Тсс, мой муж – дракон!

– Я тоже тебя люблю! – обняла его за шею, прижимаясь к его груди».

В глазах защипало, сердце болезненно дернулось. Почему я так давно этого не вспоминала, а только когда пришла в кабинет?..

Встала, прошла по ковру и встала на рисунок в виде круга. Помня, о чем говорил отец, я сняла амулет и положила его на стол. Затем повторила все движения считалочки, обнаруживая себя стоящей перед статуей леди в мой рост…

До этого момента ее в кабинете не было!

Вспомнив о последней цифре считалочки, я присела на корточки и, протянув руку, стерла пыль с туфелек статуи. Подставка, на которой она стояла, щелкнула, и из нее выехал ящичек. В нем лежали какой-то свиток и пачка писем.

Я быстро все это схватила и выпрямилась, отходя к столу, снова надевая амулет. Статуя тут же исчезла…

Раздавшийся бой часов в холле заставил меня вздрогнуть. Уже десять, сейчас придет маман!

Выключив свет, я вышла из кабинета и закрыла его, поднялась в спальню, положила ключи в сейф, поправила все, как было. Закрыла сейф, связку ключей вернула обратно, в комод, расположив их так, как были. Вышла из комнат матери и пошла к себе, быстро спрятав письма и свиток, привела себя в порядок, легла и успокоила дыхание.

Едва я это сделала, как дверь в комнату тихо открылась…

– Детка, ты спишь? – я так и осталась лежать, не шевелясь.

– Спит… – маман подошла к кровати, заглянула мне в лицо. – Когда же я от тебя избавлюсь? Порвала платье, теперь не продать! – тихо бурча, она вышла из комнаты.

Что происходит?..

Едва все затихло, я, полежав еще немного, встала. Найдя в столе простой карманный фонарик, зашла в ванную и, сбросив полотенца на пол, села читать добытое сегодня из статуи – невидимки.

Первыми решилась открыть письма. Старые конверты, сделанные вручную. Едва я открыла первый, как на меня пахнуло каким-то невероятным сочетанием цветочных ноток…

Я вдохнула в себя воздух, с удивлением поняла: аромат мне знаком, но чей он, я не помню…

Письма были короткими записками – любовными посланиями. Моему отцу от некой леди Патрисии. Она признавалась ему в любви, верности, и ждала встреч. Если это – записки любовницы, то зачем мне об этом знать, отец же готовил меня к тому, что тайник открою именно я. Да, еще смущали даты, в это время отец точно уже был женат на матери… Двадцать два года назад, и меня тогда еще не было.

Письма ничего полезного не содержали, кроме последнего, леди явно была расстроена, она просила срочно приехать, так как не знала, что ей делать с некими «последствиями». Все в письмах завуалированно, и, кроме нежных слов и признаний в любви, ничего не понятно… Вернее, и нечего было понимать.

Взялась за свиток, вернее, листков, свернутых в трубочку, было два. Первый – это свидетельство о рождении… Мое? Зачем его прятать? Тем более, у меня давно есть паспорт. Пробежав глазами первые строчки, уперлась в слово «мать».

– Я не понимаю… – положила фонарик на пол, подошла к умывальнику, открыла кран с холодной водой. Умывшись, я окончательно взбодрилась, сна – ни в одном глазу…

Села на пол и снова поднесла к себе документ.

– Отец – Альберт Михайлович Дашкевич, русский, мать – Патрисия Ковач, полячка, – еще раз перечитала про себя, проверила дату рождения. – Я – не дочь маман?..

Развернула второй свиток, может он что-то прояснит. А там – лист удочерения… леди Эвьет и лордом Альбертом.

Поднявшись с пола, я, заметавшись по ванной, внезапно замерла, включила свет, и, облокотившись ладонями о раковину, посмотрела на себя в отражении.

Почему именно сейчас со мной случилось это?..

Двадцать один год подразумевает под собой возможность путешествовать без сопровождения… парням. А юным леди, и замужним – всегда с членами семьи или служанкой. Вдох – выдох… Посмотрела на пол, подняла письма, свитки, и обнаружила еще один небольшой листок, вырванный из блокнота.

«Я знаю, что ты это прочтешь, и примешь правильное решение. Карта хранится в гараже, потайное место ты найдешь, сняв амулет, но помни – его нельзя снимать надолго. Патруль магии заметит тебя, и ареста не избежать. Не все магически одаренные выдворяются в запретные земли. Байк, надеюсь, ты освоила, несмотря на запрет Эвьет. Не вини ее ни в чем, она тоже – заложница обстоятельств. Документы храни, они пригодятся тебе при въезде в запретную зону.

Твой папа Альберт».

Закусив губу, смотрела в пустоту, пытаясь понять – что делать?..

Внезапно вздрогнула, и, приняв решение, отыскала и надела на себя джинсы, кроссовки, футболку, толстовку на замке. В рюкзак пошли документы, журнал, старенький телефон, зарядка к нему. Подумав, огляделась: что мне взять еще в путешествие?

Наушники, паспорт, тонкая пачка денег, скопленных из выдаваемых маман Эвьет. Комплект белья, носки, зубная щетка, расческа, пачка салфеток, еще одна футболка…

Рюкзак уже был полным…

Можно, конечно, взять сумку, в мотоцикле есть ящик…, но лучше взять туда воды, печенья и несколько яблок. Чтобы первое время даже не останавливаться. У меня есть время до семи утра, когда придёт служанка будить меня к завтраку.

Все дорогостоящие украшения я сняла, оставив только амулет на шее… Не хватало еще вызвать ими чей-то алчный интерес.

Тихо открыв дверь, я прислушалась к тишине дома: ни единого звука. Спустилась на кухню, взяла несколько небольших бутылок с минеральной водой, коробку крекеров и три яблока. Подумав, положила это всё в небольшую сумку – шопер, плюс пару шоколадок, и, недолго думая, сделала себе несколько сэндвичей, завернув их в фольгу.

Выйдя через заднюю дверь, я повернула к гаражу, он закрывался на электронный замок, код от него я знала наизусть. Мой байк стоял в углу, накрытый чехлом, и да, я его освоила, спасибо нашему шоферу…

Пока маман была на собраниях леди, в кружках по цветоводству и так далее, меня обучали его водить. Бак у него был всегда полным, он содержался в полном техническом порядке. Теперь надо найти карту…

Сняв амулет, я, прикрыв глаза, рассматривала стеллажи с инструментом…

Внезапно на самом верхнем ярусе засветилась старая канистра из-под масла. Быстро надев амулет, я достала канистру и обнаружила в ней сверток. Свиток, завернутый в пленку. Вернув все на место, я развернула карту. Мой ближайший пункт остановки – следующий городок М*, там и заправлюсь…

Сложив карту в карман толстовки, застегнула его. Рюкзак был надет на спину, сумка уместилась в ящик на байке, шлем застегнут на голове, перчатки – на руках. Тихо вывела байк из гаража и повела через сад, к потайной калитке. Заведу его за пределами дома…

Через десяток минут я была на соседней улице. Щелкнув тумблером топлива, нажала кнопку зажигания, я удобно села в седло байка, и мгновенно унеслась навстречу приключениям…

Бензина мне хватило как раз до заправки, подъехав к ней, байк заглох, но докатился до колонки по инерции. У меня еще есть шесть с половиной часов до того как меня начнут искать, в том, что это случится, сомневаться не приходится.

Отсчитав нужную сумму, я поспешила к окошку заправки, шлем я не стала снимать, не рискуя показывать свое лицо. Сидевший за стеклом мужчина вроде бы безразлично принял деньги, выдал сдачу…

Заправив мотоцикл, я откатила его за заправку, откинув защитный экран на шлеме, выпила воды, съела бутерброды. Решившись, открыла карту, надо было посмотреть дальнейший маршрут. Я сейчас была на краю небольшого городка, и следующая заправка располагалась вообще просто на трассе, без жилья рядом. А вот потом будет небольшой поселок, а следом за ним – опять трасса и последняя остановка. Оттуда дорога ведет в большой мегаполис, столицу, это я точно знаю… Но на этой карте все не так, после заправки есть ответвление дороги.

Но ведь там – просто пустыня, зачем мне туда ехать?..

Нет, на моей карте есть знак города, того самого, запретного… Но на карте мира на этом месте – пусто!

Доев бутерброд, я завела байк, и рванула по трассе к следующей заправке. Сердце уже успокоилось, и я думаю, успею войти в запретный город до того, как меня объявят в розыск. Главное, вообще беспрепятственно проехать по трассе, благо, еще ночь, и патрульных нет. Я точно вызову кучу вопросов…

На второй заправке я решилась пойти в уборную, умыться. В небольшом магазинчике под пристальным взглядом продавца я прошла в комнату. Сняла шлем, быстро освежив себя, надела его снова и вернулась к прилавку.

– Вам придется снять шлем… – мужчина сверлил меня пристальным взглядом.

Отстегнув лямку, я стянула шлем. Если он сейчас нажмет кнопку и вызовет патрульных, это будет конец моего путешествия.

– В общем-то, мне все равно… За двойную плату, – хмыкнул он.

– Полный бак, – положила я банкноты на стол.

– Сдачи тоже нет, – он забрал деньги с прилавка.

Я вернулась к мотоциклу, вставила заправочный пистолет в бак, надеясь, что все же получу бензин. Автомат загудел, подавая вожделенную жидкость, а у меня даже пот выступил на лбу от напряжения.

Завинтив крышку бензобака, я поспешила покинуть заправку.

Трасса была почти пустой, я могла ехать, как хотела, не ограничивая скорость, получая некое подобие ощущения полета… Чувствуя свободу, которой у меня никогда не было.

К поселку я подъезжала с опаской, все же уже середина ночи, да и в уборную я не решилась идти. Положив на прилавок деньги, я с удивлением смотрела на девушку за прилавком, и она явно была здесь одна…

Заспанная заправщица приняла деньги, выдала сдачу, и кивнула мне.

– Хорошей дороги!

Я повернулась и поспешила к байку, заправив, и снова выезжая на трассу. Появилось чувство, как будто кто-то смотрит мне в спину…

Осталась ерунда, еще триста километров…

Подъезжая к последней заправке, у меня сердце странно дернулось, хотя она была абсолютно пустой. У нас вообще не принято путешествовать на машинах ночью. На трассе были только большегрузы, почтовые машины. Заправка была темной и словно не рабочей.

Мне стало плохо, я не доберусь до нужного места, а мне осталось чуть больше ста километров. Сняв шлем, я попыталась успокоиться, прохладный ветер начал обдувать лицо. На заправку внезапно завернул большегруз, останавливаясь просто на парковке.

За моей спиной заправка ожила, включился свет…

Я же заехала, тихо заглушая мотор, а может, наоборот, надо было привлечь внимание шумом байка?..

Водитель большегруза вошел в открытое здание заправки, уходя в уборную. Я быстро подкатила байк к автомату и, насчитав нужную сумму, поспешила туда же.

– Не обслуживаем… – цокнул сквозь зубы устрашающего вида мужчина.

– Мне нужен бензин, я не доеду до следующей заправки…

– Ты по что девчулю пугаешь? – за моей спиной стоял еще один громила.

– Ты же знаешь правила… Мы не берем наличные, только спецкарты!

– Ну, закинь на мой счет… Что там этого бензина, крохи!

– Тебе и отвечать, если спросят, – мужчина недобро ухмыльнулся.

– А мне нечего бояться! – водитель большегруза нахмурился, и чуть толкнул меня в плечо. – Иди, заправляйся, и поспеши, недоброе здесь место!

Выскочив на улицу, сняв заправочный пистолет, я направила его в бак. Но ничего не происходило…

Через пару минут автомат все же включился, и начал заправлять. Дверь заправки хлопнула, свет снова погас… и автомат замолк.

– Вот же гад, содрал по полной, а дал едва половину! – буркнул, проходя мимо меня, водитель.

– Три четверти, и у меня оставалось меньше литра… Спасибо вам!

– Езжай, и торопись, он вызвал патруль! – он сел в машину и, заведя мотор, вывел машину на трассу.

Байк завелся быстро, и я умчалась следом, обгоняя машину благодетеля, помигав ему фарами, помчалась по пустой трассе.

Через полчаса где-то вдали за мной завыли сирены патруля…

До нужной точки входа еще около сорока километров…