Фантазм

J Hesla

Фантазм

Пролог

Часть 1. Сближение

«Как сказка на ночь от любимого папы, только лучше…»

Пролог

Год назад

Она любила атмосферу Хэллоуина всей душой. Отец взрастил в ней любовь к этому празднику. Он вечно предлагал варианты костюмов, шил её платья вручную, мастерил крылья, лапы. Клеил разнообразные маски и короны лишь бы ей нравилось.

Вдвоём они украшали дом на зависть соседским детям, так, чтобы украшен был каждый угол, а из каждого окна на улицу выглядывал фонарь Джека с жуткой гримасой. Они с отцом десятками вырезали их каждый год. Это было их особое время.

Это отец приобщил её к фильмам ужасов ещё в детстве. Мама, конечно, была против. Всё же фильмы о Фредди Крюгере, Пинхэде или Джейсоне имели рейтинг R и не предназначались для детей. Тесса сама втянулась и вскоре упросила маму разрешить ей их смотреть.

Так её захватили всевозможные слешеры и именно благодаря им впоследствии девочка потянулась к рисованию.

Первым её рисунком был собственный маньяк, в жуткой, неровно пошитой маске, с кривыми стяжками по краям и тёмными впадинами без глаз. В руках он держал разводной ключ.

Мама тогда, конечно, не обрадовалась. Более того запретила Тессе смотреть ужастики, но та всё равно ухитрялась это делать потому что другие жанры так не захватывали.

Отец же оценил её рисунок и похвалил, а после поинтересовался как она придумала такое оригинальное для маньяка оружие.

Девочка объясняла с восторгом: «Вот тут ключ, прямо как тот что лежит у тебя в гараже! А маска — из кожи, как твой фартук!»

Её первый рисунок он с гордостью повесил в гараже над верстаком.

Всё это было так давно. Воспоминания проносились в голове словно в карусели. Чей-то оклик вырвал её из тёплых воспоминаний. Тесса стояла посреди гостиной не в силах пошевелиться. Она впала в ступор смотря на отца, а затем моргнула и вместо папиных рук, помогающих надеть крылья или поправить съехавшую набок корону, увидела толпу, сгрудившуюся вокруг одного единственного человека. Кто‑то кричал. Кто‑то плакал. А в центре…

Тесса закусила губу. Зачем она вообще пришла на эту вечеринку?

Какие-то ребята скрутили его и сорвали с него маску, ту самую что Тесса нарисовала в детстве. Прорези для глаз были неровными. Грубая строчка по краям — точно такая же, как на её детском эскизе. Даже кожаный клапан вместо носа… Он сделал её. Он сделал это по её рисунку.

Лицо отца исказила боль, а в глазах всего на краткий миг промелькнуло сожаление. И Тесса увидела в нём прежнего отца, которого знала сколько себя помнила.

— Ты не должна была узнать… не должна…

Он… плакал?

От осознания происходящего Тессу сотрясли рыдания и по щекам покатились слёзы. Это не по-настоящему. Всего лишь дурной сон, настигший её на диване при просмотре очередного ужастика. Ведь так?

Ещё утром они вместе заканчивали мастерить её костюм, закупались сладостями чтобы раздавать детям, а теперь…

— Пап… — вырвалось у неё прежде, чем она осознала и шагнула вперёд, протягивая руку желая коснуться. Кто-то грубо дернул её за локоть и выпалил:

— Прекрати! Не подходи к нему! Ты не видишь, что он сделал?!

Тесса обернулась, встретившись взглядом с лучшей подругой. Лицо Лили исказила боль и глубокая ничем неприкрытая злость.

Она медленно заозиралась по сторонам вглядываясь в лица ребят. Кто-то плакал, кто-то сыпал бранью: «Чёрт! Чёрт…», — будто это могло как-то исправить ситуацию, а кто-то молча смотрел на её отца с трудом удерживая себя в руках.

— Чёртов монстр!.. Майк был моим другом! — выкрикнул какой-то парень в костюме мумии, сжимая кулаки.

— Это его искали все эти годы… кто бы мог подумать?..

— Но… это же мистер Брэдфорд, — тихо произнесла девушка с бледным лицом. — Он чинил мой велосипед прошлым летом…

Кто‑то рядом всхлипнул. Тесса вскинула голову. Утирая слёзы, парень выдавил:

— А мой брат… он ведь был с ним в одном клубе автолюбителей. Говорил, что он самый надёжный человек в городе…

Эти слова ударили Тессу сильнее криков. Разрывая светлый образ отца на куски.

Она бы отдала, что угодно если бы можно было превратить всё в сон. Но жестокая, непокорная реальность давила на плечи мёртвым грузом.

Тесса осела на пол накрывая рот трясущейся рукой, не замечая, не осознавая, как пальцами второй прижалась к рёбрам, впившись в кожу до отрезвляющей боли. В нос забился удушающий, тошнотворный запах пунша и пива и к горлу подкатил ком.

Всё пропало. Теперь всё пропало и изменилось в одночасье. Свидетелями тому стали шесть тел. Шесть оборванных жизней. И в центре всего — её отец, человек, который учил её вырезать фонари Джека и верить в сказки. Теперь его руки были в крови, а её мир — в осколках.

Она смотрела на его руки — те самые, что всякий раз мастерили ей праздничные костюмы, стоило лишь пожелать. Теперь они были в крови.

«Как? Как это возможно?»— билось в голове. Тело прошиб холодный пот, во рту пересохло. В груди что‑то рвалось — любовь, ужас, отрицание. Всё смешалось в один ледяной ком сдавивший горло.

— Зачем?.. — полушёпотом сорвалось с её губ. Но ответа не было. Только маска, лежащая на полу, смотрела на неё пустыми глазницами. Маска, которую он сделал по её детскому рисунку. Тогда это была игра. Теперь — реальность. И в этой реальности её отец создал самый страшный кошмар — и оказался его главным героем.

Глава 1

«Парадокс его действий заключался в том, что он отчаянно любил меня, но не мог отступиться от задуманного…»

Глава 1.

8 октября

«Дерьмово»,— подумала Тесса, как только вышла из машины.

Злой октябрьский ветер хлестал по щекам, разметал волосы по плечам усугубляя и без того дерьмово начавшийся день.

Плотнее запахнув куртку, насупившись она повернулась к старшей сестре озвучив то, что крутилось на языке последние пару минут пока они ехали по улицам.

— Нет, это поистине дерьмово, переезжать в новый город посреди последнего учебного года.

Ким, высокая хорошо сложенная девушка, потянулась. Поездка оказалась долгой и утомительной, мышцы нещадно затекли. Воззрев на сестру с озорными искорками в глазах, она ответила:

— Извини, бука. Увы, по-другому нельзя.

— Ага, знаю. — Открыв заднюю дверь автомобиля, где на сиденьях были сложены немногочисленные сумки с вещами, Тесса расстегнула одну из них и покопавшись вытянула красный шарф, тут же кутаясь в него по подбородок. Шарф давно выцвел, местами вылезли петли, но какая к чёрту разница если она бы не променяла его ни на что на свете? Перебирая в пальцах бахрому на одном из концов шарфа, девушка окинула взглядом дом где им предстояло жить и внутренне содрогнулась.

Не только дом, но и территория вокруг и даже высокие кованые ворота всё выглядело давно заброшенным. Ворота нещадно ела ржавчина, цветущая ужасными потёками от частых дождей. Дорожка до дома очевидно когда-то была вымощена камнями, но теперь те едва проглядывали в высокой пожухлой траве. А дом… что ж, с такого расстояния он выглядел довольно пугающе. Чёрная черепица, осыпавшаяся местами, грязные окна, половина из которых заколочена досками. Крыльцо, что явно издаст протяжный скрип, когда они поднимутся к двери.

— Столько работы… — Тесса тяжело вздохнула, запрокинула голову глядя в серое неприветливое небо.

— Ничего. Справимся. — Ким погладила сестру по спине, приобняла, с улыбкой добавив, — А помнишь какой ужас творился дома после вечеринки? До сих пор перед глазами иногда всплывает выражение твоего лица, когда ты оттирала блевотину от ковра в гостиной! Раз справились там, справимся и здесь.

— Окей. Только мне не по себе. Я люблю бабушкин дом, но в слешерах в таких домах вечно находят кучу трупов, — она сказала это до странного спокойно, чуть покривив губы.

— Ну, тебе лучше знать, ты же у нас эксперт в слешерах! А теперь хватай вещи, бука! — Ким залезла в машину принявшись вытаскивать сумки, бросая их к ногам младшей сестры. Закончив, она навесила крест на крест несколько сумок, подхватила парочку в руки и совсем не изящно захлопнув дверь ногой, с воодушевлением выпалила, — Идём выгонять призраков из нашего законного дома! И пусть только попробуют противиться выселению, заставлю их платить аренду!

Ворота поддались с трудом, трава мешала идти и нещадно кололась, так что Тесса каждый раз бесилась и ускоряла шаг.

Когда ступеньки, а следом и крыльцо под ними заскрипело Тесса закатила глаза и вздохнула.

Ким отыскала в кармане ключ и отперла дверь. Скрипнув, та медленно откатилась внутрь и девушки вошли в дом.

Полумрак стелился по укрытому плиткой полу, путался в старых шторах, и терялся в уходящем вглубь дома коридоре. Побросав сумки Ким тотчас направилась к ближайшему окну и дернула в стороны шторы, тут же закашлявшись от разлетевшейся пыли.

При свете внутри всё оказалось не так плохо. Если приложить руку, то здесь определённо можно будет жить.

Стены покрывали однотонные серые обои с синим отливом, под потолком висела старая двухъярусная люстра из кристаллов, вся покрытая пылью и паутиной.

Тесса содрогнулась, тут же шагнув от неё в сторону.

— Ты чего? — Ким обратила на сестру внимание. Та молча ткнула пальцем в паутину. — Паучки тебя не трону-ут, — протянула она с иронией, так словно успокаивала ребёнка. — Знаешь как говорят, пауки боятся тебя сильней чем ты их. Думай об этом каждый раз как видишь их и жить станет проще.

— Опять издеваешься?

— Конечно, не могу и дня прожить если не поддразню тебя! Ладно, ты пока осмотрись, а я поищу щиток, надеюсь меня не убьёт током, иначе что ты будешь без меня делать?

— Агх, иди уже. — Тесса повела плечами и проследив как сестра направилась в сторону кухни, а затем дальше, наконец успокоилась.

Весь день она была как на иголках. Ким не понимала, что она чувствует хоть всеми силами и старалась не дать сестре впасть в уныние. От этой её заботы в последнее время Тессе больше хотелось сбежать нежели принять всё как данность.

Заправив за ухо короткие, едва достигающие линии подбородка волосы она прошла по коридору вскоре упершись в заднюю дверь. Стеклянная витражная вставка приковала взгляд. Стекло‑мозаика изображало чёрную безликую маску с красными потёками под глазами. Будто кто‑то плакал кровью. Тесса невольно отдёрнула руку от двери, заслышав голос сестры:

— Тесса! Теперь у нас есть свет!

— Ага! — выпалив в ответ она отвернулась от двери, помчавшись обратно.

Ким была на кухне и открывала деревянные шкафчики с таким видом, словно надеялась найти там что-то полезное. Тусклый, жёлтый свет разгонял мрак, делая кухню почти… обычной. Если не считать горы ненужных прихваток, черпаков, тарелок и прочей утвари коей были завалены столы. Завидев сестру, она повернулась с широкой улыбкой спросив:

— Кто молодец?

— Эм-м, я? — Ким сдвинула брови, скрестив на груди руки. — Ладно-ладно, ты, конечно.

— То-то же. Хмф! Так, очевидно нам на ужин здесь не завалялось даже крысы. Я съезжу в супермаркет, закуплюсь. Ты со мной?

Переступив с ноги на ногу, Тесса закусила губу, отрицательно мотнув головой.

— Я останусь.

— Ладно. Ты тогда пока комнату выбери. Не знаю, поищи кладовую, надеюсь здесь есть вёдра и тряпки, я не собираюсь спать в пыли. В общем, делай то, что посчитаешь нужным. Я скоро вернусь.

— Ага.

Найдя лестницу на второй этаж Тесса, захватив с собой несколько сумок, побрела наверх. Здесь было из чего выбирать. Четыре комнаты оказались абсолютно разные и по размеру, и по количеству окон, в одной так вообще не оказалось ни одного.

Выбрав дальнюю по коридору, среднего размера комнату девушка бросила сумки на пол и осмотрелась. Большая кровать была завалена старыми некогда цветными подушками, в стенном шкафу обнаружилась женская одежда, судя по фасону — бабушкина. Она любила блузки с принтом и длинные юбки, обожала шляпы и бижутерию, презрительно относясь к тем, кто предпочитал драгоценности. Её извечный аргумент в пользу бижутерии был, что её можно менять каждый день подбирая под любой наряд, а такого разнообразия золота и бриллиантов у неё всё равно никогда не будет.

Тесса села на край кровати. Среди плотного покрывала пыли, на полу чётко прослеживались её следы. На уборку не было сил, а убираться без настроения хуже пытки. Упав на кровать, прямо на подушки, раскинув руки в стороны, девушка смежила веки наслаждаясь тишиной. Она уже и забыла каково это, наслаждаться собственными мыслями, когда их не прерывают мамины крики и вопли.

Нет, так было не всегда, конечно. Лишь последние месяцы, когда отец уже не жил дома, дожидаясь суда за решёткой…

Встрепенувшись, села, гоня дурные мысли. Придвинув к себе сумку принялась искать сменную одежду. Чёрные штаны и кофта подходили для уборки куда больше неудобных джинсов и тем более куртки. Сбросив всё с себя и переодевшись Тесса аккуратно сложила старый шарф оставив тот на тумбочке и побрела вниз на поиски кладовой.

***

Вода из крана бежала тонкой струйкой, не имея никакого напора. Тесса терпеливо ждала пока наберётся ведро, стараясь слишком пристально не присматриваться к стенам и не всматриваться в ванну и уж тем более в унитаз.

Когда вода набралась она схватила ведро, едва не расплескав и захватив тряпки отправилась на кухню.

В ящике нашёлся рулон мусорных пакетов, туда летело всё, что, по её мнению, было хламом и не имело для них никакой ценности. Она успела помыть верхние шкафчики и несколько нижних прежде чем вернулась сестра.

— Ух ты! Вот это я понимаю рвение! Как водичка? — спросила Ким, ставя на помытую столешницу два больших пакета.

— По цвету напоминает фанту, если вдруг тебя мучает жажда, по напору — тоньше спички, — недовольно бубнила Тесса заканчивая с очередным шкафом. Затем, стерев краем кофты пот со лба, воззрела на сестру.

— Так, я прикупила продуктов, гору чистящих — они нам понадобятся, когда дело дойдёт до ванных комнат — краску, кисти, растворитель и прочее, по мелочи. С крыльцом решим позже, пока придётся потерпеть скрип. Завтра придет слесарь, скажет, как обстоят дела с сантехникой. Сейчас вернусь, в багажнике ждут ещё четыре пакета.

Позже, пока Тесса заканчивала с уборкой, отмывая окно, Ким занялась ужином. Ароматные запахи свежеприготовленной еды добавляли новому месту уюта. Атмосфера суматохи так же поспособствовала тому, что обе девушки ощутили себя как дома.

Бабушкина старая посуда с голубым витиеватым узором была начисто вымыта и составлена в шкаф. Еда на ней смотрелась аппетитно, так что Тесса с удовольствием съела первую ложку рагу, а затем заметила на краю тарелки скол и провела по нему пальцем.

Бабушку она помнила плохо, ей было семь, когда та умерла, но это ощущение безграничной любви, таящейся в её объятиях Тесса помнила до сих пор и… скучала. Кажется, никто больше из близких не относился к ней с таким трепетом… ну, помимо отца.

Глаза защипало. Она подавила слёзы, продолжила есть. Если Ким что-то и заметила, то тактично промолчала.

Дабы как-то отвлечься от грустных мыслей она заговорила о школе.

— Нужно будет завтра купить новые учебники. Это всего на полгода, но здесь другая программа…

— Купим. Не торопись. В школу тебе только через неделю.

— Кхм, не поняла. Почему? — Она опустила ложку так и не донеся до рта.

— Я указала в уведомлении о переводе дату чуть поздней нашего приезда, хотела, чтобы ты сначала привыкла к городу. К новому месту. Тебе это нужно, нам обеим это нужно.

Тесса смотрела на сестру с неподдельной благодарностью. Ей действительно требовалось время, а вот так сразу ворваться в незнакомую школу буквально на второй день после приезда… от одной мысли её бросало в дрожь.

— Спасибо.

После ужина они разделили обязанности и продолжили убираться. Ким досталась ванная комната на втором этаже и коридор, Тессе — две спальни. Работали быстро, день был длинным и обеих уже невыносимо клонило в сон.

Закончив прибираться в комнате что выбрала себе Ким Тесса, наконец, добралась до своей. Включив свет, протёрла глаза и поставив ведро на пол сделала шаг и замерла. На полу помимо её следов появились ещё чьи-то.

Отступив, девушка бросилась прочь, на ходу выкрикивая имя сестры.

— Ким! Ким… — Та выбежала из ванной с тряпкой в одной руке и ёршиком в другой, встревоженная, с растрёпанным пучком на голове.

— Что такое?

— Там… там…

— Так, успокойся. Что случилось? — Не сумев выговорить ни слова от страха она потянула сестру за руку к своей комнате, а затем трясущейся рукой указала на следы. Ким напряжённо смотрела на пол, сжимая челюсть. Кто-то — судя по размеру обуви наверняка мужского пола — был здесь и обошёл всю комнату вдоль и поперёк.

— У меня другой протектор.

— Да, я вижу, — побросав ёршик и тряпку, быстрым шагом Ким прошла к единственному шкафу и открыла, внутри конечно же никого не оказалось, как и под кроватью. Тогда, проверив щеколду на окне, она обратила внимание на сестру.

Тесса жалась к стене, то и дело заламывая пальцы. Подойдя она положила руки ей на плечи в попытке успокоить и сказала:

— Нужно проверить дом. — На лице девушки тут же отразился испуг, поджав губы она мотнула головой. — Одной мне не справиться. Возьми телефон и перцовый баллончик. Позвони мне чтобы быть всё время на связи. Я проверю первый этаж, ты второй. Договорились?

— Да…

— Тогда за дело.

Ким была на громкой, но это нисколько не улучшало положение. А самое страшное, что Тесса не знала кто мог к ним забраться, но могла назвать примерно с десяток имён тех, кто ненавидел их за грехи отца.

Им и так угрожали. Последние полгода Тесса вообще практически прекратила пользоваться телефоном, удалила все страницы в соцсетях после тысяч сообщений с угрозами и пожеланиями мучительной смерти. На них ополчились сотни, тысячи человек, искренне считая, что все эти годы они покрывали отца. Как такая мысль вообще могла прийти этим людям в голову?

Держа перцовый баллончик наготове, она проверяла комнату за комнатой, с гулко колотящимся сердцем каждый раз заворачивая за угол.

Наверху никого. Все окна закрыты, чердака нет. Закончив с проверкой Тесса спустилась к сестре. Ким как раз проверяла окна в гостиной, пусть часть из них и была заколочена снаружи и через них в дом всё равно никто попасть бы не смог.

— Никого? — спросила не оборачиваясь.

— Встреть я там кого-то уже бежала бы прочь из этого дома, сверкая пятками.

— Ну-у, вдруг это был милый пёсик?

— В мужской обуви сорок второго размера?

— Да. Пёсики бывают разные. А ты не смогла выгнать этого пушистика и спрятала в шкафу. — Закончив с проверкой она, наконец, повернулась, — Вижу, пришла в себя?

— Пока что.

— Со всей этой беготнёй сил на уборку совсем не осталось. — Ким убрала прилипшие от пота пряди волос со лба. — Я ужасно хочу спать. Нет сил даже помыться. Кстати с ванной я закончила, можешь смело пользоваться. Или не слишком смело, кажется там подтекает кран, — пожав плечами она поднялась на пару ступенек и обернулась. — А ты сможешь уснуть?

— Попробую.

Помыв полы, дабы больше не видеть следов, Тесса отправилась в ванную. Умываться пришлось под душем и в спешке. Вода лилась с перебоями и большую часть времени холодная. Потому смыв с себя грязь, утершись и натянув на ещё влажное тело тёплую пижаму, она отправилась спать.

Замок на двери совершенно не внушал доверия, потому она подперла её стулом. Сбросив с кровати подушки прямо на пол и поменяв постельное бельё Тесса выключила свет и залезла под одеяло.

Неуютно. Она перевернулась с одного бока на другой, легла на спину, на живот, но никак не могла найти удобное положение. Потянувшись к тумбочке наощупь нашла лампу и зажгла. Достала телефон, хоть делать в нём всё равно оказалось нечего.

Было около трёх ночи, когда Тесса вспомнила о шарфе, брошенном на тумбочке, его подарила бабушка, последняя связанная её руками вещь. Её последний подарок. Ощущение защиты ей дарила лишь бабушка и с момента её смерти так ничего и не изменилось, только то, что её руки отныне заменял шарф. Она потянулась за ним, но шарфа там не оказалось. Его не было нигде, и она запоздало вспомнила о незнакомце.

Он взял? Зачем?

А это было уже… жутко.

Гла