Разведка боем

Оказавшись на палубе орбитальной крепости, Кира почувствовала дикую усталость — ноги подкашивались. Поспать в пути не удалось, и она неистово молила всех известных ей богов, чтобы брифинг состоялся завтра, а сегодня ее расквартировали в какую-нибудь скромную каюту с коечкой. Пусть даже вот тут, прямо на диванчике, у контрольно-пропускного пункта недалеко от причала.

— Доброй ночи, пани. Ротмистр Земан, — дежурный резко выбросил вперед левую ладонь, приказывая остановиться. Его правая рука демонстративно легла на кобуру. Он окинул придирчивым взглядом ее помятый костюм без рукавов и синяк под глазом. — Представьтесь, пожалуйста!

— Старший лейтенант Кира Наполи, группа разведывательных операций, зондирование, аналитика. Прибыла по распоряжению через пакет связи, — она приложила к сканеру мультикарту.

— Ух ты, ГРОЗА! Военная разведка! — уважительно вскинул брови ротмистр. — А ваши уже здесь, пару дней назад пожаловали. Как к вам обращаться, пани Наполи?

— Товарищ. Пани тоже сойдет, — отмахнулась Кира. — Какие погоны у наших?

— Э, пани товарищ старший лейтенант, ну когда это ваши погоны-то носили? — пожал плечами вахтенный. — Вы сами-то вон, в погонах прибыли?

— То есть, какие чины, ротмистр Земан не знает?

— Никак нет, пани товарищ старший лейтенант.

— Ладно, спрошу прямо, — устало бросила она. — Берковский здесь?

— Не могу знать. Но вот что я вам скажу. Пять дней назад сюда прибыли вот такие звезды с крылышками, — заговорщически подмигнув, ротмистр Земан на пальцах показал два просвета и три звезды. — Полковник по-вашему.

— В смысле, с крылышками? Флотские?

— Ясно так, пани товарищ старший лейтенант. Военно-космический флот. Только наши, чешские. А потом, через день, ваши прибыли. Из разведки, но в штатском.

— Принято, ротмистр, — Кира поискала глазами, куда присесть. — Что-то есть для меня?

— Ясно так! Вам выделена каюта в гостевом секторе... Та-ак, — он скосил глаза в дежурный планшет. — Номер один-девять, это на первой палубе, сразу над нами. Сами найдете, или позвать сопровождающего?

— Слава богу, — выдохнула она. — Прилечь там есть где? Или хотя бы припасть...

— Простите, пани? — Земан странно уставился на синяк под глазом Киры. — Я, наверное, не очень хорошо по-русски...

— Все нормально, ротмистр Земан. Когда у меня брифинг?

— Вам назначено завтра в девять-ноль-ноль.

— Спасибо, ротмистр. Доброй вахты.

— Вам доброй ночи, пани товарищ старший лейтенант из разведки, — пропустив девушку через турникет, он облокотился на стойку и зевнул.

Каюту Кира нашла очень быстро — просто поднялась по главному трапу в центре и сразу же наткнулась на заветную девятку. Еще раз поблагодарив ближайших богов за то, что не сорок девятая на четвертой палубе, Кира бросила вещи с твердым настроем принять душ и полечить, наконец, синяк под глазом. Затем «на секунду» присела на край коечки. Затем «на минуточку» положила голову на подушку и совершенно случайно провалилась в глубокий крепкий сон.

Глава 4

Мелодичный писк будильника с трудом вырвал девушку из глубокого сна — ночь оказалась до неприличия короткой. Взглянув на себя в зеркало, она ужаснулась. Вчерашняя беспечность дала о себе знать — синяк расползся на добрую половину лица, превратившись в уродливый иссиня-черный отек. Угрюмо покачав головой, Кира быстро приняла душ, привела себя в порядок и поспешила на встречу с Сербом. Опаздывать было категорически недопустимо.

Зал для брифинга находился на самой верхней, четвертой палубе. Он представлял собой круглое помещение посередине уровня, закрытое со всех сторон меняющими прозрачность стеклянными панелями. Сейчас они работали в зеркальном режиме, и по пути к входу Кира разглядывала свое отражение. Отдохнувшая, отмытая, посвежевшая, с хвостиком на голове, в черных брюках и белом кителе с погонами она была неотразима... только справа. На левую половину лица было страшно смотреть.

Голографические часы над дверью показывали восемь-пятьдесят-девять. Девушка выждала несколько секунд для создания эффекта, тяжело вздохнула и открыла дверь. Шагнув внутрь, она оценила количество звезд на погонах присутствующих, вытянулась в струну и четко отрапортовала:

— Старший лейтенант Наполи прибыла согласно распоряжению. Разрешите войти?

В центре зала, за прозрачным круглым столом, сидели четверо. Первый, самый главный — в возрасте, худощавый, с зачесанными назад черными с проседью волосами, прямым носом и тяжелым, испытующим взглядом. Полковник военной разведки Сергей Павлович Берковский. Основатель и бессменный командир подразделения ГРОЗА. Как всегда — в штатском, Серб вообще очень редко носил погоны. Именно у него Кира спросила разрешения войти. Справа от него сидела незнакомая молодая сербка в форме младшего лейтенанта с планшетом в руках, скорее всего, новая помощница Серба. По другую сторону стола, спиной к двери, сидели два человека в белых мундирах военно-космического флота. Они не обратили никакого внимания на вновь прибывшую, хотя, скорее всего, увидели ее в отражении.

Один — немолодой, седовласый, с двумя просветами и тремя звездами на погонах. Флотский чин — капитан первого ранга. Не включая фантазию, Кира сходу для себя окрестила его «каперанг». Второй — молодой, широкоплечий капитан-лейтенант с короткими светло-каштановыми волосами. Лица девушка не разглядела, но почему-то заочно обозвала его «красавчик» и отчаянно поругала себя за то, что не позаботилась перед сном о своем подбитом лице.

— Разрешаю. Берите стул, присоединяйтесь. Садитесь сюда, слева от меня. Мы вот с товарищами как раз размышляем, почему военно-космический флот так неохотно сотрудничает с военной разведкой, — Серб пристально посмотрел на старательно избегающую встречаться с ним взглядом девушку. — Что с вами, Кира Витольдовна?

Наполи хотела сесть слева от флотских гостей, чтобы по возможности максимально долго оставаться к «красавчику» правой стороной лица, но Берковский не оставил ей выбора.

— Производственная травма, товарищ полковник, — негромко и не очень уверенно отчеканила она, села вполоборота рядом с командиром и принялась разглядывать левую половину зала. Боковым зрением Кира заметила завешанную орденскими планками грудь седовласого и седоусого «каперанга» и симпатичное, с легкой небритостью лицо «красавчика», его большие глаза и чуть удлиненный нос. «И правда, красавчик...» — горестно подумала она.

— Давайте, я вас представлю, — вместо вступления начал было Серб.

— Простите, полковник. Вы сказали, что это будет опытный человек, но я вижу здесь девочку в чине старшего лейтенанта. И у нее, пардон, синяк под глазом, — густым басом перебил его «каперанг». — Я и так не в восторге от участия в этом деле военной разведки, а тут еще и... Не думаю, что нам нужно знакомиться. Есть еще кто-нибудь на примете?

— Кира Наполи достаточно компетентный сотрудник, — выдержав паузу, бросил Берковский. — Вам повезло, что ее группа оказалась ближе всех. На звание не смотрите, она уже представлена к капитану. Просто бюрократические формальности.

Кира вздрогнула, но не подала вида — так узнавать о повышении себя в звании ей еще не приходилось.

— Сергей Павлович, я все же настаиваю, — продолжал гнуть свое зануда «каперанг». — У вас есть специалист... хм, не женщина?

— У вас предвзятое отношение именно к женскому полу, пан капитан первого ранга?

«А Серб умеет поставить собеседника в неловкое положение» — качнув про себя головой, удовлетворенно подумала Наполи.

— Не нужно приписывать мне сексизм, Сергей Павлович, — фыркнул седой. — Я лишь беспокоюсь о важности предстоящего задания. Как бы оно оказалась не под силу... девочке с фингалом.

— Ваше мнение принято к сведению и зафиксировано в протоколе, — Берковский сделал знак девушке-лейтенанту, та что-то торопливо занесла в свой планшет. — Итак. Это, как вы уже поняли, старший лейтенант, без пяти минут капитан Кира Наполи. Одна из лучших моих, как вы изволили выразиться, девочек.

Кира привстала и коротко кивнула. «Красавчик» едва взглянул на ее синяк, скривился и снова уставился на свои скрещенные на столе пальцы. Кира готова была провалиться сквозь палубу... Ну или хотя бы дать оплеуху Сербу за то, что заставил ее посветить лицом.

— Капитан первого ранга Томаш Прохаска, военно-космический флот, — продолжил Серб.

Капитан первого ранга, не вставая, сдержанно кивнул.

— Капитан-лейтенант Марек Кравец, военно-космический флот.

«Красавчик» чуть заметно качнул головой, даже не подняв глаз. «Да и хрен с тобой», — отрешенно подумала Наполи и, снова усевшись на всякий случай вполоборота, уткнулась в наладонник.

— Младший лейтенант Агата Либа. Помимо хронологической записи системы наблюдения она займется стенограммой наших переговоров и информационной поддержкой, — Берковский махнул в сторону своей помощницы.

Молодая девушка с планшетом привстала и коротко козырнула старшим офицерам.

— Полковник, хочу напомнить — вся озвученная здесь информация является военной тайной, — властно поднял указательный палец «каперанг». — Никаких записей!

— Хотите, чтобы я тоже занес это в протокол? — поинтересовался у него Серб. — Нет? Не волнуйтесь, Томаш. Все присутствующие в этом зале имеют необходимый допуск. Все электронные гаджеты защищены от прослушивания, в том числе ваш личный смартком, Кира Витольдовна.

Повысив голос, Сергей Павлович выразительно посмотрел на Киру. Смутившись, она спрятала наладонник.

— Отлично. Агата, будьте добры, краткий разведотчет, — вернулся он к разговору.

Девушка-лейтенант послушно кивнула и уткнулась в планшет.

— Система звезды Реджин в секторе...

— Стоп, младший лейтенант, — Берковский поднял руку. — Этот раздел опускаем и переходим непосредственно к планете.

— Есть. Планета Д-207, кодовое название Седло...

— Сидло, — негромко оборвал ее «красавчик» своим бархатным голосом с милым чешским акцентом. — Правильно говорить Сидло, с ударением на первый слог.

— Простите, — немного растерявшись, Агата взглянула на командира, но тот не обратил внимания. Набрав в легкие воздуха, она торопливо продолжила. — Терраформированная экзопланета третьего класса. Сила тяжести ноль-восемь стандартной, расстояние до звезды ноль-девять астрономических единиц, период вращения — двадцать один час, орбита стабильна. Естественные и искусственные спутники отсутствуют, разумной жизни не обнаружено. Запас полезных ископаемых невелик, коммерческого интереса не представляет. Атмосфера стабилизирована, из-за перепада температур на границе дня и ночи часто формируются ураганы. Планета открыта для колонизации. Первая и единственная попытка поселения провалилась, причина — враждебная животная среда...

— Обратите внимание! — звякнув наградными планками, прервал доклад «каперанг». — Низкий коммерческий интерес, отсутствие разумной жизни, слабая гравитация. Наконец, само расположение планеты в данной системе идеально подходит для размещения военных кораблей среднего радиуса действия.

— Простите, пан капитан первого ранга, — подняла руку Кира. — Как выглядит поверхность планеты? Какого типа биом?

— Генштабом Флота принято решение базировать на Сидло эскадру раннего обнаружения из восьми космических перехватчиков, — не обратив внимания на вопрос девушки, продолжил кап-раз. — Подготовка была возложена на меня. Мы построили базу, укомплектовали ее техникой, персоналом и экипажами, но тут у нас возникли сложности. С вышеупомянутой враждебной средой. Это местные животные — ревуны. Многочисленные стаи, бессистемно кочующие по пустыне.

— Значит, пустыня, — вслух отметила Кира. — Почему ревуны?

— Когда услышите их ночной вой, поймете, — угрюмо вставил Марек Кравец. — Вы зря перебиваете, пани. На вашем месте я бы соблюдал субординацию и слушал внимательно.

— Так точно, спасибо, — кивнула она. — Пан капитан первого ранга, разрешите вопрос?

— Когда численность небольшая, ревуны не представляют серьезной опасности, — снова пропустив ее реплику мимо ушей, продолжил «каперанг». — Но когда они собираются в стаи... Сотни, тысячи единиц! На пути одной из таких стай оказался наш маленький форпост, слабо укрепленный и не приспособленный к отражению поверхностных атак.

— Мы потеряли экипаж, — холодно вставил Марек, не поднимая взгляда.

— Да, черт побери. Мы потеряли отличного пилота и штурмана, — подождав секунду, подтвердил кап-раз Прохаска. — Остальные спаслись благодаря наемникам. Варяги приняли наш сигнал бедствия, сменили курс и организовали эвакуацию. Капитан-лейтенант Марек Кравец — один из тех, кому удалось выжить.

— Товарищ полковник, разрешите уточнить? — Кира дождалась утвердительного кивка Берковского. — Вы хотите сказать, что все оборудование, техника, системы слежения и восемь боевых машин в полном вооружении остались внизу, на планете? Без какой-либо охраны?

— Я отвечу, лейтенант, — грубо вклинился «красавчик», специально или случайно опустив на один чин звание девушки. — Да, оборудование и восемь «Корсаров» с вооружением остались на поверхности. Да, база никем не охраняется, не считая патрульного крейсера на орбите. Да, мы все бросили и просто спасали свою жизнь. Но вам, пани, с высоты вашего просторного офиса этого не понять — вы в том кошмаре не участвовали!

— Простите, не хотела задеть, пан капитан-лейтенант, — девушка примирительно вскинула ладони. — В чем должна поучаствовать я? В чем заключается суть моей работы?

— Работы? Интересное определение, — снисходительно усмехнулся «каперанг». — Хорошо, пусть работы. Видите ли, уничтожить этих тварей за пару недель не составит труда, но с нашей стороны это будет... Как это в протоколах пишут? Истребление вида. Это запрещено уставом Конфедерации, да и Генштаб Флота на такое не пойдет. Понимаете меня?

— Не совсем, тов... пан капитан первого ранга, — покачала головой Кира. — Вы хотите перебить этих тварей руками военной разведки?

Седой нарочито громко рассмеялся и понимающе переглянулся с ухмыляющимся Мареком.

— Это слишком громко, лейтенант Кира Наполи. — Прохаска с явным удовольствием игнорировал ее настоящее звание. — Давайте сформулируем иначе. Нужно обезопасить... Нет, не так. Нужно сделать безопасным нахождение на Сидло военной базы Флота. Вы же ГРОЗА! Если верить легендам, агенты из группы Берковского умеют творить чудеса.

— Против истребления вида я бы не возражал, — перестав ухмыляться, сухо обронил «красавчик».

— Насколько мне известно, по уставу ВКФ не размещает базы на неосвоенных, но пригодных для колонизации планетах, — хотела съязвить Кира, но вместо этого выдержала деловой тон. — Что представляет из себя... ревун?

— Рассказывай, кап-лей, это по твоей части, — отмахнулся «каперанг».

— Ясно так, пан кап-раз, — Кравец поднялся, коротко взглянул на Киру и продолжил. — Ревун. Длинная, два-три метра, покрытая чешуей шестиногая ящерица. Грязно-желтого цвета с редкими черными полосками, как у тигра. Как мы смогли разглядеть, имеются три глаза — два по бокам, чуть позади, и один спереди туполобой башки — почти круговой обзор. Маленький рот внизу. Про голову, пожалуй, все. Передние лапы... Пластины-наросты на коротких трехпалых конечностях, очень острые и твердые. Настолько твердые, что справились с трехмиллиметровой титанитовой обшивкой жилого периметра...

Он ненадолго замолчал и слегка изменился в лице, когда в памяти всплыла картина пережитого ужаса. Затем коротко вздохнул и вернулся к сбивчивому описанию.

— Маскиров... То есть мимикрия. Благодаря расцветке их очень трудно обнаружить среди песчаных дюн. В момент опасности ревун мгновенно закапывается в песок, за одну-две секунды, по самую спинку. Передвигается на четырех задних лапах, помогая хвостом. Атакует передними, совершая вращательные движения, подминая под себя жертву. Умеет прыгать, но это без подробностей, разглядеть что-то в темноте было сложно. Одну такую тварь я пристрелил штатным армейским пистолетом, три четверти магазина...

— Магазин заряжен чем? — фамильярно опустив чин, перебила Кира. «Ты меня до летехи, я тебя до гражданки». — Картечь или вольфрам?

— Ну конечно же, картечь, — снисходительно отмахнулся «красавчик». — Я же сказал, штатным армейским пистолетом.

— Три четверти магазина... Подрыв картечи установлен на дистанцию или ударным способом?

— На дистанцию... Десять метров по умолчанию, — отбросив иронию, гневно посмотрел на нее Марек. — Мне некогда было в темноте эксперименты проводить!

— В режиме подрыва от удара эффективность была бы выше. А еще лучше вольфрам — это бронебойный заряд. Существо вполне может использовать костные наросты на передних лапах в качестве щита. Да и тело чешуйчатое, это тоже естественная броня, — Кира повернулась к гостям — больше нет смысла прятать подбитое лицо. — Еще вопрос, почему в рассказе все время фигурирует слово «темнота»?

— Ревун ведет исключительно ночной образ жизни, старший лейтенант, — ответил «красавчик». — Яркий свет губителен для его зрения. Попав в освещенное пространство, тварь слепнет и спешит как можно скорее закопаться в песок. Крейсер варягов завис над комплексом, включил посадочные фары и осветил жилой периметр. Стало светло, как днем. Ревуны отступили, это помогло нам организовать эвакуацию.

— А погибший экипаж?

— Не хочу говорить, — потупил взгляд Марек.

— У нас тут брифинг или беседа в свободном формате? — она с легкой иронией посмотрела на Берковского. Тот лишь равнодушно пожал плечами. Кира повернулась к притихшей Агате. — Хорошо. Сколько длится ночь на Сидло?

— Чуть меньше одиннадцати часов. Столько же, сколько день. Ось вращения перпендикулярна плоскости орбиты, — с готовностью откликнулась сербка.

— Про темноту и ночной образ жизни — это то, с чего надо было начинать, — Кира на секунду задумалась. — Садитесь, пан капитан-лейтенант, в ногах правды нет.

Сообразив, что он все еще стоит и отвечает на вопросы младшего по званию, Марек Кравец нелепо плюхнулся в кресло. Он одарил Киру долгим, тяжелым взглядом, но она демонстративно сделала вид, что не заметила.

— А построить по периметру ярко освещенное заграждение — не решение проблемы? — она потерла пальцем лоб.

— Это мы предусмотрели еще на стадии проектирования, — отмахнулся кап-раз Прохаска. — Ревуны легко проковыряли пенобетонное основание и вышли внутри периметра. Есть вопросы к высоте ограждения — эти твари довольно хорошо прыгают, но никто точно не знает, насколько.

— То есть они вышли внутри ярко освещенного периметра? — удивилась Кира.

— Да, но... — смутился Марек и неуютно заерзал. — Ревуны подкопали и уронили все мачты наружного освещения. Непогасшие источники света закидали песком.

— И вахтенные этого не заметили? А охрана? Периметр же сканируется, верно?

Марек Кравец и кап-раз Прохаска озадаченно переглянулись — девушка с подбитым лицом копала слишком глубоко, в самую суть.

— Дело в том, что... в башне ночью никого не было, — неуверенно ответил молодой капитан-лейтенант, проигнорировав упреждающий взгляд своего командира. — Контингент базы слишком мал, двадцать человек пилотов и шестеро технарей. Все устают, ночных полетов нет, никому не хочется нести вахту...

— Это противоречит... — непонимающе развела руками Кира.

— Полковник Берковский! — властно перебил ее «каперанг» и грузно поднялся, ослепительно сверкнув многочисленными наградными планками. — Мне кажется, ваша сотрудница получила всю необходимую информацию. Ее расспросы выходят за рамки полномочий вашего ведомства!

— Позвольте не согласиться, Томаш, — Серб тоже поднялся и спокойно выдержал взгляд «каперанга». — Старший лейтенант Наполи задает вопросы по существу. Ей лучше знать, с чего начинать работу.

— Все остальное она узнает по пути к Реджину, — отрезал кап-раз. — Лучше посвятите ее в наброски моего плана. Подъем, кап-лей Кравец.

«Красавчик» торопливо вскочил со своего места.

— Товарищ полковник. Старший лейтенант. Лейтенант Агата, — он по очереди козырнул офицерам, даже персонально младшему лейтенанту Либе.

— Мы уходим. Я свяжусь с вами позже, полковник, — небрежно козырнув двумя пальцами, Прохаска почти силой увлек Марека за собой. Едва за ними закрылась дверь, из коридора донеслась глухая чешская брань.

— Сергей Павлович, — обернулась к командиру Наполи.

— Отставить. Агата, сделай одолжение, сгоняй в мою каюту за коньячком, — он вопросительно посмотрел на Киру. — И двумя рюмашками. И лимоном. Спасибо.

— Есть, товарищ полковник, — младший лейтенант Либа послушно сунула планшет под мышку и торопливо скрылась из зала.

— Рассказывай, Кира Витольдовна, что за пакет с госизменой и вооруженными формированиями с планеты Прамен? — сухо спросил полковник, когда закрылась входная дверь. — У тебя какой приказ был? Доставить в Халлу, Суомен Маакунта. А ты куда Эркки отправила? Совсем с катушек съехала?

— Товарищ полковник, он Жан-Поля... — опустила глаза Кира. Проникающий взгляд Серба не может выдержать никто.

— Знаю. Все в порядке с твоим аналитиком. Двенадцать часов назад ему сделали операцию, зашили коронарку. В биогеле отмокает, через полмесяца будет, как новый. В отпуск отправим.

— Эркки Аалтонен стрелял в офицера разведки, — упрямо повторила она.

— Ну и что? Жан-Поль жив? Жив. Взять пулю — тоже часть нашей работы, — Берковский негромко хлопнул ладонью по столу. — Откуда у Эркки пистолет, а? Скажи честно, ты ошибку напарника прикрыть хотела, или за друга отомстить?

— Так точно, товарищ полковник... За друга.

— Мне из МИДа пакет пришел. Ругаются. Агата едва твой приказ перехватить успела, в последний момент. «Бродяга» уже на станции зарядки был, — укоризненно покачал головой Берковский. — Короче, полетит этот гаденыш к своему папаше в Халлу. А тебе... звание попридержать велели. Кира, на тебя уже представление готово было!

— Да хрен с ним, со званием... — выдохнула она и осеклась. — Прошу прощения, товарищ полковник.

— Запомни, Кира Витольдовна, ГРОЗА чиста как роса! Мстить мы будем потом, когда со службы выйдем. Если доживем. Кто-то полковником, кто-то капитаном... — он пристально посмотрел на девушку. — Ну в край майором, выше твой дурной нрав не позволит подняться. А сейчас, Кира, мы выполняем приказы. Точнее, ты — приказы. А я — распоряжения. Понятно?

— Так точно, Сергей Павлович.

В зал бесшумно вернулась Агата с бутылкой коньяка, парой рюмок и нарезанным тонкими ломтиками лимоном на тарелке.

— Спасибо, — Серб налил две рюмки. Сполна, с горкой. — Давай, для начала, твое подбитое здоровье поправим, и здоровье Жан-Поля укрепим. Ну и сосудики в голове расширим, чтобы думалось лучше. Поехали!

Коньяк был традиционно очень хорошим и очень крепким. У Киры на мгновение перехватило дыхание. Когда девушка снова смогла вздохнуть, она поймала на себе насмешливый взгляд Берковского.

— Бери лимон, не стесняйся, — добродушно выдохнул он.

— Спасибо, товарищ полковник, — она попыталась сохранить лицо, но глаза предательски заблестели. — Не хочу вкус перебить. После первой не буду.

— А кто сказал, что я вторую налью? Ладно, быть тебе капитаном, — Серб ухмыльнулся и снова наполнил рюмки. — Давай к делу. Есть идеи насчет этих флотских петухов?

— Есть несколько странных моментов. ВКФ не строит базы на планетах...

— Говорила уже. Дальше.

— «Не хочу говорить» про погибший экипаж — это бесподобно, — усмехнулась она, как бы невзначай смахнув выступившие от крепкого напитка слезы.

— Согласен, но это можно списать на эмоции. Что еще?

— Если у ревунов, как у доминирующего вида, нет в биоме естественных врагов, они не должны...

— Верно, это я тоже заметил, — одобрительно хмыкнул Берковский, будто загибая про себя пальцы.

— В ночь нападения в башне ни вахты, ни дежурных...

— Молодец. По лицу вижу, есть что-то еще!

— Так точно, Сергей Павлович, — Кира перевела дух, собираясь с мыслями. — Пока это просто наброски. Единственная планета в системе. Ночь длится условно одиннадцать часов. Крейсер варягов прибыл на сигнал бедствия еще затемно. Значит, он был неподалеку, скорее всего шел на станцию зарядки к Реджину. Что там делали наемники?

— В точку! А я-то думаю, что меня гложет, — рассмеялся Серб. — Умеешь ты искать скрытые течения, Кира Витольдовна. Молодец, точно майором станешь. Поехали!

Вторая рюмка пошла значительно легче, кислинка лимона заставила напиток заиграть новыми оттенками.

— В голове план еще не сложился?

— Никак нет, товарищ полковник, — отдышавшись, честно призналась она.

— Ты прямо скажи, справишься или нет? — нетерпеливо фыркнул полковник. — Задание не совсем для девочки, но никого из пацанов у меня поблизости нет.

— Справлюсь, Сергей Павлович. Вы же не ждете, что я поддержу их сафари?

— Верно, не жду, — кивнул он.

— Посижу в сети, почитаю про эту Сидло...