Читать книгу Пока звучит тьма. Книга 4. Тишина, которую берегут (Юлия Елес) онлайн бесплатно на Bookz (5-ая страница книги)
Пока звучит тьма. Книга 4. Тишина, которую берегут
Пока звучит тьма. Книга 4. Тишина, которую берегут
Оценить:

5

Полная версия:

Пока звучит тьма. Книга 4. Тишина, которую берегут

Я не посмотрела.

Не обрадовалась.

Почти.

Она продержалась восемь секунд.

Может, девять.

Морвэн потом утверждал, что восемь.

Я — что девять.

До суда дело не дошло.

◇ ◆ ◇

Обратно мы шли медленнее. Я чувствовала приятную усталость, но на этот раз без привычной дрожи и ощущения опустошения. При желании я всё ещё могла вызвать магию, просто впервые за долгое время не испытывала в этом необходимости.

Когда впереди показалась та самая внутренняя галерея, я ничего не сказала.

Морвэн тоже.

Мы договорились не проверять второй раз.

И не проверили.

Ответственность становится пугающей привычкой.

Зато я внимательно разглядывала стены, окна и выступы крыши, видневшиеся снаружи.

Теперь уже совершенно другими глазами.

Если внутренний контур действительно начинался здесь, мои покои находились глубоко внутри защищённой зоны. Открыть переход прямо из спальни незаметно не получится, а вмешиваться в систему охраны я уже решила не пытаться.

Оставался физический путь: выбраться через окно, на крыльях добраться до участка за пределами защиты и только там искать совпадение.

С уходом хотя бы появлялась ясность. Но для возвращения нужно было ещё угадать подходящее время: лететь к собственному окну на огромных тёмных крыльях посреди дворцовой суеты было бы довольно заметно.

Мягко говоря.

Нужно место, куда можно вернуться в любое время,— подумала я.

Да, —ответил Морвэн.

Не сад.

Очевидно.

Не арена.

Тоже.

Я посмотрела наружу.

Крыши.

Башни.

Закрытые внутренние дворы.

Служебные переходы.

Не знаю.

Пока.

Нужно сначала понять границу контура.

И патрули.

И окно.

И копию.

Морвэн помолчал.

Ты понимаешь, что список не становится короче?

Зато становится лучше.

Он не ответил.

Это означало, что согласен.

И ненавидит это.

Прекрасно.

◇ ◆ ◇

Копию мы всё-таки проверили вечером.

Потому что откладывать бесконечно тоже было бы странно.

Я закрыла дверь, задёрнула шторы и оставила гореть лишь один магический светильник с мягким, приглушённым светом.

Нужны условия, похожие на настоящие,— объяснила я.

Морвэн посмотрел на полумрак.

То есть преступление будет происходить ночью.

Не преступление.

Конечно.

Я легла на кровать.

Запоминай.

Я знаю, как ты спишь.

Это прозвучало страшно.

Четырнадцать лет.

Всё ещё страшно.

Я устроилась на боку, сунула одну руку под подушку и подтянула одеяло почти до плеч. Волосы рассыпались по подушке, несколько прядей упали на лицо.

Морвэн несколько секунд смотрел.

Ты всегда так?

Иногда.

Нет.

Что «нет»?

Нога.

Что нога?

Он указал.

Другую сгибаешь сильнее.

Я уставилась.

Господи.

Четырнадцать лет.

Я начинаю ненавидеть эту цифру.

Я поменяла положение.

Так?

Да.

Очень странный разговор.

Морвэн подошёл ближе, и его тень медленно поднялась от пола. Поначалу она оставалась бесформенной тёмной массой, но постепенно в ней проступили человеческие очертания: плечи, голова, согнутая рука. Я осторожно поднялась с кровати и отошла на несколько шагов. Освободившееся место заняла теневая фигура, повторив моё положение под одеялом.

Пока моя копия больше напоминала труп, чем спящего человека.

Она мёртвая.

Спасибо.

Не в хорошем смысле.

Бывает хороший?

Неважно.

Морвэн раздражённо шевельнул пальцами, заставляя одеяло чуть приподниматься и опускаться в ровном ритме дыхания. Уже лучше. Затем на подушке проступили очертания волос, и сходство стало почти пугающим.

Лицо…

Нет.

Лицо всё ещё было проблемой.

Издалека иллюзия выглядела вполне сносно, но при ближайшем рассмотрении её недостатки сразу бросались в глаза.

Я отошла к двери.

Отсюда…

Я замерла.

Морвэн.

Что?

Отсюда работает.

Он повернулся.

Серьёзно?

Я смотрела.

В полумраке из-под одеяла виднелись лишь тёмные волосы, лицо почти полностью скрывала тень, а грудь медленно поднималась и опускалась, имитируя спокойное дыхание.

Если служанка приоткроет дверь и увидит это…

Закроет обратно.

Сто процентов.

Если отец заглянет с порога…

Возможно.

Если мама подойдёт к кровати…

Мы умерли.

Если Каэль…

Даже обсуждать смешно.

Дверь — предел, — сказала я.

Согласен.

Насколько долго можешь?

Не знаю.

Проверяем.

Морвэн тяжело вздохнул.

— Конечно.

Я устроилась за столом с книгой, а Морвэн остался возле кровати. Под одеялом мерно поднималась и опускалась грудь теневой копии.

Первые десять минут — прекрасно.

На пятнадцатой одна рука стала подозрительно длиннее.

Я начала смеяться.

Не мешай.

У меня там рука как у паука!

Я вижу.

Исправь!

Он исправил.

На двадцать третьей минуте дыхание сбилось.

На тридцатой тень возле лица начала расползаться.

Морвэн убрал всё сам.

Комната снова стала нормальной.

Я посмотрела на часы.

Полчаса.

Первый раз.

Нам нужно больше.

Спасибо, не догадался.

Я подошла.

Посмотрела на него внимательнее.

Устал?

Нет.

Вот.

Очень важно.

Совсем?

Чуть-чуть.

Насколько?

Меньше, чем после нормальной тренировки.

Хорошо.

Значит, проблема не в запасе силы.

В точности.

Поддерживать чужую форму тяжело не энергетически. Просто нужно постоянно контролировать слишком много мелочей. А это тренируется.

Я не удержала улыбку. Морвэн сразу насторожился.

— Нет.

— Что?

— Это лицо.

— Какое?

— Сейчас скажешь «ещё раз».

Я задумалась.

— Завтра.

Он замер.

— Завтра?

— После Совета.

Морвэн очень медленно поднял руку и потрогал мой лоб.

— Что ты делаешь?

— Проверяю температуру.

Я отбила руку.

— Иди к чёрту.

— Вот. Всё нормально.

Я засмеялась.

◇ ◆ ◇

Перед сном список выглядел уже иначе:

Защиту не снимать.

Границу внутреннего контура — наблюдать, не трогать.

Искать физический маршрут наружу.

Окно проверить отдельно.

Найти безопасную точку за контуром, пригодную и для ухода, и для возвращения в любое время суток.

Копию тренировать.

Маму близко к ней не подпускать.

Каэля — вообще.

Служанки — решаемо.

Стража — почти не проблема.

Морвэн — должен остаться здесь.

Связь между нами через миры — проверить.

След перехода — проверить.

Возвращение — обязательно до ухода.

И ещё одна новая строка:

Хранители заняты. Почему — неизвестно. Не считать преимуществом, пока непонятно, чем.

Я перечитала.

Вот эта строка была особенно важна.

Потому что очень легко было сказать:

Прекрасно. Каэль занят. Сайн занят. Хранителей меньше. Самое время.

Нет.

Если они заняты из-за Лаксиана, это как раз худшее время.

Если из-за чего-то другого — всё равно нужно понимать хотя бы уровень проблемы.

Не лезть.

Просто смотреть.

Завтра Совет.

Там будет видно больше.

Возможно.

Я отложила лист.

Морвэн уже лежал тенью вдоль стены.

Слушай.

Что?

Я сегодня никого не допрашивала.

Пауза.

Поздравляю.

Я серьёзно.

Я тоже.

Я повернулась на бок.

— И всё равно узнала больше, чем если бы начала бегать по дворцу и спрашивать.

Морвэн материализовался только лицом из тени.

Очень неприятное зрелище.

— Это называется наблюдение.

— Я знаю.

— Раньше ты считала его подготовительным этапом перед допросом.

— Очень смешно.

Лицо исчезло.

Я снова уставилась в темноту.

Сайн отсутствовал, Каэль почти не появлялся, а Орден явно занимался чем-то серьёзным. Пока я не знала, как связаны эти обстоятельства. И впервые незнание не заставляло меня немедленно бежать за объяснениями.

Завтра будет Совет. Возможно, появятся новые сведения.

А пока этого достаточно.

Я закрыла глаза.

План больше не делал обычные дни скучнее.

Наоборот.

Каждый коридор внезапно что-то рассказывал.

Каждое отсутствие становилось информацией.

Каждый обычный разговор мог дать ответ, если не пытаться вырвать его раньше времени.

Очень раздражающий способ взрослеть.

Но, кажется, рабочий.

Глава 3

Окно возможностей

◇ ◆ ◇

Первое, что я заметила, войдя в зал Совета, — пустое кресло.

Не лорда Венцеля.

Он уже сидел напротив, просматривая донесение с привычным выражением человека, которого мир в очередной раз разочаровал качеством собственной организации.

Не Эриола.

Тот успел вступить в тихий спор с кем-то из дворцовой администрации ещё до начала заседания.

Леди Илариана раскладывала документы. Сиан'трэл стоял у края стола, просматривая несколько листов с результатами измерений.

Мама и отец были на своих местах.

Все как обычно.

Кроме Сайна.

Я невольно замедлила шаг, всего на мгновение задержав взгляд на пустом кресле. Морвэн, привычно скользивший тенью у моих ног, разумеется, тоже заметил моё замешательство.

Нет головы.

Я мысленно нахмурилась.

Что?

У Сайна сегодня особенно хорошее выражение лица. Очень ненавязчивое.

Я чуть не улыбнулась.

Морвэн.

Молчу.

Я заняла своё место.

И снова посмотрела на пустое кресло.

Вот это было странно.

Не потому, что Сайн обязан был находиться в каждом помещении, куда заходила я.

Хотя последнее время иногда возникало именно такое ощущение.

После моего возвращения в Эрэбию он присутствовал на каждом Совете, связанном с безопасностью, переходами и магическими угрозами.

Даже тогда, когда мы почти не разговаривали.

Даже после сада.

После коридора.

После того, как всё между нами стало настолько неудобным, что нормальный человек наверняка предпочёл бы находиться от меня хотя бы в соседнем мире.

Сайн всё равно приходил.

Потому что это была работа.

И если человек вроде Сайна перестаёт приходить на работу из-за личных проблем…

Нет.

Смешно.

Я слишком хорошо его знала.

Он мог стоять напротив меня с разбитыми костяшками, не понимать половины собственных чувств и всё равно явиться на официальный приказ минута в минуту.

Значит, дело не во мне.

Отец закрыл папку.

Разговоры стихли.

— Начнём. Перед повесткой одно изменение. Представитель Ордена Сайн временно не сможет присутствовать на заседаниях Совета.

Я перестала даже пытаться делать вид, что пустое кресло меня не интересует.

— Орден уведомил нас вчера, — продолжил отец. — До его возвращения вопросы, требующие участия Хранителей, будут согласовываться напрямую.

Временно.

Уведомили заранее.

Отец знал.

Это окончательно убирало вариант «Сайн решил избегать Мираэль».

Не решил.

Его отозвали.

Или перевели.

Или дали приказ, который оказался важнее постоянного присутствия здесь.

Рядом со мной.

Получается, у Ордена действительно беда, — подумала я.

Морвэн не ответил сразу.

Или очень много работы.

Каэль позавчера сказал то же самое.

Я слышал.

А теперь нет ещё и Сайна.

Пауза.

Два плюс два?

Вот.

Именно.

Только ответ мне совершенно не нравился.

Совет продолжился, как будто ничего не произошло.

Что было очень по-советски.

Если где-то рушится мир, это не повод отменять торговые соглашения.

Венцель начал с границ.

Несколько патрульных маршрутов оставались усиленными, хотя прямой угрозы на них больше не фиксировали. Внешняя разведка проверяла северные территории и старые переходы, часть наблюдательных точек требовала ремонта.

Эриол считал, что Венцель использует любую нестабильность как повод попросить ещё людей.

Венцель считал, что Эриол использует любое заседание как повод не дать ему этих людей.

— Вы опять хотите усилить четыре поста, — сказал Эриол.

— Три.

— В документе четыре.

— Четвёртый уже усилен.

Эриол посмотрел на бумаги.

— Это каким-то образом должно успокаивать?

— Нет.

Я опустила взгляд, чтобы не улыбнуться.

Господи.

Как же хорошо иногда обсуждать проблемы, которые не имеют отношения ни к моей магии, ни к мужчинам, ни к древним существам.

Несколько минут я действительно слушала.

Потом дошли до разломов.

Сиан'трэл разложил перед собой результаты последних наблюдений.

— Новых пространственных нарушений нет. Остаточное напряжение в северных точках продолжает снижаться. Три участка, которые ранее считались нестабильными, вернулись к естественному диапазону.

Отец смотрел на него внимательно.

— Все группы подтверждают?

— Да.

— Независимые измерения?

— Да, Ваше Величество.

— Повторные?

Архимаг слегка приподнял бровь.

Не раздражённо.

Скорее удивлённо.

— Тоже.

Отец не расслабился.

Вообще.

— Никаких новых искажений?

— Нет.

— Нарушений границы?

— Нет.

— Нестабильных узлов?

— Нет.

Сиан'трэл выдержал небольшую паузу.

— Если вы спрашиваете, вижу ли я сейчас основания ожидать повторения событий, ответ — нет.

В зале стало тише.

Я перевела взгляд с отца на маму, но ни один из них не выглядел обрадованным. Разумеется, они не желали новой катастрофы. Просто хорошие новости пока не убедили их в том, что опасность действительно миновала.

Отец слегка постучал пальцем по краю стола.

Мама продолжала изучать бумаги Сиан'трэла, не поднимая на него глаз. Я слишком хорошо знала родителей, чтобы не заметить, как насторожились они оба.

Они подозревали.

Не обязательно знали.

Не обязательно имели доказательства.

Но сопоставили примерно то же, что и я.

Разломы не рассосались сами.

Лаксиан действительно перестал вмешиваться в Эрэбию.

И, вероятно, помог убрать то, что осталось после прежних нарушений.

Для меня это означало: он выполнил обещание.

Для них…

Совсем другое.

Если существо, которое они считают одной из самых серьёзных угроз известному порядку, внезапно перестало действовать — это не обязательно хорошая новость.

Это может быть тишина перед следующей атакой.

Я чуть сжала перо.

Вот почему охрана до сих пор не вернулась к норме.

Почему дворцовые переходы ограничены.

Почему патрули усилены.

Почему отец не спешит отменять ни одно распоряжение, введённое после моего исчезновения.

Они готовятся.

На всякий случай.

И, если честно…

Я не могла назвать их параноиками.

Не после того, что знала о прошлом Лаксиана.

Отец поднял взгляд.

— Усиленный режим наблюдения оставить.

Венцель коротко кивнул.

— На прежнем уровне?

— Да. И добавьте две разведывательные группы в лес.

Я внутренне поморщилась.

Лес.

Опять.

— Старые точки? — уточнил Венцель.

— Все участки, где прежде фиксировали нарушения. Разлом. Подземные структуры. Северный радиус.

Мама добавила:

— Не искать угрозу там, где её нет. Нам нужно подтверждение стабильности. Но если появится что-то нетипичное — сообщать сразу.

— Разумеется.

Я опустила взгляд к заметкам.

Лес мне не нужен.

Вообще.

И это было прекрасно.

Пусть разведчики проверяют каждый куст.

Наш план не предусматривал кусты.

Наш план, к моему огромному удивлению, постепенно становился значительно цивилизованнее.

Мы собирались сбежать из собственного дворца.

Вот уж прогресс.

Чем дольше шёл Совет, тем больше я замечала вещи, которые раньше просто прошли бы мимо.

Например, отец завтра почти весь день будет занят с Венцелем и командованием разведывательных групп.

Я узнала это потому, что они назначили разбор новых донесений прямо при мне.

Послезавтра утром — проверка снабжения и маршрутов.

Мама завтра занята подготовкой приёма делегаций к балу.

Послезавтра — встречи с распорядителями и представителями нескольких домов.

Я сделала ещё несколько пометок. Все нужные сведения появились сами собой — оставалось только запомнить их и не выдать, насколько меня интересует расписание родителей.

Ты пугающе довольная,— заметил Морвэн.

Я учусь.

Наблюдать?

Да.

Ужас.

Я мысленно показала ему кулак.

К концу заседания сложилась очень интересная картина.

Сегодня — Совет.

Завтра родители заняты почти полностью.

Послезавтра — тоже.

Потом подготовка к балу становится уже настолько плотной, что исчезать куда-либо будет глупостью.

Значит…

Нет.

Не «значит завтра».

Не торопимся.

Просто окно.

Два потенциально удобных дня.

Если всё остальное сойдётся.

Вот так правильнее.

Я закрыла папку.

Сегодняшняя Мираэль мне нравилась.

Немного.

◇ ◆ ◇

После заседания мама задержалась возле стола, обсуждая с Иларианой детали прибытия делегаций.

Устраивать маме допрос я не собиралась, однако возможность уточнить несколько вещей появилась настолько естественно, что отказаться от неё было бы почти оскорблением здравого смысла.

Я подошла.

— Мама.

Она повернулась.

— Да?

— Мне завтра что-нибудь нужно делать по балу?

Нормальный вопрос.

Абсолютно.

Бал через несколько дней.

Я наследница.

Удивительно, что я вообще не спросила раньше.

— Пока нет, — ответила она. — Завтра весь день уйдёт на организационные вопросы. Тебя там только замучают.

Очень хорошо.

— А послезавтра?

Мама задумалась.

— Тоже не думаю. Возможно, потребуется примерка, но не раньше вечера. Я скажу заранее.

Ещё лучше.

— Тогда я продолжу занятия?

— Конечно.

— И тренировку.

Теперь она посмотрела внимательнее.

— В разумных пределах.

Я улыбнулась.

— Я уже почти научилась.

— «Почти» меня не успокаивает.

— Морвэн контролирует.

Из-под моей тени:

К сожалению.

Мама не услышала.

Наверное.

Я вдруг обняла маму — не ради плана и не потому, что хотела ещё что-нибудь выяснить. Просто захотелось. Она сразу ответила на объятие, и от этого привычного, родного тепла у меня на несколько секунд неприятно кольнуло внутри.

Потому что именно это я не хотела разрушать.

Вот эту спокойную уверенность, что я рядом.

Что вечером вернусь.

Что утром проснусь в своей комнате.

Если наш план хоть на секунду станет похож на прошлое исчезновение — всё.

Не идём.

Плевать, как сильно хочется.

Я отстранилась.

— Люблю тебя.

Мама улыбнулась.

— И я тебя.

Это тоже нужно запомнить. Мой план должен учитывать не только то, как незаметно исчезнуть, но и то, как не причинитьболь людям, которые совсем недавно пережили моё отсутствие.

◇ ◆ ◇

После Совета я благоразумно отказалась от любых экспериментов с защитой. Не полезла в окно, не вызвала крылья и даже не попыталась сделать что-нибудь сомнительное, чтобы потом объяснять последствия своим любимым «мне просто стало интересно».

Вместо этого мы с Морвэном отправились обычным маршрутом через дворец, внимательно рассматривая окна, крыши, расположение патрулей, балконы и верхние переходы между башнями. Прежде все эти детали были для меня частью привычной архитектуры, но теперь каждая могла оказаться полезной.

Я сначала автоматически искала путь вниз.

Служебная галерея. Нижний двор. Тёмные участки возле стены.

Потом остановилась. Прямо посреди коридора.

Морвэн тоже.

Что?

Я посмотрела вверх.

На высокие окна. На каменный карниз. На крышу соседнего крыла.

И вдруг услышала совершенно определённый голос в своей памяти.

Люди удивительно редко смотрят вверх.

Я закрыла глаза.

Господи.

Алькарин.

Этот старый пернатый засранец буквально дал мне ответ несколько дней назад, а я тогда была слишком занята обсуждением того, как он проник во дворец размером с очень величественного голубя.

Морвэн.

Пауза.

Я тоже вспомнил.

Я посмотрела вниз.

На его тень.

Он же именно так сюда попал.

Через окно.

Охрана была внизу.

Да.

И ты тогда сказал, что он прав.

Молчание.

Я начинаю жалеть.

Я улыбнулась.

Почему мы вообще всё время думали о том, как спуститься?

Патрули привыкли следить за тем, что происходит на земле: в галереях, во внутренних дворах, возле дверей и проходов. Их внимание было направлено туда, откуда обычно ожидали появления посторонних.

А наверху…

Я медленно пошла дальше.

Теперь уже оценивая совершенно другой маршрут.

Из моего окна — не вниз.

Вверх.

Крылья позволяют подняться практически бесшумно, если не размахивать ими как во время боя.

Над комнатой — участок крыши.

Чуть дальше каменный выступ.

За ним — верхняя часть соседнего крыла.

Если двигаться выше линии окон, выступы стен и карнизы большую часть пути скроют меня от взглядов снизу. А тень поможет скрыть те участки, где придётся выйти из укрытия.

Я остановилась у другого окна и посмотрела на внутренний двор. Внизу стояли двое стражников, негромко разговаривая между собой. Оба время от времени оглядывали проходы и ближайшие двери, но ни один даже не поднимал головы выше второго этажа.

Алькарин — гений, —подумала я.

Морвэн отозвался почти оскорблённо:

Не говори ему.

Почему?

Невозможно будет жить.

Я с трудом удержала улыбку.

Но идея действительно была намного лучше прежней.

Не лететь вниз к служебным переходам.

Подняться выше патрульных маршрутов.

Пройти по крышам или верхним выступам к части дворца, которая уже находится вне внутреннего защищённого контура.

И открыть переход там.

Нам оставалось проверить главное.

Где именно заканчивается защита по вертикали и в каком месте крыши она перестаёт считать пространство внутренним.

Но теперь хотя бы существовал маршрут, который не проходил в трёх метрах от случайного слуги.

Сегодня ночью смотрим патрули, — решил Морвэн.

Я замерла.

Ты сам предложил?

Смотрим. Не летим.

Зануда.

Живая зануда.

Я пошла дальше.

И впервые мысль о маршруте перестала быть сплошной проблемой.

◇ ◆ ◇

На тренировке я работала ровно столько, сколько собиралась.

Не больше.

Морвэн даже дважды проверил, не подменили ли меня по дороге.

Сегодня мы снова тренировали не количество нитей, а момент формирования перехода.

Морвэн раз за разом исчезал в тени, а я пыталась уловить изменение пространства до его появления. Сначала замечала его слишком поздно, затем постепенно научилась чувствовать раньше. На шестой попытке мне удалось уловить сам момент выбора, когда выход ещё не сформировался. Вместо привычного удара я осторожно коснулась будущего пути нитью, не пытаясь ни закрыть его, ни заставить изменить направление.

Морвэн остановился посреди перехода.

Появился обратно.

— Хорошо.

Я улыбнулась.

— Очень?

— Не наглей.

— Значит, очень.

Восьмая нить появилась лишь под конец тренировки и продержалась совсем недолго. Я позволила ей исчезнуть, даже не попытавшись удержать. И, пожалуй, именно это пугало меня больше всего: кажется, я действительно училась не добиваться всего силой.

Спустя некоторое время я сама закончила тренировку. Морвэн ничего не сказал, лишь внимательно посмотрел на меня.

bannerbanner