Никушкины проказы

Ирина Лежава

Никушкины проказы

Глава 1

Нарды.

Ника любил навещать бабушку и дедушку в их домике с садом. Мама часто привозила его на субботу и воскресенье. Для бабушки с дедушкой наступал праздник. Бабушка пекла вкусные пирожки с картошкой и грибами, яблочный пирог с «решеткой». Начинка выглядывала из-под румяной сетки и удержаться от того, чтобы не оторвать вкусные полоски было невозможно. А еще запекала в духовке курочку или кролика с картошкой, и обязательно готовила на первое суп с фрикадельками. Ну а Ника вечно путался у нее под ногами вместе со старой таксой Польди. Однажды бабуля чуть не обварила их, когда переносила кастрюлю с супом на стол. Потому что Ник изображал быка, а на бабушке был ярко-красный фартук. В другой раз он так заболтал бабушку вопросами, что она забыла вовремя вытащить курицу из духовки и та немного обуглилась. Пришлось втроем ее отскребать, но то, что удалось спасти, было очень вкусным. С тех пор бабушка, когда возилась на кухне, не терпела рядом любимого внука от слова совсем. Поэтому его занимал дедушка.

Они играли в гонки машинками, в настольный футбол, расставляли армии солдатиков и воевали до последнего генерала. В саду был настольный теннис, в хорошую погоду дед тренировал Нику до седьмого пота. Седьмой пот выступал у дедушки, но ба говорила, что это полезный пот. А когда дедушка наводил порядок в сарае и разбирал свои инструменты, жестянки с гвоздями и винтиками, и прочим барахлом, - так дедушкино хозяйство называла бабушка, Ник конечно, был тут как тут и рьяно помогал. Потом дед месяц не мог найти, где же спрятались его гвозди, и шел покупать в магазин.

В тот день шел дождь, в саду было мокро и сыро. Ника с дедом сыграли уже во все настольные игры, пересмотрели все мультфильмы, а до обеда оставалось еще куча времени. Потом они стали играть в «дурака», несколько раз Ника выиграл. На этом игра в карты окончилась, потому что в очередной раз оставаться «дураком» дед не захотел. Тогда дедушка вытащил шашки, Ника несколько раз лихо его обыграл. У деда отпала охота играть и в шашки. Дед задумчиво посмотрел на Никушку и достал прямоугольный плоский ящик.

- Нарды, я научу тебя играть в нарды, - важно заявил он. – Посмотрим, обыграешь ли ты меня на этот раз.

Играть в нарды Никушу научил папа, еще зимой. Но Ник решил не огорчать дедушку, пусть думает, что он не умеет. Дед раскрыл плоский деревянный ящик, украшенный перламутром, он достался дедушке от его отца. Шашки были темные от времени и тоже деревянные. И прекрасные кости, небольшие, белые, именно такие как надо, а не современные черные пластмассовые кубики. Дед подробно объяснил правила игры, потом они расставили шашки. Задача была вытащить с противоположной стороны все свои шашки в «дом». И при этом постараться, чтоб твоих не убили, иначе придется их воскрешать, а в это время противник может устроить тебе «коксик», то есть выиграть вчистую. Дед взял коричневую и белую шашки в ладони, потряс их и спрятал за спину.

- Какую руку выбираешь? – спросил он.

Ника шлепнул на левую руку, там была белая шашка. Дед хмыкнул и стал расставлять свои, коричневые шашки. Он явно хотел играть белыми.

- Ну, кидай кости, - сказал дедушка, - посмотрим, что у тебя выпадет.

Ника как заправский игрок побренчал костями в закрытых ладонях и бросил их на доску. Выпало шесть-шесть.

- Ду-шаши! – воскликнул дед, - тебе везет.

И пошла игра. Подряд у Никуши выпало две пятерки, потом двойные четверки, потом снова двойные шестерки.

- Ты их заколдовал что ли? – спросил, не веря глазам, дедушка.

- Да что ты, дед, просто везет, - ответил скромно Ника.

Когда дед проиграл в пятый раз, уже вечерело. Бабушка позвала их обедать. Все было так вкусно, что Ника уминал обед за обе щеки. А вот дед ел безо всякого аппетита. После обеда он заявил, что у него болит голова и ему срочно нужно подремать в кабинете. Бабушка лукаво посмотрела на него и сказала, что глупо обижаться на кости, они выпадают как хотят, и то, что внук выиграл у него пять раз подряд, еще не конец света. Дедушка хотел что-то ответить, но вдруг спросил ее?

- И давно ты знаешь, что он хорошо играет в нарды?

- Ты должен гордиться, что у тебя внук – вундеркинд, а ты обижаешься, как малый ребенок, - ответила бабушка.

- Не увиливай и не заговаривай мне зубы, отвечай – знала или нет, и почему не предупредила, - закричал дедушка. – Ты хотела, чтобы я выглядел дураком?

Бабушка со стопкой тарелок молча ушла на кухню.

- Ну ладно, я вам покажу, как смеяться надо мной, - рассвирепел дед окончательно. – Принеси мне валерьянки и таблетки от сердца, пока оно у меня не остановилось по вашей милости.

На кухне послышалось тихое хихиканье бабушки. Она принесла валерьянки, таблетки от сердца и дед ушел в кабинет немного похрапеть. Но похрапеть ему не удалось, потому что раздался звонок в дверь, - пришел его старинный приятель и сосед дядя Илья. Дед вышел в гостиную, они сели в кресла. Взгляд Ильи упал на стол, где лежали нарды.

- Сыграем? – спросил дядя Илья.

- Ну, если не боишься проиграть – расставляй, - сказал дедушка, - Марта, сделай нам кофе! Тут у деда хитро заблестели глаза, и он предложил:

- Давай ты сыграешь с Ником, если выиграешь – я полезу в погреб за наливкой. Если выиграет он – полезешь ты. Да, и традиция три раза прокукарекать под столом – за проигравшим, ты же помнишь?

- Серьезно, ты надеешься, что ребенок у меня выиграет? – засмеялся дядя Илья.

- Уверен, - ответил дед. И у него мстительно заблестели глаза.

- Ну смотри, - сказал насмешливо дядя Илья, - только пусть твой внук потом не хнычет.

Они сыграли пять партий и Ника все выиграл. У дяди Ильи от огорчения даже кончик носа побелел, обычно он у него красного цвета. Потому что он любил пропустить рюмочку коньяка, а то и две перед обедом, и после обеда тоже. Дедушка довольно потирал руки. К нему вернулось добродушие и хорошее настроение. И потребовал, чтоб дядя Илья сначала прокукарекал под столом, а потом вытащил из подвала чудесную вишневку, раз он с треском проиграл.

Делать нечего, спор есть спор. Дядя Илья с трудом залез на корточках под стол, сделал руки-в боки и трижды кукарекнул так громко, что Польди громко залаяла и стала бегать искать петуха. Потом он поднял крышку в погреб, она была вырезана на кухне в полу. Внизу было темно и пахло сыростью, там стояли полки с бабулиными заготовками: соленьями, вареньем, соками. А в больших запечатанных бутылях хранилось вино и разные наливки, которые самолично делал дед. Дядя Илья вздохнул и спустил ногу, нащупывая перекладину деревянной лестницы. Надо было спуститься на две, чтоб включить лампочку. Бабушка села к пианино и заиграла «Врагу не сдается наш гордый «Варяг», пощады никто не желает!..» Ника скакал вокруг деда, и они хором подпевали. Илья возмущенно посмотрел на них и стал нащупывать ногой вторую перекладину, но промахнулся, нога соскочила ниже, он вцепился в лестницу и … раздался грохот. Бабушка, дед, Ника и даже Польди наклонились над погребом – дядя Илья лежал в луже вина из разбитых бутылок на спине. Вытаращив глаза, он стонал: «Ой-ёй-ёй!»

Из погреба дядю Илью вытаскивали всем миром, дедушка позвал на помощь его сына и невестку, вызвали Скорую, потому что дядя Илья ушиб спину и ногу. Ему сделали обезболивающий укол и положили компресс на щиколотку. Сказали, чтоб полежал несколько дней дома и все пройдет само собой. Когда его выносили на носилках, попугай Жако, который жил у бабушки уже полгода, закукарекал голосом дяди Ильи и заорал: «Не волнуйся, до свадьбы заживет, до свадьбы заживет!» И закивал хохолком. Этого дядя Илья уже не смог пережить и сказал, что как только встанет на ноги, ощиплет этого петуха и сделает из него суп.

Когда все разошлись, Ника дернул деда за рукав и спросил, неужели он отдаст Жако дяде Илье на суп. Дед сказал, чтоб Ника не волновался и что Илья – безобидный клоун. Потом он налил себе наливку, посмотрел на внука, поцеловал его и дал отпить два глоточка. Ему понравилось. А вот бабушке не очень, и она сказала, что всем пора спать, - в постель и немедленно.

Глава 2

Попугай Жако.

В субботу дядя Саша, мамин старший брат, вернулся из Сиднея и сразу позвонил любимой сестре. Он был в Австралии на научной конференции вирусологов. Сказал, что у него сюрприз для племянника, вечером заедет. Мама посмотрела на часы, всплеснула руками и побежала на кухню готовить вкусный обед. Папа же устроился поудобнее в кресле и принялся читать журнал о технических новинках, роботах, искусственном интеллекте. А Ника нетерпеливо ходил по комнатам и гадал, что за сюрприз приготовил для него дядя Саша.

Наконец раздался звонок в дверь и Ника побежал ее открывать. Дядя Саша был в белом костюме, загорелый, и улыбался всеми 32-мя новыми белыми зубами. В ногах у него стояла огромная клетка, накрытая плотной шалью. Он поцеловал маму, пожал руку папе, обернулся к Никуше:

- Это тебе, племяш, мне подарили его в Австралии, вместе с клеткой.

С клеткой на руках он прошел в гостиную, поставил ее на стол и сказал:

- Я часто уезжаю в командировки, а это чудо никак нельзя оставлять без общения. Вот я и подумал, что Нике будет с ним весело, ну и попугаю полезно, ему нельзя находиться в одиночестве, а то начнет ломать клетку, орать или выщипывать себе перья.

Тут дядя жестом фокусника в цирке сдернул шаль с клетки и перед Никой предстал большой белый попугай. Он смотрел на стоявшее перед ним семейство то одним круглым черным глазом, то другим, поворачивал голову вбок то одной стороной, то другой. Чтоб получше всех запомнить, наверное, подумал Ника. Он был в восторге и бросился дяде на шею. Мама задумчиво сложила руки на животе и молчала. Глаза у нее стали такие же круглые, как у попугая. А папа только повторял:

- Боже мой, что это… Боже мой, глазам не верю! Какой ужас…

- Ну как, нравится сюрприз, - спросил дядя Никушу.

- Очень, дядя, такого ни у кого из моих друзей нет! – воскликнул Ника. – Спасибоо!

Мама очнулась от столбняка и спросила брата:

- Ты уверен, что он тебе не нужен, это же очень дорогая птица. Кстати, что за порода?

Дядя Саша заверил, что попугай ему не нужен, он и взял его, чтоб доставить удовольствие племяннику, любимому. И да, это очень дорогая птица, белый какаду, зовут его Жако. И он очень умный.

- Какой идиот тебе его всучил? – спросил папа.

- Ну почему сразу идиот, - усмехнулся Саша. – Ты помнишь Карину, нашу одноклассницу? она переехала с мужем в Сидней лет десять назад. Ее муж тоже вирусолог. У него аллергия и она умолила меня взять с собой Жако. Кстати, его так зовут.

- Карина в Сиднее, не знал, - удивился папа.

- Я ее помню, - сказала мама, - приятная была девочка.

- Вы не волнуйтесь, я привез для него на первое время специальный корм, зерновую смесь. Когда сожрет, Карина еще пришлет, - сказал дядя Саша. – Поставь его в галерею, куда-нибудь, где нет сквозняков и светло. Давай я помогу.

Клетку – она была огромная и высокая - с белым какаду, который не любил одиночество, поставили на буфет в галерее, служившей столовой, для этого пришлось убрать все мамины вазы и блюда. Папа подошел к клетке и просунул палец, чтоб поправить поилку. Жако внезапно подскочил на жердочке и вцепился в кончик папиного пальца. Из пальца брызнула кровь, папа заорал так, что Ника зажмурил глаза, при этом он сказал пару нехороших слов. Мама укоризненно напомнила, что тут ребенок, он не должен слышать таких некультурных выражений. Она побежала за перекисью, а Жако мерзко захихикал. Саша наклонился и что-то ему прошептал, и на всякий случай набросил на клетку шаль. Мама перевязала палец папе и сказав, что это не смертельно и не надо устраивать истерику на пустом месте. Папа обиделся и сказал, что это бесчеловечно.

– А не надо было совать палец в клетку, должен бы знать в твои годы, что у какаду клюв, которым он гнет железные прутья, а тут какой-то палец, - сказал Саша.

- Не какой-то, а мой палец, - сердито сказал папа, - и я не знал, что это монстр, а не попугай.

Тут дядя заторопился домой. Мол, он страшно устал и хотел бы пораньше лечь спать. А про всяких кенгуру, жирафов, крокодилов и змей он расскажет в следующий раз.

- А как же ужин? - спросила мама.

- Я не голоден, пообедал у нашей дорогой мамы, так что я удаляюсь, не провожай меня – чао, - крикнул он, закрывая за собой входную дверь.

Прошло три месяца. Дядя Саша опять уехал, на этот раз куда-то в Бразилию. Мама выразила надежду, что в этот раз он не привезет им анаконду или еще какую гадюку. А к Жако привыкли, подходили утром здороваться. Мама постоянно проходила мимо него из кухни в столовую и обратно, обязательно останавливалась и разговаривала с какаду. Но он молчал. Как партизан. Ни звука в ответ. Зная, что какаду говорливые птички, папа только удивлялся. И радовался. На самом деле Жако слушал все, что говорили в доме, и запоминал. Это выяснилось, немного позже.

Вскоре, когда мама утром шла на кухню делать завтрак, он вдруг сказал громким басом:

- Пр-р-ивет, как дела?

Мама от неожиданности выронила сахарницу, которую достала из буфета. Сахар рассыпался, Жако прокомментировал:

- Эти руки явно растут из одного места, хе-хе.

Мама обалдела и сказала:

- Не смей так говорить, это неприлично.

- Непр-рр-илично, непр-рр-илично сесть в галошу, - выдал Жако, захлопал крыльями и закивал головой.

- Ты посмотри на него, откуда он набрался таких слов, - покачала мама головой.

- От кого, от кого, от твоего братца вестимо, - сказал папа. Он только вошел, сел за стол, и принялся за яичницу.

- Жако хороший, - крикнул попугай, - Жако голодный, дай конфетку, жадина!

- Все, я пошел, - сказал папа, доедая на ходу бутерброд, - приятно пообщаться.

Ника ушел в школу. Мама – за покупками, потом она убирала, готовила обед. Жако сидел на своей жердочке и дремал. Но вот Ника прибежал со школы, он получил тройку за контрольную по математике. Мама сказала, что надо ему подтянуться. А Жако распушил свой гребень на голове и закричал: - За уроки, теперь за уроки!

- Не твое дело, - ответил Ника и погрозил Жако кулаком. Он пошел в свою комнату, потому что мама не разрешила ему покататься на велосипеде из-за этой тройки, а велела идти заниматься.

Однажды в гости наведались бабушка с дедом. После ужина, папа с тестем сели играть в нарды. То и дело слышался стук костей и вскрики – шаши-ду, ду-яке, панджи-се. В общем, папа один раз выиграл и три раза проиграл. Папа огорчился, но не показывал вида. Дедушка великодушно сказал, что ничего страшного, выиграет в следующий раз, в самом деле не конец же света наступил. И тут Жако завопил:

- Смейся, паяц! Смейся, но плакать не смей!

Это было возмутительно точно и очень для папы обидно.

- Мерзавец, - сказал тихо папа, - он издевается.

- Откуда он знает Блока? – удивилась бабушка.

- Мне придется сейчас хохотать… А на сердце-то стоны одни! – важно сказал Жако.

- Я недавно вслух читала это стихотворение, - призналась мама. – Надо же, а он запомнил.

- Ты что читала его 50 раз как минимум? – спросил папа.

- Не 50, но несколько раз, оно мне очень нравится. Вот послушай:

Смейся, паяц, но плакать не смей!

Я опять на подмостках.

Мерцают опять

Одинокие рампы огни.

Мне придется сейчас хохотать…

А на сердце-то стоны одни!

Что же делать! Толпа мне отсюда видна,

— Затаивши дыхание, ждет…

А у рампы она — смущена

И, наверное, бога зовет!

Тише! Дрогнуло что-то…

Как сердце стучит!..

О, проклятое сердце, не плачь!..

Чей-то голос над ухом звучит…

Сам себе я судья и палач!..

Я очнулся. Толпа рукоплещет, зовет…

Я не вижу тревожных огней!

А она мне венок подает

Из лавровых ветвей…

- О, проклятое сердце, не плачь!.. – заорал снова Жако, и следом – Смейся, паяц!

Все засмеялись.

- А я сначала решил, что это он мою любимую арию, - сказал дед и пропел вполголоса «Смейся, паяц, над разбитой любовью…»

- Да уж, не Паваротти, - сказал папа.

- Я и не претендую. Кстати, Жако весьма впопад выдал комментарий на твой проигрыш, - сказал дедушка, потирая руки. – Ты мне теперь должен «американку», а вот когда я тебе предъявлю, это я объявлю позже.

Он подошел к клетке и сказал Жако:

– Попка, ты – гений! Запомни, это я тебе сказал.

- Гений, гений, гений! – закивал хохолком Жако.

- Ну все, Никуше пора спать, - сказала мама, - представление окончено.

И бабушка с дедом уехали домой.

Мама часто повторяла слово «зараза», по разному поводу. Жако его запомнил и, когда Ника уронил мамину любимую чашку немедленно заорал: - Зараза, зараза! И вопил до тех пор, пока мама не накрыла клетку платком.

Как-то Ника катался во дворе с ребятами на роликах, упал, разодрал коленку. Мама промыла ранку и залила перекисью, приговаривая:

- Ничего страшного, потерпи, до свадьбы заживет!

Прошло немного времени, и папа сильно обжег руку, вытаскивая из духовки противень с курицей. Он всегда обжигался, когда помогал маме на кухне. И крикнул в сердцах: - Черт побери!

Жако немедленно отреагировал:

- Ничего страшного, потерпи, до свадьбы заживет!

Папа ушам не поверил и воскликнул: - Черт побери!

Жако тут же повторил: - Черт побери!

Мама сказала, что он плохо влияет на птицу. Папа только махнул рукой и сунул руку под холодную воду.

Вскоре выяснилось, что Жако и у бабушки перенял ее словечки. Она постоянно смотрела по вечерам новости по телевизору и детективы. И часто говорила:

- Ну и ну, что творится на белом свете!

Однажды мамина подруга Марина пришла в гости и стала жаловаться, что начальник всем повысил зарплату, а ее обошел. Она очень огорчилась. Жако ей посочувствовал и четко бабушкиным голосом сказал:

- Ну и ну, что творится на белом свете!

Это было так в точку, что мамина подруга засмеялась: - Да он у вас философ! Просто чудо-птичка.

И вот наступило лето, папа взял отпуск, они с мамой и Никушей собрались на море. Стали думать, кто мог бы присмотреть за Жако. Дядя Саша был снова где-то за границей. Папины друзья отказались, мамины тоже. Тогда папа и Ника погрузили клетку с Жако в машину и отвезли бабушке с дедушкой. У них был свой дом с садом, там ему будет привольно. Бабушку поставили перед фактом, и она что-то не очень обрадовалась. А такса Польди печально посмотрела на папу и ушла в сад.

- Чем же я его кормить-то буду? – спросила она.

- Не волнуйся, ба, - сказал Ника, - мы все привезли. И он побежал к машине за кульком с семечками и орехами. А папа принес большие пакеты с фруктами и зерном. Так Жако остался на все лето у бабушки. Потому что после моря Ника с папой и мамой поехали на дачу к друзьям. Они часто звонили и спрашивали, как дела и не подох ли Жако.