Рассвет на Гдовке

Анастасия Калько

Рассвет на Гдовке

Глава 1

... В мире шумном островок спокойствия,

Гдов — символ Родины и часть ее души,

Что льется, как вода Чудского озера,

Чьи пляжи летом очень хороши!

Истории здесь много, люди гордые,

Кто защищал свой край в великую войну.

И память о событиях храним мы твердо,

Не опорочив словом дедов седину...

/Елена Яковлева. 2023 г. /

Все персонажи и события романа являются вымышленными. Любое сходство с реальностью случайно.

*

"Все-таки мать из меня получилась неважная, - думала Вероника Орлова, плотнее затянув завязки капюшона непромокаемой куртки и спеша к "зебре", пока горит зеленый сигнал для пешеходов. - О чем я только думаю, когда в моей жизни произошли ТАКИЕ перемены? Опять ностальгирую по своей "однушке" на "Парнасе", вагонам метро и видам на автостанцию и никак не привыкну к тому, что теперь живу в двух шагах от редакции, а не думаю о том, как спали Таня и Витя, как они покушали, и так далее? Витя-старший говорит, что, может быть, это придет ко мне позже, но уже пошел четвертый месяц, а я все та же спецкор Орлова, начальник отдела расследований "Невского телескопа", думаю только о работе, в курилке говорю о работе и ночами сижу над лонгридами... и рада без памяти, что у меня есть няня и кормилица с проживанием, так что ночью есть кому подойти к детям, когда им что-то нужно, а днем я могу зависнуть на работе с очередным форс-мажором. Я удивляюсь, как дети меня еще узнают, а не удивляются, что это за тетя иногда забегает к ним в детскую. Улыбаются и тянут ко мне ручки, словно уже понимают, что "мамы всякие нужны"!"

В марте случилось то, чего так долго ждали Вероника и ее муж, крупный бизнесмен и политик Виктор Морской. У них родилась двойня, мальчик и девочка. Сына Ника и Виктор назвали в честь Морского, а дочь - в честь Никиной матери.

Вероника жила теперь в премиальной квартире на набережной Фонтанки, за которую выплачивала свою долю в рассрочку - только на таких условиях она согласилась переехать из Северной долины. К детям Виктор приставил элитную няню, самую лучшую из тех, кого предложило агентство. Когда оказалось, что у Вероники нет молока, Морской подыскал детям кормилицу, молодую женщину, цветущую, как женщины с портретов фламандских художников. Хозяйство в восьмикомнатных апартаментах вела домработница. Вероника могла вести прежний образ жизни и две недели назад вышла из декретного отпуска на работу в "Невский телескоп", по которому за полгода отчаянно соскучилась.

Тосковала она и по своей квартире на улице Михаила Дудина, и по Северной долине, и по станции метро с пологими новомодными эскалаторами, и по реву поезда в тоннеле, и по купленному в дорогу на станции журнальчику.

"Другая прыгала бы под потолок и плясала бы голая на столах, поменяв "Парнас" на Фонтанку. А у меня все шиворот-навыворот!" - Ника взбежала на крыльцо редакции, потянула на себя тяжелую дверь.

Первая чашка кофе перед "летучкой" у главного редактора. Первая полемика у кофейной машины с замредактора Голубевой, когда та прошипела вслед что-то из серии "наша царственная особа пожаловала". Курилка, где Саня выдыхает после суматошной доработки материала под грозный рык ответственного секретаря: "Я долго буду ждать материал на разворот???", а девочки из светской хроники хихикают над каким-то "чудиком", который рассмешил их по дороге из метро. Звонок главреду от одного из недавних героев публикации Вероники с благодарностями. "Это что-то новое, - улыбнулась Ника, когда начальник на летучке сообщил ей об этом, - обычно звонят, чтобы обругать меня за мой главный недостаток: врать не умею!".

В обед ей позвонил давний знакомый, блогер Женя Малышев, выступающий в интернете под ником Дарт Вейдер. В кадре и на публике он часто появлялся в черных латах, шлеме и плаще Лорда Ситхов, шумно дыша и поигрывая алым лазерным мечом. В "гражданском" это был высокий спортивный молодой человек с густыми темными волосами, крупными красивыми чертами лица и смешливыми серыми глазами. Познакомились они несколько лет назад, и Ника помогла ему раскрыть давнее преступление и восстановить доброе имя его отца, официанта Кирилла Малышева, которого принесли в жертву, чтобы покрыть чужой грех. Это стало началом верной дружбы блогера с Вероникой и Виктором.

Неделю назад Женя отправился в очередную поездку в Псковскую область, где в ряде городов запланировал серию публичных акций по обращениям подписчиков в защиту справедливости и правовых норм. "В Н. тесть начальника полиции держит собаку, которая запугала весь квартал - все спешат спрятаться и чуть ли не на деревья залезть, когда он своего бронтозавра выводит. Жаловаться на него без толку: зять все обращения отслеживает и в корзину отправляет. Они с тестем лучшие друзья, рыбалка-охота-грибы, вот зятек и покрывает родственника. В М. чиновница городской прокуратуры устроила форменную травлю матери-одиночки, медсестры в детской поликлиники: их дети в садике подрались, и сын медсестры не убежал с плачем, как другие дети, а дал сдачи сыну чиновницы, который ни в чем не знает удержу и замучил уже всю группу и воспитателей, а мать ему потакает. Все всё понимают, но боятся выступить против этой женщины, и она уже вообразила, будто бы Бога за бороду держит. В Л. девица из семьи местечковой элиты терроризирует всю школу, издевается над учителями и избивает одноклассниц, и ей все сходит с рук потому, что ее отец спонсирует школьные нужды и со всеми в городе "вась-вась". Отец одной из пострадавших девочек хотел поговорить с хулиганкой, так она подняла шум, подала заявление в прокуратуру об избиении и домогательствах, родители встали на ее сторону, и бедному мужику теперь серьезная статья грозит. В О. на первом этаже жилого дома под видом продуктового магазина открыли пивную, и там целый день шумят посетители, выясняют отношения, дерутся, кусты превратили в общественный туалет, достают прохожих, а жильцам за замечания уже пару раз окна камнями били... Надо вмешаться!"

Сейчас Женя был в Гдове.

- Акции провел, - сообщил он, - отдыхаю. Тут у меня будет еще одна небольшая работенка рекламного характера, а потом пару-тройку дней расслаблюсь. Городок идеально подходит для релаксации - маленький, патриархальный, старинный... Вам бы он тоже понравился!

- Да, я вас понимаю, Женя. Я тоже иногда люблю выехать в какой-нибудь маленький живописный городок с богатой историей.

- Если бы только не туристы! Каждый день сюда привозят экскурсантов, и они шумят и толпятся в историческом центре, на несколько часов нарушая идиллию!

- Туристы - это вечно и повсеместно, - усмехнулась Вероника, - и на Койонсаари их возят, и в санаторий Старой Руссы, и в Гдов. Кажется, даже если мы прилетим на Плутон, то рядом тут же приплутонится большой туристический шаттл, и оттуда высыплют туристы с экскурсоводом. Все дружно побегут фоткать лед, горы, делать селфи на фоне Харона и еле видного вдалеке Солнца, непременно вытянув руку и сделав ладонь "ковшиком", словно держат светило на ладони...

Женя рассмеялся в ответ:

- И непременно начнут выспрашивать, где поблизости "удобства". Надеюсь, что найдут, а то весь Плутон "разукрасят". Вы знаете, в Новой Ладоге мне рассказали, что на одной заправочной станции, едва увидев подъезжающий туристический автобус, тут же вешают табличку: "Туалет не работает!" после того, как энное число раз пришлось убирать первобытный хаос...

- В Питере сейчас как раз разгар высокого сезона. На Невском негде шагнуть - такое столпотворение. Я же теперь в центре живу и все реалии туристического наплыва на себе ощущаю.

- Сочувствую, - заметил Женя. - В Колпино и Шушарах есть люди, которые завидуют жителям Центрального района и мечтают туда переселиться. А между тем, в центре некоторые жители грезят о жилье за городом, в дачном поселке, подальше от "прелестей" жизни в историко-культурном центре, или переезжают в отдаленные районы.

- Но вы-то, Женя, не из их числа.

- Не из их, - подтвердил блогер, - мне по работе надо быть поближе к центру. Где-нибудь на выселках акция или стрим не пойдут и хайпа мало будет. Вот планирую, правда, шумнуть по поводу самокатного беспредела в Московском районе. На Парке Победы, Московской и в Купчино люди жалуются, что невозможно по тротуару пройти, не шарахнувшись раз десять из-под колес или не налетев на оставленный посередине тротуара "рогалик"... Из центра их потеснили, и они теперь оккупировали отдаленные районы. В общем, следите за обновлениями на моей странице! - жизнерадостно заключил Женя.

- Буду следить, - отозвалась Ника, - а на тему о самокатах может даже и откликнусь. Слишком много их стало на наших улицах, и слишком много проблем они создают, несмотря на все нововведения. Вижу, Женя, темы вам сами в руки просятся - вы их даже не ищете!

- Профдеформация, - пояснил Вейдер, - даже на отдыхе я наблюдаю и подмечаю. Другой бы мимо прошел - а я возьму на заметку и сделаю сюжет!

- Я и сама такая же.

*

Насвистывая, Женя-Вейдер вышел из своего номера в гостевом доме на втором этаже старинного особняка. Первый этаж занимали сувенирная лавка и цветочный магазин. Каждый день, за час-полтора до полудня, к ее крыльцу подкатывали туристические автобусы из Петербурга, и оживленные экскурсанты спешили за сувенирами. Выйдя из гостиницы, Вейдер попал прямо в середину толпы, высыпавшей из очередного сверкающего гиганта "Первые линии". "Да, права Вероника Викторовна: если живешь в историческом центре города или вот таком маленьком старинном городке с историей, принимай как данность регулярные визиты туристов... Сейчас накупят сувениров и косметики и поедут осматривать городские достопримечательности, а после обеда отправятся на Чудское озеро - заказывать требы в церкви, делать селфи на берегу, там, где, по словам гида, "наши наваляли ливонцам", и покупать хэнд-мейд у местной молодежи. А сейчас они уже побывали на местном рынке, кто-то купил комнатные цветы, мед, деревянные поделки или рыбу, и багажное отделение автобуса за день пропахнет копчениями... М-м-м, подумал о копченой рыбе, и самому захотелось полакомиться!".

Женя вышел на улицу, оставив позади запруженный туристами двор. припозднился он сегодня - накануне до полуночи пилил лайв и вывешивал на платформе, а сейчас заговорился с Вероникой Викторовной. Она только что вышла из декретного отпуска и соскучилась по новостям. Всего три месяца она провела дома после родов, как в те времена, о которых рассказывала бабушка по материнской линии, живущая в Мариенбурге под Гатчиной. Женя часто ездил туда с матерью и отчимом, отдыхал на природе и помогал бабушке по дому - подправлял забор, укреплял перила на крыльце (блогер любил поработать физически), а мама с бабушкой в летней кухне трудились над очередным кулинарным шедевром и неспешно беседовали. Недавно заговорили о дочери одной маминой подруги. Молодая женщина провела в отпуске по уходу за ребенком три года, потом добилась продления отпуска еще на три года, а теперь, когда шестилетний срок подходил к концу, забеременела снова. Откровенно говоря, она и не горела желанием выходить на работу, комфортнее всего чувствуя себя в роли домохозяйки, "хранительницы очага", и с хорошо зарабатывающим мужем могла себе это позволить. "А нам и три года никто не давал, - вспоминала бабушка, - два месяца до родов дома провела и два - после, и снова к станку. А мать моя, Царствие Небесное, и того меньше: месяц перед родами, месяц - после, и всё"... "И я тоже рано вышла, - вздыхала мама, - сама помнишь, что с Кириллом случилось. Женечке еще полгодика не было, я с ним в Купчино одна, и тут уж либо на работу иди, либо на паперть. время было злое, 90-е годы, никто никому не нужен, вот и пришлось Женю в ясли сдать, а самой в кассу садиться в метро, жетоны продавать..." "Ничего, - улыбнулась бабушка, - Женечка хоть и в ясельках, зато вон какой молодец вырос. Другого до бороды с рук не спускают, а вырастает ни то, ни се, а наш - хороший парень... Женя! Хватит молотком тюкать, потом доделаешь! Иди, я твой любимый расстегай испекла!"

Так что Вейдер понимал Веронику Викторовну. Он и сам томился, если долго не было острых тем для публичных акций или стримов. Рекламных заказов у него всегда было много, но Вейдеру для души нужна была творческая работа, свобода мысли, возможность проявить свое "я". Он держал открытый канал для связи с подписчиками и готов был принять любое интересное сообщение и откликнуться на него. Если тема была ему интересна, Женя мчался в любой уголок огромной страны. То там, то сям он появлялся со своей командой - в черных латах, под "Марш Империи", шумно дыша в шлеме и громил несправедливость и нарушение правил, помогая людям, попавшим в трудную ситуацию.

Бодро шагая по набережной Гдовки, Женя увидел на скамейке знакомую тонкую фигурку и не поверил своим глазам: вот так встреча!

Девушка с длинными черными волосами, в облегающей черной майке и модных широких брюках, заправленных в высокие ботинки, сидела лицом к реке и что-то читала в телефоне. Женя узнал бы ее из тысячи - даже со спины и издалека - волнистые волосы, точеные плечи, кошачья пластика движений.

Мияко Мацуо, загадочная японская красавица, владелица сети магазинов парфюмерии и косметики "Карюкай" и артистка цирка "Сумида", время от времени приезжала в Россию. Ее магазинчики не закрылись даже сейчас, в эпоху тотального ухода иностранных предприятий с отечественного рынка. Еще Мияко выступала во втором отделении в "Сумиде", показывала со своим напарником Оямой Миядзаки чудеса ниндзюцу. С Миядзаки Женя тоже был знаком. Невысокий субтильный японец как-то вскользь обронил, что является отдаленным потомком рода "даймё" - японских аристократов. С ними Вейдер познакомился несколько лет назад, когда "Сумида" гастролировала на Южном берегу Крыма и остановилась в Ялте. Женя приехал в южный город для проведения публичных акций. В это же время там проводили медовый месяц в отеле "Ореанда" Вероника Викторовна с Морским в апартаментах "Екатерина Вторая". "Хорошо еще, что не в "Ассе" остановились! - шутил Виктор Ильич. - Там все не очень хорошо закончилось для главного героя!". По стечению обстоятельств в это же время в Ялту прикатил и давний друг молодоженов, адвокат Наум Гершвин, у которого в ту пору расцветал роман с красавицей из дипкорпуса Харукой Ямаути, подругой Мияко и куратором "Сумиды". А потом лавиной обрушились события - одно другого круче: загадочные смерти и убийства, покушение на Вейдера и загадочное спасение - когда люди местного авторитета по приказу босса попытались убить блогера, угрожавшего оглаской их криминальному бизнесу...