыбнулся: умаялся старичок с этой детворой.

Очень быстро справились. Очередь становилась меньше. Мурлыкая под нос весёленькую песенку, мы с Гусей (слишком имена у них вычурные — я сократила) остались одни.

— Девоньки, спасибо, спасибо большое за помощь! — комендант выражал искреннюю благодарность.

— И правда, мы справились достаточно быстро. Вот что значит дисциплина, — усмехнулась я.

— Вот, вот вам номер на двоих. Будете соседками, раз так слаженно работаете вместе. И бельё вам особое: чистенькое, новое. Оно не пачкается совсем.

В шоке я приняла такую роскошь, пощупала, потрогала: ткань мягкая и нежная. В моём мире такая стоила бы как вся моя зарплата.

— Приятно… Спасибо!

— Мы пойдём.

Вместе с притихшей Гуасией мы отправились в комнату. Переглядываясь через плечо, я тихо спросила у Веда:

— Какой вид у Гуси?

— Ммм… Волосонянка.

— Чтото не заметила у неё обилия волос, как у папеньки.

— Не все волосонянки бывают истинными. У нас же нет запрета на межвидовые браки, вот и получается: ктото пользуется, ктото нет.

— Подожди, что значит «пользуется»?

— Мариша, ну не глупи! В вашем мире тоже такое есть. Я посмотрел в памяти: «поматросил и бросил» — значит примерно то же.

— Ого… Теперь понятно, почему она такая тихая.

— Да, — подтвердил Вед. — Папенька у неё — полуэльф знатный.

Я даже присвистнула: «Даже такое есть!

— А мама — волосонянка. Вот и получилась… недоволосонянка продолжил малыш.

Грустно стало: даже в этом мире есть те, кто пользуется своей властью.

С размышлениями о жизни мы прибыли на место — третий этаж. Дверь внушала. Справившись, мы открыли её и попали внутрь.

Комната была шикарной. Если такие получают все школьники, я готова учиться и учиться! Большое панорамное окно полностью освещало помещение. По сторонам окна стояли две кровати из жёлтого дерева, посередине был стеклянный стол. «Ктото тут любит стекло», — хмыкнула я. Пушистый белый ковёр лежал рядом. Шкафы для одежды были для каждого школьника. Забежав внутрь, я присвистнула.

Ворвалась в соседнюю комнату и завизжала: там была ванна — не как у нас в уделе, а самое настоящее джакузи чёрного цвета. Снизу также были кристаллы.

Вернувшись в комнату, я увидела, что Гуся уже сидит на кровати.

— Ты не против, что я заняла эту кровать? — тихим голосом спросила девушка.

— Мне всё равно. Давай договоримся: мы соседки, поэтому — больше доверия, — подмигнула я.

— Ты уверена? — робко уточнила она.

— На все сто процентов! — крикнула я и блаженно растянулась на кровати.

Девочка украдкой улыбнулась, глядя на меня.

Долго полежать не удалось: раздался стук в дверь, и на пороге возник комендант.

«Нравится мне этот дядька», — решительно подумала я.

Он принёс нам по три вида униформы.

Первый: штаны и блузка чёрного и белого цвета. Я усмехнулась: всё как в школе — белый верх, чёрный низ. Красивые аккуратные ботиночки, конечно же, чёрного цвета. У них тут вообще, похоже, не было других цветов, подметила я: почти всегда только белый и чёрный.

Второй комплект: красивенький сарафанчик до колен тёмносинего цвета и белая блузочка, туфельки. «Это парадная форма», — решила я и оказалась права: Вед шепнул мне на ухо.

Третий комплект — спортивный: майка и штаны, кроссовки.

«Ну точно школа!» — подумала я.

Мы раскидали по шкафам новенькие вещи. Я нежно погладила рукой сарафанчик.

Затем мы с соседкой отправились на поиски еды.

Глава 11

Полный аншлаг …

Столовую мы нашли по очереди… Снова все студенты ринулись кушать, как будто век голодали. Но стоило мне зайти, как все вопросы отпадали.

Запах от блюд стоял божественный. Перед глазами возвышалась еда: блюда словно парили над столом, их было много. Пирожки, пирожные, салатики, какаято травка оранжевого цвета… «Фу, бяка!» — по траве точно стоп. А вот мясо — запечённое, фаршированное, в соусе и без — я оценила. Ну и, конечно же, выпечка. Всё выглядело вкусным, но слезинка скатилась с уголка глаз: вафли я так и не попробовала.

Мы с Гуасией взяли подносы и набрали себе еды. Слюни так и текли. Мысленно потирая ручку, я уже мечтала, как вопьюсь зубками в хрустящую ножку неизвестной птицы. Надеюсь, что это курица. Запахи — бомба! Гуся села рядом, и видно было, что она тоже рада еде. По ней было заметно: дома много не кормили, как и меня, в принципе.

Вонзаясь в ножку, я почувствовала, как сок потёк по губам. Пытаясь справиться с ним, я даже не заметила, как в столовой зазвенела тишина. Да и не особо интересно, честно. Больше притягивал взгляд моя вкусненькая пища.

Ведь малыш больше спал в последнее время. Укутавшись в волосы, он дискомфорта не вызывал. Мелкий зашубуршал недовольно.

— Мариш, посмотри, ты только посмотри! — начал он ёрзать.

И я наконецто оторвала глаза от курочки (или когото там). В столовую вальяжной, царственной походкой шла свита — подругому и не назвать. Так у нас на Земле ходят старшеклассники, думая, что они бесстрашные.

Посмотрела и посмотрела. Чего надо? Уже привыкла к их внешности. Ну подумаешь, уши торчат, или глаза белые, ну или чёрные… Вспомнила про парня, которого увидела в первый день поступления. Что особенного? Всё так же не понимала я Веда и его встревоженности.

— Да ты глянь! Это же второй сын удела Вечега! — делился со мной малыш. — Дааа… Слишком много Насс высшего уровня для этой школы!

— Да ладно, может, они хотят знаний. Школа же для всех, — не понимала я.

— Нет, для таких существ высшего разряда есть своё обучение. Школа для них — просто как развлечение. Тут чтото нечисто.

— Ничего страшного. Оставим панику. Мы не имеем ни малейшего отношения к ним — что к белому, что к чёрному, — громко рассуждала я вслух.

— И зря! Привлекла внимание белого!

Не спеша, со своей свитой он подошёл ко мне и оценивающе посмотрел. «У них тут пунктик на оценивание», — посмеялась мысленно. Ведь Вед старательно посылал тепло и спокойствие, поэтому в этот раз страха перед представителем Насса уже не было.

Задрав голову, я посмотрела на него в ответ.

— Это ты назвала меня белым?

Прищурившись, я осмотрела белые волосы, белые глаза и даже белую одежду. Нервный смешок вырвался наружу.

— Разве не так? — подала голос я.

Почемуто у Насса глаза сузились, руки сжались в кулаки. Я невольно подалась назад. Гуся забыла, как дышать, и, замерев, сидела, как кролик перед удавом.

«Смешно, если бы не моё спокойствие, подаренное малышкойшариком, паника бы точно была», — думала я. Но сейчас, под действием препарата, я была уверена в своих силах.

Продолжая пялиться на парня, я не замечала, как накаляется обстановка. Не выдержав такой наглости, он подался вперёд ко мне, цедя сквозь зубы:

— Да знаешь, кто я?

— Нет, — я не дразнила его, ни в коем случае. Пофигизм Веда действовал как обезболивающее. Позже он признается, что переусердствовал с дозировкой, а сейчас мне море было по колено — словно в лёгком подпитии.

— Многоуважаемый, я не специально назвала тебя так, но ты правда белый, — спокойно сказала я.

Воцарилась тишина. Она и не возобновлялась, но слышно было, как сопит Ведик, — а это редкость.

По лицу парня побежали белые змейки. Заворожённо я продолжала смотреть на это. Рука невольно дёрнулась и собиралась коснуться змеечек. Совсем забыла про соус от курицы: капли попали на белоснежную одежду, пачкая и портя её.

Отшатнувшись, я взмахнула рукой, чем усугубила ситуацию: забрызгала ему лицо.

Проскользнула мысль: «Что я творю?» — но препарат был силён.

— Вот теперь ты точно не белый. Расслабься, — выдала я.

Лицо парня стало красным. Не сдерживая себя, он схватил меня за горло. «Хррр, хррррр», — издала я звук. В глазах потемнело.

— Кто ты такая, что позволяешь себе так разговаривать со мной?! — прогрохотало над моей головой.

— Сейчас прикончу, и дело с концом — за твой язык, что болтает без умолку!

Я стала прощаться с жизнью, честно. С этой короткой, 18летней жизнью придётся попрощаться. Слезинка скатилась по щеке, воздуха не хватало.

— Да, у тебя новая забава, да, Лэр? — раздался с порога столовой насмешливый голос.

— Не терпится предаться страсти? — не спеша подошёл к нашей парочке за столом знакомый парень.

Изза слёз, которые уже катились из глаз, изза нехватки воздуха голова кружилась. Чёрные мушки замелькали, и я, отключившись, сползла к ногам говорившего.

Вот тебе и завтрак… Попадалово…

Глава 12

Черный и белый?

Резко открыла глаза — меня встретил белый потолок. Скосила глаза, оценила обстановку, осмотрелась — и поняла, что очутилась в медчасти. Зато плюс: хорошо, поспала. Воспоминания нахлынули волной.