скачать книгу бесплатно
Даже титул первой красавицы.
И Снежанна гордилась ею.
Да и ее собственная жизнь начала налаживаться – она уже почти вышла замуж… как неизвестно откуда появился…
Она украдкой взглянула на Филиппа…
Невероятно! Но он спал!
Лишь только они попали в зону покрытия сотовых вышек, Снежанна тут же достала телефон. Валерка была дома – в отличном настроении, полностью поглощенная приготовлениями к вечернему торжеству.
– Я приеду прямо в школу, – коротко сообщила ей Снежка. – Я потеряла права и добираюсь своим ходом. У тебя всё в порядке?
– Да. Не волнуйся. Только, пожалуйста, не опаздывай, а то пропустишь самое интересное.
– Не беспокойся. Я буду вовремя.
Поговорив с дочерью, Снежка облегченно вздохнула – Валерка была безмятежна, как ангел. Значит, пока всё хорошо и еще ничего не случилось.
Слава богу!
Она взглянула на Филю. Он вопросительно смотрел на нее – что он хотел услышать?
Не важно. Компромисса быть не могло.
– Сначала поедем в школу, – категорически заявила она, – а уже потом за кейсом.
– Лучше я сам, – грустно улыбнулся тот. – Со мной сейчас очень опасно водиться…
– Не более, чем всегда, – ответила она, а про себя подумала: «Пока я с тобой, тебе ничто не угрожает. Они не посмеют причинить мне даже мало-мальский вред. Я – женщина Макса…» – и тут она впервые почувствовала, как ей нравится осознавать это…
Огромный актовый зал буквально утопал в цветах.
Красные, желтые, фиолетовые, бордовые… Они переливались потрясающим радужным сиянием, словно алмазная россыпь, ограненная малахитовой зеленью упругих, затейливо выгнутых стеблей и листьев.
В огромных зеркалах отражались счастливые юные лица, мелькали пышные вечерние платья, поправлялись замысловатые прически, незаметно подкрашивались губы. Со всех сторон доносилось беспечное мальчишеское гоготание, заглушающее девчоночье шушуканье – всё это напоминало гудящий улей с тысячью снующих туда-сюда пчел.
И лишь чопорная степенность родителей, чинно восседающих в креслах для гостей, придавала этому шумному собранию необходимую важность и торжественность; покровительственными взглядами они наблюдали за своими уже выросшими чадами, которые без умолку хохотали и с завидной откровенностью вели между собой весьма пикантные разговоры, задорно подтрунивая друг над другом. Им даже не приходило в голову скрывать от чужих любопытных глаз свои симпатии.
Сцена была пуста. Лишь многочисленные корзины с восхитительными белыми лилиями величественно красовались возле элегантного черного рояля.
А в широко распахнутые окна добродушно улыбалось вечернее солнце.
Окинув беглым взглядом это достаточно забавное действо, Снежанна выдохнула: «Успела!»
Плевать на всё! Сейчас самое важное – дочь.
Тем более что ее родители, Валеркины бабушка и дедушка, отдыхали в санатории и не могли сегодня присутствовать. А Максим вообще находился за границей.
Хотя, что где-то здесь был Влад, она нисколько не сомневалась.
…Снежанна обернулась и посмотрела на Филиппа: он стоял неподалеку и не сводил с нее глаз.
Как же ей хотелось этого раньше… А что теперь? – «Хорошо, что здесь нет мамы, а то бы ей точно сделалось дурно!»
– Сколько лет мы жили спокойно, – сказала бы она, – и вот теперь всё сначала…
Чтобы не загружаться, Снежка быстро отогнала эти мысли прочь.
«Надо найти Валерку…» – И она двинулась в самую гущу веселья, оставив Филиппа стоять на месте. Она обещала познакомить его с… дочерью…
– Но у меня одно условие, – твердо заявила она. – Валерия не должна знать, что ты – ее отец. Давай не будем портить ей праздник.
Не прошло и пяти минут, как Снежка вернулась и знаком указала ему на высокую, хорошо сложенную девушку, направляющуюся к ним.
Да, действительно, Филипп уже видел ее раньше на глянцевых красочных постерах – оказывается, это была его дочь! И в реальности она тоже была обалденна! Какой, к чертям, фотошоп?! Какой в нём смысл? Только портить то, что так умело создала природа… или он… со Снежанной…
…Она не шла – она плыла в прохладных струях прозрачного розового шёлка, который волнующе обнимал ее гибкое тело.
Пышные черные волосы, в которых разноцветными звездочками игриво серебрились блестки, небрежно спадали ей на плечи.
Огромные голубые глаза, обрамленные длинными густыми ресницами, были устремлены прямо на него.
Она шла к нему именно той неспешной походкой, которая каждым своим движением сводит с ума мужчин, вызывая почти смертельную зависть у женщин.
И Филя не мог оторвать глаз от этой семнадцатилетней девочки…
«Невероятно! Моя дочь…»
Валерия остановилась напротив, одарив его ослепительной улыбкой, и от легкого кивка ее головы чуть-чуть покачнулись хрустальные сережки, эффектно подчеркнув ее длинную смуглую шею.
Валерка была воистину хороша – от ее глаз невозможно было оторвать взгляда – они были точно бездна, глубокие и опасные.
– Значит, вы – давний друг мамы? – кокетливо склонив голову набок, спросила она.
– Да. – Голос Филиппа, на удивление, прозвучал очень ровно. – Мы вместе учились в школе…
Валерия снова улыбнулась, обнажив ряд белоснежных зубов…
Фантастика! Даже не верится! Но…
…Вот она и стояла перед ним. Она. Причина их давней размолвки. Из-за которой он и ушел.
Снежкин выбор.
Когда, безумно любя, он тогда неосознанно и по-мужски эгоистично, почти физически противился всему тому, что было связанно с ее беременностью…
Нет, он честно старался побороть в себе это странное чувство неминуемого появления на свет собственного продолжения. И уже почти принял это как данность…
Но этот маленький плаксивый комочек в одночасье стал для Снежки важнее всего на свете, и он с досадой понял, что его обманули: «Обещала же, что ничего не изменится!»
А ведь это был даже не сын, о котором они так мечтали!
И, осознав, что их уже больше никогда не будет двое, он словно сошел с ума: «Ты и я – это всегда должно было быть неразделимо…»
Но кто-то там наверху, видимо, считал иначе…
И вот сейчас ИХ РАЗМОЛВКА, счастливо сияя, с интересом рассматривала его – немного удивленно, но соблюдая приличия и не задавая матери никаких неудобных вопросов, намеки на которые недвусмысленно читались в глубине ее насмешливого взгляда.
Она стояла перед ним – легкая и прекрасная, – безмятежно купаясь в своем пока еще детстве, но уже на пороге такой близкой взрослой жизни…
Их размолвка выросла…
Без него. Как он и хотел.
Недаром говорят: бойтесь своих желаний – они сбываются. Его желание сбылось. И смотрело оно на него открыто и в упор: такое прекрасное и успешное… уже в свои семнадцать…
Но вдруг откуда-то из кружащего вокруг водоворота музыки и смеха возник высокий стройный юноша и, схватив ее в охапку, увлек за собой – обратно в самую гущу веселья.
Филе только и осталось, что смотреть им вслед…
Но как чудесно было это виденье…
Наконец началась торжественная часть.
На сцену выплыла весьма габаритная, разодетая «в пух и прах» директриса и обратилась с трогательной речью к собравшимся.
Снежанна посмотрела на часы – длинный, полный переживаний день уже совсем клонился к вечеру. И теперь, когда главное дело было почти окончено, в ее голову снова начали лезть неприятные мысли.
Филипп… Нужно срочно спасать ситуацию… Но как?
И когда все аттестаты были уже вручены, она, на свой страх и риск оставив Филю беседовать с Валеркой и Владом, направилась на поиски туалета. Жизнь есть жизнь… А они, как ни странно, были всё же живыми людьми… И посещение туалета – это как данность… Так что…
Школьные коридоры были непривычно пустынны: все толпились в актовом зале, здесь же царствовала тишина, и ее шаги гулко звучали в просторных сводах пустынных лестниц и рекреаций.
Снежанна пыталась собраться с мыслями, но такое множество противоречивых ощущений сейчас теснилось внутри нее, что ничего не получалось.
Какой-то невероятный хаос, в который она была погружена, мешал думать. А еще обидней было то, что она не могла наслаждаться таким важным событием в жизни дочери с отчаяньем, понимая лишь одно: как неумолимо время… Ей всё еще казалось, что только вчера Валерка переступила порог этой школы – новая форма, белые ленты, первый звонок…И вот ее дочь – выпускница…
Как быстро! Даже не верится!
Как и не верится в то, что Филя сейчас здесь… Рядом. Впервые за столько лет.
Но тут у себя за спиной она услышала гул быстро догоняющих ее шагов и обернулась: по направлению к ней шли двое. И их хмурые лица совершенно не располагали к знакомству.
«Началось!»
Собравшись с силами, Снежанна приказала себе сдвинуться с места, но ноги не слушались.
«Ничего себе! – мелькнуло у нее в голове. – А я-то думала, что нас не выследят еще целые сутки… Хотя, наверное, я просто дура… Здесь повсюду люди Эда… Где Валерка – там и они… Эта дебильная пиар-компания!»
Но как же ей не хотелось верить в то, что история, рассказанная Филей, была правдой, – лучше бы всё это было дурным сном.
Но приближающиеся к ней мужчины были слишком реальны… и где-то она уже их видела…
– Добрый вечер, – очень вежливо проговорил один из них.
Снежанна ответила лишь легким кивком головы.
– Это, случайно, не ваше? – так же вежливо поинтересовался второй, протягивая ей изрядно поцарапанный пластик, внутри которого находились ее водительские права.
Снежанна же, всё так же по-прежнему молча и демонстративно не спеша, всё же взяла их из рук незнакомца.
– Это очень неосмотрительно – оставлять такие важные документы где попало, – снова и уже до отвращения всё так же вежливо продолжил первый. – Да еще ночью – под дождем.
– Спасибо за помощь, – сдержанно поблагодарила их Снежка и двинулась дальше по коридору.
– И передайте Филиппу, – услышала она вслед, – что кейс он должен вернуть в течение ближайших суток. Пусть поторопится. Вернуть деньги – в его интересах. Надеюсь, вы сумеете убедить его принять правильное решение. Ведь он вряд ли захочет еще бульших неприятностей…
Ксения вконец извелась.
Получив сообщение от одного из Филиных сослуживцев, она просто не находила себе места от беспокойства.
«Я знала. Я чувствовала, что с ним творится неладное. Мне не следовало уезжать! Надо было плюнуть на всё и остаться!»
Она взглянула на часы: до вылета оставалась еще куча времени, чтобы хоть чем-нибудь себя занять. Но, чем?
Женька по-прежнему сидела уткнувшись носом в какой-то журнал, и со стороны казалось, что ей совершенно наплевать на то, что ее отец находился в больнице, и не просто в больнице, а в реанимации.
Авария. Так было сказано в сообщении.
Вечно он любит превысить скорость!
Ксения тяжело вздохнула: неужели ее дочери настолько безразлична беда близкого человека, что она так спокойна?!
Но тут она вспомнила, что накануне Женька очень сильно поссорилась с ним.
Еще никогда в жизни она не вела себя так вызывающе: устроив настоящую истерику, заперлась в ванной, наотрез отказавшись объяснить причину своего столь неадекватного поведения.
Взбешенный Филипп заперся в спальне.
Ксении же почти два часа пришлось метаться между двумя закрытыми дверьми, совершенно не зная, как быть дальше.
И то, что происходило с Женькой сейчас, вполне возможно, означало только одно: она всё еще была обижена на отца, а значит, причина их ссоры оказалась достаточно серьезной. Но в чём она заключалась?
Да какая теперь разница? Сейчас он был при смерти, а это меняло всё, но, как видно, не для Женьки.
– Врачи всё и всегда склонны преувеличивать, – абсолютно спокойно произнесла она в ответ на полученное из Питера известие.