Урок не по расписанию

Она не отреагировала, будто не услышала или не поняла, что обращаются к ней.

– Девушка, простите, – я повторил чуть громче, но все так же осторожно. – Это ваше?

Она вздрогнула, вытерла слезы и подняла на меня взгляд. На меня посмотрели два озера – голубых, невероятной чистоты и глубины. В них не было ни капли жеманства, только искреннее смятение.

– Да… мое, – она встала и взяла наушники. – Должно быть, выпали, когда я в сумке копала… Спасибо вам. – Произнеся это, она быстро развернулась и почти побежала к выходу.

Я на секунду оторопел от такой стремительности, а потом, повинуясь внутреннему импульсу, поспешил за ней.

– Возьмите, – сказал я, догнав ее уже у самых стеклянных дверей.

Она обернулась, и на меня снова глянули те голубые глаза, но теперь в них читалось уже не смятение, а холодное, нескрываемое презрение. Мне стало не по себе.

– Вы за кого меня принимаете? – отрезала она негодующим, дрожащим от обиды тоном. – Мне не нужна ваша благотворительность!

– Я приношу свои извинения за… за ту девушку, – сказал я как можно более ровно и спокойно, стараясь заглушить собственное смятение. – Она не имела права так с вами разговаривать.

– Это ничего не меняет! – ее голос окреп. – Я не возьму эту вещь.

– Но она мне тоже не нужна, – развел я руками, чувствуя всю абсурдность ситуации.

– Зачем вы ее тогда купили? – спросила она с искренним недоумением и обидой.

– Для вас, – выдохнул я, вкладывая в эти два слова все оставшееся спокойствие и искренность.

Казалось, эта сюрреалистичная перепалка могла продолжаться вечно. Но тут девушка сделала то, чего я никак не ожидал. Легким уверенным движением она достала из сумки деньги и протянула их мне.

– Возьмите.

Я на мгновение опешил, полностью сбитый с толку.

– Что это? – с искренним изумлением спросил я, невольно вглядываясь в ее лицо.

– Деньги, – ее слово произвело на меня отрезвляющий эффект, и я вернулся к реальности. Девушка хочет вернуть мне деньги за мелочную покупку? Это что-то новенькое.

– Но… мне не нужны ваши деньги, – смущенно парировал я. За время наших отношений с Крис я потратил столько, что эти полторы тысячи были сущей мелочью. И я действовал из добрых побуждений.

– Тогда и мне не нужна ваша подзарядка, – отчеканила она. Казалось, она вот-вот скрестит руки на груди в немой, гордой позе. Но вместо этого она просто развернулась и, не сказав больше ни слова, пошла прочь, растворившись в потоке людей у выхода.

Я замер на месте, будто время вокруг меня замедлило ход. Ощущение было странным и непривычным – как будто я, уверенный в своих правилах игры, только что получил жесткий урок по другим, неизвестным мне правилам. В мире, где я привык платить, чтобы откупиться от проблем и даже от чувств, её «нет» прозвучало как отрезвляющая пощечина.