
Полная версия:
Клад Царя Гороха
– Небось, из-за ворованных яблок? – усмехнулась Кира.
– И еще клубники, – признался мальчишка. – У нее клубника очень вкусная растет. Она за кустиками специально в Финляндию моталась. Ни у кого у нас такой клубники нету, а у Матроны растет. Она ее по триста рублей за килограмм в сезон продает, и люди все равно покупают!
– Значит, ты тетушку Матрону в великий убыток ввел, да еще и недоволен теперь?
– А чего она меня крапивой отстегала? Да еще обещала, что Змию Крылатому меня живьем скормит.
– И ты ей поверил?
– Кто ее знает, – опасливо передернул плечами малец. – В прошлом году к ней Витька Тощий лазил за сливой.
– Сливы у Матроны тоже особенные?
– Сладкие очень и сочные. В рот возьмешь, просто мед. Ну как тут удержишься? Все ребята лазают, и Витька полез. Только не повезло ему. Он ветку на самой большой сливе сломал. Тетка Матрона его поймала и не просто отстегала, она ему еще и пообещала, что сломает он себе голову. И что бы вы думали? Тем же летом Витька со старшим братом на мотоцикле поехал кататься, мотоцикл перевернулся, Витька себе не только голову, но и руки, и ноги переломал.
– И ты считаешь, что это его месть Матроны настигла?
– Люди ее побаиваются. Она ведь не простая сумасшедшая, а ученая. У нее дома книжек просто видимо-невидимо. И все умные! И во всех книжках не по-нашему написано. И она эти все книжки читает, ну, как я букварь могу!
И парнишка начал поспешно отступать подальше от края полянки.
– Чур меня, чур, – приговаривал он вполголоса. – Пойду я от греха подальше. И вам советую обождать. Матрона не любит, когда ее на середине молитвы перебивают.
Послушавшись совета, друзья расположились на травке и с интересом пронаблюдали все действие до самого конца. Было крайне занимательно и любопытно видеть, как эти люди, одетые на старинный лад, вспоминают истоки нашей культуры. Наконец песнопения закончились, хоровод распался на группы и парочки. И стало ясно, что конец церемонии близок.
– Пошли, что ли? – предложила Леся. – На солнышке хоть погреемся.
И действительно, если на полянке, где светило солнце, было еще достаточно тепло, то в лесу и под тенью деревьев осень чувствовалась уже вполне явственно. И, поежившись, Леся произнесла:
– Я все думаю, если парень угодил в ту нору и не может из нее выбраться, не замерз ли он там насмерть?
– Насмерть не замерзнет, но воспаление легких схватить запросто может.
Полина охнула.
– Тем более что, я так понимаю, здоровья он у вас отнюдь не богатырского?
Задавая этот вопрос, Лисица смотрел на Полину. А та помотала головой, причем в глазах у нее стояли настоящие слезы. Судьба безвестно сгинувшего Израка, которую очень реалистично обрисовала всем только что Леся, тревожила Полину не на шутку. И даже присутствие рядом с ней большого и уютного Ваника не могло пока что изменить сути дела.
Глава 3
Матушка Матрона оказалась женщиной лет пятидесяти пяти – шестидесяти. Она была крупного телосложения, с широкими бедрами и внушительной грудью. Сразу было видно, что эта женщина по своему признанию и по сути своей – мать. И мать не только для своих собственных детей, буде таковые у нее имеются, но также и для всех тех молодых людей, которые встретятся ей на жизненном пути.
А по натуре она была добросердечной и доброжелательной женщиной. Услышав, что прибывшие к ней люди интересуются деревом Перуна, она приветливо улыбнулась:
– Да, есть такой дуб в окрестностях. Но показать вам я его не могу.
– Почему?
– Дерево охраняют духи. Они рассердятся, если увидят рядом с ним чужаков.
– Но неужели нету никакого способа умилостивить духов? Нам очень надо, просто необходимо увидеть это дерево.
– Зачем?
– У нас там… у нас там где-то друг лежит.
Матрона смотрела на них с непониманием. Пришлось рассказать женщине правду о том, как потерялся молодой художник Израк, ушедший ночью в лес то ли на поиски сокровища рода Копкиных, то ли по другой какой-то надобности.
– Видела я усадьбу, – кивнула Матрона. – Не скажу, что я в восторге от того, что тут поселится какой-то очередной нувориш, но это к делу не относится. Ребят я тоже видела. А с тем заморышем, о котором вы говорите, даже личную встречу имела.
– И где вы его видели?
Матрона отчего-то замялась. А потом после небольшой паузы все же произнесла:
– Там, у дерева Перунова мы с ним и столкнулись.
Матрона была неприятно удивлена, увидев возле святого для нее места постороннего чужака. Тем более что чужак вел себя очень вызывающе.
– Посмеялся над нашими обрядами, – с гневом произнесла Матрона. – Обозвал нас скоморохами и еще как-то обидно. А потом сказал, что Бог лишь тот, о ком говорится в Пятикнижии. Все иное – скверна и ересь. Подумать только, отчитывать меня вздумал, мальчишка! Да у меня две докторские степени по философии и истории религии, а он мне мораль читать вздумал!
– Вы на него здорово рассердились?
– Еще как!
Друзья переглянулись. На память им невольно пришел рассказ сельского мальчишки о том, как пострадал Витька Тощий от гнева тетушки Матроны.
– Я этому сопляку сразу сказала, будешь возле святого дерева бродить, духов искушать, попадешь в беду!
– А он?
– Думаю, он мне не поверил. Смеялся, во всяком случае, очень нахально.
– А что он там делал?
– Мне показалось, искал чего-то. Но от капища я его шуганула, а про остальное мне интереса узнавать не было.
Спрашивать, что делал Израк возле дерева Перуна, было бесполезно. Но теперь друзья знали, что они на верном пути. И сосредоточили все свои усилия на том, чтобы уговорить тетушку Матрону провести очистительный ритуал и все же упросить духов подпустить чужаков к капищу. После долгих уговоров, мольбы и даже слез (тут уж вовсю постаралась Полина) знаток древних ритуалов наконец согласилась:
– Хорошо, я знаю, что нужно делать. Сегодня на закате я буду у вас в усадьбе. Оттуда пойдем к дереву Перуна.
– А что нам нужно приготовить?
– Все, что необходимо, у меня будет с собой.
– А прямо сейчас нельзя?
– Прямо сейчас нет, – строго произнесла женщина. – У меня есть и другие дела, кроме того, как искать в лесу заблудившегося молодого нахала.
Она сказала это таким тоном, что всем сразу же стало ясно: просить и умолять дальше просто бесполезно. Если матушка Матрона сказала свое последнее слово, то теперь ее уже сто мулов с места не сдвинут.
– Скажите, но ведь раньше волхвами были только мужчины?
– И что?
– А вы женщина.
– Вы знаете, кем были волхвы?
– Мудрецами, скорей всего, пришедшими к нам откуда-то с Востока.
– А еще?
– Они обладали некими знаниями, которые тщательно оберегали от чужаков.
– Вот именно, – непонятно отозвалась Матрона. – Вот именно.
Но как бы там ни было, а на закате солнца Матрона прибыла в усадьбу Копкиных. Предупрежденные о ее визите студенты держались настороженно. А рыжий Гоша, так тот прямо заявил:
– Про эту тетку говорят, что она ведьма. С тех пор как Израк повстречал ее в окрестностях усадьбы, у нас сплошные неприятности. Мы даже отца Андрея просили, чтобы он оградил нас от ведьмы. Он освятил дом, но неприятности все равно продолжались.
– Неприятности? – насторожилась Кира. – Почему во множественном числе?
– Кроме исчезновения Израка случилось что-то еще, о чем мы не знаем?
– Случилось. И немало. Если перечислять, пальцев на руках и ногах не хватит. И главное, сначала все хорошо шло, работа славно у нас спорилась. Мы даже думали, что управимся раньше срока, еще успеем погулять до начала занятий. И что? Все изменилось после того, как эта тетка в лесу с Израком поссорилась.
– А что конкретно произошло?
– Погода испортилась, дождь зарядил как из ведра. Электричество отключили, мы два дня без света и Интернета сидели. Потом подвал залило, надо было рабочих принимать, за ними следить, чтобы они там ничего не испортили еще больше.
– Но в этом вины Матроны нет.
– Как знать. Израк сказал, что она здорово сердитой была. И дождь сразу же после их встречи зарядил.
– А до того солнце светило, дождем и не пахло.
Ну, эти городские жители вряд ли так уж хорошо разбирались в погоде. Поэтому Кира не обратила особого внимания на их слова, приписав это отчасти суевериям, а отчасти стрессу из-за навалившихся на их бригаду неприятностей, последнюю и самую значительную из которых – исчезновение Израка – сыщикам сейчас и предстояло расхлебывать.
Перед этим у четырех друзей по излюбленной ими привычке возникло маленькое стихийное совещание.
– Что нам делать? Уезжать или оставаться?
– Мы собирались только довезти Полину до места, осмотреть все быстренько и уехать еще до вечера.
– Да, помню. Но мы не можем оставить Полину тут в этой непонятной ситуации. Ей предстоит одной провернуть огромную работу, и еще не известно, что с этим Израком случилось.
– А что с ним может быть? Болтается где-то… поблизости.
Впрочем, в голосе Эдика не слышалось убежденности. И Кира хмыкнула:
– Болтается! А вдруг он погиб?
– Типун тебе на язык! – испугалась уже и Леся. – Пусть мальчик будет жив и здоров!
– Хотелось бы на это надеяться. Все говорят, какой великий он гений.
– А гении просто так гибнуть не должны.
– Значит, остаемся? Ищем Израка?
Итог этого совещания был один – оставлять Полину в чужом месте и в такой непростой ситуации никак нельзя. Друзья побудут с ней до того, как Израк так или иначе найдется.
– Ему поручили этот заказ, ему и отдуваться за его сдачу или несдачу. А переводить стрелки на Полину, пока он сам там где-то тешит свою уникальность и гениальность, мы не позволим!
И четверка друзей дождалась тетушку Матрону в полном согласии и трогательном единодушии. Впрочем, у Лисицы был еще один повод, чтобы остаться в этом поместье. И точно такой же повод имелся и у Эдика. И теперь друзья выразительно переглядывались между собой, время от времени обмениваясь странными фразами:
– Ночью! Уже сегодня ночью.
– Как мне не терпится, если бы ты знал.
– Это же настоящий клад, а не какая-то там выдумка.
И двое приятелей вновь весело переглядывались, от предвкушения чего-то невероятно приятного едва не потирая ладони. Глаза их блестели. Они оба были оживлены и активно рыскали по окрестностям поместья, пока подруги в обществе Полины и двух других девушек, работавших в бригаде художников, устраивали себе место для ночлега.
– Комнат у нас свободных полно. Проблема с кроватями. Как вы видите, дом еще не меблирован. Мы сами спим на надувном матрасе.
– Не беда. У нас есть спальники, и пенка, и одеяла, и даже подушки. Мы захватили с собой и палатку. Так что если станет совсем холодно, сможем разбить палатку прямо в здании.
– Нет, здание отапливается, – успокоила подруг одна из девушек. – И вода есть, какая хотите, хоть горячая, хоть холодная. Все коммуникации к дому уже подведены, нет только мебели. Готовим мы, к примеру, прямо на газовом баллоне или на костре на улице.
– В доме есть камины, но еще нет дров! Когда Гоша, Гриша, Ваник или вообще кто-нибудь из нас приносит из леса сухостой, топим камин и жарим на нем колбасу.
– Ого! Действительно, условия далеко не идеальные.
– Мы не жалуемся.
– Зато тут есть бесплатный Интернет, – добавила вторая девушка. – Им можно пользоваться сколько угодно.
Доступ в Интернет, что еще нужно человеку для счастья! А давно ли еще мы и понятия не имели, что почти все поголовно будем его верными рабами.
Вскоре Кира с Лесей разобрались в ситуации. Газ в доме есть, а вот газовой плиты нет. Принять душ или даже ванну вполне возможно, а вот посмотреться на себя в зеркало – нет. Спать, судя по всему, им придется на полу. Но ко всему можно привыкнуть. Тем более что задерживаться надолго подруги не собирались. У них имелась теория относительно того, куда мог запропаститься Израк.
– Наверняка он в этой норе, куда таскался с Ваником.
– Точно! Свалился, а выбраться не может. Кругом лес, кричи или не кричи, никто не услышит.
– Но я удивляюсь нашей полиции! Им прямо говорят, что с человеком случилось несчастье, а они и в ус не дуют!
При этих словах возмущенной Киры одна из девушек потупила глаза, а вторая залилась краской.
– Что? – посмотрела на них Кира. – Что я не так сказала?
– Нет-нет, вы все правильно сказали, – залепетали бедняжки. – Это мы… мы виноваты все.
– В чем вы виноваты?
– Мы не ходили в полицию.
– Как?
– Почему?
– Мы были уверены, что полиция в курсе!
– Ну, понимаете… Израк, он такой загадочный… Он иногда выкидывал очень странные штуки.
– И раньше случалось, чтобы он уходил и пропадал? – догадалась Кира.
И девушки с явным облегчением закивали головами.
– Да, да, иногда он мог прямо с занятия подняться и уйти. И все, неделю его нет в академии. На телефонные звонки не отвечает, дома или где он, не понятно. Жив или не жив, тоже не понятно. Все ломают головы, что могло вывести нашего гения из себя. Разговоры, обсуждения…
– А спустя недельку или около того Израк обратно приходит.
– Ясное дело, снова шум, разговоры. Что с тобой было? Где ты был?
– Все волнуются, снова Ноя обсуждают. Что с ним будет? Да простит ли его ректор? Разговоры, пересуды!..
– А Ною только этого и надо!
– Он просто обожает, когда про него говорят, когда его хвалят.
– Самолюбив без всякой меры!
– А если спросишь, где ты был, говорит, что отдыхал от нас.
– То есть мы его утомляем!
Девушки, заговорив про Израка, дали волю своему возмущению. И Кира решила уточнить:
– Я так понимаю, вы Ноя недолюбливаете?
Этот вопрос вызвал у девушек новый всплеск эмоций.
– А как он с нами поступил! Сначала ничего делать не хотел, кривлялся, что не может эту мазню в жизнь претворять. А потом и вовсе исчез!
– Выпендривается, я уверена!
– Нет, я понимаю, что он у нас гений, но все-таки человек он совершенно неприятный.
– Я бы замуж за такого не хотела.
– Ни в коем случае!
Кира не выдержала и покосилась на племянницу:
– Слышишь, что люди про твоего Израка говорят?
Реакция Полины была удивительной. Она швырнула на пол одеяло, которое держала в руках, и с криком: «Ну, тетя Кира! Кто вас просил рот открывать!» – унеслась прочь. Кира оторопела. Она привыкла к поведению своей родственницы, но такую выходку не ожидала даже от нее.
– Что это с ней? Чего она так разоралась?
– Похоже, ты случайно задела больную струну в ее душе. Полинка действительно влюбилась в этого Израка.
– Но я же не знала! Я же в шутку!
– А для нее все очень серьезно. Может быть, это вообще ее первая любовь.
– Если так, – вступила в разговор одна из девочек, – то мне Полину жаль.
– Израк – совсем не хороший человек.
– Избалованный.
– Самовлюбленный.
– По сути, он так и не вырос.
– И хороший муж из него вряд ли получится.
– Израк любит только самого себя. Жить с ним под одной крышей, мне кажется, – настоящий кошмар.
Если Израк таков, как о нем говорят, то Кира была согласна с девушками. Но ей захотелось узнать о семье Израка.
– А как он живет? Где? С кем? Кто его воспитывал? Мама? Бабушка? А папа у него есть?
Но ничего этого девушки не знали.
– Никто и ничего не знает про нашего Израка.
– Как? – удивилась Кира. – Он не рассказывал о себе?
– Никому и никогда! – торжественно подтвердили девушки. – Мы знаем только адрес, где он прописан.
– Но он там не живет. Потому что когда он первый раз исчез, то активисты группы ходили к нему. Но их встретила какая-то злобная старуха, которая спустила их с лестницы и еще кричала, что этого гаденыша она на свой порог никогда не пустит. А коли появится еще, так она его кипятком обольет или сковородой пристукнет.
– Ничего себе! Чем это он ее так допек?
– Ребята сказали, что бабка просто вне себя и не в себе. Так что больше никто к Израку домой не совался. Ну а он сам своего адреса не оставлял.
– А телефон?
– Только сотовый номер. Но и его он запросто мог отключить. Для Израка таких понятий, как вежливость, дисциплина, ответственность перед другими, не существует.
– Абсолютно отвязный парень.
– Да-да, бывают такие, – машинально пробормотала Кира, хотя мысли ее в это время крутились в другом направлении.
Если этот Израк настолько безответственный тип, зачем ректор поручил работы по отделке имения именно Ною? Ведь если парень ненадежен, то подвести он мог в первую очередь самого ректора. Это он рекомендовал своих студентов своему же знакомому. И Израк по какой-то причине оказался в их числе.
– А ведь здешняя работа гениальности отнюдь не требует, – задумчиво пробормотала Кира. – Скорее, даже наоборот.
Задумавшись, она сама не заметила, как заговорила вслух. И когда очнулась, то застыдилась.
– Ой, извините меня, девочки. Не в обиду вам это сказано. Уверена, вы обе умницы и отличницы.
– Да нет, вы все правильно сказали. Мазня страшная, если честно. Ну а что нам делать? Ректор нам уже готовые эскизы продемонстрировал. Сказал, что заказчица их одобрила. Что такие или похожие картины были в прежних интерьерах усадьбы. Кто уж старым хозяевам такую красоту изобразил, мы у него не спрашивали. А насчет этих картин прямо сказали, что могли бы нарисовать лучше.
– Но раз клиенту нравится именно так, наше дело воплотить его мечту в жизнь. Нас для этого сюда и пригласили.
– Только одно дело мы, а совсем другое – Израк. Он как взглянул на то, что придется малевать, сразу же отказался работать.
– И вы сообщили об этом Евгению Павловичу?
– Ной сам ему позвонил. Сказал, что не будет работать.
– Вы лично это слышали?
– Начало разговора – да. Но потом Ной тон как-то сбавил, подальше от нас отошел, а когда вернулся, то выглядел как побитая собака. Ничего нам не сказал, но вещи свои разобрал и остался в усадьбе.
– Но к работе так и не приступил?
– Откладывал до самой последней минуты. Говорил, что сначала мы одежду, фон и все прочее изобразим, а уж потом он как-нибудь лица нарисует.
– Но это же неправильно!
– Вот и вы это понимаете, и все мы понимали, а только поделать ничего с Ноем не могли.
– Так он за этот месяц, что вы тут, к работе даже не прикоснулся?
– Мы тут даже больше времени уже живем.
– И Ной ничего не сделал?
– Рисовал что-то, но исключительно от себя.
– А что?
– На втором этаже есть комнатка, там планируется детская для детей хозяина. В ней роспись не требовалась. Хозяин собирался украсить детскую дизайнерскими аппликациями. Но Израк ведь всегда все по-своему норовит сделать. Он там работал.
– А можно посмотреть?
– Конечно. Пойдемте, мы вам покажем его работу.
Детская была большой и светлой комнатой, но и она была совершенно пуста. Стены были безупречно ровными и гладкими. И лишь в одном углу творилось что-то непонятное. Там была нарисована приоткрытая дверь, из которой робко выходили какие-то фигуры. Подойдя поближе, подруги увидели, что тут есть Карлсон с Малышом, и Аленушка с братцем козленочком, и семеро гномов, робко выглядывающих из-за двери. Были тут и современные герои-мультяшки. Смешарики, фиксики, Маша с Медведем и другие.
Все герои выглядели как живые. Казалось, что если к ним протянуть руку, то они протянут в ответ свою. Выражение лиц и мордочек у каждого было свое. Например, козленок выглядел слегка напуганным, у него даже шерстка на загривке встала дыбом, Аленушка была явно недовольна или чем-то озабочена, Карлосон был явно не прочь пошалить, а Малыш, даже дураку было понятно, здорово опасался, как бы им за это не влетело.
– Потрясающе! – только и смогла выдохнуть Кира. – Просто не оторваться.
Она машинально взглянула на часы и с удивлением убедилась, что прошло уже полчаса с того момента, как они поднялись в эту комнату.
– Вот что значит волшебная сила искусства. Время пролетело как одна минута.
– Кажется, я понимаю, почему все так носятся с этим Израком.
Полина не сказала ничего, но в ее глазах снова стояли слезы.
– Пойдем, – потянула ее за руку Кира. – Надо перекусить. Судя по тому, как серьезно Матрона относится к своему делу, нам предстоит долгая церемония заклинания духов.
Полина послушалась, но не сразу. И уходя, она еще раз кинула печальный взгляд на то, что в этом доме сильней всего напоминало ей о любимом кумире.
Матрона появилась, как и обещала, на закате. Она прикатила на видавшем виды джипе военного образца, который хоть выглядел неказисто, но зато мог пролезть практически по любому бездорожью.
– Но мы с вами пойдем пешком, – оповестила всех заклинательница. – Одевайтесь.
И она выдала каждому по белой рубахе, украшенной по вороту, на рукавах и подоле вышивкой. Женщинам рубахи полагались длинные до пят, а мужчины надели короткие. Штаны им было разрешено оставить свои собственные. Но зато на головы им пришлось нацепить смешные мятые шапки с острым верхом. Матрона утверждала, что именно такие носили наши предки.
– Хорошо еще, что без лаптей дело обошлось, – шепотом произнес Эдик, но Матрона его услышала.
– Обувь придется снять, – блеснув глазами, заявила она. – Пойдете босиком.
– Как босиком? – возмутились все. – Холодно ведь уже, не лето!
– Можете обернуть ноги мешковиной или оставить обувь, если она у вас сто процентов кожаная. Но никакого пластика или кожзама! Духи этого материала не выносят!
К счастью, у подруг обувь была кожаная. А вот Полине и мужчинам пришлось разуться. Кроссовки были Матроной забракованы, потому что подошва у них была неподходящая.
– Бред какой-то, – проворчал Эдик, обматывая свои ноги тряпками.
– Кому не нравится, тот может не ходить. Мне же меньше работы. Одно дело просить духов принять и пропустить одного-двух, а совсем другое, когда прется целая компания неверующих. Да, и вот еще, чуть было не забыла.
– Что опять?
– Всем женщинам нужно вплести в волосы ленты.
Ленты Матрона тоже привезла с собой. И девушки охотно, но не совсем умело закрепили их на своих коротких стрижка.
– Ты уж лучше молчи, – посоветовала Эдику после этой процедуры Кира. – А то она еще чего-нибудь придумает и вовсе несусветное или совсем откажется нас проводить. Как мы тогда найдем Израка?
– Я буду помалкивать, – честно пообещал Эдик.
Путь через лес отнял не так много времени, как опасались путешественники. Часа за полтора добрались до места. Но вот перед дубом всем пришлось задержаться надолго. Сначала Матрона в стороне от дерева зажгла костер, долго бормотала над пламенем, воздевая руки к небу или к ветвям дерева, а потом заставила всех своих знакомых через этот костер прыгать.
– В принципе, ничего, даже приятно.
– И не горячо совсем. Я боялась, что пламя обожжет мне ноги, а оно только их облизало.
– И тепло как-то стало внутри.
– Мне понравилось.
Но следующий этап ритуала очищения друзьям понравился значительно меньше. Откуда-то в руках у Матроны появился глиняный сосуд с жидкостью, которой она начала щедро поливать головы и руки собравшихся.
– Это же вода.
– И холодная к тому же!
– Б-р-р!
– Я и так замерз, а она еще воду на меня льет! Ап-чхи!
Но оказалось, что это только половина испытания. Друзьям пришлось выкопать себе неглубокие ямки, лечь в них обнаженными и слиться с землей-кормилицей. А напоследок Матрона заставила их еще и побегать вокруг дерева, размахивая руками и символизируя собой вечно движущийся воздух – последнюю стихию, с которой следовало примириться перед тем, как пройти дальше.
После этого Матрона объявила, что духи удовлетворены, а сами ее юные друзья очищены от всякой скверны, которая в них накопилась от жизни в городе.
– Были бы вы деревенскими, было бы все легче, – прибавила она напоследок и тут же скомандовала: – Ну а теперь идите, ищите своего Израка!
– Уже можно? – не удержался от сарказма Эдик. Но Матрона ничего не заметила и серьезно кивнула:
– Духи к вам благоволят.
Друзья повернулись к Ванику, который прошел все те же испытания, которым подвергала их Матрона.
– Куда теперь идти?
– Вон туда, – поднял руку Ваник. – Мне так кажется.
– Кажется или точно туда?
– Я не знаю.
– Как не знаешь? – возмутились все. – Вот же дуб Перуна! Ты сказал, что если мы найдем тебе это дерево, дальше ты уже помнишь дорогу.
– Тут все как-то необычно выглядит ночью.
– Что же, нам тут до утра куковать?
– Ну, я попробую вспомнить.
Однако из трех попыток Ваника ничего не вышло. По его словам, колодец или дыра, в которую полез Израк, находилась всего в полукилометре от дерева. Однако друзья забредали гораздо дальше, а никакой подходящей дыры в земле им не встречалось. Шумовой эффект тоже ничего не дал. Напрасно друзья звали на разные голоса Израка, гений не откликался. То ли уже выбился из сил и потерял сознание, то ли его тут вовсе не было, то ли они искали не там, где надо.