Я замужем

«Я замужем».

Только эта мысль быстро улетучилась, и Ингрит размякла. Глаза сами закрылись, а в теле вспыхнул странный жар, которого она не испытывала даже с мужем.

Спустя минуту Томас отстранился и, облизав свои губы, прошептал:

– Ты доверять мне?

– Нет, – еле ответила Ингрит. – Я замужем.

– Ты любить его? – серьёзно спросил Томас.

– Это не имеет значения, – проворчала Ингрит. – Он купил меня у матери. Теперь я его собственность.

– Ты любить его? – повторил Томас.

– Нет, – Ингрит отвела взгляд.

– Прошу, доверять мне. Я сделать всё для тебя, – Томас мягко взял девушку за подбородок и поднял её голову.

– Зачем тебе доверять? – Ингрит взглянула на парня.

– Чтобы ты улыбаться, – загадочно ответил Томас. – Я прийти вечером, и мы поговорить.

Только сейчас Ингрит заметила цвет его глаз – серо-зелёный. Оказалось, что его волосы были соломенного цвета, черты лица достаточно мягкие, а в подбородке была милая ямочка. По росту он был выше Ингрит на полголовы.

В этот момент из-за угла, находясь где-то на высоте полутора метров, выглянула Софа. Она, заметив маму, радостно провизжала. Ингрит на секунду испугалась, что её дочь так высоко, но из-за угла вышел Шон, держа девочку на руках.

– Софи проснуться, – улыбнулся парень.

– Спасибо, – Ингрит взяла дочь на руки. – Она не плакала?

– Нет, – с добротой ответил Шон. – Она милый девочка. А что вы тут делать? Ты наконец-то признался ей?

Ингрит проигнорировала последнею фразу парня и просто направилась в дом. Она слышала их разговор, но решила не придавать этому значения.

До самого вечера из головы Ингрит не выходил поцелуй с Томасом. Она корила себя за это:

«Как я могла поддаться этому? – подумала девушка. – Я же замужем. Получается, что теперь я по-настоящему изменила Яну? Если узнает, то точно в живых не оставит. Софочка. Что делать с ней? Может, маме отдать? Хотя она тоже не верит, что Софа от Яна. Нет. Она моя дочка. Может, просто сбежать с ней отсюда?»

Все эти мысли крутились в голове Ингрит, пока она купала дочь. Позже девушка усадила малышку на коврик в ванне, закутанную в полотенце, и быстро помылась сама. Для дочери она кипятила воду из скважины, ведь обычная вода отключена с начала войны. Себя же девушка мыла холодной, так было проще.