Лунные охотники

— Понятия не имею. В общем, на этом всё, идите спать, сегодня я еще поработаю над злодейскими планами. Завтра всё вам расскажу.

— Хорошо, но... Деш, всё-таки, зачем тебе всё это?

— Когда короли повышают налоги, подданные платят, когда короли позволяют беспределу царить в их государстве, подданные прячутся в домах, когда короли переходят черту, злоупотребляя своей властью, подданные устраивают бунты, подданные сжигают территории и казнят королей.

— Ты назвал охотников королями?

— Нет, я назвал их извергами с большой властью, которая может пасть в любой момент. Власть — переменчивая величина, которая может легко ускользнуть, — все застыли с раскрытыми глазами. — Такс, чего застыли? А теперь кыш отсюда! Всем идти спать! Нуу, кроме Йоли, я надеюсь, что Ар будет джентльменом, который с благородным лицом поможет прелестной даме оказаться в ее покоях, нежели ему придет в голову мысль врезать мне по челюсти, идёт?

— Ты невыносим.

— Я тоже тебя люблю, всем споки ноки, мои дикие ягодки!

— Ты не спелая ягодка.

— Тебя не спрашивали, не для тебя мой плод рос, хе-хе, спокииии, не урони невесту, умник, ахахах! Считай, что я тебе дал шанс для репетиции!

— Нет. Не задушу. Четвертую, ты только погоди...

— Ахах, а ты успей, умник!

Деш пулей рванул в комнату так, что даже не было видно сверкание его пяток — при такой скорости они точно горели.

— Вот ведь придурок... Задницу-то бережет иногда! Ладно... Завтра разберемся. Пусть сладко спит, пока может, — Ар улыбнулся и пошел к себе.

Хватит на сегодня. Пора подумать о себе.

Глава 84

— Кей.

— Да, господин Левин?

— Я вместе с охотниками и учениками уеду за город, а ты останешься здесь, в разведке.

— Хорошо, директор знает?

— Нет. Ты не понял. Ты не будешь в школе.

— Вы хотите сказать...

— Да, ты правильно понял, никто не узнает, а главное... Гибрид.

— Понял, Глава. Что-то еще?

— Нет. Свободен.

***

— Не сработал твой план, Деш! — Макс улыбнулся.

— Ни-ни-ни! Не, не сработал! Просто охотники сами ретировались!

— Да, просто они почувствовали, что грядёт провидение в виде вездесущего лиса, который сносит всё на своем пути.

— Ну... Ты загнул, не всё, конечно! Курочек я не трогаю, это раз, милых своих друзей не трогаю — это два, ну и...

— Значит, меня не тро...

— За кого ты меня принимаешь! В каждом правиле есть исключения. Ты одно из них, тебя, к твоему счастью, трогаю. Живи и радуйся!

— Ах ты ж!

— Молчи! Потом будешь разбрасываться комплиментами!

— Да я тебя...!

— Я тебя тоже люблю! Очень! Теперь не мешай! Урок идет! Потом... Поговорим!

Эту милую беседу, которая еще еле заметно витала в воздухе, прервал учитель, который быстро зашел — нет, залетел в кабинет, запыхавшись от длительной пробежки. Его красная физиономия покрылась испариной, которую он бережно вытирал платочком, и, выдыхая от облегчения, он оглядел аудиторию и проговорил:

— Надеюсь, что вы тут не заскучали, дети науки, потому что я прибежал к вам с самой неожиданной для вас новостью.

— К нам едет ревизор, профессор Райдим? — Деш мило открыл рот, как это делают девушки, которые увидели ту самую брендовую сумочку.

— К счастью, нет, Деш. Признаться, таких типов наша школа давно не видывала.

— А охотники?...

— Дети мои, стоит отличать один тип профессий от другого.

Деш шепчет Максу:

— Мальчик мой, сынок! Кем ты хочешь стать в будущем?... Хи-хи... Мамочка! Папочка! Я хочу работать охотником! Хе-хе-хе, АХАХА!

— Заткнись, скотина... Ахахах...

— Охотником.. Хи-хи..

— Заткнись! А то профессору нажалуюсь!

— Ну ладно... Ну ПАП! Хе-хе-хе...

— Профессор Райдим, а это хорошая новость? — спросил Макс, пихая Деша локтем.

— Для меня да, у меня пропадает ваш урок, поэтому у меня будет время поработать, а вам придется идти на боковой этаж. В комнату тестирования.

— Да блин... А вы будете по нам скучать, профессор? — Деш состроил милые глазки.

— Конечно, когда буду вам выставлять оценочки.

— Мы же молодечики, поэтому пятерочки полетят, да?

— Скорее, за последние уроки могут заползти в журнальчик красивые, но гордые двоечки.

— Которые появятся у многодетного Деша, ахахах! — подхватил Макс.

— Зато зимой будет не холодно! Завидуй! И... Пособия — хорошее дело! Учись! Между прочим... Ар крёстный отец моих деток!

— Не дай бог!

— Итак, все встаем, без вещей, и идемте на боковой этаж.

Все встали и построились по парам, после чего вышли из кабинета и направились на боковой этаж.

— Урииии! Надеюсь, что мы пропустим урок Раунделя Кроуса!

— Раунделик Кроус тебя прибьет за такие слова. Только одним своим взглядом.

— Зато больше его не увижу!

— Долбаный оптимист, топай быстрее, чтобы мои глаза и уши отдохнули...

— Нетушки! Нетушки! Такое блаженство тебе еще не скоро приснится! Я обещаю!

— Жестокий ты... Жестокий.

— Не! Милый и справедливый, а также... Привередливый!

— Вот это да...

— А печеньки там будут? — Сенди загадочно улыбнулась.

— Нет. Не успеет появиться печеньки, как они сразу исчезнут под лисьим куполом чудес, ууу... — Деш прикусил губу.

— Если хочешь их сожрать, так и скажи... Философ, — Макс хихикнул.

— Не. Так лучше, могу только по доброте душевной Хэнси дать, да и только.

— Спасибо... А почему не Сенди и Лилии? — Хэнсел поправил очки.

— У Сенди и так есть, а Лилия сказала, что не любит печеньки.

— Это правда, Лилия? — у Сенди округлились глаза.

— Да... Правда... Просто... — перед лицом возник образ мамы, которая печет печенья, посыпанные шоколадом и корицей. Милые песенки с папой на кухне переплетались в неге любви, которая обнимала всю семью и дарила счастье. Лучшее счастье. Ее передернуло: ком в горле так и не собирался уходить. — Не нравятся... — холодно произнесла она и отвела взгляд к потолку, чтобы успокоить свои мысли и воспоминания.

— Такс, идем. Всё равно Ара с нами пока нет, так что задерживать нас никто не будет. Да и Йоли тоже. Эх! Бедолаги! На территории вурдалаков! Ужас какой! — Деш вытер платочком глаза.

— Деш, ты в себе? Они ещё живы пока, — Макс улыбнулся.

— Ключевое слово «пока». И вообще, я не плачу, а просто морально готовлюсь к худшему, чтобы потом не растрачивать энергию на грусть, скорбь и депрессию.

Остальное время все молча шли до бокового этажа. Казалось, что этот путь никогда не закончится...

Глава 85

Неожиданным образом на этаже появилась та самая дверь, которая ведет в комнату тестирования — ничего примечательного, кроме того, что она была высокой. Почти под три метра. Такая серебряная, почти мерцающая перед взором.

— Итак, еще раз напоминаю, что в комнате тестирования нужно вести себя соответственно. С вами меня уже не будет, так что постарайтесь держать себя в руках и следовать инструкциям преподавателя.

— А что там будет?

— Понятия не имею. Вам удачи, а я пойду. И без фокусов. Раундель Кроус после ваших выкрутасов в другом кабинете преподает. Имейте в виду, что после повторного возгорания просто так вы не отделаетесь. Всё ясно?

— Да!

— Тогда еще раз удачи.

Толпа двинулась внутрь комнаты. Из-за скопления учеников было трудно дышать — со всех сторон толкались и бросались возмущенными взглядами.

Когда сие безобразие подошло к концу, перед глазами возникло полностью белоснежное помещение, которое ничем не было заполнено. Просто пустота.

Где-то впереди раздался голос:

— Здравствуйте, проходите! Не бойтесь! Просто мы ещё не приступили к тестированию, — в комнате возник профессор Саулин (преподаватель по боевым искусствам). Его голос был низким и тяжелым от напряжения, которое сквозило в воздухе и которое скопилось за весь рабочий день. Он был в серебристой мантии, которая гармонировала с его бледным лицом и золотистыми локонами, которые покоились на плечах.

— Насколько вы знаете, вас ждет тестирование, которое заключается в проверке вашей боевой практики. Будут проверены все ваши аспекты в действии, но а перед этим разделитесь по парам и начните разминку.

Все нашли себе пару, кроме Лилии. С побледневшим лицом она начала отрабатывать различные приемы, пытаясь отогнать от себя навязчивые мысли, которые с раздражением грызли по бокам.

Профессор с интересом наблюдал за тренировкой, — хотя по его лицу нельзя было сказать наверняка. Он поворачивал голову во все стороны, неспешно и спокойно, словно не было ощущения времени. В какой-то момент он обратил взор наверх и зачем-то начал кивать головой.

«Работа доводит не на шутку...» — подумала Лилия, закончив один прием.

«Интересно: он кому-то помолился за повышение зарплаты или это у него такая обречённая мина — всё принимаю, со скорбью в душе...»

«И о чем я только думаю...» — она занесла ногу в режущем ударе, который рассек воздух на должной высоте.

Мышцы завибрировали при приземлении — с таким знакомым и непередаваемым жаром, который скатывается по телу и не дает упасть в пропасть.

Когда все закончили, профессор кивнул и произнёс:

— Что ж, приступим к тестированию. Вам также понадобится разделиться на пары и выстроиться в очередь, чтобы начать испытание. Но перед этим хотел бы вам представить ученика с другой школы — Лоуэн Дар.

В комнате возник высокий парень с длинными белыми волосами, которые были собраны в пучок, а его серо-зеленые глаза были подобны туманному утру в лесу, которое было наполнено росой и тихим шелестом листвы. На нем также была серебряная мантия, которая мягко струилась сиянием, которое нельзя было объяснить. На боевой одежде был изображён пурпурный девятихвостый лис.

Пурпурно-белые лисьи ушки Лоуэна были неподвижны, как и его хвост, который мягко влачился вслед за мантией.

— Лоуэн Дар — ученик по обмену, так что он будет с вами учиться как минимум неделю. Прошу любить и жаловать.

Все ученики сразу загомонили, обсуждая внешний вид Лоуэна. Но казалось, что новенького это не слишком интересует.

— Построились по парам? Можем начинать? Запомните: те, кто заходят за пределы комнаты, занимаются своим испытанием, а другие в то время продолжают тренировку, ясно? Я каждого позову.

Первая пара прошла за пределы комнаты и растворилась в пространстве. Остальные продолжили разминку.

— Почему занимаешься одна? — рядом с Лилией возник Лоуэн.

Лилия сдула со лба прядь волос.

— Так получилось.

— Тебя боятся?

Лилия пожала плечами. Перед лицом возник образ Криса и его страдательная рожа. Дракон... Дракон...

Лилия уставилась в одну точку.

— Ты не против поупражняться?

Как-то в душе не было то ли настроения, то ли хорошего предчувствия...

— Против, — соленый привкус сжал горло.

— Почему? — Лоуэн следил за ее взглядом.

— Не в настроении.

— Так упражнения помогут его поднять.

— Думаешь?

— Для того спорт и нужен, чтобы отвлечься и сосредоточиться на главном.

— А что главное?

Лоуэн промолчал, снимая мантию.

— Вижу, ты согласна, начнем.

Лилия стояла, как статуя — было непонятно, готова ли она к действиям или нет. Ее глаза отражали белизну комнаты и девятихвостого лица, который уже наступал.

Легким движением Лилия увернулась от удара, будто от падающей тетрадки. Она совсем не нападала, а только уворачивалась от атаки.

— Почему ты не атакуешь?

Лилия подпрыгнула назад.

— А это обязательно?

Она была права... Можно и атаковать, и уворачиваться, а можно просто уворачиваться, но...

— Почему ты не идешь в атаку? — задал вопрос Лоуэн.

— Тактика боя предполагает воображение участников. Я просто делаю так, как считаю нужным. Данная техника помогает копить силы для точного удара, — она отпрыгнула от удара.

Лилия не понимала, так это или нет, но, кажется, Лоуэн хотел во что бы то ни стало дотронуться до нее.

— Уворачиваясь от ударов, ты можешь накопить силу, но будет ли она полезна, если твои мышцы недостаточно размялись для основного урона? — его руки стали создавать магический рисунок.

— Вот этого уже не может знать оппонент, который только недавно начал упражняться со мной.

— Даже близкий человек может не знать так, как незнакомец. Открываются совершенно разные двери и стороны души, — узоры заискрились и переплелись в водяной фонтан, который двинулся на Лилию.

На этот раз Лилия ответила тем же — оба потока воды встретились, образуя мощное сопротивление.

— Сможет ли существо удерживать баланс, если долгое время он находился в затишье и лишь уворачивался от возможных атак? — Лоуэн испытующе посмотрел на Лилию.

Она молчала. Голова начала болеть и давить на плечи. Руки еще продолжали работать.

— Ждать ли существу, пока его поймают... И... убьют, или действовать? — голос прозвучал в самой голове.

Голубые глаза засветились ярче.

«Заряди его в стену, чтобы не молол больше языком», — черный дракон внутри начал двигаться и разминать крылья.

«Я не могу... Нет! Не могу...»

— Сможет ли выжить существо в такой ситуации?...

— Почему ты молчишь?

«Не могу...»

Лилия расслабилась, готовясь к...

Резкий поток воды объял всё ее тело — девушка еле успела задержать дыхание, пытаясь войти в ритм бушующей стихии, но ее отбросило на 4 метра.

Суставы заныли от боли, а голова так и дергалась от шокового состояния. Дыхание стало редким.

Лоуэн подбежал к Лилии и протянул ей руку, но она лишь отвела взгляд и, превозмогая боль, встала сама.

Она еле влачила своё тело, словно старушка, которая мучается ревматизмом.

Лоуэн не успел сказать и слова, как Лилия произнесла:

— На этом закончим, — присев на маты, она начала наматывать на ссадины повязки.

— Помочь? — мягко произнес Лоуэн.

— Не нужно, сама справлюсь, Лоуэн Дар, — ее брови подрагивали от боли.

— Можно просто Лоуэн.

«И как только тебе? Не одиноко ли...?» — Лоуэн молча сидел напротив Лилии.

Голубые глаза больше не светились, казалось, что вспышка исчезла, а вместо нее остался мрачный купол затмения.

Раны быстро заживали — за повязками это было незаметно, но к Лилии приходило понемногу облегчение. Не нужно будет терпеть боль, но... Придется изображать ее, чтобы было правдоподобно...

Лилия закрыла глаза, пытаясь представить холодный порывистый ветер Североляндии, которого так не хватает в этой душной и горячей тюрьме, которая не заполняет огнем сердце (как в Лянгуаре), а лишь жжется внутри, пожирая все клетки чувств и разума. В эти моменты больше всего хотелось умереть в вечной мерзлоте — под толстым слоем снега и быть отдаленной земле, без возврата к миру, в котором колет зависть, догоняют обиды и убивает тоска, которая рождается в одиночестве и становится иголкой в теле, проникающей во все сосуды, пока не доберется до самого главного...

— Всё хорошо, Лилия?

Лилия открыла глаза и посмотрела на Лоуэна так, что ответа и не последовало.

— Скоро наша очередь, — Лоуэн увидел, как толпа учеников стремительно уменьшается.

— А ты участвуешь в этом?

— Конечно. Нужно всё время совершенствоваться.

— Хм... — Лилия снова задумалась, — удачи тогда.

— Спасибо, но мы будем проходить испытание вместе.

— С какой это радости?

— Я же знаю, что ты одна не справишься, намокла ведь? Правда? Это раз. Во-вторых, это испытание и так было парное, в-третьих, профессор был не против моего участия, а в-четвертых...

— А в-четвертых, за такую болтливость ты не поставишь ни одного блока и примешь на себя все удары, которые могут разнести тебя в щепки, в результате чего ты окажешься на нижней позиции биологической цепочки.

«И вправду... Что-то обычно я не так словоохотлив...»

— А ты?

— А я буду там.

— Где там?

— В нирване.

— С чего это?

— После такого увиденного мной зрелища меня освободят от кругов ада, для того чтобы компенсировать тот урон, который был нанесен теми, кто не может контролировать ни свою силу, ни свою разговорчивость.

Лоуэн не успел ничего сказать, Лилия вздохнула — боль снова взревела внутри, отдаваясь ударами горна. Она парировала:

— И в этом нет ничего печального для тебя. Думать надо было, прежде чем танцевать языком во время боя, да и еще так неискусно.

Лилия встала и прошлась по комнате, ее плечи еле подрагивали — как от холода, как от печали, как от тряски. Лоуэн почувствовал укол вины и, с минуты подумав, встал и подошел к ней, пытаясь осторожно ступать на пол.

— Прости, что сильно атаковал, я не хотел... Мне нужно было контролировать свою энергию, но я не сдержал ее, — его тихий шепот переливался в дымку.

Молчание длилось минуту — Лилия обернулась.

— Мир? — Лоуэн хотел было протянуть руку, но Лилия кивнула и прервала его жест.

— Мир. Раны заживут, если повторно по ним не бить. Расслабься.

Они сели на маты и ждали своей очереди. Никто из них не сказал ни слова.

Глава 86

— Вы готовы?

— Да, профессор.

— Тогда вперед. Будьте готовы ко всему.

— Ты готова, Лилия? — шепнул Лоуэн.

Она посмотрела на него пронзительным взглядом.

— Понял. Пошли.

Белый фон замерцал, и перед глазами возникла тёмная вспышка.

Лилия долго лежала неподвижно. Был слышен аромат свежей листвы и цветов, которые мягко касались тела.

Лоуэн же очнулся от дремы и приблизился к напарнице.

«Она жива вообще?...» — ладонь потянулась к руке, чтобы проверить пульс.

— Я жива, поэтому держись в радиусе от 10 метров.

Глаза лисицы мгновенно открылись — голубые кусочки льда устремились на Лоуэна, угрожая поджечь его холодом и стереть в порошок. Он поднял руки и отпрянул на несколько шагов.

— Смотрю, твои способности в примерном измерении в пространстве нарушены. Это не 10 метров, — девушка встала с мягкой травы и начала разминать руки, после чего поправила волосы.

— Таким еще не страдаю. Просто нам нужно действовать вместе, а поскольку расстояние в 10 метров не дает результаты успешной коммуникации и мобильности в отношении преодоления опасностей, придется находиться на таком расстоянии, — на Лоуэна была теперь боевая экипировка, как и на Лилии, которая недавно это заметила. У него она была пурпурно-черного оттенка, а у Лилии — цвета айсберга, переливающегося в тёмную дымку.

Лилия сразу погрустнела — она старалась не смотреть на экипировку, которая состояла из чешуи дракона...

— Что-то случилось?

В горле застряли все слова.

—... Ничего, — чем-то тяжелым сдавило грудь, — пошли.

— Куда?

— Вперед. Нужно понять, как пройти это испытание.

— Обычно в таких тестированиях приходят какие-то воины, ниндзя или маги.

— По очереди?

— По-разному бывает: в зависимости от того, какой уровень боевой физической и магической подготовки. В нашем случае — появятся все...

— С магическими... Физическими...

— А вот это покажет время. Боишься, Лилия?

— Противников нет. Я боюсь того, что здесь так тихо и спокойно, словно мы оказались на отдыхе.

— Ну, значит, пока нам система благоволит. Нужно в любой ситуации и месте быть готовым ко всему.

— Это невозможно. Тогда существо будет жить всё время в страхе.

— Необязательно, когда есть на кого положиться...

— В этом мире нельзя ни на кого положиться.

Лоуэн посмотрел в упор на Лилию, он понимал, что совершил оплошность...

«В этой жизни ни у кого нет поддержки, которая была бы до гроба — ибо у каждого своя жизнь... Своя смерть...»

— Да. Тогда нужно рассчитывать только на себя, — еле слышно проговорил Лоуэн, — иначе ты умрешь...

Лед начал мерцать.

Они шли по полю.

В округе — никого.

Бабочки беззаботно пролетали мимо. Птицы мило чирикали о чудесном мире. Деревья шелестели о погоде и вечности, которая остается в земле и выживает даже в метель. Солнце посылало лучи своим детям, странствующим по маленьким мирам, которые являются огромным сердцем в организме целостного механизма жизни...

— Слушай, это не голограмма... Мы... — она еле дотронулась цветов, которые тянулись всем существом к солнцу.

— В одной из точек земли. Да. Ты права, Лилия, — он сощурился.

«Раны, что ты получишь, заживут, а вот этот фрукт не сможет долго продержаться», — произнёс дракон с ощутимой усмешкой.

«Может, этот фрукт на самом деле — многослойный лук, откуда ты знаешь?» — Лилия скрыла улыбку.

«В таком случае держись от него подальше, а то сама станешь луком — причем за километр это будет узнаваемо»

«Я поняла тебя. Всё покажет время. Как-то всё странно идет в последние дни»

«Пока жива — привыкай, те, кто _живет_, сталкиваются с трудностями, другие же — просто будут существовать, если их не устраивают препятствия на пути, то они — просто существуют в омуте своих мечтаний...»

В груди пронзило. Жив ли тот, кто лишился самого дорогого, что было у него в жизни?... Потерял его...

— Лилия! Лилия! А вот и оно...

Девушка обернулась — вдалеке послышался стук копыт. Всадники стремительно приближались в их сторону.

— Нам нужно действовать слаженно. Пригнись, на всякий случай... Они могут оказаться лучниками или...

— Убийцами... Можно атаковать их по-одному или по обоим флангам.

— Есть способ поинтереснее.

— Поведай.

— Мы пойдем напролом, обманным механизмом под кодовым названием «Пошел вон, мужлан!».

Брови полетели вверх.

— Поподробнее.

— Рассказываю.

Лоуэн вкратце объяснил план действий и с довольным лицом посмотрел в небо.

— Надеюсь, это просто шутка...

— Это же отличный план.

— Почему тогда в главной роли я?

— Это придаст пьесе неожиданную развязку. Вот увидишь, — Лоуэн зловеще улыбнулся.

— Ладно, но я бы внесла одну поправку, — она посмотрела на него

Этот мимолётный взгляд — Лоуэн понял всё... Она — не просто лисица...

Тем временем...

— Хорошо поохотимся, Лео, чего ты!

— Мы уже битый час здесь катаемся — пустота, да и только!

— А что ты хотел... Сейчас время такое: осторожные детки и взрослые дома сидят.

— Что ты несешь? А как они живут, по-твоему? Они должны выходить хоть иногда.

— Ты прав, но не все такие глупые, как кажется...

— Ага, только к тебе это не относится. Ахах.

— Ну чего ты такой злой? Ахахах, не бойся, сегодня не найдем — пусть...

— Или найдем... Вот это цыпочка...

— Чего?

— Тц! Тихо... Стойте здесь, я проверю.

— Кто это?

— Сейчас узнаем...

— Может, окружить ее?

— Рано. Да и что одинокая девушка нам может сделать? — всадник улыбнулся, отдаляясь от своих товарищей.

— Не нравится мне это... Одинокая девушка... Одна в таком поле...

В отдалении взору открылся вид на большой камень, на котором спиной к всадникам сидела худенькая девушка, на которой было надето платье, состоящее из цветов — казалось, что они были собраны совсем недавно. На этом поле. Такие свежие и приятные по аромату.

Белоснежная кожа блестела на солнце, придавая таинственную загадку этому существу, которое, возможно, живет несколько веков, а, возможно, только родилось. Определить было невозможно...

— Добрый день, мадмуазель, — всадник был почти в трёх шагах от девушки.

Она не шелохнулась. На ее лице была цветочная маска, которая скрывала выражение ее губ и глаз.

— Вы скромница, да? — всадник слез с лошади, медленно обошел камень и предстал перед ее лицом.

— Что делает такая красавица здесь? Одна. На поляне. Без никого. Совсем одна? А? — он приблизился к ней.

Она начала говорить, не поднимая головы:

— Я люблю гулять, — ее голос еле прошелестел.

— Одна? Не боишься, что такую молоденькую и красивую украдут? — он улыбнулся во все зубы.

— Что вы, господин. Конечно нет. Я не одна.

— Правда? С супругом? И где же он?

— Нет, зачем мне муж, если у меня есть любимая сестричка.

— Сестра?...

— Да! Такая милая, красивая...

— Ого... И где она? Я хотел бы познакомиться и с ней.

— О, она была бы очень рада... Только...

— Что?

— Будьте осторожнее, она очень тактильная девушка.

— Хм. И что в этом такого? Не вижу ничего плохого.

— Ну раз вы... Лоурия! Лоурия! Тут господин пришел с тобой познакомиться. Выходи!

За большим деревом можно было рассмотреть высокий силуэт, который начал приближаться в не менее красивом цветочном одеянии. Лишь маска и веер, который находился в руке незнакомки, на лице прикрывали абсолютно всё, что можно было.