Варяги особого назначения

Постоянный гул, мелкая дрожь под ногами и тесные, ярко освещенные отсеки орбитальной крепости «Острог» действовали на нервы. Из-за периодического проседания вектора гравитации возникало ощущение морской качки. Хотелось схватиться за ближайшую переборку, поручень или пробегающего мимо офицера. Но самую сильную головную боль у Киры вызывала необходимость общения с начальником интендантской службы. Усугубляло ситуацию то, что сам этот человек всеми силами старался избегать встречи. Пройдя с десяток коридоров, девушка, наконец, поймала неуловимого интенданта в радиальной галерее, проходящей по периметру верхнего обзорного уровня.

Гладко выбритый, пахнущий дорогим одеколоном начальник интендантской службы в новеньком мундире снисходительно смотрел на нее свысока. Именно так, сверху вниз — капитан третьего ранга Куличик был на две головы выше Киры. Этот холеный тыловой вояка даже не собирался вникать в суть дела. Он просто доносил до варяг-капитана Наполи выданное им же предписание. С трудом преодолев в себе желание приложить эту ухмыляющуюся рожу о палубу, она ослепительно улыбнулась:

— Товарищ капитан третьего ранга. В данный момент я неофициально работаю на военную разведку. У вас совершенно точно есть распоряжение оказывать мне полное и всестороннее содействие. Снабжение и ремонт моего корабля как раз вписывается в эту статью.

— Еще раз повторяю. Топливные элементы мы заменили, но в силовую не полезем. У вас оба реактора — экспериментальные «Алмазы». Мои инженеры не имеют допуска к обслуживанию таких установок.

— Тогда в чем заключается ваше трехдневное регламентное обслуживание? — подавив приступ гнева, уточнила Наполи. — Лобовую броню от пыли протереть?

— Мы сделали все, что входит в наши компетенции, товарищ варяг-капитан Кира Наполи, — слащаво улыбнулся кап-три Куличик. — Как минимум, починили ваши двигатели. Недешевый ремонт, скажу я вам. А ведь «Искра» — не военное судно. Не знаю, что у вас там за связи, но рембаза «Острога» не обслуживает гражданские корабли. У вас еще есть вопросы?

— Да! Боеприпасы. Нам просто необходимо пополнить боекомплект. Нам нужен вольфрам.

— Боеприпасы только по спецраспоряжению Генштаба Флота.

— У вас есть спецраспоряжение ГРОЗы — военной разведки!

— Верно, варяг-капитан, — умышленно опустив «товарищ», интендант бросил вдаль утомленный взгляд. — Есть. И там нет ни слова о снарядах для кинетического оружия. Провизией и водой мы вас обеспечили. Даже пошли навстречу и снабдили тактическим снаряжением, хотя ваш список вызвал у меня кучу вопросов. Но вольфрам! Смею заметить, варяжский патент вообще не дает права иметь на борту такое вооружение!

Разговор снова зашел в тупик. Палуба под ногами дрогнула и провалилась куда-то вбок, в тот же миг вернувшись обратно — наверное, уже в сотый раз. Очередной корабль в доке включил свой генератор гравитации и сбил вектор крепости. Негромко вскрикнув, Наполи ухватилась за рукав интенданта.

— Слушай, а давай чуть отойдем от официоза, а? — быстро придя в себя, Кира взяла собеседника под локоть и сделала несколько шагов вдоль длинного полукруглого иллюминатора. — Я майор в отставке. Мы с тобой, считай, в одном чине. Давай по-простому, как майор майору. Как тебя зовут?

— Александр, — Куличик сухо отстранился, нацепив вежливую улыбку.

— Отлично, Саша...

— Но для вас, Кира Наполи, я все равно капитан третьего ранга Куличик. Наш дальнейший разговор не имеет смысла, вы так не считаете?

— Я не приму акт регламентных работ! — сама от себя не ожидая, выпалила Кира.

— Да пожалуйста. На «Остроге» восемь ремонтных доков. Один можете занимать хоть вечность. Это дорого, но за вас ведь платит контора, верно? — небрежно взяв под козырек двумя пальцами, Александр Куличик широкой походкой направился к лифту в центральной шахте.

Сжав кулаки, девушка подошла вплотную к огромному, выгнутому наружу иллюминатору. Посреди красивой россыпи звезд, повиснув над черной бездной, светилась янтарным блюдцем уютная Заря. Внизу, почти у самого основания километровой башни «Острога», в доке стояла «Искра». На фоне пришвартованного рядом современного ударного крейсера с броским камуфляжем угловатый клиновидный силуэт-таран выглядел древним. Серые, истертые космической пылью борта, матовый блеск навесного композита, неоновый свет эмиттеров «Цитадели» на носу и массивные барбеты башен главного калибра на полубаке. Проект «Ладога» — боевая выносливость и скорость, броня и огневая мощь. Динозавр, созданный для сражений. Таких больше не строят. Маневренность вытеснила тяжелую броню, умная электроника пришла на смену орудиям. Немного успокоившись, Наполи коснулась рукой гарнитуры ближней корабельной связи:

— Экипаж?

— На связи, — отозвался Максим. — Топливные элементы поменяли, «Тарпаны» отремонтировали. Силовую обслуживать отказались!

— Я знаю, Макс.

— Левый «Алмаз» периодически уходит на запасной контур. Кира, там делов-то...

— Они не будут чинить. Куличик отказал. У него, видишь ли, инструкции, — от близкого дыхания холодное стекло запотело. — Леха, ты здесь?

— Так точно, дружка. Обрадуешь? — раздался в наушнике бодрый баритон Алексея.

— Не обрадую.

— Это че значит? Вольфрама не будет?

— Нет.

— Опять Куличик? Как он вообще до кап-три дослужился с такой фамилией...

— Да он интендант! — громко вклинился Максим. — Торгаш в погонах, считай!

— Леха, что со снарягой? — Кира вернула разговор в деловое русло.

— У нас четыре «Ратника» и два «Витязя» для космоса, два полностью укомплектованных медранца, контейнер сухпайков. Четыре пистолета, два автомата. С зарядами нас обжали, дали только половину, и немного гранат. Минут на десять боя.

— В каком состоянии боекомплект ПКО? — в ожидании ответа Наполи поводила пальцем по запотевшему стеклу иллюминатора.

— Шестьдесят процентов. Может, чуть меньше, там тикер механический...

— Как долго?

— Ну-у! — протяжно выдохнул Алексей. — Это как посмотреть, Кир. Отобьемся!

— Главный калибр? Рельсовая пушка?

— Башни главного калибра — под завязку. На рельсу — только четыре выстрела. Один неполный барабан.

— Лика, подружка! Скажи что-нибудь хорошее, — в задумчивости Наполи написала на стекле «Макс», смутилась и стерла ладошкой.

— Все системы в зеленом, — с готовностью откликнулась Анжела. — «Андромеда» обновилась, сканеры и сенсоры откалиброваны. Тодо эстара бьен! Все получится!

— Мне нужно с вами посоветоваться, — вздохнув, Кира сделала несколько шагов вдоль смотровой галереи. Приветливо кивнула в ответ идущему навстречу молодому мичману. — Или мы принимаем акт регламента и летим в Предел с неполным боекомплектом и горячей силовой установкой. Или оседаем на «Остроге» на неопределенное время, пока не подключится военная разведка. Ваши предложения?

— Принимай! — не задумываясь, ответил Леха. — Палец на курке, руки чешутся уже.

— Спорно! — парировал Климов. — Но поддержу. Прорвемся!

— Де акуэрдо, Кира! У нас на маршруте Хальда во Фронтере, старая рембаза флота, — затараторила Анжела. — Это по пути в Акрам. Или в Златибор заскочим, там «Искре» полный трюм снарядов насыплют!

— Вы у меня лучшие! — резко развернувшись, Наполи двинулась к центру башни, к шахте пассажирского лифта. — Встречаемся в офицерском кубрике, обсудим план полета. Я скоро буду. Найду Куличика и раздавлю ему нос! Ну, и акт заодно приму...

Наскоро покончив со всеми формальностями, Кира, наконец, вырвалась из лабиринтов командного уровня. От разнообразия и количества звезд на погонах встречных офицеров уже рябило в глазах — синий летный комбинезон в их компании смотрелся инородно. Добравшись до центральной шахты лифта и за пару минут пронзив насквозь километровую башню «Острога», Наполи вздохнула с облегчением. Здесь, в доках, у самого основания орбитальной крепости, ее встретила привычная портовая суета. Гул продувки турбоатмосферных двигателей, отдаленный грохот металла, запах краски и горячего титанита. Взяв правильное направление, девушка уверенно зашагала к нужному причалу. Идущие навстречу вакуум-сварщики в громоздких, чумазых «Зенитах» с открытыми забралами радостно замахали руками:

— О! Смотри, какая цаца! Кареглазая!

— Эй, подруга, ты чего здесь забыла?

— Гы, чистенькая какая! Иди, обниму!

— Мы на обед идем! Айда с нами, шоколадом угостим!

— Эй, дэвушка! Твой мама зять не нужэн?

Рассмеявшись, Кира послала работягам воздушный поцелуй, как бы ненароком показав кольцо на безымянном пальце. Затем торопливо пересекла широкий пирс и вышла к своему доку.

Друзья уже собрались в офицерском кубрике «Искры». Едва Наполи перешагнула высокий порог, поджидавшая ее у мини-кухни Анжела тут же сунула в руки горячую кружку:

— Ничего не говори, амига, отдышись. Сначала чай. Настоящий мате, с Земли.

В глубине кубрика, на угловых диванчиках у дальней переборки, Алексей и Максим лениво гоняли на планшете очередную партию в шашки. С благодарностью кивнув подруге, Кира уселась на диванчик рядом с Максом и привычно положила руку ему на колено. Окинула взглядом стройный ряд световых панелей у самой палубы и под притолоком, отметив несколько мигающих и негорящих: «Регламент. Даже светляки заменить не могут!»

— Мы свободны, — она с наслаждением сделала глоток душистого зеленого чая. — Можем сниматься.

— Леха, забей. Ты через четыре хода — все, — Макс оторвался от игры и подмигнул Кире.

— Еще пободаемся, Максыч... — насупившись, буркнул Бабич, подперев голову. — Кир, во сколько вся пирушка встала, если не секрет? Сколько контора заплатила?

— Даже не спрашивай. Там ремонт пары «Тарпанов» уже по цене нашего старого каботажника, — Наполи обвела взглядом свой экипаж. — Ребята, соберитесь! Давайте ближе к делу! Лика, с чего начнем, есть идеи?

— Кларо! Зайдем в Лимен и найдем то, что осталось от немецкой эскадры. Это станет отправной точкой.

— Маршрут?

— Самый короткий — Медея, Ханум, Лимен. Три прыжка. Сутки или чуть больше.

— Макс, что по реактору? По левому «Алмазу»?

— Он немного греется, иногда переходит на резервный контур охлаждения, — Климов нетерпеливо ткнул пальцем в виртуальную доску, подсказав другу ход. — В принципе, работает, но это в режиме диагностики. Как будет под нагрузкой, покажет время. Всего-то нужно было основной охлад проверить! Ничего экспериментального там нет!

— Анжела, ты говорила, у нас по пути есть что-то судоремонтное? Доки, рембаза, верфь?

— В Хальде есть старая рембаза флота, — пальцы Кортес быстро забегали по экрану смарткома. — Но тогда Ханум отпадает. Будет Медея, Хальда, Акрам и Лимен. Почти два дня.

— Подожди, Кир, а Златибор? — Леха с досадой отодвинул от себя планшет и виновато развел руками. Максим понимающе кивнул.

— А что в Златиборе?

— Снаряды для ПКО! Для рельсы! Мы же с пустым боезапасом почти!

— А, точно, — Кира наморшила лоб и почесала ладошкой свой немного вздернутый носик. — Подруга, посмотри, как через Златибор.

— Ун моменто... Медея, Ханум, Златибор, Ханум, Лимен. Приличный крюк получается...

— От Серба есть что-нибудь?

— Есть, амига, — Анжела полистала смартком. Негромко загудел потолочный тактический проектор. В центре кубрика, прямо над обеденным столом, возникло трехмерное изображение Берковского: «Кира Витольдовна. У меня не очень хорошие новости. Флот планирует собрать в Акраме ударную эскадру через пять дней. На всем пути следования развернули мобильные станции зарядки, корабли полным ходом идут со всех границ. Я постараюсь собрать Совет Конфедерации как можно раньше. У тебя очень сжатые сроки. Удачи!»

— Хренасе! — в сердцах выдохнул Бабич. — Пять дней! Да мы только-только до Лимен дойдем!

— Отставить! — отрезала Наполи и поставила кружку. Вышла на середину, повернулась к друзьям и оперлась ладонями в стол. — Времени мало. За основу берем кратчайший маршрут, Медея, Ханум, Лимен. Если при выходе из прыжка в Медее всплывет неисправность левого реактора, идем через Хальду и Акрам. Решение принято. По местам!

— Как скажешь, амига, — сунув грязную посуду в посудомойку, Кортес двинулась к выходу. — Я в штурманской.

— Конечно, нахрен нам снаряды! Давайте просто башмаками в «Фатих» покидаемся! — Бабич ворчливо поднялся с дивана и пошел догонять жену. Наполи мимоходом погладила его по плечу. — Даже не подлизывайся, Кирка! Максыч, я буду в рубке!

— Принято, Леха, я следом. Запускай движки, — Климов встал, подошел к Кире и взял ее за руку. — Кир, постой. На пару слов...

— Макс, милый, я знаю. Я все понимаю, — она увернулась и уперлась обеими руками ему в грудь. — С самого начала все идет не так, все не по плану. Но это ерунда. Это просто непредвиденные события, которые путают нам карты. Мы все равно справимся. Скажи, что все будет хорошо?

— Все будет хорошо. У тебя лучшая в космосе команда, — придав голосу уверенность, подтвердил он.

Кира устало улыбнулась и пошла вслед за друзьями. Макс тяжело вздохнул:

— Я немного не об этом хотел поговорить, но ладно...

Глава 5

Необитаемая Медея встретила варягов холодным равнодушием. Ни живых миров, ни лун, ни патрулей. Только разбросанные по системе навигационные маяки и одинокая станция зарядки у самой звезды. Заурядный желтый карлик, приютивший на дальних орбитах целую троицу газовых гигантов и густой пояс астероидов в зоне обитаемости. Едва «Искра» вышла из гиперпространства, экран консоли управления осыпался красными транспарантами. Максим по привычке поднял голову, в последний момент сообразив, что место штурмана теперь находится в задней части отсека. Это уже не тесная кабина «Спартанца», это главный пост управления боевого крейсера. За установленными на небольших подиумах креслами пилотов расположился капитанский мостик, а уже за ним — инженерно-навигационный блок. Здесь до штурмана просто так не докричишься. Да еще и сквозь утробный гул аж восьми прямоточных «Тарпанов». Он коснулся пальцем гарнитуры ближнекорабельной связи:

— Анжелка, навком с ума сходит!

— Вижу, работаю, — сосредоточенно откликнулась испанка. — Гравитационная аномалия, радиация, навигация нестабильна. Сейчас уберу предупреждения.

— Макс, доклад, — коротко запросила Наполи.

— Леха, возьми штурвал!

— Принято, — буднично подменил друга Бабич. — Управление взял.

— Двигатели урчат, как котята, — отчитался Максим. — «Небула» на зарядке, конденсаторы — сорок процентов. Нормально для сверхдальнего прыжка... Навком сбоит — гравитационные флуктуации.

— Как наши реакторы? Как левый «Алмаз»?

— Горячий, но в рамках допустимого, — Климов жестом смахнул экран консоли, переключившись в инженерный режим. — Задействован резервный контур, остужаемся жидким азотом. Все-таки основное охлаждение подводит...

— На какой мощности сейчас силовая?

— Полста процентов оба. Номинальная мощность... — он с удивлением ощутил легкую боковую перегрузку. — Леха, что с курсом?

— Все путем, на автопилоте...

Внезапно экран навкома озарился красным транспарантом. Монотонный гул движков мгновенно перерос в протяжный рев. Резко сменив вектор, корабль на секунду окунулся в невесомость и в следующий миг, будто растерявшись, жалобно завибрировал, испытывая гигантскую продольно-поперечную перегрузку.

— Я держу! — громко рявкнул Бабич. — Я выправлю...

— Отдай! — коротко приказал Макс. Едва он успел перехватить управление, как подголовник ложемента больно ударил пилота по затылку. Форсаж смолк. Двигатели обиженно притихли и вернулись в штатный режим.

— Ты что творишь, друг? — помотав ушибленной головой, негромко спросил Максим.

— Я автопилот включил, — виновато опустил глаза Бабич. — Карту посмотреть...

— Хрен с ним, с автопилотом. Форсаж-то зачем?

— Не знаю, Максыч. Хотел на курс вернуть, — еще ниже склонил голову Алексей. — Бес попутал. Такая мощь под рукой... Не удержался.

— Заруби на носу — «автопилот отключил, форсаж утопил». Не наоборот.

— Принял. А че с ним не так-то? Куда его понесло?

— Это Медея, Леха. Тут на автопилоте не ходят. Три гиганта плюс звезда — боль для систем навигации. Надо на лидар смотреть и штурмана слушать, — он коснулся рукой гарнитуры. — Все целы?

— Вы нас убить хотите, что ли? — прозвучал в наушнике недовольный голос Киры.

— Ке пасо? Что это было? — словно эхо, откликнулась испанка.

— Твой муж чутка забыл, что он пилотирует не тягач, а крейсер, — ухмыльнулся Климов. — Все нормально. Корабль цел, виновнику отсыпал.

— Алеша, ты как? — заботливо поинтересовалась Анжела. — Не сильно он тебе... «отсыпал»?

— Да нормально... Дорвался чудик до штурвала. Откуда мне знать, что нельзя? Я же не военлет, — буркнул Бабич и попытался сменить тему. — Тут на карте три желтых маркера в поясе астероидов. Это че? Обломки?

— О-о! А ты ничего не знаешь про Медею, ми амадо? — хихикнула она в гарнитуре. — Хочешь, расскажу?

— Это не обломки. Это мертвые корабли, — вставил Макс. — Вот этот — научное судно, как бишь его... Ученые пришли изучить необычную физическую модель этой системы. И здесь остались. Навсегда. Остальные не помню уже.

— Первым был «Серчанто», он уже три сотни лет тут лежит, — звонко затараторила всезнайка Кортес. — Вот этот, самый большой — это беспилотный магистральный тягач «Астробилдер». Шел на станцию зарядки, когда она строилась. Разбился вместе с грузом. Третий самый молодой. Это контрабандист, легендарный «Фартовый». Ушел прыжком от патруля, а от судьбы не ушел. Не фартануло «Фартовому».

— Парни, я иду к вам. Не уроните меня, пожалуйста, — с сарказмом попросила Наполи. Леха фыркнул, но промолчал.

Выбравшись за ограждение мостика, она встала между пилотскими креслами и положила руки на подголовники ложементов. Немного придвинулась ближе к Алексею. Слившись с рокотом маршевых двигателей, ее низкий голос приобрел мистический оттенок:

— В древнегреческой мифологии Медея — красавица-колдунья, царевна Колхиды. Ради мести мужу Ясону, убила собственных детей и его новую невесту Креусу.

— Че за сказки, Кир? — недоверчиво скривился Леха. — Нахрен мне эта информация?

— Медея очень своеобразная. Когда-то давно гравитационные силы звезды и газовых гигантов разрушили две планеты, превратив их в пояс астероидов. Здесь очень сильные флуктуации. Гравиметры и дальномеры ложатся, всплески радиации ослепляют сенсоры...

— Вайя! Забавно, Кира тоже может в космические легенды! — наигранно громко пробасила в наушнике Кортес.

— Да боже ты мой, — не выдержал Максим. — Мы в секторе Колхида. Здесь три звездных системы: Ясон, Креуса и Медея. И никакой мистики! Все эти корабли погибли из-за ошибки автопилота, пошли напрямик, через пояс! Ничем не примечательная проходная система со сложной лоцией.

— Мадре мио! А вот ее жених в легенды не умеет! — разочарованно выдохнула испанка. — Макс, ты все испортил!

Климов усмехнулся и тайком посмотрел на Киру. Мягкие тени от консолей скользили по ее лицу, подчеркивая резкую линию подбородка и чуть вздернутый нос. Короткий хвост на макушке, капризный русый локон на лбу. Крошечный шрам в уголке губ, превращающий любую улыбку в иронию. Серьезная, но с каплей неизменного безумия в карих глазах. В летном комбинезоне с немного расстегнутой молнией на груди она была чертовски привлекательна. Его сумасшедшая женщина...

Кира не заметила взгляда. Или сделала вид, что не заметила. Не меняя выражения лица, девушка облокотилась на плечо Максима:

— Для расчета следующей точки нужно проверить силовую установку. Поможешь?

— Конечно, — вернув поток мыслей в нужное русло, он вызвал на консоли интерфейс состояния судна. — Форсаж-то мы уже проверили...

— Сколько нужно времени для полного заряда конденсаторов?

— Пара часов, может меньше.

— Я хочу немного нагрузить реакторы. Сколько по максимуму могут выдать наши «Алмазы»?

— Предельная мощность где-то восемьдесят пять процентов, плюс-минус. Выше пойдет быстрая деградация топливных элементов.

— Насколько это сократит время зарядки?

— Никак не сократит. Накопители не возьмут энергии больше положенного, иначе очень громко бабахнут. Но можем форсануть движки и прибавить хода.

Невозмутимая варяг-капитан склонилась над экраном, скользнула взглядом по цифрам и неожиданно нежно потрепала Макса по волосам на затылке:

— Отлично. Давай поднимем до семидесяти. Посмотрим, как поведет себя левый реактор.

— Принято, — Климов пробежался пальцами по консоли.

В кабине стало чуть светлее, исчезло неприятное мерцание осветительных панелей у палубы вдоль бортов. Все восемь «Тарпанов» замурлыкали веселее, крейсер ощутимо прибавил скорости, заставив Киру слегка отшатнуться назад. На мгновение она встретилась глазами с Максимом и едва заметно подмигнула, затем оставила пилотов и вернулась на мостик.

— Слышь, Максыч! — не оборачиваясь, позвал Леха. — Я как-то сослуживца встретил. Он сейчас дальнобойщик, в метрополию грузовики водит. Так вот, у них в кабине весь интерфейс трехмерный. Никаких тебе кнопок, никаких тебе консолей, все прямо в воздухе, под рукой.

— И? — не дождался продолжения Макс.

— А че у нас-то все по старинке? Кнопки, ручки управления... Даже экраны, вон, не голографические! — Алексей ткнул пальцем в сторону трех огромных обзорных экранов, свисающих с потолка в носовой части. — Я думал, у военных всегда самые передовые технологии.

— Что тебе сказать, — задумчиво ответил Климов. — В кабине истребителя кнопка открытия огня всегда физическая. Даже селектор вооружения почти всегда маленький рычажок. Щелк — пушки. Щелк — ракеты. Щелк — все разом. Догадываешься, почему?

— И? — спародировал Бабич.

— Военлет должен физически ощущать, что сейчас откроет огонь. Должен чувствовать, что сейчас кого-то убьет! Это как спусковой крючок на пистолете. Не сенсор, не иконка на экране, не «ой, случайно получилось». Кнопка. Жесткая, со щелчком. Нажал — смерть!

— Ну ты и нагнал! — рассмеялся Алексей. — А если по-простому?

— Если по-простому... «Искре» почти сотня лет. Со всей модернизацией и дооснащением это все равно древний, цифровой до последнего шпангоута крейсер. Скажи спасибо, что не аналоговый!

Внезапно монотонный гул двигателей сменился, стал плавающим. Максим бросил взгляд на запестревшую красными индикаторами консоль управления силовой установкой. Левый «Алмаз» ушел в перегрев и сбросил мощность до десяти процентов, на всю катушку задействовав резервное охлаждение жидким азотом.

— Кира, реактор отключился! — Климов пробежался пальцами по экрану. — Ни ошибок, ни сбоев, ничего. Просто штатное охлаждение не справляется. Руку на отсечение даю, что это помпа! Нужно было всего лишь помпу поменять! Куличик, падла...

— То есть ремонт несложный? — примирительным тоном поинтересовалась Наполи, сбив эмоциональный градус пилота.

— Ремонт копеечный! В каком смысле «несложный»? — успокоившись, уточнил Макс. — С какой целью спрашиваешь?

— Хочу оценить примерное время и стоимость починки.

— Помпу не чинят, Кир. Ее меняют.

— Не знаю, как ты, Максыч, а я туда не полезу, — невпопад забубнил в наушнике Бабич. — Там радиация, мама не горюй! А у меня жена молодая...

— Леха, туда вообще... — перехватив взгляд друга, Климов уловил намек и мгновенно принял подачу. — А знаешь, я тоже не полезу! У меня типа свадьба на носу. И невеста огонь...

— Да и допуска у меня такого нет, — подмигнул Максиму Леха. — Вот если кому морду набить, это пожалуйста...

— Вот-вот, я тоже. Чисто по «набить». Только калибры у меня покрупнее кулаков...

— Эн серио? Да успокойтесь вы, никто туда не полезет! В космосе в отсек с энергетическими установками вообще доступа нет, только в доке! — вклинилась в разговор пилотов всезнающая Анжела. — Даже если просто помпу заменить... Для такого типа работ нужен инженер-ядерщик со спецоборудованием! Вы в «Ратниках» собрались реактор чинить?

— Тихо, Лика, — равнодушно процедила сквозь зубы Наполи. — Они стебутся! Не мешай мальчикам, пусть порезвятся. Что у нас в Хальде?