От себя не убежишь

- Здесь нет окон и нет той плиты. Будем работать с тем что есть – Улыбаясь прошептал Андрео.

Убирая турку с огня ожидал пока, пенка опускается. Возвращая на огонь втянул носом бодрящий аромат. Кофе начинает дышать теплом. Щепотка корицы, чуть кардамона. Время тишины, когда мгновения будто растянуты.

- Какой чудесный аромат Лейто!

Он вздрогнул, убирая турку с огня. Да она ласкова и заботлива со мной. Но у меня четкие инструкции и правила, которыми я не должен пренебрегать. Иначе окажусь на улице.

Элиза улыбаясь облокотилась на дверной косяк на пороге в служебную кухню.

- Умоляю не выдай. Иначе меня выгонят.

- Хорошо, хорошо. Успокойся. Не собираюсь я тебя выдавать – она примирительно подняла обе руки чтобы его успокоить. – Угостишь?

Андрео улыбаясь протянул миниатюрную кружку с парящим напитком. Радуясь, что может доставить ей удовольствие, в знак благодарности за теплое отношение. Большинство не обращали внимание, другие пытались унизить, пользуясь его шатким положением. В глазах таких людей читалось презрение. Уборщик не человек. Когда Элиза брала выходной он голодал. О нем просто забывали или приносили ведро полное объедков. Стиснув зубы терпел.

- Это самый вкусный кофе в моей жизни! – Элиза открыла глаза восхищенно улыбаясь.

Огромную радость доставил день, когда Андрео получил новые документы. Теперь он гражданин Италии. Новое имя Лейто Альдварес. Рассматривая свое фото с линией темнеющих усов в документах, улыбнулся. Когда подвернется случай, и я смогу пробиться в младшие повара. Оплата позволит мне снимать собственные апартаменты.

Ни один раз в душу кралось отчаяние, желание все бросить и вернуться домой. В комфортную жизнь. Успокаивал себя тем, что прошлое всего лишь на расстоянии звонка. В любой момент можно все это прекратить и признать собственное поражение. Жить как скажет отец. Сожалеть, что оказался слабаком или отмахнуться и не терзать себя. Пользуясь деньгами отца, забыть о своей мечте. Подумаешь! Может быть мама права? Не мое это?

Деятельность отца активно развернулась, связанная с благотворительностью. Стройкой убежишь по чертежам, которые он прятал долгие годы в своем кабинете. Гибель собственного сына возвысила его. Дала новый виток. Теперь он знаменит по всему миру. Огромные плакаты с рекламой вещают о его проекте, мнимой заботе о людях, живущих на островах Индонезии. Театрально скорбя по телевизору, он тут же сообщал о важности пожертвований, в помощь строительства.

Временами охватывала ярость. Слова Иден стали толчком в бездну. По ее вине я вынужден жить как бродяга при богатых родственниках. Активно отжимался и подтягивался в прачечной чтобы всегда быть в форме и избавиться от мыслей. Когда верх брала усталость, эмоции отступали и приходила ясность: истинный путь редко прост и редко бывает коротким. Это проверка на прочность – это именно то, что ты хочешь? Докажи! Не стоит оглядываться. Уверенность и твердость сделанного выбора освещают каждую ступень к цели. Эти мысли грели душу голодными вечерами, когда ресторан пустел. Когда в очередной раз мастерил себе постель из полотенец и скатертей.

Подготавливая мусорные баки к рабочему дню Лейто прислушивался к шуму в цехах, криках. Жизнь в ресторане закипела. Четверг. День обещает быть насыщенным, полным гостей. Один из младших поваров покинул кухню с приступом. С больницы позвонили и сообщили о том, что у него аппендицит. Замену найти не удалось. Размышляя как бы ловко предложить свою помощь в приготовлении обеда для персонала, он сметал с рабочих столов очистки. Загруженные работой наверняка обрадуются и скажут – Иди готовь. И вот тут я покажу на что способен. Тогда все кто не замечал – обратят внимание. Кто призирал – оценят по достоинству. Примут как своего и позволят встать рядом к разделочному столу. Руки непроизвольно сжались в кулак вспоминая вес рукояти ножа. Они еще помнят. Это как езда на велосипеде – уже не разучишься.

Лейто ловко, не мешаясь под ногами убирал ненужные обрезки от продуктов со стола, с пола. Даже в самый пик кухня, полы идеально чистые. Успевая за час обеда и отдыха персонала вымыть полы, сменить марли и полотенца. Для всех это казалось нормальным. Воспринималось как должное. Стараясь и совершенствуясь, он боялся быть изгнанным. Это было временным убежищем в городе где никого нет и не куда пойти. Не откуда ждать помощи, понимания и поддержки.

Придет время, и я пойму, что все это того стоило! На моей кухне и в ресторане в целом, каждый обязан будет уважать скотский труд уборщиков, кухонных работников. Без тяжкого труда этих людей давно погрязли бы в собственной неряшливости. В ресторане Луки нет лишних рук. Чистоте его кухни могли бы позавидовать.

Острый приступ тоски сковал грудь, срывая спокойный ритм дыхания. Лейто вышел на улицу волоча по плиточному полу плотный пакет с мусором. С усилием поднимая забросил в бак и накрыл крышкой. Отворачиваясь от мусорных баков, от служебного входа он подошел к каменной изгороди. Касаясь пальцами шероховатой поверхности камня любовался солнечными бликами, игравшими на морских волнах словно дети. Вдыхая свежий морской воздух на миг закрыл глаза. Стоило огромных усилий не оглядываясь бежать, бежать…

Возвращаясь в помещение ресторана по привычке бросил взгляд на часы. Как же я заикнусь о приготовлении обеда? Снимая плотную черную рубаху, в которой выходил на улицу выбрасывать мусор, повесил ее на гвоздь у входа в помещение для хранения моющих средств. Возвращаясь в коридор, проходя мимо горячего цеха увидел Элизу. Сегодня она на соусах. Ловко сметая очистки со стола в овощном цехе услышал:

- Сегодня что не кому приготовить обед?

Касаясь кованной ручки двери в святая святых замка, Иден прижала руку к груди. Сердце затрепетало от волнения. Эдвард ожидает. Беги скорее. Узнай. Усмиряя внутренний трепет Иден расправила длинный подол юбки бледно – золотого оттенка с плиссированным подолом, скрывавшим туфли с круглым носом. Удлинённый топ с изящным узлом ниже впадинке шеи уходил за плечи тонкими лямками открывая и подчеркивая хрупкость плеч.

Солнечный свет лился из высоких окон в просторное помещение темно – синих тонах. Рисунок на ковре, мебели коричневый. Элегантное сочетание. Пространство казалось глубоким и уютным. Золотой рисунок обоев играл. Белый прозрачный тюль, лишенный рисунков, увеличивал без того огромные окна.

Иден неуверенно огляделась, замирая в дверях. Ее взгляд остановился на Эдварде, когда он приветствовал ее. В камине весело трещали поленья источая приятный аромат древесины. Рядом с камином в инвалидном кресле сидел мужчина, глядя на огонь. Он казался знакомым.

- Проходи Иден. Позволь тебе представить твоего учителя по актерскому мастерству.

Судорожно глотая она перевела взгляд на Эдварда.

- Я не уверена стоит ли…

Начала Иден. В этот самый момент мужчина в кресле развернулся лицом к ней, а спиной к камину.

- Жюль? С ума сойти! – Иден в восторге закрыла рот руками, когда поняла, что почти выкрикнула его имя.

- Сейчас начнется: я ваша поклонница и так далее. Да? – Его синие глаза смеялись.

Сдерживаясь от восклицаний Иден с благодарностью позволила усадить себя в кресло напротив камина. Не обращая внимание какое может произвести впечатление, скинула туфли и с ногами взобралась в кресло расправляя подол. Понимая, что вот он настоящий. Передо мной. Не безупречный как и я. Не отрепетированный, живой. От этого легче, теплее, свободнее.

- Да! Не могу подобрать слов как я счастлива видеть вас… тебя на расстоянии вытянутой руки! – Улыбаясь Иден перевела взгляд на Эдварда – Вот это сюрприз!

Он улыбнулся и опустил голову, вновь поднимая сказал:

- Позвольте мне удалиться. Вчера я так и не появился на площадке. Наверняка моя команда набедокурила. Не разгребешь.

Замирая у дверей, положил руку на ручку. Слегка надавил и дверь в кабинет открылась. Оглядываясь на Иден и Жюля окинул парочку профессиональным взглядом режиссера. Изучая подумал, что вместе они великолепно будут смотреться в кадре. Если брать Жюля крупным планом скрывая кресло, то вполне можно выйти из положения. А движение в кадре будет делать дублер. Улыбаясь своей находчивости покинул кабинет направляясь к входной двери. Джеральд снял пальто Эдварда с плечиков помогая надеть.

- Обед как всегда?

- Да.

Покидая тепло дома сощурил глаза от яркого солнца, ослепляющего безупречной белизной снега. Открывая двери автомобиля, не сомневаясь, что салон и двигатель уже прогрет захлопнул двери, пристегиваясь ремнем безопасности надел солнцезащитные очки. Покидая территорию замка включил магнитолу.

- Подлинное искусство и игра не совместимы. Искусство любит порядок и гармонию, а игра – беспорядок и хаотичность.

Жюль сдержался, чтобы не встать с кресла. После первых процедур жаль сводить на нет старание врача.

- Необходимо больше плавности, серьезного отношения к тому, что делаешь на площадке. Это уничтожит легкомыслие и поверхностность. Эдвард вчера показал видео пролога, и он прав. В тебе Иден есть потенциал, который он увидел. Разглядел алмаз в куче угля.

- Жюль, мне приятно. Только я давно ровно отношусь как критике, так и к похвале. – Иден протянула руку к высокому стакану с водой.

Жюль невольно сгримасничал, опуская уголки губ вниз и пожал плечами, не комментируя.

- С этого момента ты должна забыть, как ходишь в жизни, как сидишь, кушаешь, спишь, разговариваешь, смотришь и слушаешь. Всему ты будешь учиться сызнова. Как новорожденный ребенок.

Иден внимательно вслушивалась во все, что говорил Жюль. Его голос, слова не были такими как в кадрах. В жизни он человек. Обычный. Так не привычно. Ореола недоступности нет. Высокомерия и зазнайства от всемирной известности тоже. Если бы не работа в кино кем бы он стал? Каким бы был в той, другой жизни обычного человека? Ухаживал ли он за собой так как сейчас? Размышляла Иден, представляя новую себя.

- Работа начинается с введения в роль, магического «если бы». Это основной рычаг, переводящий из повседневности в плоскость воображения. Предлагаемых обстоятельств, как если бы они происходили прямо сейчас. Подлинно.

Иден хотелось признаться, что именно ее воображение многие годы уводит ее от реальности. Воображаемый мир в ее голове, который он читал в сценарии. Видел в коротком наброске пролога. Любуясь чертами его красивого лица Иден наслаждалась тембром его голоса.

- Читала ли ты сценарий? – Жюль протянул руку к столику, где стоял стакан с водой.

- Да.

Делая глоток, он внимательно взглянул на сидящую напротив девушку, поверх стакана. Опуская его дном на другую руку не отрывая взгляда.

- Обратила внимание, что в нем даются лаконические характеристики, вроде: «Уходит». «Приходит»?

Отставляя стакан на стол, потер ладони друг о друга. Наблюдая за ним Иден кивнула.

- Это должно быть дополнено, углублено актером. Только тогда данное нам поэтом оживет и расшевелит разные уголки души творящего и смотрящего. Актер сможет зажить внутренней жизнью изображаемого лица и действовать так, как повелевает нам автор, режиссер и наше собственное живое чувство.

Воображение Иден погрузило в мир ее произведения. Жесты героини которые похожи на нее саму. Надоело смотреть на себя разбитую, погрязшую в жалости к себе. Каждый раз запуская компьютер, на белом листе создавала и переносилась в мечту себя и училась действовать как новая я. В качестве действующего лица уже не видела прошлую себя, а видела то, что окружает новую себя, и внутренне отзывалась на все совершающееся вокруг как подлинный участок жизни. Создавая то состояние, которое подтверждало новую «Я есмь.» Если бы Жюль прочел книгу он обратил бы внимание, что имидж, с которым породнилась олицетворяет ту Иден какой является сейчас. Создала новый образ и следовала ему на протяжении многих лет. Именно новая Иден смогла выжить, избавляясь от прошлой жизни по крупицам. Освобождаясь от старых представлений обо всем, от ненужных вещей которые тянули вниз. Колоссальная внутренняя работа подобна перерождению гусеницы в бабочку.

- Досочинить? – Иден перевела взгляд на камин. Угли тлели, мерцая от потока воздуха.

Поднимаясь с кресла, она прошла к камину. На чугунной резной подставке, ювелирно наколотые паленья. Поднося к носу принюхалась. Немного расшевелила угли сверху.

- Именно. Так нужно всегда поступать в тех случаях, когда в сценарии не досказали всего, что необходимо знать творящему.

Подбрасывая поленья поверх углей Иден отряхнула ладонь от древесных опилок и вернулась в кресло.

- Я не утомил?

- Нет. Слушать тебя одно удовольствие – Иден улыбнулась.

- У меня такое чувство будто ты знаешь больше чем пытаешься показать и водишь меня за нос – Его серьезный тон не сбил с толку, а подсказал, что началась практическая часть.

Поднимаясь с кресла Иден делала вид, что готовит стол к завтраку.

- Нет маменька, что вы! – Искренне воскликнула она, округляя глаза глядя на Жюля.

Улыбаясь он похлопал в ладоши.

- Не дурно! Послушай, внимательно: каждое действие, каждое слово должно быть результатом верной жизни воображения. Если сказанное или проделанное действие механическое – ты действовала без воображения. И этот кусочек мал он или велик, не был правдой. Ни один шаг не должен производиться механически, без участия воображения.

Стараясь не переусердствовать Лейто дрожащей рукой добавил последний штрих на блюдо. Выпрямляясь улыбнулся, бросая последний взгляд на сервированный стол для персонала. Покидая кухню вышел в коридор с дико бьющимся сердцем. Стараясь не перещеголять поваров, которые собирают блюдо перед подачей, немного загнал в рамки разыгравшееся воображение. Пусть все будет по чуть – чуть. Не все сразу.

Возвращаясь к своим обязанностям от волнения не ощущал голод. Необычайный подъем способствовал энергичным действиям.

- Обед готов?

К Лейто обратился один из младших поваров. Не подавая голоса, он просто кивнул и продолжил сметать отходы в ведро. И так каждый стол. С облегчением выдохнув, когда цеха опустели позволил себе немного расслабиться, продолжая наводить порядок. Волоча по полу полный пакет с отходами, он накинул темную рубаху и застегнул пуговицы. Стараясь отогнать волнение по дальше, выволок полный пакет на улицу открывая двери спиной.

Оказавшись на улице позволил себе минуту постоять на свежем воздухе. Ожидая бог знает, чего. Боялся оказаться лицом к лицу с работниками ресторана. Раскритикуют вряд ли, а вот посчитают выскочкой вероятнее всего. Наверняка те, кто терпеть меня не могут приложат максимум усилий, чтобы меня выгнали на улицу. Закрывая глаза старался выровнять дыхание, чтобы успокоиться. Зачем мне их признание? Это не те люди к кому я пришел бы за советом. Так зачем мне их одобрение или порицание?

- Да пошло оно все! – Шепотом воскликнул он.

Сжимая кулаки Лейто открыл глаза. Нет сил бороться с отчаянием. Сдерживать слезы. В страхе, что кто – то увидит мою слабость. Пусть видят.

- Я живой – Шептал он. – Я человек, и я чувствую все это. Черт! Как же сложно поверить в свои силы. Что когда ни будь я достигну успеха.

Опираясь на низкий каменный забор руками ощутил тепло. Нагрелся под лучами солнца. Детство не простое. По указке. Родители решали за меня, что хорошо, а что плохо. Множество критики вместо любви. Преграды, обиды. Самое время оставить все это в прошлом. Важно лишь то, что сам. Своими усилиями иду к мечте. Ведь она моя. Ни кто не обещал, что будет легко. Важны шаги, которые приведут меня к тому чего действительно хочу. Необходимо поверить в себя, свои способности. Их у меня не отнимет ни кто! Все в моих руках. Грубят – значит завидуют. Подрывают веру в себя – значит не уверены в своих силах. Не хвалят – значит боятся моего роста.

Вытирая слезы тыльной стороной ладони Лейто как перед прыжком с воображаемой высоты вошел в ресторан. Я не обязан всем нравится. Я не обязан знать все на свете. Я не собираюсь кого – то впечатлять. Я такой какой есть со своими знаниями. Если я умею все это именно так, никто у меня этого не отнимет. С этого момента я буду собой. Пусть выгоняют! Это не единственный ресторан в таком огромном городе.

- Время пришло! Мое не требует борьбы. Оно требует соответствия под стать мне – Прошептал про себя Лейто – Я готов к началу моей новой истории!

Противная дрожь в теле. Стараясь обуздать, взять реакцию своего тела под контроль Лейто снял темную рубаху. Повесил на гвоздь и схватил веник. Подметая идеально вымытый коридор у выхода, поднял коврик. Невольно прислушиваясь понял, что обед еще не окончен.

- Лейто!

Услышал он крик из служебной кухни. Замирая вмиг парализованный страхом.

- Лейто!

- Я здесь – Подал голос Лейто.

- Тебя вызывает шеф.

Высыпая воображаемый песок в мусорный пакет, Лейто поставил на место веник и савок. Умывая руки, обтер полотенцем. Внутри образовался вакуум. Ни каких чувств, словно принял сильнодействующее обезболивающее. В этот момент он был благодарен своему телу за без чувствие. Спокойно преодолевая расстояние, делая стук в двери кабинета, открыл останавливаясь на пороге.

За столом восседал седовласый с тяжелым взглядом мужчина. Над его глазами, как мешки с мукой нависали веки. Цепляя ложкой каждый кусочек приготовленного им обеда смаковал. На первый взгляд его лицо не выражало ни каких эмоций.

Вот сейчас он поставит вердикт. Смертный приговор. Тишина от напряжения стала звенящей. Нервы натянуты как тетива в ожидании кульминации.

- Ты готовил?

Не в силах выдавить из себя звуки, просто кивнул. Сейчас он укажет мне на двери и все начинать сначала.

- Необычное сочетание. Кто научил?

Прочистив горло Лейто сказал спокойным голосом:

- Я учился у одного повара на протяжении трех лет.

Оставляя вилку на краю тарелки, мужчина внимательно окинул взглядом Лейто.

- Если я добавлю это блюдо в меню, ты готов встать за разделочный стол?

Глава 20

Глава 20

Улыбаясь Иден рассматривала творение зимы на стеклянном полотне окон, ожидая появление Жюля по окончанию процедур. Морозец разрисовал искуснее любого художника. Солнечные лучи освещая шедевр добавляли мерцание всеми цветами радуги.

Облаченная в брюки палаццо баклажанного цвета и нефритового тона шифоновой блузы, рукава которой изящно ниспадали складками до сгиба локтя, легко двигалась в туфлях на платформе с широким каблуком, чувствуя себя спокойно, расслаблено.

- Доброе утро. Ты сегодня стильно выглядишь – В гостиную въехал на коляске Жюль одетый в футболку поло изумрудного цвета и хлопковые темные брюки.

- Доброе утро Жюль – Иден радостно улыбнулась, останавливаясь рядом.

- Сегодня поиграем в съемочный процесс. Разовьем творческое внимание. Необходимо понимать насколько уютно тебе перед камерой.

В дверях показался один из операторов со студии Эдварда. В руках камера и треног. Установка заняла не больше минуты.

- Для того, чтобы отвлечься от видео камеры, надо увлекаться тем, что на площадке – Жюль заметил растерянность в глазах Иден. – Знаешь, как мать отвлекает ребенка игрушкой? И тебе нужно уметь подсовывать себе такие отвлекающие от камеры игрушки.

Почувствовав себя центром внимания Иден растерялась. Сосредоточенность растаяла как дым. Мысли хаотично перескакивали с одной темы на другую. Появилась неприятная скованность в теле.

- Иден вспомни пролог. Что помогло тебе справиться и сосредоточиться?

Сквозь туман мыслей она услышала слова Жюля. Судорожно глотая произнесла хриплым голосом:

- Я думала о состоянии героини. Ее ощущения, переживания. – Переключив внимание на Жюля она улыбнулась – В прологе команда Эдварда не верно истолковала основную мысль. Пустыня — это метафора. Пустота, развалины после предательства человека, которому верил всем сердцем.

Жюль отвел взгляд в сторону понимая, что хочет сказать Иден.

- Камера включена?

- Да.

- Иден наметь себе какой – ни будь предмет и смотри.

Иден переключила внимание на рисунок обоев повторяя его плавные линии скользя взглядом.

- Молодец. Это называется смотреть и видеть. Что может быть ужаснее пустого актерского глаза?

Жюль улыбнулся девушке, когда она отвела взгляд от обоев и сосредоточенно взглянула на него.

- Усиленно болтающий язык и автоматически двигающиеся руки и ноги не заменят осмысленного, дающего жизнь всему глаза. Глаз актера, который смотрит и видит, привлекает на себя внимание. Пустой глаз актера уводит внимание зрителя от действия в кадре.

Жюль позволил Иден самой выбрать короткое действие из сценария, наиболее легкий на ее взгляд. На месте приходилось импровизировать с предметами. В первые секунды чувствуя неуверенность в себе вспоминала уроки, преподнесенные Жюлем. Сидя на стуле, перед воображаемым зеркалом Иден делала вид, что рассматривает себя примиряя драгоценности, нюхает дорогой парфюм. Обычные действия из жизни казались новыми здесь и сейчас.

- Не плохо. Нам нужен партнер и диалог. Движения. В этот момент оператор будет с камерой рядом. Нужны кадры крупным планом и живой взгляд. Живые эмоции.

Разворачивая сцену в воображаемой реальности Иден спокойно рассматривала черты лица Жюля. Он партнер. Когда глаз камеры, как живой двигался и заглядывал в лицо напоминая любопытного человека, который пытается нарушить границы, подходя слишком близко. Иден любовалась цветом глаз, направлением роста волос на бровях. Слушая речь партнера местами доигрывала, пропуская ощущение через себя. Чтобы я чувствовала в этот момент если бы это было с моим отцом и со мной?

Голос Жюля звучал иначе чем во время уроков. Не много строго. Временами ласково, когда требовала ситуация. Заканчивая диалог объятиями отца и дочери Иден чмокнула его в щеку.

- Снято? – Жюль обратился к оператору.

Иден поднялась с подушки, что лежала у ног Жюля. Подняла ее прижимая к себе. Приятное волнение наполняло душу. Новое направление в творчестве. Талантливые люди. Интересный опыт. Такое со мной останется до конца моих дней, подумала Иден.

- Взглянем на видео. Фальшь в кадре видно сразу. Готова?

- Честность перед собой – это первый шаг.

- Мудро – Улыбнулся Жюль. – Любую слабость можно превратить в силу. Работая над ошибками, ты понимаешь, что падения неизбежны. Именно они нас учат подниматься.

- Я готова работать над собой. Чтобы занять место среди сильных – Иден склонилась и коснулась лбом лба Жюля ударяя кулаком в его кулак.

- Я раскрою все лучшее, что есть в тебе.

Открывая глаза Лейто широко улыбнулся. Предвкушая день и заботы обнял себя поздравляя. С быстро бьющимся сердцем вскочил с самодельной постели. Все это на столько не имело значение, а даже радовало. Я доказал сам себе чего я стою, подумал убирая полотенца на место.

Вместо одного блюда в меню вошли пять. Вместо общего горячего цеха, связанного с раздаточной, своя отдельная комната с плитой, кухонной утварью и набором продуктов.

Привычным жестом облачился в спец одежду, надел колпак. Разглядывая себя в зеркале подмигнул, повязывая фартук, поверх сбоку повесил вафельное полотенце для рук. Оборачиваясь спиной к зеркалу расправил складки на белоснежной рубахе сзади. Окинув себя взглядом еще раз, задумчиво отвел взгляд в сторону.

- Когда я открою свой ресторан первого кого я приглашу это будет Лука.

Покидая прачечную первым делом разложил на столах марлю и полотенца. По утрам нравилась тишина и одиночество, поэтому Лейто поднимался раньше пяти, наслаждаясь своей компанией. Готовка утреннего кофе стало традиционным уже неделю.

- Неделя! – Громко прошептал Лейто снимая турку с огня, когда поднялась пенка.

Служебная дверь хлопнула, оповещая о прибытии дежурного повара. Сегодня смена Элизы. Еще через неделю выйдет младший повар, который слег с аппендицитом. Представляю его удивленное лицо. Что он теперь скажет?

- Доброе утро. – Элиза вновь облокотилась на дверной косяк улыбаясь – Угостишь?

- Доброе утро - Он улыбнулся, протягивая на подносе маленькое пирожное и кружку с дымящимся кофе.

Девушка взяла пирожное откусывая, начала смаковать. Ее взгляд слегка затуманился, глаза закрылись со стоном удовольствия.

- Лейто ты просто бог кулинарии.

- Я счастлив хоть этим отблагодарить тебя за теплое отношение, поддержку, когда я нуждался в ней больше всего.

Элиза смущенно опустила глаза в пол. Делая глоток кофе улыбнулась, поднимая взгляд. Возникла неловкая пауза. Обоим стало неуютно.

- Не буду отвлекать - Внезапно осипшим голосом сказал Лейто.

- Хорошего дня.

Останавливаясь на пороге где стояла девушка, он улыбнулся ей.

- Хорошего дня. Увидимся за обедом.

Останавливаясь у дверей помещения Лейто вставил ключ в замочную скважину. Душу охватил восторг когда двери открылись. Включая свет, рассматривал свое рабочее место. Переступая порог прошел вглубь комнаты. Подготавливая ножи к работе, разделочные доски. На ведро одел пакет для отходов. У плиты поставил кастрюльку с водой и ложку в нее. Это привычка принята от Луки. Пробуя блюдо на вкус, на соль он макал ложку, облизывая опускал в воду, и она вновь становилась чистой.