Майские сны под липами Саксонии

Прошли годы, Надя родила им трёх девочек, она полностью погрузилась в домашнее хозяйство и в работу, располнела и подурнела. Повседневные заботы и проблемы пересилили её природную весёлость. Она посерьёзнела, и улыбка стала не частой гостьей на её лице. Всё, что было привлекательным в наружности приобрело другие формы, более грубые и утолщённые. В один не очень прекрасный день она срезала косу, которую всегда тщательно заплетала, холила и лелеяла, завернула в оторванную страницу газеты «На страже Родины» и спрятала подальше. Всплакнула тихо, смахнула рукавом слезу и пошла на кухню, где её ждала бесформенная горка детского белья, эмалированный тазик и стиральная доска. Дома привыкла ходить в заляпанном халате, ну так ведь сподручнее, затянула поясок, чтобы не распахнулся в неподходящий момент на глазах у пьянчуги-сантехника, и одной рукой мешай кашу, а другой чаёк себе готовь. Иногда даже причёсывалась только после утреннего чая и совершенно не обращала внимания на пробивавшуюся над верхней губой реденькую чёрную поросль. Зато дочек вырастила и выучила. Все получили образование, только вот она сама так и осталось с незаконченным из-за первой беременности пединститутом, а посему промаялась до пенсии на нервных должностях в жилконторах.

Зато Сергей, прослужив в тёплом местечке при штабе округа до пятидесяти четырёх лет, ушёл в запас с хорошим денежным довольствием и всегда находил время заботиться о себе – делал гимнастику по утрам, зимой ходил на лыжах, отдыхал в военных санаториях, наконец не злоупотреблял спиртным, в том числе на частых мужских посиделках с сослуживцами. Даже его былая грустная озабоченность редко всплывала на поверхность, он стал веселее и довольнее собой. И теперь с большим удовлетворением на лице рассказывал о войне, особенно детям, патриотическое воспитание всё-таки.

До школы добирался на общественном транспорте, хоть и пришлось ехать с пересадкой. Не то что жалко было свою двадцать первую «Волгу», она при аккуратной эксплуатации ещё лет десять поездит, а уже стеснялся её слегка – старая. Вот на двадцать четвёртой бы прикатил. Сергей Сергеевич на минуту представил себе, как он в парадном кителе, гремя медалями и сверкая орденами, выходит из новенького белого авто («жаль, черную не взять!»), достаёт с задней панели тёмно-синюю фуражку с чёрным околышем, надевает её и поворачивается всей своей геройской статью лицом к встречающим. Да! Но вот понадобилось средней дочери с кооперативом помочь, Надя долго упрашивала, а то, видишь, в городской очереди им пришлось бы ещё чёрт знает сколько времени в коммуналке маяться. Туда и ушла новая «Волга», в дочкину квартиру. «То же мне нашла мужа себе, инженер со ста тридцатью рэ в месяц. Эх, любовь зла».