Радио мертвых

– Какие могут быть последствия? Я имею в виду физические, а не дар, как у тебя.

Отчасти Люсинда ожидала, что Макс отговорится, свернет тему, потому что в этот раз уже она коснулась слишком личного. Но он мягко улыбнулся.

– Разные, Люси. Зависит от многих факторов. От травмы. От времени нахождения в коме. От личных ресурсов организма, возраста. Я не врач. И мой случай отличался от случая Арсения. У него нет физических повреждений, но он находится в этом состоянии вторую неделю. Я же провел в коме всего несколько дней. Но у меня были такие травмы, с которыми… не выживают. Я восстанавливался не столько от последствий комы, сколько от физических повреждений. Долго. Болезненно. И, если честно, без всякого желания.

Люсинда, глядя на оставшийся на донышке остывший чай, удрученно кивнула. Но Макс бодро завершил:

– Арсений же, в отличие от меня, очень хочет жить. Он сам мне об этом сказал. Так что…

После недолгой паузы они снова немного поговорили на отвлеченные темы. У Люсинды даже сложилось впечатление, что Макс специально пытается ее отвлечь от тревожных мыслей.

Когда он ненадолго вышел, Люсинда открыла приложение и сделала в привычном ресторане заказ, выбрав блюда на свое усмотрение. Вкусы напарника она уже более-менее изучила – они тоже были у них похожи. Для Альмы, на свой страх и риск, заказала как овощные блюда, так и мясные. Не зная, когда шаманка завершит ритуал, Люсинда отметила время доставки через сорок минут.

Макс вернулся, когда она еще не завершила заказ, и попытался сам все оплатить. Но у него вовремя зазвонил телефон, и Люси, отправив оплату, удовлетворенно улыбнулась.

– Да, Надежда Юрьевна… Здравствуйте.

Он замер посреди кухни, и растерянность в его голосе заставила Люсинду оторваться от телефона. Макс, слушая, что ему говорят, нахмурился, а потом ненадолго прикрыл глаза.

– Да… Да, я приеду, Надежда Юрьевна. Где и когда? Хорошо, понял. Я запомню. Спасибо. Да… И… соболезную.

Отключив вызов, он сунул телефон в карман толстовки и медленно выдохнул. Люсинда не решилась спросить, что случилось. Впрочем, и так догадалась. Надежда Юрьевна Дворцова была тещей Арсения.

– Эллина ушла.

Макс не смог произнести слово «умерла». Люсинда закусила губу и опустила взгляд. Что она в этот момент чувствовала – и сама не могла понять. Наверное, ничего. Ничего, потому что новость оказалась хоть и ожидаемой, но неожиданной, да еще в момент, когда за жизнь Арсения борются врачи и прилетевшая из Перу шаманка.

– Надежда Юрьевна попросила меня приехать на похороны.

– Поедешь? – тихо спросила Люсинда.

– Да, – кивнул он. – Чувствую некую причастность ко всем этим событиям.

– Ты сделал то, что нужно. Помог и самой Эллине, и ее семье – принять ситуацию. Другого выхода не было, Макс.

– Да. Это так… – он взъерошил волосы. Разговор прервала появившаяся на кухне шаманка. Макс с Люсиндой, не сговариваясь, одновременно вскочили. Альма посмотрела сначала на Макса, потом перевела взгляд на Люсинду. Та короткая заминка, которая предшествовала прозвучавшим глухо и тяжело словам, уже послужила ответом на немой вопрос Люсинды.

– У меня плохие новости. Сожалею.

* * *

Все собрались в кабинете Макса без опоздания. Когда он накануне поздним вечером отправил в общий чат сообщение, что нужно всем срочно встретиться, никто не возмутился. Наоборот, все написали, что к девяти будут в офисе.

Оглядев притихших сотрудников, глядевших на него с ожиданием, Макс подумал, что они – команда. Наконец-то сложившаяся команда.

Среди них не было только новенького – Андрея. Надо бы добавить его в общий чат… Но такое сложное и внеурочное собрание хотелось провести без него: Макс ни на минуту не забывал, что нового сотрудника к ним направил отец Люсинды.

– Спасибо за то, что приехали. И за то, что не спорили, не задавали лишних вопросов, – начал Макс без лишних вступлений, одновременно открывая на телефоне приложение с пометками. Если он что-то упустит или не так скажет, Люсинда дополнит или поправит.

– Ты тоже вряд ли стал бы собирать нас в воскресенье, если бы просто соскучился, – сказала Лида и дернула уголком рта в полуулыбке. Ведьма приехала в мягком уютном костюме, который мог бы сойти за домашний, и почти без макияжа, и Максу невольно вспомнилось одно ночное собрание, когда всех срочно созвал Гера. Тогда коллеги тоже приехали в домашней одежде.

– Да, без надобности бы не стал звать, – согласился он. – В общем… Вчера Альма смогла спуститься в Нижний мир. Или, как она его назвала, в Уку Пача, и через духов говорила со Смертью. Наши подозрения подтвердились. Душа Арсения находится в плену у Смерти и вернуться не может. Это плата за то, что Арсений… то есть Сарири, в свое время обманул Смерть. Не сам, с помощью Альмы, но все эти десять лет он жил под чужой личиной.

Макс оглядел притихшую команду, но никто даже не пошевелился. На лицах коллег так и застыло выражение напряженного ожидания.

– Альма пыталась договориться со Смертью, чтобы та отпустила Арсения. Даже предлагала свою душу в обмен на его, так как сама причастна к тому обману. Но Смерть отказалась от сделки.

Кто-то из команды огорченно ахнул. Макс не понял, кто именно – Лида или Марина. Люсинда все это время сидела рядом в одной позе – с выпрямленной спиной и сложенными на коленях руками.

Макс бросил взгляд на телефон: теперь предстояло перейти к самому сложному.

– Смерть предложила свой вариант договора. Она отпустит шамана, но вместе с ним в наш мир из Нижнего выйдет некое божество. Супай.

– Супай? – вскинул светлые брови Гера. – Это что еще за новая бабайка?

– Бабайка как раз очень древняя, Гера. И такая, с которой лучше не связываться, – вздохнул Макс и снова сверился со своими заметками. Половину ночи он провел, читая все, что мог найти про Супая. Альма объяснила им, кто это, но Макс все равно искал всевозможную информацию. – Это непредсказуемый, изменчивый и вездесущий бог. Он может благоволить тем, кто ему нравится, исполнить заветное желание, сопроводить в мир мертвых умерших, но олицетворяет собой зло. Где бы он ни появился, везде сеет ужас, сомнения, разрушает веру людей в себя и в богов. Доброго человека может обратить в злодея, умного – в глупца. Его отождествляли даже с дьяволом. Есть одна, например, легенда, хорошо характеризующая вероломство этого божества. Легенда об озере Титикака.

То, что на такое смешное название не отреагировал даже Гера, лишь подчеркнуло, в каком напряжении находились коллеги.

– Как гласит легенда, раньше на месте озера находилась плодотворная долина, в которой в мире и согласии жили люди. Земля давала им все необходимое, и жители не знали ни ненависти, ни смерти. Боги защищали их, в обмен же запретили подниматься на гору, где горел Священный огонь.

Но Супай, обреченный жить в темноте, не мог видеть, как люди живут так счастливо и спокойно. Он придумал, как посеять разлад. Всякими уловками Супай разжег у людей любопытство и подговорил ослушаться богов. На рассвете жители долины, нарушив запрет богов, отправились в горы, чтобы отыскать Священный огонь.

Макс взял телефон, чтобы зачитать то, что записал ночью.

– Дух гор Апу решил истребить ослушавшихся запрета людей и наслал на них тысячи пум. Дикие звери разорвали всех, кто искал Священный огонь. Те, кто пытался спастись, просили Супая о помощи, но коварный бог остался равнодушен к мольбам. Почти все погибли. Увидев это, бог солнца, Инти, заплакал, его слезы превратились в потоп, и на месте долины образовалось озеро. Спаслись на тростниковой лодке только одна девушка и один юноша. А пумы превратились в каменные изваяния. Вот такого «бабайку» потребовала выпустить в наш мир Смерть.

Макс закрыл приложение на телефоне и сел. В кабинете на долгое время повисла тишина, которую никто не решался нарушить. И в эти свинцово-тяжелые минуты принималось неотвратимое решение, которое он так и не решился озвучить вслух.

– А другого варианта нет? – растерянно спросил Гера и запустил пальцы в растрепанные светлые волосы. Макс слегка качнул головой.

– Альма сказала, что очень любит Сарири… То есть Арсения. Он ей как брат. Но она против того, чтобы идти на сделку с таким страшным божеством. В качестве «утешения» Альма сказала, что остаться со Смертью было решением Арсения.

Макс буквально физически ощущал тяжесть повисшей тишины: она давила, мешала дышать, будто некто поставил ногу ему на грудь. И, думая обо всем случившемся с ними за последнее время, он в очередной раз заподозрил хитро выстроенную многоходовку. Вряд ли Смерть позволила тому, кто попытался ее обмануть, жить спокойно под чужой личиной просто так. Не готовился ли шаман сразу в проводники в их мир для этой демонической сущности?

Или это Макс уже видит во всем подвох после «общения» с их бывшим врагом Иваном Темным? Правда, тогда, когда умер шаман Сарири, никакого агентства не существовало. Но… Но именно тогда и сам Макс оказался в эпицентре взрыва и умер бы, если бы не вмешательство Сергея Степановича. А так ли уж были сильны рунические ставы бывшего шефа?

– Бро… – первым нарушил тишину Гера. Но, начав, тут же осекся и беспомощно пожал плечами. А потом перевел взгляд на Люсинду.

Напарница сидела все так же с выпрямленной, как у балерины, спиной и с тем же отсутствующим выражением лица. Вчера Люси сказала Максу, что вне зависимости от решения, которое примет команда, она будет просить отца, чтобы тот продолжил оплачивать пребывание Арсения в дорогой клинике. Макс понимал, чего стоило Люсинде не только встретиться с родителем, но и о чем-то его попросить. А еще он думал о других словах Альмы, которые не озвучил команде: времени нет. Смерть ждет ответа сейчас. Если они не пойдут на сделку, Арсений умрет в ближайшее время и никакие аппараты его не спасут.

– Мы не сможем сразиться с таким божеством и исправить все последствия, какие возникнут. Мы не супермены, – тихо высказал Макс то, о чем наверняка думали остальные. Как же ему хотелось избавиться от такой сложной миссии – вынести вердикт, который больше никто и не решился озвучить.

Первой встала Лида. Даже не встала, а вскочила, сдернула со спинки стула свою курточку и торопливо сунула в рукав руку. Удалось ей это только со второго раза: в первый раз она промахнулась и уронила куртку на пол. Гера дернулся помочь, но Лида резко мотнула головой, отказываясь. Показалось Максу или нет, но ее глаза подозрительно заблестели.

– Спасибо, начальник, что больше ничего от нас не скрываешь, – почти выкрикнула Лида и рывком задернула молнию. – Ну… коллеги, до завтра. Счастливого всем воскресенья!

Она под молчаливыми взглядами ринулась к двери, но на пороге оглянулась и высоким голосом, в котором звенели слезы, выпалила:

– Макс, это все так… И то, что мы не справимся с таким мощным злом. И что нельзя выпускать его в наш и без того беспокойный мир! И что это было решением Арсения… Но почему же, черт возьми, я чувствую себя долбаной предательницей?!

Лида, уже не таясь, всхлипнула и, выскочив в коридор, громко шваркнула дверью. Следом опомнился Гера:

– Бро… – он снова беспомощно пожал плечами и, чуть поколебавшись, вышел следом за Лидой.

Люсинда попрощалась с Максом молчаливым взглядом, в котором уже не было, как вчера, боли, только пустота. И, в отличие от Лиды, выскользнула тихо.

Макс спрятал лицо в ладонях и медленно выдохнул. На какую-то долю секунды им овладела решимость: вернуть всех, сказать, что так неправильно, так нельзя! Вчера он заметил, как в зеленых глазах Люсинды зарождалась надежда. Никогда он еще не видел напарницу такой взволнованной, суетливой. А потом надежда в глазах Люсинды сменилась болью. Сегодня же в них не было ничего.

Макс вздрогнул, когда на его плечо мягко легла ладонь. Оказывается, на эти мучительные секунды он совершенно забыл о том, что с ним осталась Марина. Он молча прижался щекой к ней, и девушка его обняла.

– Пойдем. Пройдемся, – сказала Марина.

– Да. Да, конечно, – вздохнул он. Этот день они должны были провести вместе: сходить на выставку, которая заинтересовала девушку, потом пообедать в ресторане. Но сейчас ничего не хотелось.

Они вышли из офиса и не разговаривая отправились к метро, идя рядом, но словно порознь. Хотя Марина ничего не говорила и не держала его под локоть, как обычно, шла, как и он, погруженная в свои мысли, с ней было уютно даже молчать. Впрочем, тишина длилась недолго.

– Макс, мы же ведь ничего не потеряем, если… Если попробуем руны.

– Что? – задумавшись, он не сразу понял, о чем она. Марина приблизилась и взяла его за руку. Он переплел пальцы с ее и слегка пожал.

– Можем попробовать вернуть Арсения с помощью рун, как однажды это сделал с тобой Сергей Степанович, – решительно произнесла девушка.

– Среди нас нет рунологов, – напомнил он и остановился следом за ней.

– Нет, но Сергей Степанович вроде как немного передал мне часть своих способностей. Да, я так и не занялась серьезно изучением рун, но… Но мы же ведь ничего не потеряем, Макс, если хотя бы попытаемся?

– Я не знаю, какой став использовал Степаныч, – сказал он, но слова Марины подарили призрачную надежду.

– Есть маленький шанс, что записная книжка с формулами осталась у жены Сергея Степановича или их сына.

– Точно. Гера! – пробормотал Макс и вытащил телефон. Хакер продолжал общаться с семьей бывшего шефа, а Лайя и вовсе водила дружбу с Алексеем.

Отчего-то он написал не лично Гере, а в общий чат. Под сообщением сразу же появились две синие галочки: кто-то его прочитал. Макс подождал ответа, но тот так и не пришел.

– Давай вернемся в офис и начнем штудировать книги по рунам, – предложила Марина.

– Но у нас же свидание… Ты хотела на выставку.

– Макс, – горько улыбнулась девушка. – Ни тебе, ни мне сейчас не до выставки.

– Это верно. Ладно. Пошли.

Он снова проверил телефон и зачем-то отправил всем сообщение, что возвращается в офис.

Едва они, сняв верхнюю одежду и вытащив из шкафа пару книг, расположились за столом, как в домофон кто-то позвонил. Марина вскочила первой и отправилась открывать. Вернулась она уже в компании Люсинды.

– Я с вами, – глухо сказала напарница и сдернула с головы черную шапочку, выпустив наружу огненные кудри. – Что нужно искать?

– Пока сами не знаем, – признался Макс, но возвращение Люсинды его обрадовало.

А через час приехали и Гера с Лидой. Хакер открыл дверь своим ключом, прошел в кабинет и выложил на стол маленькую записную книжку в потрепанной клеенчатой обложке.

– Вот. Мы с Лидой сгоняли к Лехе. К счастью, он сохранил отцовский блокнот.

– Гера! – воскликнул Макс и улыбнулся.

– А я сейчас позвоню знакомому рунологу, если он, конечно, опять не где-нибудь на Алтае, Байкале или еще где без телефона, – сказала ведьма, располагаясь за столом. – Постараюсь устроить нам консультацию.

К счастью, рунолог оказался на связи, но не в Москве. Но, услышав, что от него хотят, принял все скептически, даже отругал дилетантов за то, что те посчитали руны «волшебными палочками», способными вернуть к жизни умирающего. Макс кратко рассказал свою историю: как бывший шеф, применив руническую формулу, помог ему, пострадавшему в теракте, выжить. Рунолог тихо хмыкнул и вышел на видеосвязь. Это оказался мужчина средних лет «профессорской» внешности: с гладко зачесанными назад волосами, в круглых очках и в застегнутой на все пуговицы рубашке. Глядя на собравшихся строго и одновременно чуть снисходительно, будто говоря «куда вы лезете, если таких азов не знаете», он провел небольшую консультацию. Рунолог пояснил, что Сергей Степанович взял, скорей всего, готовый став «Путь домой», доработал его – или изменил – и применил для возвращения души из мира мертвых в мир живых. Возможно, бывший шеф и сам не рассчитывал на положительный результат, как и не мог предугадать побочки. С последним заявлением знакомый Лиды попал в точку. Макс, пусть и смотрел прямо перед собой на монитор, почувствовал на себе взгляды коллег.

Наверняка предупреждением о возможных побочных эффектах рунолог хотел снова отговорить дилетантов от небезопасной затеи и даже сделал длинную паузу. Но Макс поторопил его вопросом, как распознать нужную формулу среди множества других: бывший шеф, к сожалению, подписывал не все свои ставы.

Консультант тяжело вздохнул и перечислил названия, которые записала Марина. Лида не стала дожидаться окончания разговора, схватила книгу и отыскала нужные руны. Люсинда, сверяясь с источником, принялась пролистывать блокнот.

– Про защиту не забудьте. Без нее никуда не суйтесь, – снова вздохнул специалист и назвал еще несколько рун.

Люсинда издала тихий довольный возглас и поднесла к камере раскрытую страницу блокнота.

– Да, это может быть она, – вынес вердикт рунолог. – Что ж, удачи.

Пожелание прозвучало с плохо скрываемым сарказмом.

В обед сделали небольшой перерыв и заказали в офис пиццу, а потом снова приступили к работе. На этот раз уже сообща составляли для Марины план действий. Ведьма взяла на себя роль советчицы и вначале наставляла, а потом «экзаменовала» Марину. Люсинда позвонила отцу, включила громкую связь и попросила Станислава Родионовича договориться с персоналом, чтобы в понедельник пропустить к Арсению Марину.

– Я не знаю, что вы там снова задумали, – проворчал в трубку Гвоздовский. – Но ваша суета что-то мне не нравится.

– Папа, все будет хорошо, – отозвалась Люсинда.

– Андрей с вами? – подозрительно спросил Станислав Родионович.

– Нет. У него выходной, – не моргнув глазом, ответила Люси.

– Ох. Избавилась от наблюдателя, чертовка, – усмехнулся Гвоздовский и снова строгим тоном произнес:

– Не ведите себя легкомысленно! Хватит вам уже приключений! Максим рядом?

– Да. И все слышит. Можешь не повторять. Папа, я всего лишь прошу, чтобы завтра Марина смогла навестить Арсения и побыть с ним некоторое время. Одна.

– И это подозрительно! Ладно, ладно. Жди моего звонка.

Через полчаса Гвоздовский перезвонил и сказал, что на Марину будет оформлен пропуск.

* * *

В среду в обед Альма возвращалась к себе домой, и Макс с Люсиндой вызвались проводить ее до аэропорта.

Всю дорогу в такси шаманка молчала, только иногда косилась на сидевшего рядом Макса то ли строго, то ли сердито. Она даже с видимой неохотой, поначалу отказавшись, приняла его помощь донести ее вещи до стойки регистрации. И, еще не встав в очередь, торопливо распрощалась. Но перед этим что-то произнесла на испанском.

– Я понимаю твой выбор, хоть и не могу принять его, – перевела Люсинда. Макс удивленно вскинул брови, но решил, что Альма имеет в виду решение пожертвовать жизнью Арсения.

– Это был сложный выбор.

Альма внимательно вгляделась в его лицо и без улыбки снова сказала что-то на испанском. Люсинда тут же перевела:

– Надеюсь, тебе не придется сильно жалеть.

На этот раз Альма грустно улыбнулась, кивнула на прощание и отправилась к самой дальней очереди.

Макс проводил ее взглядом. Может, надо было сказать Альме, что Марина попыталась помочь Арсению, начертав отчасти найденную в книжке Степаныча, отчасти составленную по совету рунолога формулу на груди Арсения? Но они еще и сами не знали, получилось ли у них.

Глава 4

Два с половиной месяца спустя

– Макс, повернись еще вот так и посмотри в камеру, – скомандовала Марина и, когда он выполнил указание, рассмеялась:

– У тебя такой взгляд, будто ты меня испепелить хочешь!

– Она права, Макс, – вмешалась стоявшая рядом с ней Лида. – Смотришь ты убийственно, а должен соблазнительно!

Он одарил ведьму еще одним «убийственным» взглядом, а Марина поспешно сделала новый кадр.

– А ниче так выходит! – заглянул через плечо девушки в окошко камеры Гера. – Не соблазнительно, но брутально. Начальник, могу сконтачить тебя с модельными агентствами!

Макс заскрипел зубами и рыкнул:

– Отвали!

– А че так? – засмеялся хакер. – Вангую, тебя возьмут! Фейс и фигура у тебя подходящие, только научиться бы еще работать лицом и не смотреть на фотографа медузой Горгоной.

– Окаменей, Гера!

Вот уж не думал, что обычная штатная ситуация… Ладно, пусть не обычная, но необходимая для работы, превратится в такое шоу! А всего-то нужно было две-три подходящие фотографии, и Макс надеялся, что Марина быстро сделает их на телефон. Но коллеги подошли к подготовке со всей ответственностью и превратили пятиминутное дело в изнурительную фотосессию. Марина притащила на работу профессиональную камеру, позаимствованную у сестры. Лида расчехлила свою объемную косметичку с шанелями и диорами и, раскручивая тюбик с тушью, с коварной улыбкой подошла к Максу. Не опасаясь задеть нежные чувства ведьмы и не боясь быть превращенным ею в жабу, он рявкнул так, что со стены чуть не слетела картина. Лида, однако, не сдалась и попыталась замазать тоналкой какое-то светлое пятно на его скуле, оказавшееся старым шрамом, который Макс давно перестал замечать.

Пока он спорил с ней, Гера отодвинул от белой стены кадку с фикусом и сам попозировал для пробных снимков, изучил результат и дал Марине пару советов по поводу настроек.

– Макс, не бузи. Еще пара снимков – и перейдем во двор, – «утешила» девушка и вновь щелкнула камерой.

Он молча застонал. Точно, еще предстояло важное – фотографироваться рядом с мотоциклом Люсинды! Ради этого Макс сегодня притащился на работу в байкерской косухе и высоких ботинках. С учетом того, что ему для «образа» пришлось почти под ноль подстричься и неделю не бриться, в метро он привлекал внимание. Правда, косились на него не с интересом, а с опаской.

– А клево татуха смотрится! – вполголоса заметил Гера. Он же и купил где-то временную татуировку, которой скрыли шрам на руке. Так было нужно для дела, но Макс и не возражал: длинный послеоперационный рубец был свежим, багровым и привлек бы совсем не то внимание.

– Шрамы тоже брутально выглядят, – не замедлила влезть Лида. – Макс, слушай, сними футболку! В одних джинсах…

– Так, все, хватит! – разозлился он. Светить голым торсом на всю страну он не собирался. Как и развлекать коллег и дальше. Похоже, у тех мало работы! Ничего, он загрузит их текучкой по самое не могу.

Марина опустила камеру, но при этом улыбнулась, будто ситуация ее забавляла. Гере же заявление Лиды не понравилось:

– Дорогая, что за фигня? Ты попросила начальника раздеться! При его девушке и собственном женихе, почти за неделю до нашей свадьбы! – угрожающе нахмурил брови хакер.

– Я беспокоюсь, чтобы все получилось хорошо, милый, – медово улыбнулась Лида. Но Гера громко фыркнул. Разгореться спору не дало появление Люсинды.

– Прикольно, – с ходу оценила она обстановку и протянула Максу свой красный шлем. – Байк возле крыльца, но могу отогнать в безлюдное место.

– Не надо, – отказался он. Цирк окончен. Геру он сейчас отправит разбирать заявки, а Лиду отвечать на звонки. Остается уговорить Марину сделать на самом деле «пару снимков», а не две сотни – и все.

А работать «моделью» ему пришлось из-за нового дела.

…Неделю назад в агентство обратилась девушка, представившаяся Настей. В начале апреля на мотоцикле разбился ее брат. Авария произошла на пустом загородном шоссе: молодой мужчина не справился с управлением, байк опрокинулся, мотоциклист заскользил по покрытию. Возможно, он бы отделался ожогами, если бы не вылетел с трассы и не ударился о дерево. Умер молодой человек уже в больнице. Девушка рассказала, что брат перед падением резко затормозил, словно заметил неожиданное препятствие. На его шлеме была установлена камера, но запись обрывалась помехами за секунду до падения.

Слушая убитую горем девушку, которая рассказывала о случившемся монотонно, опустив взгляд на сложенные на столе руки, Макс заметил, как коллеги переглянулись: до этого момента они не услышали ничего такого, что характеризировало бы этот трагический случай как их потенциальное дело. Гостья сделала паузу и подняла на собравшихся покрасневшие от слез глаза.

– В тот вечер у Ромы должно было быть свидание. Он познакомился с одной девушкой в интернете, которая ему очень понравилась. Они переписывались и собирались встретиться лично. Я видела ее фотографию. Очень красивая девушка…

Пауза затянулась, но не потому, что гостье понадобилось вытереть слезы и снова успокоиться. Она словно собиралась сказать нечто сложное, такое, во что и сама до конца не верила. Никто ее не торопил, не задавал наводящих вопросов, не предлагал снова воды. Все понимали, что Насте нужно собраться с духом и сказать то, что ее, собственно, и привело в необычное агентство.

– Пока Рома был в сознании, он успел произнести очень странную фразу. Он сказал, что эта девушка, с которой он переписывался, Арина, мертвая. Якобы она его и убила.

Хакер чуть заметно дернул уголком рта, будто подвергал сомнениям сказанное. Настя, к счастью, этого не заметила.