Зверь. Ты мой враг

— Псина? Чего тебе?

Ловко просовываюсь в узкую щель, отодвинув ведьму.

— Да не бойся, я с миром. Давай выпьем и забудем обиды.

— Нет, это вряд ли.

Надо же, какая несговорчивая.

— Ну, хоть поговорим? Я не такой плохой, как ты думаешь.

— Ты худшая сволочь на свете. Хищный паразит. Но так и быть, заходи, выпьем.

Странная девушка. Уверен, что-то задумала. Хотя чего мне опасаться, магия на меня не действует.

Показывает на стул, берёт бутылку из моих рук и наполняет два стакана. Затем садится напротив и жестом приглашает выпить. Улыбаюсь и опустошаю всё до дна. Мне нечего бояться. Хорошо иметь иммунитет против магии.

Ведьма тоже пьёт залпом. Смотрю на неё с интересом, ожидая реакции.

— Чего уставился? Не волнуйся, я умею пить. С одного стакана не опьянею.

— Почему ты меня ненавидишь?

— А за что тебя любить?

— Ну, я добрый и красивый.

Напрягаюсь от смеха ведьмы.

— Оборотень не может быть хорошим. Да и внешность у тебя средняя. Я люблю жгучих брюнетов. А ты на белую плесень похож.

Так меня ещё никто не оскорблял. Развлекусь с ней и убью. Наплевать, пусть потом что хотят со мной делают.

И почему эта ведьма так странно на меня смотрит? Непонятный жар не даёт нормально думать, разливаясь по телу.

— Что ты налил в бутылку? Псих!

Голос красотки звенит от гнева, и ведьма кажется прекрасной в этот момент. Что за ерунда, она же не в моём вкусе.

— Это отвар подчинения. Скоро ты будешь выполнять всё, что я скажу.

— Ты ненормальный! Это приворотное зелье. Если мужчина и женщина вместе его выпьют, их судьбы навсегда будут связаны.

— Какая ерунда. На меня не подействует.

Странно себя чувствую. Возможно, эта жижа давно просрочена. Лучше пойду отсюда. Ещё будет шанс отомстить за всё. Пытаюсь подняться, но не чувствую ног.

Щёки ведьмы горят румянцем, рот приоткрыт, словно ей тяжело дышать. Шелковистые волосы струятся и переливаются при каждом повороте головы. Не могу оторвать взгляд, любуясь её красотой

— Убирайся отсюда!

Кровь так яростно стучит в висках, что я не слышу её крик.

Нужно бежать от ведьминого проклятия. С трудом встаю, чтобы уйти, но вместо этого жадно впиваюсь в алые, влажные губы.

Глава 4

Рая

Нет, только не это! Я не могу! Я не должна. С кем угодно, но не с ним.

Мозг, как раненый зверь, бьётся о стенки черепной коробки, крича мне не совершать ошибку.

И я хочу сопротивляться, хочу, чтобы всё это оказалось неправдой, но руки и ноги меня больше не слушаются. Я горю. Каждая клеточка тела рвётся к нему. Я заживо сгораю от постыдного желания и не могу себя контролировать.

Будь проклято это приворотное зелье.

Где он его взял и как додумался использовать на мне? Что хуже всего, зачем сам выпил? Не знал, как оно действует, или думал, что благодаря устойчивости к магии на нём не сработает?

Остекленевшие от страсти ледяные глаза так близко. Не успеваю возразить, как настойчивые губы неистово впиваются в грубом поцелуе со вкусом виски. Я лишаюсь воздуха. Нечем дышать. Волк собирается высосать мою душу?

Хочу оттолкнуть, ударить, но, вместо этого, притягиваю ближе и через белоснежную рубашку впиваюсь ногтями в его спину.

Серж отстраняется на секунду и с удивлением всматривается мне в лицо. С моих губ срывается предательский стон желания, который волк расценивает как призыв к действию.

Это был последний шанс остановить безумие, и я его не использовала.

Убирайся! Ненавижу! Внутри всё кричит и рвётся на части, но я отвечаю на яростную страсть оборотня.

Как получилось, что магия сработала на нём, он же неуязвим для ведьминого воздействия?

Мысль мелькнула в голове, как крошечный мотылёк, но я не смогла даже зацепиться за неё.

Всё во мне сейчас поглощено волком. Губы жадно ловят его поцелуи, руки обвивают шею, тело рвётся к нему в надежде утолить эту жажду.

С трудом осознаю, что его рубашка давно валяется на полу, как и моя блузка.

Зверь вдруг становится нежным и внимательно смотрит на меня.

— Ты так похожа на Риту.

Замираю от неожиданности. Да как он смеет произносить имя волчицы, которая погибла по его вине? Её давно нет. Она мертва.

Задыхаюсь от негодования и ненависти, но эти эмоции мгновенно уплывают куда-то вдаль, и меня снова тянет в его объятия.

Не знаю, где он взял зелье, но оно очень сильное. Моя воля полностью сломлена. Всё, что я хочу, это ощутить его внутри, принадлежать ему, раствориться.

Убью! Как только всё это закончится, а он ещё будет разнежен и опустошён, воткну нож ему в сердце. Я должна это сделать. Теперь точно нет другого выхода.

Не в силах сдерживаться, чувствую, как волк тянет меня вниз. Неужели я заслуживаю только секс без любви на полу чужого дома?

По моей щеке скатывается слеза, когда не в силах сопротивляться возбуждению, я покорно протягиваю руки к оборотню.

Мне показалось, или в глазах Сержа отразилась боль?

— Прости.

Шепчет очень тихо прямо на ушко, но я слышу.

Разве я могу его простить? За всё то, что он сделал? Да никогда!

Тянусь к оборотню, в надежде перехватить инициативу, но он с лёгкостью фиксирует меня за запястья. Вторая рука блуждает по моему телу, то нежно лаская, то сжимая до боли.

Мы не дошли ещё до самого главного, а я уже готова кричать в экстазе. Проклятое зелье. Без него разве я чувствовала бы то же самое?

Пока я выслеживала оборотней, мне было совсем не до личной жизни и вот результат. Трахаюсь в коридоре с тем, кого ненавижу больше всего на свете.

— Где спальня в этом домике?

Удивительно, волк может разговаривать. Я думала, приворотное зелье полностью выбило разум из его безмозглой башки.

Осторожно помогает мне встать и поднимает на руки.

— Здесь стакан разбился, а ты босиком. Можешь пораниться.

Смотрю в глаза цвета голубого льда, и меня пронзает догадка. Никакое зелье на него не подействовало.

Начинаю брыкаться, но Серж крепко вцепился и не отпускает.

— Догадалась? Хорошо. Люблю умных.

Хочу ударить по насмешливому лицу, но вместо этого руки тянутся к пуговицам на его брюках.

— Вот молодец. Такая сговорчивая. Не то что в клубе. Бутылочку с вискарём я, пожалуй, потом с собой заберу. Кто знает, когда она мне ещё понадобится.

Смеётся, но стоит прикоснуться к члену, как улыбка сходит с лица, а глаза опять стекленеют от возбуждения.

— Продолжай, не останавливайся.

Хрипит, не в силах больше сдерживаться.

— Да, девочка, прикоснись к нему губами.

Слёзы унижения текут по моим щекам, я послушно наклоняюсь, но волк вдруг подталкивает меня к кровати.

— Хотя нет, это всегда успеется. Не могу больше ждать. Всё-таки наш первый раз должен быть незабываемым.

Аккуратно, чтоб не порвать тонкое кружево, Серж стягивает с меня нижнее бельё. Крепко смотав им мои руки, привязывает к планке над изголовьем и снимает остатки своей одежды.

Видя его обнажённое тело, я снова горю, как в лихорадке. Стыдливо отворачиваюсь, желая, чтоб всё это поскорее закончилось.

— Я не хочу тебя смущать, поэтому выключу свет. Нам предстоит длинный вечер и долгая ночь.