Агент сигма-класса. Больше, чем телохранительница

– Если ты прекрасно помнишь, как давно не навещал старика, то твоему игнорированию нет оправдания!

– Ха! Я бы поспорил, кто из нас двоих старик.

– Дарр, вот только не начинай, а?

К этому моменту я наконец смогла проморгаться и увидеть высокого светловолосого с небольшой сединой пикси в сером деловом костюме, а также украдкой рассмотрела кабинет с красивой и явно очень дорогой мебелью. Внушительных размеров стол на металлических ножках с массивной стеклянной столешницей, глубокие яйцевидные кресла, обшитые гладкой кожей, а ещё ионный фонтан правее от входа. Обводя взглядом просторное помещение, я случайно наткнулась на эльтонийку в короткой юбке-карандаше, плотно облегавшей высокую грудь блузке и на немыслимо высоких шпильках. Её розовые с сиреневым отливом волосы были собраны в высокий конский хвост, от этого образ становился ещё более дерзким, если не сказать стервозным. При виде меня девушка осуждающе поджала пухлые губы, прищурилась и коротким жестом велела сесть к стене и не отсвечивать. Я послушалась, так и не поняв, чем заслужила столь негативное отношение.

– Так, Дарр, какими судьбами? Чем обязан тому, что ты про меня наконец-таки вспомнил?

Моё внимание вновь привлёк диалог двоих мужчин.

– Вообще-то я по делу. – Внезапно цварг, с которым я ехала в лифте, перешёл на деловой тон. – Мне нужны два хороших беты с опытом…

– Космофлоту требуются беты? – Маркеланн картинно заломил светлую бровь. – Мне уже начинать бояться?

Цварг выразительно фыркнул – точь-в-точь как я в коридоре.

– Марко, со мной твои манипуляции не прокатят. Да, мне нужны два беты, и ты прекрасно знаешь, что по многим, в том числе и политическим, соображениям корабли Космофлота могут появиться не во всех системах. Я не могу тебе сообщить цель задания и место – извини, информация секретна. Из всего, что тебя интересует, могу сказать лишь одно: твоим агентам придётся притвориться туристами и разведать обстановку, однако велика вероятность, что может внезапно стать очень жарко и потребуется отбиваться холодным оружием.

– Холодным оружием? – с подозрением переспросил Маркеланн. – Федерация рассматривает возможность взять в свои ряды какую-то отсталую планетку, обитатели которой даже не изобрели плазменные бластеры?

– Почва планеты весьма взрывоопасна, поэтому только холодное оружие, – пояснил офицер и шутливо возмутился: – Марко, старый ты лис, прекрати выпытывать из меня информацию!

– Хм-м-м… – Пикси сложил две из шести рук на груди, а ещё четырьмя начал перебирать электронные бумаги на своём столе. – В таком случае я думаю, что для этого задания идеально подойдет связка из алеф- и бета-класса. У меня есть одна парочка, вместе работают уже одиннадцать лет, а по отдельности на Особый Отдел – более сорока. Понимают друг друга с полуслова, бета перенял некоторые свойства алефа, хорошо маскируется и играет на публику, алеф очень метко стреляет из арбалета и кидает ножи. Вот. Возьмёшь?

– Да, – ответил офицер, бросив лишь короткий взгляд на документы. – Подходят. И ещё кое-что… мне нужен агент сигма-класса.

– Сигма? – На этот раз пикси удивился по-настоящему. – Кому-то из совета адмиралов требуется сигма-агент?

– Нет, мне. И да, чуть не забыл. Встретил у вас в коридоре девочку. – Цварг обернулся и, найдя меня взглядом, успокоился. – Видимо, кто-то из твоих сотрудников привёз на борт «Безымянного». Это, конечно, не моё дело, но я до сих пор считал, что твои люди более ответственные. Бросить маленького ребёнка на незнакомом космическом корабле повышенного класса секретности, где даже лифтом невозможно воспользоваться без знания шифра, – это чересчур даже для первокурсников Академии, я уже молчу о высококвалифицированных агентах.

К этому моменту эльтонийка уже успела усесться за свой стол и, закинув ногу на ногу, что-то усердно начала набирать на компьютере. Она и ухом не повела, когда Даррен заговорил обо мне, однако пикси внезапно резко повернул голову, и меня буквально пригвоздило к стене взглядом льдисто-голубых глаз. Вот только что он был добродушным приятелем цварга, а вот – то самое «начальство», от внимания которого мельчайшие волоски на руках встают дыбом. И сейчас по одному только взгляду я точно поняла, что он, в отличие от секретарши и офицера Космического Флота, совершенно точно в курсе всех моих секретов. Даже в курсе того, что я взломала панель управления в личной каюте и изучила шифр, которым тут всё закодировано.

– Ты же знаешь, Даррен, вырастить и воспитать хорошего сигма-агента очень сложно, – задумчиво произнёс Маркеланн, растягивая гласные. – Тем более для цварга. А тем более – для тебя.

Я невольно затаила дыхание, слушая диалог мужчин. Этому бравому офицеру нужна личная тень? Помощник и телохранитель в одном лице? Чем же он таким занимается?

– Знаю. – Даррен неуловимо поморщился. – Но так обстоят дела. Именно поэтому я решил заявить о своём желании заранее. Могу подождать год, два или три, пока ты будешь искать подходящего агента. По личным пожеланиям – это должен быть обязательно мужчина. Меня устроит опытный пикси или сообразительный молодой ларк, готовый отлучиться от своей стаи. На худой конец и цварг подойдёт, хотя не уверен, что мы уживёмся характерами.

– Хм-м-м… – пробурчал Маркеланн, – ты хотя бы понимаешь, насколько невыполнимую задачу мне ставишь? Напомни, пожалуйста, в каком радиусе ты чувствуешь эмоции? Десять метров? Двадцать?

– Эту комнату, обе соседних и коридор. Да, я понимаю, на что ты намекаешь. Не в моём возрасте и не с моей чувствительностью на колебания искать сигма-агента. Обратись я к тебе лет на сто раньше, было бы проще. Сейчас моё чутьё настолько острое, что порой находиться с кем-то в замкнутом пространстве и вовсе противно. Но ты даже не представляешь, насколько мне нужен помощник, на которого я мог бы положиться.

В последних словах мне почудился отголосок хорошо запрятанной боли.

– Так почему ты просто не попробовал вырастить и воспитать себе преемника из тех, что служили под твоим руководством? В Академию каждый год поступают сотни кадетов. Возьми любого и посули ему стать твоим адъютантом! Делов-то!

Цварг вновь поморщился:

– Марко, я пробовал, в итоге потерял пятнадцать лет. Часть кадетов отсеивается в процессе учёбы, а та часть, что остаётся, уже имеет конкретные далеко идущие планы. Мало кто хочет идти ко мне в адъютанты. Девушек я не беру – слишком опасная работа, а им ещё заводить семью. А те, кто идёт целенаправленно… – офицер запнулся на какую-то долю секунды, – просто хотят сократить путь от старшего лейтенанта до командора. Ребята слишком амбициозные, постоянно рвутся в бой, в них бушуют юношеские гормоны настолько сильно, что мне порой тяжело находиться с ними рядом – слишком сильные мозговые колебания, слишком эмоциональные. Одно дело – прийти, прочитать лекцию или принять экзамен, другое дело – взять с собой на полевые работы на месяц и взаимодействовать круглосуточно. Те, что более уравновешенные и сообразительные, быстро выбиваются в майоры, стремятся построить карьеру, попасть на флагманские крейсеры Космофлота с миротворческими миссиями или занять место подле послов Федерации. Никто не хочет дрейфовать восемь месяцев в астероидном поясе на урезанном пайке и вылавливать заражённых сиумалишкой гоцций, что внезапно вознамерились покорить соседнюю систему. Я уже молчу про патрулирование астероидных тюрем и добычу минералов в шахтах.

Я всё ещё переваривала сказанное Дарреном в тот момент, когда Маркеланн поменял позу и, побарабанив пальцами по стеклянной столешнице, внезапно произнёс:

– Хорошо, Дарр, я понимаю и принимаю твои резоны, но чуда совершить не могу. Сам понимаешь, сигма-агенты – редкость. Это не просто умения и навыки, это определённый склад ума и характера, а в случае с цваргами – ещё и определённая частота колебаний излучения мозга. С учётом того, что с годами вы становитесь только разборчивее, гм-м-м… это представляет наибольшую сложность.

– Да не тяни уже, Марко! Я чувствую, что ты сейчас пытаешься набить цену своим спецам. Показывай дела! – нетерпеливо перебил цварг. – У меня не так много времени.

Начальник Особого Отдела едва заметно вздохнул, но нажал на какую-то кнопку под своей столешницей. В воздухе мгновенно материализовались три светло-голубые голограммы. Первая – очень красивой, нет, роскошной блондинки с шестью руками, внешне невероятно похожей на Лоретт, с сощуренным хищным взглядом. Её поза была неуловимо угрожающей. Если бы меня спросили, к какому классу относится агент, я бы смело отнесла её к бетам – было в ней что-то провокационно-угрожающее.

За пиксиянкой я рассмотрела молодого цварга с уже сформировавшимися рогами. Он выглядел расслабленно, но в глазах читалась эдакая бесшабашность – я научилась замечать эту черту в людях, ведь именно так светились глаза Любомира, когда он придумывал очередную весёлую, но крайне опасную затею.

Третьей мерцала голограмма эльтонийки. Красивая, статная, чем-то неуловимо напоминавшая Элизабет, в строгом платье. Без улыбки на лице, но и без агрессии во взгляде. Она производила впечатление профессионала.

У каждого объемного изображения сбоку были выведены иконки с навыками гуманоидов. Я со своего места не смогла разобрать и половины картинок, но всё равно мысленно присвистнула. Боюсь, если моё досье существует, то там есть лишь одна пиктограмма, обозначающая, что я умею собирать и разбирать бытовых роботов.

– Нет. – Даррен прошёлся вдоль голограмм. – Нет и нет. Эти не подходят. Показывай следующих.

– Боюсь, свободных на ближайшие сорок лет больше нет, Дарр.

– Как, всего трое?! – изумился цварг.

– Это те трое, на кого контракты не продлялись по каким-либо причинам, остальные заняты.

– Что, больше совсем-совсем никого? Марко, ты же должен понимать, что ни один из этих мне не подойдёт!

Марко немного замялся с ответом, а у меня сердце пропустило удар, когда я услышала:

– Ну, вообще-то есть ещё один сигма-агент…

– Так в чём дело? Показывай голограмму, – обрадовался Даррен.

– В этом нет необходимости. Ты, собственно, уже с ним познакомился.

– С кем? – Дарр обвёл помещение взглядом и остановился на фигуристой эльтонийке, что как раз закончила вбивать информацию в компьютер и, томно вздохнув, потянулась к ремешку туфельки что-то поправить. Разумеется, при этом движении она каким-то образом умудрилась выпятить свою объёмную грудь ещё больше.

Я поймала себя на том, что испытываю глухое раздражение, но тут же затолкала его глубже. Вдох-выдох. Здесь в помещении мужчина, умеющий чувствовать эмоции. Надо успокоиться и подумать о чём-нибудь другом.

– Эта? При всём моём уважении, Марко… – начал говорить Даррен, явно подумавший, что ему хотят предложить в качестве сигмы эту особу.

Голос офицера звучал вежливо, но непреклонно, однако Моро всё-таки перебил старого знакомого, не дав тому договорить:

– Да нет же. Девочка. Вон сидит у стенки, ты её привёл. Это агент сигма-класса.

– Эта девочка?!

Цварг обернулся, и на его лице я прочитала весь спектр эмоций от потрясения до… смеха?

– Дружище, это несерьёзно. С каких пор вам настолько перестало хватать гуманоидов, что вы решили похищать чужих детей? Это же захухря! – И, обратившись ко мне, мягко добавил: – Без обид, Джерри.

Я кивнула. Какие уж обиды? Захухрями называли жителей Захрана – второй планеты Федерации, населённой людьми. Однако, в отличие от таноржцев, захухри, вместо того чтобы развивать технологии, долгие столетия выкачивали ценные ресурсы из недр земли, а потом и вовсе сделали из неё официальную мусорную свалку. Экология на этой планете ужасная, средняя продолжительность жизни составляет всего семьдесят пять лет, а образование… ну, есть какое-то – и на том спасибо. Даже сами таноржцы относятся к своим «братьям меньшим» с лёгким сочувствием, что уж говорить о цваргах?

Почему Даррен подумал, что я отношусь к захухрям, тоже не секрет. Пожалуй, единственное, чем люди с Захрана выгодно отличались от нас, это разнообразие во внешности. Среди них встречались и натуральные блондинки, и огненно-рыжие, и шатенки, и стройные, и толстые, и высокие, и очень низенькие, с крутыми бёдрами и узкими плечами, с пышной, как у эльтониек, грудью и плоские, словно панели для стен. Таноржцы все как на подбор рождались смуглыми, чуть худощавыми, с раскосыми тёмными глазами и достаточно плоскими круглыми лицами. По цвету волос мы тоже отличались незначительно: от светло-кофейного до цвета горького шоколада. С моим разрезом глаз, острым подбородком и карамельным оттенком волос я выглядела как самая настоящая гражданка Захрана.

– Не суди по внешности, Дарр.

– Да при чём тут внешность, Марко? – Хвост цварга прочертил глубокую борозду в полу, словно нож прошёлся по мягкому маслу. Кажется, Даррен только сейчас осознал, что начальник Особого Отдела не шутил, когда говорил про меня. – Это ребёнок! Понимаешь? Ре-бё-нок! А мне нужен полноценный агент!

– Так она и будет полноценным сигма-агентом через пятнадцать лет, – невозмутимо парировал блондин с шестью руками.

– Через пятнадцать лет? И сколько ей тогда будет? Двадцать один? Да моему сыну сейчас двадцать, и у этого оболтуса рога ещё прорезаться не начали. Это всё дети…

Мужчина устало выдохнул и приложил три пальца на переносицу. Кажется, его давно так никто и ничто не расстраивало.

А мне вот в этот момент стало действительно обидно. Во-первых, я не чувствовала себя в этом теле ребёнком. Маленькая – да. На кровать неудобно залезать, и стулья, сканеры и кнопки на дверях и стенах располагаются слишком высоко, а ещё голос немного писклявый, но на этом всё. Во-вторых, откуда этому цваргу знать, какой я буду через пятнадцать лет? Это большой срок, а люди и цварги развиваются совершенно по-разному, нас нельзя сравнивать.

В тот момент, когда я уже намеревалась влезть в разговор мужчин, Маркеланн неожиданно посмотрел на меня и подмигнул. Или мне показалось, что подмигнул… не знаю. Слишком уже ошеломлённой я себя почувствовала, когда ко мне обратились, да ещё и на «вы».

– Уважаемая Джерри Клифф, перед вами старший офицер, заслуженный адмирал Космического Флота, член совета адмиралов, четырежды награждённый за доблесть и отвагу, капитан крейсера «Молниеносный», Даррен Нуаре. У вас есть уникальная возможность попытаться заинтересовать адмирала. Возможно, он захочет увидеть вас как своего личного агента сигма-класса.

Когда Маркеланн произнёс словосочетание «Даррен Нуаре», из моих лёгких будто вылетел весь воздух разом, в крови забурлили пузырьки шампанского, а голова закружилась. Я никогда не видела адмирала Нуаре воочию, но много раз читала в инфосети о его заслугах и всегда с восхищением относилась к его поступкам. Не знаю почему, но среди всех адмиралов Космического Флота мне с детства нравилось читать именно о Нуаре, о том, как благодаря его «Молниеносному» была в кратчайшие сроки выиграна война с опасными каннибалами в тридцать шестом секторе. О том, как он самолично уничтожил зарождавшуюся чёрную дыру близ соседней с Таноргом системы, не побоявшись подлететь к ней чуть ли не вплотную. О том, как во время войны с трасками он был захвачен в плен рептилоидами, но смог сбежать и на ничтожных запасах воды и питания добраться до рукава Мегериса, откуда отправил сигнал в Космофлот, передав бесценную информацию о расстановке сил противника.

Таноржцы не имели собственной регулярной армии, но всегда с уважением относились к Космическому Флоту, памятуя, кто именно их защищал в войнах. Историю последних веков, с момента формирования Альянса Развитых Планет, позже ставшего Федерацией Объединённых Миров, преподавали с младших классов, и многие фамилии героев войны были на слуху. Именно фамилии, но не изображения или голограммы, так как сами гуманоиды не разрешали публиковать настолько личную информацию в межгалактической инфосети.

Я вполуха слушала то, что произносил Маркеланн Моро, и внимательно следила за лицом цварга. Неужели это и есть тот самыйадмирал?

На хвалебных словах и перечислении регалий Даррен едва уловимо поморщился. И до меня вдруг дошло: ему не нравится весь этот официоз, а рассказ о том, что молодые люди нынче амбициозны и хотят выслужиться, чтобы построить карьеру, – острый недостаток. Я внимательно смотрела на красивое лицо с правильными чертами, твёрдым подбородком и горбинкой на носу, явно заработанной в рукопашном бою, и думала обо всём, что было сказано. А ещё вспомнила мозолистую ладонь, которая крепко сжимала мою, и то, как мужчина легко и быстро взвалил на себя, как ему тогда показалось, детские проблемы. Где адмирал Нуаре мог заработать такие мозоли в мирное время? Уж точно не читая лекции студентам Академии… Сама собой всплыла фраза: «А те, кто идут сами… просто хотят сократить путь от старшего лейтенанта до командора». Очевидно, адмирал постеснялся говорить при шестилетней девочке словосочетание «через постель».

Хитрый пикси не просто так обронил фразу о том, что я могу попытатьсязаинтересовать своей кандидатурой Даррена. Это была тонко продуманная манипуляция. Он рассчитывал задеть меня и заставить угодить клиенту. Но правда была в том, что Даррен мне понравился с первого взгляда, ещё у лифтов. И я хотела понравиться ему просто потому, что он понравился мне. Мягкая улыбка и золотые крапинки в тёплых фиалковых глазах, искренняя забота и беспокойство, не задел ли он меня, когда шагнул назад. Не потому, что я стою пять с лишним миллионов кредитов, а потому, что я – это я. Мне просто хотелось убрать с его лица следы усталости и подарить то же чувство надёжности и спокойствия, какое окутало меня, когда он взял мою ладонь в свою руку. Сейчас же, когда я узнала, кто именнопередо мной находится, желание стать ближе к адмиралу только окрепло. Именно поэтому я храбро произнесла:

– Адмирал Даррен, я, конечно, не соответствую вашим требованиям и наверняка на текущий момент не могу конкурировать, – мотнула головой на голограммы, – но, в отличие от кадетов Космического Флота, я буду работать на вас все десять лет без выходных и увольнительных. У меня нет семьи и теперь уже никогда не будет, по этому пункту вы можете не волноваться. Я не стремлюсь получить звание старшего офицера и готова поклясться, что в период действия договора буду поступать исключительно из соображений ваших личных интересов. Чисто с физической точки зрения я не являюсь захухрей… – Предостерегающий взгляд пикси обжёг меня, и я поправилась: – …в классическом понимании. Моё тело несколько, гм… улучшено. Док заверил, что я буду жить как минимум двести лет. И да, эти улучшения также отражаются на моей силе. Поверьте, если вы ищете сигма-мужчину, потому что ваша работа тяжела, меня это ничуть не испугает. Я могу согнуть железный прут голыми руками. Наконец…

Я перевела взгляд на секретаршу начальства, которая с особой грацией поковыряла свою туфлю и теперь решила включить функцию самоочистки в ионном фонтанчике.

Разумеется, для реализации последней затеи пышногрудой красотке вновь потребовалось наклониться в своей возмутительно короткой мини-юбке. Рассматривая, как эластичная ткань плотно облепила без сомнения восхитительную филейную часть дамочки, я лихорадочно подумала, как сообщить, что я не буду рваться в постель цварга.

Очевидно, адмирал Нуаре устал от такого сорта женщин, раз чуть ли не первым его требованием было, что агент сигма-класса должен быть непременно мужчиной. Не важна раса, главное – пол. Вот только шестилетняя девочка, по идее, не должна знать, что такое «секс» и почему некоторые представительницы прекрасного пола так любят вешаться на адмиралов. Внезапно меня осенило:

– …Наконец, я бы не стала надевать на работу столь непрактичную вещь, как мини-юбка, когда требуется нагибаться. Кстати, прошу прощения, – обратилась к эльтонийке, – кнопка самоочистки, которую вы так долго ищете, вон там, выше на двадцать сантиметров. Странно, что за столько лет работы вы так и не запомнили, где она находится.

Цварг неожиданно запрокинул голову и заливисто рассмеялся. Искренне, весело, задорно и заразительно. Я не удержалась и улыбнулась в ответ. Ровно до того момента, как услышала:

– Марко, ты старый лис и интриган! Признаюсь, я даже вначале поверил тому, что девчонка будет сигмой. Как ты заставил её выучить такую сложную речь?

Я бросила обеспокоенный взгляд на блондина, а тот, шевельнув лишь одной из своих многочисленных рук, включил голопроектор, где была пятисекундная запись, как я на занятии с Лоретт согнула железный прут. Запись умело обрывалась: не было видно ни моих ран на ладонях, ни недовольства на лице тренера.

Смех Даррена затих мгновенно.

– Джерри никто не учил новому внутреннему шифру. Она смогла его изучить сама, взломав панель управления, – добавил Маркеланн, а на голопроекторе вывелась ещё одна запись, как я старательно раскручиваю маникюрными ножницами винтики, держащие дисплей панели управления.

О-о-ох, вот ведь… Зато благодаря этим записям я теперь знаю, где искать скрытые камеры в моей новой каюте.

– Так ты действительно будущий сигма-агент? – На этот раз цварг на меня посмотрел серьёзно, без тени улыбки на лице.

– Да. – Я кивнула и, зажмурившись на секунду, пошла ва-банк: – И никого лучше меня вам не найти. Вы даже почти наступили на меня у лифтов, не заметив, хотя должны были почуять мои эмоции, как только я приблизилась…

Сердце оглушительно билось о рёбра. Кровь молоточками стучала в висках. Мне было откровенно страшно произносить эти слова, но… Видеозапись с тем, как я разбираю панель управления, и слова «старый лис и интриган» натолкнули меня на размышления.

Руководитель Особого Отдела совершенно точно знал, что я разобралась с внутренним языком управления и смогу воспользоваться лифтом. Наверняка он догадывался, с какой целью на «Безымянный» пожалует адмирал Нуаре, и вполне мог просчитать траекторию полёта и время прибытия, как только корабль Даррена вошёл в зону действия радаров крейсера. Дальше всё совсем просто. Расписание мне обещала переслать Элизабет – подчинённая Маркеланна Моро, но почему-то не дала его мне сразу. Почему? Неужели точно не знала времени начала занятий? Или же Моро хотел подгадать всё так, чтобы мы с адмиралом встретились у лифта? Если да, то что именно ему требовалось? Уж не проверить ли, как цварги воспринимают эмоции тех, кто получил сыворотку? Вдруг мои наноботы запрограммированы не только постепенно растягивать титановый каркас с ростом тела, но и особым образом экранируют излучение головного мозга?

Конечно, всё это лишь предположения, основанные на крошечных нестыковках, но чем больше я думала об этом, тем сильнее склонялась к мысли, что наша встреча с адмиралом Дарреном не была случайной.

Пока в голове мысли крутились со скоростью света, а сердце отбивало канкан, Даррен плавными широкими шагами приблизился ко мне. Встал настолько близко, что меня обдало его потрясающим одеколоном из свежей хвои с нотками сосновой смолы. Я прикрыла ресницы, стараясь не выдать волнения дыханием, ведь фактически сейчас решалось очень многое.

– Странно… – Мужской голос прозвучал так, что я удивлённо распахнула веки и чуть не отпрянула.

Цварг посмотрел мне прямо в глаза. Его невероятные аметистовые радужки находились в каких-то считанных сантиметрах, а золотые крошки плавились в них, совсем как свинцовые слитки на открытом огне. Завораживающе!

– …Я действительно почти не чувствую твоих эмоций. Это так необычно для… человека. – Он явно хотел сказать «захухри», но исправился в последний момент. – Ваша раса очень эмоциональная, а ты совсем ничем не пахнешь.

Я робко улыбнулась:

– Но это же хорошо?

– Хорошо, – озадаченно согласился Даррен и поднялся с корточек. – Маркеланн, ты убедил меня. Я подпишу контракт на Джерри. Называй любую сумму, на этот раз ты смог меня удивить.

***

Адмирал Даррен Нуаре

Я до последнего думал, что старина Марко решил меня разыграть. Эдакая дружеская месть за то, что пару десятков лет назад я увёл у него из-под носа замечательный истребитель класса «Тигр», дорогостоящую модель скоростных кораблей – штучное производство. Моро как раз назначил личную встречу с Адрианом Моренго – изобретателем и владельцем новенького истребителя – на тот день, когда я случайно оказался на Танорге и перекупил готовый корабль, чтобы как можно быстрее добраться до системы Альфа Центавра.

И вот, глядя на невозмутимое лицо хитрого пикси, я терялся в догадках. Я готов был поспорить на того самого «Тигра», что встреча в лифтёрной не была случайной. Разве может шестилетний ребёнок самостоятельно освоить секретный шифр? Так по-взрослому рассуждать и перечислять причины, по которым я должен нанять её в качестве своего сигма-агента?

«…У меня нет семьи, я буду поступать исключительно из соображений ваших личных интересов, моё тело улучшено, я буду жить как минимум двести лет…»