Агент алеф-класса

Я показательно обвела взглядом весь ресторан.

– Всё. Сто тридцать третий этаж. Ваши люди. Перевод кредитов.

– Прекрасная Лоллиатэ́ … – Дмирт едва заметно усмехнулся, прикоснувшись взглядом к моей маске. – Я вижу два варианта развития событий. Я знаю, что вы украли информацию из серверной Шармэля Грецци. Дело в том, что на своих компьютерах он хранил нужные мне данные. Если вы согласитесь сотрудничать, то я вас щедро отблагодарю. Будем считать эти полторы тысячи кредитов моим авансом.

– А второй вариант? – спросила я, лихорадочно анализируя, в какую же швархову дыру меня засосало на этот раз.

– А во втором варианте событий, боюсь, Системная Полиция Тур-Рина получит убийцу хозяина сети элитных казино. Кстати, – он небрежно встряхнул рукой и мельком глянул на эксклюзивные часы, – менее чем через четверть часа.

Четверть часа по-туррински – это целых восемнадцать минут. А для меня это уже очень многое. Во-первых, я вслепую угнала челнок с Пикса менее чем за семь минут, а во-вторых, прошла экзаменационную полосу препятствий за шестнадцать. Сам того не осознавая, сын посла с Захрана подарил мне надежду. Очевидно, этот мужчина не понял, что я работаю на ЭСР. Он принял меня за удачливую воришку-одиночку, но не связал с филиалом крупнейшей секретной организации Эльтона. А ещё Дмирт более чем уверен, что под маской сидит девушка с лицом Лоллиатэ́ Киано. Если дело дойдёт до «жареного» и маску с меня всё-таки сорвут, то Системной Полиции будет нечего мне предъявить. Неприятный, конечно, расклад событий, но не смертельный.

Итак, у меня есть восемнадцать минут на то, чтобы понять, что вообще произошло той ночью в казино.

– Дмирт, а неужели вы не опасаетесь сотрудничать с… хм… убийцей?

Мужчина пожал плечами, никак не выдав своих чувств.

– Там, откуда я родом, говорят: «Победителей не судят, а о проигравших не вспоминают». Будем откровенны, слабая эльтонийка против крупного тренированного шестирукого мужчины… это… хм… Вы смогли меня удивить. – Внимательный взгляд прошёлся по моему лицу, скулам, губам и вновь опустился в вырез туники. – Многие думают, что главное во флирте – сексуальность. Но на самом деле главное во флирте – умение удивлять, и нет ничего сексуальнее этого. Однако должен признать, методы у вас весьма-а-а неординарные.

Конечно, я не ожидала фразы: «Так это я пошёл по вашим стопам, нашёл обездвиженного господина Грецци и вколол ему дексоксатин», – но и фраза о том, что победителей не судят, прозвучала весьма и весьма двусмысленно. Уж не имеет ли он в виду, что явившись после меня в кабинет к пикси, был удивлён тем, как я обезоружила Шармэля? Рой колючих мурашек пробежался у меня по спине. Или в этих словах нет двойного дна, и он уверен, что это я убила хозяина сети казино? Но если это была не я и не он, то кто?! Вселенная, ещё немного, и у меня взорвётся голова! Как же она болит…

Кофе принесли как раз вовремя. Я пригубила обжигающе горячий напиток, даже толком не распробовав. У меня оставалось менее пятнадцати минут, чтобы хоть как-то разобраться в этой головоломке.

– С чего вы решили, что я была в серверной казино? – спросила Дмирта, глядя в глаза цвета океана на Зоннене.

Занимательно, ещё никогда не встречала людей с таким цветом глаз.

– Лоллиатэ́, вот только давайте без этих ужимок. Мы оба понимаем, что в ту ночь вы пытались мною прикрыться. Тогда я пристально не следил за вами, а потому не заметил многих деталей. Сейчас же прекрасно вижу, как бесшумно вы двигаетесь, как ловко вычислили моих людей в ресторане, как привычно проверили чужой коммуникатор. Это, знаете ли, о многом говорит. Да и свет не так часто моргает в казино. А уж ваш побег в дамскую комнату не выдерживает никакой критики.

– А почему вы считаете, что у меня есть нужная информация? – задала следующий весьма провокационный вопрос мужчине, подарив лёгкую улыбку. Мужчины любят, когда их интеллектуальные способности оценивают по достоинству.

Дмирт неторопливо отпил немного кофе, прежде чем ответить. Со стороны могло бы показаться, что наш завтрак – это дружеская встреча коллег по работе или даже старых приятелей, вот только прислушайся кто к нашему разговору, и у него бы волосы встали дыбом по всему телу. С другой стороны, я была готова поставить свой флаер на то, что Дмиртарион заранее позаботился о нейтрализации прослушки, если она здесь и была.

– Я не верю, чтобы такая хитрая лиса, как вы, – брюнет на этот раз насмешливо окинул взглядом мои малиновые волосы, которые на свету действительно слегка отдавали в рыжий, – не посмотрела, что копирует. Кто бы ни был вашим заказчиком, – Дмирт понизил голос почти до интимного шёпота, – я обещаю, что заплачу вам гораздобольше.

Я с трудом скинула наваждение, потому что пока смотрела на его порочные губы, думала вовсе не о кредитах. Ксандра, да что с тобой такое?! Ты профессионал или как?

– За базу клиентов казино и их личные финансовые истории? – задала следующий вопрос.

– Вот эту ерунду как раз можешь скормить своему клиенту. Разумеется, меня интересует не это.

Похоронным набатом в голове раздались слова таинственного собеседника Шармэля: «Эта информация не должна попасть к клиентам в руки, ни при каких условиях. Они не должны знать, кто является поставщиком. Ты меня понял?!». Шва-а-а-рх! Кажется, я попала…

И основная проблема даже не в этико-моральных качествах алеф-агента, перепродаже информации и прочее, и прочее. Основная проблема заключается в том, что я видела, что копировала на флешку. Я никогда ничего не делаю бездумно. База данных клиентов, финансовая состоятельность, движимое и недвижимое имущество, биометрические данные… Да, там было море уникальной информации и в то же время явно ничего такого, за что Дмирт готов выложить круглую сумму.

– А разве не логичнее самостоятельно пробраться в серверную казино и скопировать то, что требуется? Всё-таки свои люди надёжнее, а вы фактически не оставляете мне никаких вариантов. Дикая лисица, загнанная в угол, может показать клыки. – Я снова улыбнулась, делая вид, что этот разговор мне доставляет удовольствие и я набиваю себе цену.

Актёрское мастерство всегда было моим любимым предметом. И что бы там ни считал Дмиртарион, то, что он увидел, как я проверяю его коммуникатор и гостей в ресторане, было исключительно потому, что я позволила ему это увидеть.

– Не легче. – Он покачал головой. – То, что сделали вы, и раньше-то считалось из разряда невозможного, а теперь из-за смерти господина Грецци компьютеры оцепили и изъяли высшие инстанции. Я даже не рассматриваю такой вариант.

– Хм… – произнесла я, вновь отпивая кофе.

Полученная информация лишь повысила градус моего нервного напряжения.

– Лоллиатэ́. – Мои судорожные мыслительные процессы Дмирт воспринял как сомнение на его счёт. – Поверьте, я умею быть благодарным. Если хотите, я не только щедро заплачу за информацию, но ещё и вывезу вас на другую планету. Я прекрасно понимаю, в какой затруднительной ситуации вы находитесь…

Мысленно грязно выругалась. О-о-о, Дмиртарион, ты даже не представляешь, в какой глубокой чёрной дыре я нахожусь! И дело здесь не в том, что я не могу покинуть планету, это-то как раз меньшая из моих проблем. У меня просто-напросто нет той информации, которая тебе нужна, и мне совершенно не нравится, что я – твой единственный шанс её получить… И вот это «победителей не судят» – тоже. Вот что меня волнует не на шутку!

– …скажем, на Цварг. Прекрасная планета. Не находите? – тем временем продолжал расписывать моё радужное будущее сын посла с Захрана.

Цварг? Почему Цварг? Что я прослушала?

Я вскинула взгляд на Дмирта, и меня буквально засосало в бушующий сине-зелёный океан. Какие у него всё-таки необычные глаза… и невероятно чувственные губы… Собственное дыхание участилось, пальцы задрожали, и их обожгло расплескавшимся кофе. Почему я сопротивляюсь его предложению? Чего боюсь?

В голове зазвенел тревожный звоночек.

– Лоллиатэ́, вы согласны?

Я с усилием моргнула, чем прервала зрительный контакт, и словно резко очнулась от дурного вяжущего сна. Что за ерунда со мной творится в последнее время?! Вначале Кирк, теперь Дмирт… Неужели Кэйти была права?..

– Системная Полиция уже в зале. Они проверяют документы у всех эльтониек и с минуты на минуту доберутся до нашего столика. Решайтесь.

Я с трудом повернула голову в сторону входа в «Госпожу удачу», где четверо сотрудников Системной Полиции слаженно и чётко работали. Двое стерегли скоростной лифт, а ещё двое планомерно продвигались по залу, вежливо прося показать документы, стереть аквагрим, снять шляпы и маски.

– Мне надо припудрить носик. – Я решительно встала из-за стола.

– Не утруждайтесь, Лоллиатэ́. – Глаза Дмирта ослепительно блеснули. – Единственный выход из ресторана перекрыт, а в зале полно моих людей. Сколько бы оружия вы с собой ни взяли и как бы ни сопротивлялись, вас повяжут. Это лишь вопрос времени и количества трупов. Оно вам надо?

– И всё-таки, Дмирт, – очаровательно улыбнулась, стараясь транслировать кокетство и флирт, а никак не испуг и смятение, – вы забываете, что я девушка. Дайте мне несколько минут, чтобы смириться со своим поражением. К тому же, как вы верно отметили, сбежать я отсюда не смогу. Так что вы ничем не рискуете.

Дмирт кивнул и отсалютовал мне чашкой с недопитым кофе. Я развернулась и плавно пошла в дамскую комнату, на грани сознания контролируя шаги, дыхание, улыбку. В голове отчаянно крутилось: «Бежать!». Зал действительно кишел гуманоидами. Машинально подсчитала тех, кто слишком старательно меня не замечал. Пять людей Дмирта, четверо охранников. Итого девять. Сам брюнет будет десятым. Боюсь, силы в этот раз не то чтобы равны. С шестью или семью я бы ещё потягалась, но десять…

Мысли сами собой вернулись к Юзефу, который много лет прикрывал мне спину.

В туалете «Госпожи удачи» мне повезло. Наверное, впервые за последние шварховы сутки мне по-настоящему повезло! Здесь не было ни камер, ни посторонних людей. Я, не задумываясь, вывела на электронное табло входной двери стандартную надпись: «Закрыто по техническим причинам. Приносим извинения за временные неудобства». Стянула с пальца кольцо с вульгарно огромным бриллиантом. На Тур-Рине каждая вторая носила роскошные украшения, поэтому моё кольцо ни у кого не вызывало подозрений. Поддела ногтем лапки, фиксирующие алмаз, и перевернула камень скрытой стороной. По моим эскизам этот бриллиант был огранён у ювелира особым способом. Мне было плевать, сколько суммарно граней получится у камня – пятьдесят семь или пятьдесят девять. Единственное условие, которое я поставила мастеру – сделать с одной стороны камень настолько острым, чтобы его можно было использовать как заточку. Вновь зафиксировала металлические лапки и с силой провела по глухому стеклопакету. Разумеется, окна на сто тридцать третьем этаже не открывались, однако архитектор не стал заморачиваться на пуленепробиваемость. В данный момент мне это сыграло на руку. Конечно, можно было бы достать плазмомёт и выбить окно за долю секунды, вот только это было бы слишком громко, а мне ещё требовалось время…

Ещё несколько секунд ушло на то, чтобы достать из-под туники складные ультратонкие и лёгкие, но невероятно прочные крылья дельтаплана. Никогда не любила прыгать с высоты.

Спортивный дорогостоящий флаер с откидной крышей, припаркованный у входа в «Госпожу удачу», взорвался идеально тогда, когда несколько взмыленных мужчин выбежали из голобашни и спешно заозирались вокруг. Почти полтора десятка прохожих стали свидетелями того, как стройная эльтонийка в элегантной полумаске села на водительское сиденье за десять секунд до оглушающего взрыва.

«Какой ужас! Какой кошмар! Куда смотрит Системная Полиция?» – причитали состоятельные гости Тур-Тира, в то время как я ползла по канализационной трубе.

Глава 9. Канализационная система Тур-Рина

Незаметно выбраться из флаера через запасную дверь в днище машины не составило большого труда. Привычка парковаться над канализационными люками также сыграла мне на руку. Что касается аэрокара, то его тоже было не жалко. После предательства Святозара я запретила себе привязываться даже к вещам.

Несмотря на относительную развитость Тур-Рина по меркам Федерации Объединённых Миров, канализационная система планеты оставляла желать лучшего. Это были сырые, грязные и узкие коридоры с капающими трубами и резким зловонным запахом. Чтобы не вдыхать смрад, я приложила к лицу край туники и часто-часто задышала ртом. К сожалению, Аппарат Управления Планетой вспоминал о сточном лабиринте труб лишь тогда, когда в инфосеть попадали фотографии или новости какого-нибудь молодого пронырливого и полного энтузиазма журналиста. Почти сразу же информация из инфосети изымалась, а состояние канализационной системы старательно замалчивалось властями, так как вибрации от ремонта или прокладывание новых подземных туннелей грозили разрушением уже имеющихся высотных зданий. А ведь именно инфраструктура Тур-Рина, – многочисленные отели, рестораны, фитнес-центры, казино, иллюзионы и симуляторные залы, – составляла основной доход планеты.

В мрачном узком туннеле раздавалось гулкое эхо моих шагов, а я сверялась со встроенным в коммуникатор компасом, когда раздался очередной звонок от Юзефа.

– Ксана?!!

– Жива.

Напарник помолчал.

– Ты флаер из-за меня уничтожила?

Конечно, можно было бы сказать, что я не потерплю слежки за мной и прочее, и прочее, но это был не тот случай, когда стоит говорить абсолютную правду. Правда – очень странная вещь. Сначала мы тратим дни, недели и даже месяцы, чтобы её узнать, а потом – всю оставшуюся жизнь, чтобы забыть.

– Лоллиатэ́ Киано должна была умереть. Для всех, и в первую очередь для Дмиртариона Ралльхарда.

– Понятно, – облегчённо выдохнул напарник, не почувствовав фальши в моих словах.

Ещё одна причина, почему я работала с тау-агентом, а не пси-. Последний уже залез бы мне в голову и промыл мозги… а Юзеф просто поверил.

– Слушай, а где ты сейчас? – Внезапно голограмма напарника оглянулась по сторонам.

Его взору предстали голые обшарпанные стены, нечистоты, потемневший от времени металл на ржавых трубах. В последних, к слову, раздавались подозрительные чавкающе-хлюпающие звуки.

– Что-то темно, и как-то не похоже на люкс, – он попытался пошутить, но шутка вышла слишком натянутой.

– Юз, ты же знаешь. Пятое правило нашей организации: «Брезгливых агентов не бывает». – Я переступила трупик давно сдохшей крысы и свернула по памяти на развилке направо. – Что там по моим поручениям?

– По капсуле всё подготовил и передал, – сообщил напарник и замялся. – Вот только сотрудники космопорта хотят твоего присутствия как гарантии, что груз неопасен.

Я кивнула. Уточнила:

– Когда?

– Через час, главный космопорт.

Таноржец замолчал, а будучи наученной опытом, я всё-таки переспросила:

– Что не так, Юз?

– В челноке младенец.

Юзеф не столько спрашивал, сколько утверждал. Уж в чём-чём, а в слабоумии агента Таурецки обвинить было сложно.

– Я влез в систему межгалактического транспортника, к которому прикрепили челнок. Проблема в том, что маршрутом значится Цварг. А в тех документах, что ты прислала, точкой назначения указана лишь планета. Без конкретного адреса.

«Швархи тебя подери, Лирис!» – выругалась я мысленно. Выходит, она даже не знает ни имени отца, ни конкретного его места жительства. Попросила подругу всё устроить, а Элен решила умолчать о «маленьком затруднении». Ох, мало мне было головной боли, теперь ещё придётся искать семью для малыша…

– Ты же знаешь, как цварги трепетно относятся к детям. У них нет детских домов, потому что, если с родителями что-то случается, несовершеннолетних всегда забирают к себе родственники. Это очень малочисленная раса, у которой проблемы с воспроизводством потомства…

– Знаю! – рявкнула я.

Я прекрасно понимала, к чему клонит Юзеф. Если я срочно не найду семью и не оформлю усыновление по-тихому, то, скорее всего, меня обвинят в хищении младенца. О-о-о-о, Вселенная… «Зато ты наконец-таки побьёшь рекорд Тора, за голову которого назначено пятьдесят тысяч кредитов во всей Федерации», – сообщил ехидный внутренний голос.

– А что по мальчишке? – Я тряхнула головой, чтобы выкинуть все мысли, не к месту полезшие в голову…

– Ищу, пока ничего.

Чтобы тау-агент и ничего не нашёл по какому-то пропавшему ребёнку?! Это настораживало.

– Понятно. Оформи мне вызов дока на вечер, пожалуйста.

– Дока? – удивился напарник. – Ксан, пожалуйста, только не говори, что тебя зацепило взрывом флаера или кто-то из людей Дмирта открыл по тебе пальбу из бластера.

– Не скажу, Юзеф. Просто оформи, и всё. Стандартный осмотр. Конец связи.

Всё было тривиальнее и в то же время гораздо сложнее. Мне совершенно не понравилась вчерашняя реакция на массаж Кирка, а уж сегодняшнее помутнение рассудка при общении с Дмиртом и вовсе ни в какие ворота не вписывалось. Годами выработанная склонность всё анализировать подсказывала, что я упустила из виду что-то важное. Но делиться с напарником своими мыслями я не планировала.

Голограмма Юзефа Таурецки схлопнулась, а я ещё несколько минут петляла по вонючим катакомбам Тур-Рина, прежде чем нашла люк, ведущий на поверхность. Глоток свежего воздуха стал для меня спасительным в прямом смысле этого слова. От удушливого смрада подземного мира даже утренняя чашка кофе запросилась наружу. Пришлось вспомнить всё, чему меня учили на медитациях, и несколько минут потратить на то, чтобы удержать содержимое желудка при себе. Неудивительно, что даже бездомные и вконец проигравшиеся гости планеты брезгуют ночёвками в канализационной системе, несмотря на то, что там достаточно тепло.

Всё-таки надо будет закупиться масками с очистительными фильтрами или одолжить у бэта-класса. Они любят устроить возгорание или пожар, а потому всегда носят такие штучки при себе.

Время поджимало, но ещё десять минут я потратила на то, чтобы добежать до ближайшего магазина одежды, схватить первое попавшееся пальто и шляпу и расплатиться наличными на кассе. И сделала я это не потому, что начал накрапывать моросящий дождик, а влажная ткань неприятно липла к телу. Я потратила на это драгоценные минуты из-за того, что узкие штаны и зелёная туника с широкими рукавами были весьма неординарной одеждой на Тур-Рине. Третье правило агента алеф-класса гласило: «Хочешь умереть – оденься ярко, умер – смени шмотки на невзрачные». На полноценную смену образа времени не хватало катастрофически, поэтому обошлась лишь пальто и шляпой. Полумаску, к слову, с лица сняла. Во-первых, в ней больше не было надобности, ведь импланты полностью рассосались, как показало зеркало в примерочной, а во-вторых, теперь она уже скорее будет притягивать ненужное внимание.

Время убегало, как солнечный ветер сквозь пальцы. Аэротакси поймала грубо, фактически шагнув под флаер, оформление заявки через инфосеть отняло бы у меня ещё несколько минут. К тому же, чем меньше о моих передвижениях будет официальных данных, тем лучше. Я по Юзефу знаю, что не существует невзламываемых баз данных.

Главный космопорт планеты развлечений встретил меня многочисленными огнями прожекторов, оглушающим грохотом моторов транспортных кораблей и межгалактических лайнеров, очередью из аэротакси и частных флаеров, недовольными криками туристов на арках досмотра.

– Занимай верхний этаж, – коротко приказала водителю.

– Но, прошу прощения, вы, наверное, не знаете, верхний этаж лишь для членов Аппарата Управления Планетой…

Я закатила глаза. Как же мне не везёт в последнее время. И почему водитель флаера миттар, а не универсальный киберробот? Всё-таки хорошо устроились таноржцы, у них на одного человека по статистике приходится до восьми искусственных интеллектов, а все аэротакси давно автоматизированы.

Я молча закатала рукав многострадальной правой руки и с силой нажала в особую точку на предплечье. Секунда-другая, и кожа в районе сгиба локтя натянулась и истончилась, являя причудливый рисунок микросхемы. Я зашипела от боли. Сколько раз получала ножевые и лазерные ранения, сколько раз меня травили ядами, а вот активация этого чипа всегда давалась мне нелегко.

– Прошу прощения. – Глаза миттара округлились от удивления, кадык дёрнулся, а голубое лицо приобрело оттенок болезненной бледности. – Сейчас всё будет в лучшем виде. Только держитесь покрепче.

Миг – и гуманоид ударил по газам, выезжая на встречку и огибая гигантскую очередь. Разумеется, большинство флаеров возмущённо засигналили нам вслед, а кто-то даже не поскупился на громкие ругательства, но мне было всё равно. Откинувшись на спинку сиденья, я вытерла со лба испарину и морально приготовилась к тому, что знак принадлежности к первым лицам Федерации Объединённых Миров придётся показать сегодня ещё неоднократно. К такому решению проблем я прибегала лишь в крайних случаях. Во-первых, потому что процедура демонстрации символа была действительно болезненной, а во-вторых, сам Феликс, добывший чип для меня, в своё время настоял на этом. Первый десяток лет после внедрения я подозревала, что микросхема ворованная или вовсе подделка, но не так давно Юзеф взломал центральную базу данных Федерации и с гордостью сообщил, что микросхема самая что ни на есть настоящая.

Ближайшие полчаса превратились для меня в череду смазанных лиц, окриков «куда это вы, милочка, собрались?» и заискивающе-лебезящих «простите, сразу не признали, вам туда, позвольте сопроводить». Я лишь хмуро кивала или давала понять, что желающих проводить мою персону в космопорту и так набралось немало. Несколько мощных пикси около входных арок бросили свою работу и заморозили досмотр, чтобы взять меня в «коробочку». Кто-то даже успел запричитать что-то вроде: «Да где же это видано, чтобы столь высокопоставленная особа и без личной охраны?». Я лишь мысленно усмехнулась.

– Я пришла засвидетельствовать документы по тринадцатому челноку на межгалактическом лайнере ХА168, – сухо уведомила девушку на информационной стойке космопорта, продемонстрировав вживлённую микросхему.

Молодая пикси испугалась настолько, что выронила документы сразу из трёх пар рук.

– Вам туда! Я передам по связи, лайнер задержат! – отрапортовала она, мгновенно вытянувшись по стойке смирно.

– Нет-нет, задерживать не надо. Наоборот, я хотела бы, чтобы он отправился вовремя.

И вновь незнакомые лица, изумление, граничащее с шоком, при виде моей микросхемы. Наконец меня сопроводили к начальнику космопорта – солидному коренастому ларку с лёгкой сединой в волосах и, что несвойственно этой расе, практически под корень спиленными ногтями. К этому моменту я уже настолько устала от галдежа, издаваемого совершенно незнакомыми мне людьми, что искренне пожалела о том, что показала свой чип. Всё-таки прав был Феликс, что его не следует никому показывать. Ларк понял меня без слов. Он разогнал всю охрану, просто шикнув на них, а затем любезно мне предоставил поставить подписи на электронных бланках.

– Мне ещё потребуется небольшая услуга, – произнесла я настолько тихо, что с трудом расслышала саму себя.

Мы стояли в зоне погрузки у гигантского космического лайнера. Здесь было существенно меньше ушей и глаз, чем в зоне, куда допускались обычные туристы, но всё же они были. Уши ларка дрогнули, давая понять, что он прекрасно разобрал мои слова.

– Да, конечно, для вас – всё, что в моих силах, – ответил начальник космопорта.

– Мне необходимо найти хорошую няню для новорождённого малыша.

Ларк явно не зря занимал своё место, потому что в сообразительности ему отказать было нельзя. Проследив за моим взглядом, а я как раз наблюдала, как несколько мускулистых пикси аккуратно грузят челнок в лайнер, мужчина осторожно заметил:

– Вам требуется молодая девушка с примесью крови цваргов, как я понимаю?

Я молча кивнула. Полукровка привлечёт меньше всего внимания и в то же время объяснит, почему малыш оказался на Цварге. Надеюсь, Юзеф проверил систему жизнеобеспечения капсулы, всё-таки малышу нет ещё и нескольких недель.

– Хм-м-м… У меня есть одна добросовестная и приятная девушка на примете. Правда, она сможет встретить м-м-м… груз и поработать не более месяца. Истекает виза, а на Цварге с этим строго. Вам хватит этого времени?

– Думаю, хватит, – ответила, мысленно прикинув, сколько времени займут поиски семьи для младенца.

Ларк поймал мой пристальный взгляд на своих руках и смущённо натянул рукава серого пиджака на запястья.

– Давно покинули свой клан?

– Старикам не место среди молодых, – вздохнул ларк, больше не скрывая своих ухоженных рук и слишком коротких когтей. Пожалуй, если бы не характерная только для этой расы форма ушей и чересчур густые волосы, то я приняла бы мужчину за обыкновенного человека – коренного жителя Захрана или Танорга.

Я неохотно кивнула, показывая, что понимаю, о чём речь. Если на Эльтоне о чистоте генов судили по внешним факторам, то на Ларке было всё ещё проще. Патриархат удивительным образом переплетался с многовековыми традициями древности. Власть в кланах признавалась за сильнейшим. Пожилым и слабым представителям мужского пола на родной планете делать было нечего, и они покидали её в поисках лучшей жизни. Именно поэтому такие мордовороты, как Альфа и Малыш из бара «Однорукий бандит», считали себя более чем вправе подойти к одинокой девушке и предложить свою компанию.