Мой ангел криминала

-а ты прыткий,гробовщик гребаный.

Выплюнув кровь я посмотрел на него

-ты кто нахуй?

Еще удар.

-тот кто тебя скоро закопает так же,как ты однажды моих родителей и сестру с братом.

Дело дрянь ,видимо один сбежал.

-я заставлю тебя самому лечь в могилу,которую ты сам и выкопаешь

Я засмеялся,откинув голову -ты правда так уверен?у тебя нет ни одного способа это провернуть.

Он присел на корточки закинув руки как гопник и улыбнулся

-да неужели?

Он потянулся в карман,вероятнее всего за пистолетом.Но он достал какие-то фотографии и кинул мне под ноги.На фото подожженная квартира,на втором снимке пожарные машины,а на третьем…Марин лежащая на траве в осколках.Ярость распространилась так же быстро как масло в двигатель.Я рыпнулся со стула.Марин…мертва,я не поверю,я спасу ее.Гондоны.Убью.

-охо…как мы запрыгали,предложение на счет могилы еще в силе

Ярость течет в виски,отдавая диким жаром.Мозг работает на износ.Достав маленький самодельный нож из рукава я начинаю резать веревки,пока они с кем-то разговаривают по телефону.Освободил руки,но держу ярость в руках

-закурить то можно?

Они переглянулись и главный подошел ко мне,среагировал я быстро.Я воткнул в его сонную артерию свой нож,а его нож вынул из кармана и метнул прямо в голову другому. Все-таки навыки, полученные в Припяти достаточно полезны. Надо убираться отсюда.

Угнав машину я приехал к своему дому,все сожжено,на улице темно и дом сливается воедино с тьмой.Обойдя дом я нашел те самые осколки и куча крови моей девочки.Вероятнее она выбила окно,сев на корточки я закрыл лицо руками,где же она.В больнице?Зайдя в дом я не нашел своей заначки,ее пистолет тоже пропал,я знал где он лежит,она совсем не умеет прятать.Посмотрев в разбитое окно я увидел ахуенную зацепку.Машина,ее нет.Посмотрев на кусок ткани на окне меня осинило,она жива и просто уехала куда-то,скорее всего в больницу.Сев в машину я тут же начал прозванивать все больницы,но ни в одной ее не было.

-клянусь дьяволом Марин,где бы ты не была,где бы ты не пряталась,ты никогда не сбежишь от меня.Я найду тебя, мой маленький ангел.

20 минут спустя.

- Видимо... она совсем недавно уехала из города.

– Согласен, но куда она могла уехать?

Я, сидел с Микки в его гараже, потягивая виски и забивал голову всеми возможными вариантами. Допив стакан, я громко ставлю его на стол, от чего Микки вздрагивает и тут же раздражается.

- Прекрати паниковать и ломать мой гараж!

– Выгоняй бэху, я поеду за ней.

- Не первый раз это говорю…но…ты блять конченный?!. Куда ты поедешь, если ни ты и тем более я не знаем где твоя девка и при этом на тебя охотиться целый октябрьский район! Которому, между прочим, доехать до моего гаража буквально пару минут делов!

Развалившись на стуле и вертя над столом в одной руке стакан, я из подлобья посмотрел на Микки.

– Я сказал выгоняй!

Микки махнул двумя руками и развернулся демонстративно шатаясь.

- К черту тебя, сукин ты сын!

Едва Микки успел это произнести как исчез в темных просторах гараж. Я растянулся в улыбке на один бок и схватив бутылку с виски, сделал из нее приличный глоток, который едва успел обдать моё горло градусом, резко встал и улыбаясь, пошёл за ним. Сев в красивую тачку с ухоженным, кожаным салоном, я завёл двигатель машины, и открыл окно. Микки положил локоть на окно машины.

- Если тебя убьют…я оставлю твою тачку се…

– Нет.

Согнувшись к окну машины, Микки хлопнул ладошками по бёдрам и резко встал.

- Да, блять!

Приятно ехать по ночной трассе, потягивая с бутылки вискарь, но мне бы хотелось видеть на втором сиденье ее, ту что зацепила, обожгла…словно я мазохист, которому мало одного ожога от тлеющию сигареты. Больно, но сука, так вызывает зависимость. Машина резко просела, вытащив меня из моих мыслей.

– Что за..?

Посмотрев назад я увидел хвост, черная Лада, улыбнувшись я понял, что мое колесо прострелили, выжимаю из двигателя максимум, поворачиваю машину на 180 градусов, стреляю несколько раз в лобовое стекло и попадаю точно в цель,вернув машину обратно я отъезжаю в сторону, пассажир пытается удержать тачку и я воспользовавшись ситуацией тараню ее. Лада улетает в кювет, я останавливаюсь и подхожу к машине, из которой кашляя уже выползает мужик и целиться в меня пистолетом. Стреляю ему в запястье и подхожу ближе. Ударив по кузову его машины присаживаюсь на корточки.

– Этой птичке хана…

Улыбнувшись и посмотрев в сторону, я шмыгаю носом и хватаю мужика за куртку, насаживая его телом на торчащую ветку дерева.

– Где она.?

- Твою мать!

Мужик харкает кровью и едва смотрит на меня морщась от боли.

– Я сказал, где она?

Посмотрев на меня, он улыбнулся.

- Она жива, но это не на долго. За ней уже едут.

– Куда она уехала?

Мужик улыбается и по выражению лица явно не собирается отвечать. Я достаю с кармана нож.

– Хорошо, давай поиграем в игру. я задаю вопрос, не отвечаешь режу палец, отвечаешь на все вопросы убью быстро. И так…куда она уехала?

Мужик едва поднимает на меня глаза как я тут же хватаю его палец и медленно начинаю резать. Лес пронзают его крики.

- Скажу, скажу…!

Остановившись я посмотрел на него.

- Она в Красноярске…

Улыбнувшись, я облизал кровь с ножа и похлопал его по плечу.

– Вот спасибо!

Отойдя на два метра, я поднял палец вверх и развернулся.

– Ах, да, я же обещал.

Сказав это, я кинул ему в горло нож, он начал задыхаться, а я развернулся и пошел к машине

– Извини чувак, быстро не вышло!

Сев в машину, я сделал еще глоток виски и отправился в путь за своей принцессой, я ее принц, а она меня поцелует за спасение или что-то вроде того. Надо завязывать пить…

Глава 5

Это же время: Ангел

На пороге стоял мой давний друг. Я открыла дверь и сразу улыбнулась.

— Алекс, привет!

Парень обнял меня и улыбнулся. Алекс — друг детства, мы играли с ним, когда я была совсем маленькой, но мы перестали общаться, когда я вышла замуж за Рика. Он недолго оставался в Иркутске, уехал в Красноярск через год после того, как мы перестали общаться. Причину я не знаю; как я помню, его задержала одна группировка из Ангарска, после чего он сбежал. Он писал мне письма, в которых приглашал к себе. Но я так и не решалась уехать так далеко от дома. Парень с карими глазами и тёмными волосами, у него на руке была татуировка звезды. Я пригласила его в номер.

— Как ты, Марин?

Парень подошёл к окну и закурил.

— Всё хорошо. Мы так долго не общались, расскажи лучше, как ты?

Я на секунду сморщила брови: как он меня нашёл? Увидев моё недоумение, Алекс замешкался.

— А… Как ты меня нашёл?

Парень потушил сигарету и выкинул окурок.

— А… ну я спросил у твоих знакомых.

Алекс почесал затылок и посмотрел на меня.

— У каких ещё знакомых, я ведь…

Заметив у него в кармане пистолет, я рванулась в сторону двери. К сожалению, он успел поймать меня, его ладонь закрыла мне рот какой-то тряпкой.

— Эх… ну почему ты такая наивная…

Через пару минут я почувствовала головокружение, ещё через минуту мои глаза начали закрываться. Я впивалась ногтями ему в руки и старалась хоть как-то вырваться, но это мне не помогло. Очнулась я уже от шума музыки. Открыв глаза, я увидела кабинет с мягкими пуфами по бокам и дверь, из которой доносилась клубная музыка и гогот. В дверь зашёл крупный мужчина в костюме. Сзади меня раздался щелчок и запах сигарет. Я повернула голову настолько, насколько могла: сзади меня сидел Алекс и курил сигарету, сидя на столе. Мужчина подошёл и кинул деньги на стол, где сидел Алекс.

— Хороший товар.

Мужчина подошёл ко мне и коснулся моей щеки. Я отдёрнула голову и посмотрела на него. Он влепил мне пощёчину и схватил рукой за щёки.

— А теперь слушай сюда, шлюха: ты будешь танцевать в моём клубе и зарабатывать для меня деньги. Сбежать у тебя не выйдет, по всему периметру стоят мои охранники. Если рыпнешься— пристрелят. Ты поняла?

Поняв, что обстановка дерьмо, я решила сначала поиграть на их условиях, чтобы понять, как мне сбежать. Я помотала головой в знак понимания, и он развязал меня. Мы вышли в зал: везде были раскрепощённо одетые девушки и куча парней. Он отвёл меня в гримёрку. Силой он толкнул меня за руку, от сильного толчка я упала на пол.

— Переодевайся и за работу. Надеюсь, ты наберёшь популярность среди пубертатников, которые захотят тебя трахнуть.

Я начала думать, как же выбраться: за дверью куча охранников, а в комнате нет окон. Я застряла… Неужели они будут мучить меня всю жизнь? Сначала муж, потом Акир и теперь это. Слёзы сильным градом посыпались вниз, я не знаю, что делать. Когда я встала и подошла к столику, в гримёрку вошла длинная блондинка на высоких каблуках. Она остановилась и посмотрела на меня как на самое мерзкое, что видела в своей жизни.

— Так вот о ком говорил продюсер.

Девушка скрестила руки и стала ходить вокруг меня.

— Какая мерзость, и это будет забирать наши деньги.

Остановившись у моего лица, она взяла меня за прядь волос.

— Ты что за пугало?

Ошарашенная, я не могла выдавить и слова.

— Я… Марин…

Отпустив прядь моих волос, которую она крутила в руках, она окинула меня взглядом и села за косметический столик, наводя порядок на лице. Я села рядом в надежде спросить о том, как выбраться отсюда, но она заговорила первой.

— Ты почему ещё не раздета?

— Что?..

Она закатила глаза и повернула мой стул к себе. Начала быстро брать косметику и наносить мне на лицо.

— Не дёргайся, криво будет.

Я покорно сидела, пока она меня красила в яркие цвета.

— А как тебя зовут?

Не отвлекаясь, она спокойно произнесла:

— Тресса.

Позволив себе посмотреть на неё, я разглядела одну деталь. Между её ключиц был шрам в виде будто идеально выжженного креста. Так, будто ей прислонили раскалённый крест из металла.

— Что у тебя за шрам?

Она остановилась и посмотрела на меня. В её глазах прочитался холод и будто скорбь

— Скоро узнаешь.

Закончив мой макияж, она встала и схватила со стула нежно-голубое нижнее бельё. — Надевай и пошли.

Она стояла передо мной и ждала. Меня сразу это смутило.

— Ты можешь не смотреть?

Она снова закатила глаза.

— На тебя будут смотреть, пуская слюни, полный зал парней, а ты меня стесняешься?

— Я не хочу…

— Тут никому нет дела до того, чего ты хочешь.

Я переоделась, и она пошла в сторону двери. Я пошла за ней: возможно, она мой билет к выходу. В зале играла громкая музыка, мы дошли до одного из шестов. Через шум, она крикнула мне, чтобы я забралась и начала танцевать. Я не понимала происходящего и стояла как вкопанная в землю позора. Поняв, что я не поднимусь, она силой толкнула меня к шесту; потеряв равновесие на длинных каблуках, я упала и так же резко встала обратно. Снизу на меня смотрели трое мужчин далеко за сорок. Паника охватила меня сильным потоком. Сжавшись, я стояла, боясь сделать и шаг. Мне начали кричать все трое, чтобы я танцевала. Но я не могла. Я услышала сзади шаги и увидела продюсера; он схватил меня за руку и потащил куда-то. В следующую минуту он кинул меня в свой кабинет так, что я полетела в стол, который был в двух метрах от двери. Он закрыл дверь и подошел ко мне. Схватив меня рукой за щеки и сильно сдавливая их, он ударил меня по щеке. Колючая боль пронеслась по месту удара, достаточно сильная, чтобы я заплакала. Схватив меня за волосы, он начал меня трясти, поднимая мою голову к нему.

— Сучка ты неспособная, тебе дали простую задачу!

Рывком он отпустил мои волосы так, что голова автоматически опустилась. В голове раздался звон; на полу я видела, как капают мои слезы.

— Сегодня ты останешься здесь, и если завтра ты не начнешь выступать, я пробью об этот стол твою тупую бошку, ты поняла?!

Схватив меня за руку, он повел меня вниз по ступеням, на минус первый этаж; там уже не было слышно звуков сверху, вокруг меня были комнаты с железными дверями. Как в тюрьме. Он кинул меня в одну из таких и ушел, заперев меня. Мое тело трясло, а сознание уплывало; комната была грязной, с одним матрасом в середине и ведром для отходов. Это не может быть правдой… Через какое-то время зашел крупный мужчина с какими-то приборами. Он, ничего не говоря, подошел ко мне и силой меня связал так, что мои руки были подвешены к крюку на потолке.

— Будешь дергаться — я тебя вырублю.

Голос холодный и мрачный. Он достал железный прут с наконечником в виде креста, разжег в миске огонь и начал его раскаливать. Я сразу поняла зачем.

— Подождите, не надо!

Я кричала снова и снова, но он молча подошел и прожег мне кожу между ключиц. Адская боль распространилась по всей груди; он не опускал крест минуту, мне казалось, что идет целая вечность. Капля крови упала на пол, и я отключилась, не в силах пережить все, что произошло.

Монстр

Проехав ещё несколько километров, я уже заезжал в город. Яркие улицы светили, как новогодняя гирлянда, дорога была ещё сырой от дождя. Я не могу ни спать, ни есть… Мне нужно найти её. Я не могу знать наверняка, что сейчас с ней может твориться: может, её пытают или насилуют… Едкие мысли стали заполнять мою голову так же быстро, как я разгонял машину. В последний момент я остановил машину, чуть не вписавшись в фургон. Я убью любого, сожгу весь мир, даже если к ней притронутся хоть пальцем. Как так вышло? Я изучил в ней всё: её страхи, её прошлое, её родителей и даже её последующие действия. Я знаю, что она боится пьяных, боится оставаться одна дома и боится снова опуститься в кошмары своей головы. Она такая хрупкая, и это так проблематично.

Остановившись в отеле, я начал перебирать всех знакомых, звонил, наверное, часа два, но так и не нашёл ни одной зацепки. Выйдя на балкон отеля, я закурил вишнёвое Marlboro и, подтягивая виски, стал записывать в блокнот всё, что знал о её местоположении. Ни одна из картинок не сходилась. И тут я вспомнил несколько организаций. Эти организации занимались тем, что отлавливали молодых девушек и продавали их в сексуальное рабство. Не то чтобы их там насиловали — только если заплатить крупную сумму, можно касаться их, — но их заставляли выступать на сцене, и их били за каждый проступок, и накачивали наркотиками. В конце концов, если девушкам удавалось сбежать они ломались и заканчивали с собой. Когда я изучал родителей Марин, из досье её мамы, которое собрал для меня мой друг, я узнал, что её мама тоже туда попадала. Но сложились обстоятельства так, что как только она туда попала, случился пожар, и ей удалось сбежать. Данные организации всегда оставляли за собой след на девушках, а именно разбитую психику и крест между ключиц. На давней фотографии, ещё до того как мама Марин сделала татуировку, виднеется небольшой шрам в виде креста. Странно, что Марин этого не заметила. Я сразу понял: нужно искать её в одной из таких организаций. Мою нежную и хрупкую принцессу. Давай, Марин, я знаю, что ты справишься.

5 дней спустя: Ангел

Открыв глаза, я плохо ощущала свои руки и ноги, голова раскалывалась и кружилась. Пока я приходила в себя, ко мне зашла Тресса. Подлетев ко мне со скоростью ветра, она дала мне звонкую пощёчину.

— Вставай, уродка!

Она держала в руке стакан с водой. Дав мне стакан и какую-то таблетку, она подняла меня одной рукой за плечо.

— Выпей, тебе будет легче.

Увидев в моих глазах гнев и недоверие, она силой открыла мой рот и сунула таблетку, заливая всё водой. Я поперхнулась, но она без малейшего шанса на то, чтобы я прокашлялась, схватила меня за руку и повела в зал. Через какое-то время у меня начала кружиться голова с невероятной силой, всё плыло, будто я выпила много алкоголя. Я начала непроизвольно смеяться. В следующую минуту я была на танцполе. Увидев режиссёра внизу, я в экстазном состоянии указала на него пальцем и через плечо спросила:

— Эй, как зовут ту тварь?

Тресса начала волноваться, в её глазах читался страх.

— Вал его зовут. Лучше тебе начать выступление, если не хочешь обратно в камеру.

Я резко повернула голову обратно, заметив, как он начал сердито вставать, и подняла руку вверх. Заиграла музыка. Делать нечего, придётся выступать. Чувствуя себя разбитой, я заставила себя улыбаться и знакомилась с шестом как могла. Танцевала и пыталась не заплакать. Прошло часа два, действие препарата, что мне дали, начало заканчиваться. Моё время на танцы прошло, и мне разрешили спуститься со сцены. Тресса повела меня в гримёрку. Зайдя туда, я села на стул, она взяла стакан ледяной воды и начала заливать его в меня, остатки, что были в стакане, она вылила на меня.

— Сучка, ты хоть знаешь, как я попала из-за тебя!

Я пришла в себя, посмотрев на неё злым взглядом, я встала. Она кричала, что я тварь и что я должна была крутить своей тугой жопой перед другими. Я молча глазами нашла туфли, огромные, с высоким каблуком, которые лежали на стуле совсем рядом. Она продолжала кричать, и я схватила один из каблуков и ударила её прямо в голову. Удар был достаточно сильным, чтобы пробить у неё дыру. Я выдернула каблук, и она упала. Я вышла в зал и пошла в сторону выхода. Там стояли два охранника, я сняла каблук и пошла на них, но тут меня схватили сзади и подняли заблокировав руки. Я извивалась и пыталась бороться, но всё бестолку. Меня кинули на матрас и сели сверху, мне били по лицу до тех пор, пока я не выплюнула кровь… После этого встали и так же молча ушли. Я чувствовала, как моё сознание уплывает, но я заставляла себя бороться. Дверь оставили открытой. Я начала думать, как мне выбраться: никто не спасёт меня, кроме меня самой… И тут в голове появился образ Акира — такой нежный, но одновременно непонятно грубый. Разве он мог так со мной поступить?.. Я должна узнать…

Глава 6

Монстр

Я тут же начал собирать все вещи. Сорвавшись с места, я полетел вниз: рев мотора, осенний ветер пробивал окна машины. Было уже поздно, трава и деревья начали покрываться белым инеем. Проезжая через мост, я увидел, как девушка пытается спрыгнуть вниз. Я остановился и начал сдавать назад, открыл окно, закурил и, высунув локоть в окно, спросил:

— Эй, ты что, прыгать собралась?

Девушка резко обернулась: на глазах были слезы, светлые короткие волосы вились от сильного ветра, изредка заслоняя ее карие глаза, которые настолько потемнели, что казались черными в свете уличных фонарей. Она шмыгнула, и ее брови сгустились в жалобную мольбу, она зажмурила глаза и закричала:

— Тебе какое дело, езжай куда ехал и оставь меня в покое, человек-правосудие недоделанный!

— Как грубо.

Я вышел из машины и подошел к ней, достал сигарету, встал рядом и подал ей.

— Может, скажешь, почему твоя жизнь такая дерьмовая? Девушка аккуратно взяла сигарету, я любезно ее подкурил. Она вдохнула и посмотрела вниз

— Мои родители умерли, еще когда мне было пять. Меня забрали в детдом, а потом я вышла в восемнадцать, потому что меня никто не хотел брать. Я скиталась и пыталась заработать на жизнь телом, у меня больше ничего не было. Однажды я забеременела от одного из мужчин, но у меня произошел выкидыш. Ребенок — это была единственная надежда, ради которой я могла бы нормально жить. А теперь у меня нет ничего.

Слезы градом хлынули с ее темных глаз. Да, я моральный урод, но по какой-то причине после встречи моего ангела я стал более чувственным, ну или мне так кажется. Я взял девушку за руку и повел к себе в машину.

— Ты что делаешь?

Девушка ошарашенно смотрела на меня, когда я посадил ее на переднее сиденье и как ни в чем не бывало поехал дальше.

— Меня зовут Акир, я еду спасать любимую девушку из опасной ловушки. Я подумал, раз тебе незачем жить, может, ты захочешь помочь мне?

Девушка посмотрела в окно и даже слегка улыбнулась.

— Я Кэтрин. Куда едем?

— К одному моему знакомому. Стрелять умеешь, Кэт?

2 часа спустя. Красноярск: Монстр

Моего приятеля зовут Эрик, он занимается бизнесом, продает все огнестрельное и воспламеняемое. Я подъехал в лес, старый бункер, поросший мхом, так и говорил: тут вам нечего делать. Но и я не из пугливых, я позвал Кэт, и мы залезли внутрь. По обеим сторонам дверные проемы, пустые и сырые стены оставляли мурашки. Мы дошли до конца бункера. Перед нами стояла ветхая железная дверь, потянув ее, я зашел в хорошо освещаемый коридор, следом осторожно пробиралась Кэтрин. В конце коридора стоит еще одна дверь, но уже прочная. Мы стоим перед дверью, я повернулся к своей спутнице.

— Пригнись. Она ошарашенно посмотрела на меня

— Зачем?

— Я сказал пригнись.

Она цокнула и села на корточки, как только я постучал, пригнулся. Пролетела пуля, Кэтрин вскрикнула и закрыла голову двумя руками. Это загоны Эрика: все, кто его знают, в курсе, что стоит им постучать — беды не миновать. Так Эрик понимает, кто его знает и может войти, а кто незваный гость. Опустив ствол, Эрик открыл глаза настолько, насколько это было возможно.

— Да ну, кого я вижу!

Отряхнув свою куртку от посыпавшегося на меня сверху бетона, я уставился на своего приятеля.

— Однако теплый у тебя прием.

Я посмотрел на Кэт, она аккуратно подняла голову.

— Вставай, пошли.

Мы зашли внутрь, в нос ударил запах сырости, пороха, сигарет и бетона. Все запахи перемешались в одно и напоминали что-то колкое. Под ногами трещал бетон, на нескольких столах вперемешку лежало оружие и дополнение для него.

— Все так же барахлишься, Эрик?

Расставив руки в стороны и сделав выражение лица, будто его только отчитали за двойку, а он не сожалеет и признает, он растянулся в улыбке.

— Да ладно, чем порадовать?

Рассматривая все, что передо мной, этот хаос беспорядка мне даже нравился. Я кинул взгляд через плечо и улыбнулся. Этот разговор будет веселым.

2 недели спустя: Ангел

На лице выступал пот, я не знаю, сколько я в отключке. Я должна быть сильной, я должна бороться, но ради чего я это делаю?.. Я подошла к двери и дернула ручку. Ну конечно… заперто. Подходя к матрасу, я резко обернулась от того, как силой открыли дверь. Это Вал, он подошел ко мне, медленно вышагивая в ритм моему сердцебиению, сзади него стоял мужчина, который занимался накачиванием меня наркотиками и вечными избиениями. На носу и губах еще осталась запекшаяся кровь, подойдя ко мне, он поднял руку и кинул мах в мою сторону, ко мне подошел мой надзиратель… Он взял мою руку и воткнул мне очередную дозу, после чего схватил за волосы и поволок меня в гримерку. Я знала, что от меня хотят: хотят — значит получат. Я со злобой быстро привела себя в порядок, по пути на танцпол мое сознание уже приняло действие Метаквалона. Откуда я знаю название?.. Все просто: мне пришлось сильно обострить свой слух и отделить его от звона после ударов. Тогда Вал распорядился вколоть мне именно его, это наркотическое вещество является по своей натуре сильным успокаивающим, но в больших дозах бьет в голову.

Клубная музыка заполняла все пространство в моих ушах, руки были слабые, а ноги не держали, но я продолжала танцевать. Через какое-то время, я не знаю сколько именно, действие прошло, но я не уходила, чтобы показать свое послушание. Меня ломают почти три недели, но я не сломаюсь, ни за что. Передо мной сидел один мужчина, он остался последним, кто смотрел на меня, он кого-то позвал жестом, и к нему подошел Вал, ему передали деньги. Вал ушел, а мужчина, улыбнувшись, встал и, поправив свой пиджак двумя руками, куда-то отправился. Ко мне подошел охранник и, схватив меня за руку, потащил в комнату моего пребывания, там стоял тот самый мужчина. Спрятав руки в карманы, он похотливо улыбался, я все поняла… Что есть мочи я долбила дверь руками и жалобно кричала.