
Полная версия:
Интим без границ. Искусство гармоничной сексуальности
Человек внезапно думает:
«Я хочу секса».
После этого инициирует близость.
Это можно условно назвать спонтанным желанием. Но существует и другой сценарий. Сначала появляется подходящий контекст. Объятия. Поцелуй. Массаж. Эмоциональная близость. Флирт. Прикосновения. А затем человек замечает:
«Теперь мне хочется продолжить».
Желание возникло в ответ на сексуально значимый контекст. Это называют ответным, или responsive, желанием. Особенно важно понимать:
Ответное желание не означает согласия начать сексуальные действия против желания в надежде, что человек «потом захочет».
Согласие остаётся обязательным. Речь идёт о ситуации, когда человек добровольно открыт к близости, а выраженное сексуальное желание развивается уже в процессе приятного взаимодействия.
Почему это важно для отношенийПредставьте пару.
У мужчины желание чаще возникает спонтанно. Он подходит к партнёрше и предлагает секс. Она часто отвечает:
«Сейчас не хочется».
Через некоторое время мужчина начинает думать:
«Она меня больше не хочет».
Но возможно, её сексуальная система чаще работает иначе. Ей необходимо сначала почувствовать эмоциональную близость. Расслабиться. Переключиться после работы. Получить приятные прикосновения без ощущения обязанности немедленно заниматься сексом. И только затем может появиться желание.
Если партнёры этого не понимают, они могут годами обвинять друг друга в проблеме, которая частично связана с различиями в том, как возникает их желание.
Почему нельзя использовать секс как экзамен на любовьИз всего сказанного следует ещё один важный вывод. Количество сексуального желания не является точным измерителем любви.
Фраза:
«Если бы ты меня любил(а), ты бы меня хотел(а)»
Создаёт опасное давление. Человек начинает заниматься сексом не потому, что хочет близости, а чтобы доказать любовь. Если это повторяется, секс способен постепенно ассоциироваться не с удовольствием, а с обязанностью. А обязанность может стать новым сексуальным тормозом. Возникает цикл:
Давление секс из обязанности меньше удовольствия меньше желания ещё больше давления.
Поэтому для сохранения желания иногда необходимо парадоксальное действие: перестать требовать его появления.
Желание любит контекстВ первой главе мы составили сексуальную карту. Теперь добавим к ней ещё один уровень. Вспомните три ситуации, когда вы испытывали особенно сильное сексуальное желание. Не обязательно вспоминать конкретный сексуальный акт. Вспомните условия.
Где вы находились?
Как себя чувствовали?
Что происходило между вами и партнёром?
Был ли флирт?
Была ли новизна?
Чувствовали ли вы себя привлекательным?
Была ли эмоциональная близость?
Было ли ощущение запретности или ожидания?
Теперь вспомните ситуации, когда сексуальное желание исчезало.
Что происходило тогда?
Вы устали?
Были раздражены?
Чувствовали давление?
Боялись не удовлетворить партнёра?
Не нравилось собственное тело?
Существовал нерешённый конфликт?
Это позволяет перейти от вопроса:
«Какое у меня либидо?»
К гораздо более полезному:
«В каких условиях моё желание усиливается, а в каких — тормозится?»
Практика: ваш сексуальный газ и тормозВозьмите лист бумаги и создайте две колонки.
МОЙ ГАЗЗапишите всё, что способно усиливать ваше желание.
Например:
— флирт;
— определённые слова;
— ощущение собственной привлекательности;
— инициатива партнёра;
— эмоциональная близость;
— новизна;
— определённые прикосновения;
— фантазии;
— приватность;
— ощущение, что вас действительно хотят.
Теперь вторая колонка.
МОЙ ТОРМОЗЗапишите всё, что мешает вашему возбуждению.
Например:
— стресс;
— усталость;
— конфликт;
— страх беременности;
— страх инфекции;
— отсутствие приватности;
— боль;
— давление партнёра;
— неуверенность в теле;
— страх потерять эрекцию;
— необходимость обязательно получить оргазм;
— ощущение, что секс превратился в обязанность.
А теперь самое интересное.
Посмотрите на обе колонки и спросите:
«Когда у меня возникают сексуальные проблемы, я пытаюсь сильнее нажать на газ или сначала отпускаю тормоз?»
Для некоторых людей этот вопрос оказывается важнее десятков сексуальных техник.
Если желание исчезло — не спешите ставить диагнозПериоды изменения либидо возможны. Но если сексуальное желание значительно изменилось, сохраняется таким продолжительное время или сопровождается другими симптомами, стоит рассматривать ситуацию шире.
Имеет значение:
Когда произошли изменения;
Принимает ли человек лекарства;
Есть ли заболевания;
Изменился ли сон;
Присутствует ли боль;
Есть ли выраженная тревога или сниженное настроение;
Что происходит в отношениях;
Возникает ли желание в других ситуациях;
Сохранились ли сексуальные фантазии и мастурбация;
Насколько сама ситуация беспокоит человека.
Иногда необходим сексолог или психотерапевт. Иногда — врач. Иногда — работа пары над отношениями.
А иногда человек обнаруживает, что пытался соответствовать уровню сексуального желания, который никогда не был его собственным.
Если во время чтения этой книги у вас появляются вопросы, которые хотелось бы разобрать подробнее, продолжение нашего разговора можно найти в моём Instagram: @eliasz.relacje

Там я разберу ваши вопросы сексуальности, желания, отношений и интимной жизни, которые невозможно полностью раскрыть в рамках одной книги.
Главное из этой главыСексуальное желание — не одна кнопка и не один гормон.
Это результат взаимодействия мозга, нервной системы, гормональных процессов, психологического состояния, сексуальных стимулов, отношений и контекста.
Мы также увидели, что иногда проблема заключается не в недостатке возбуждающих стимулов, а в слишком сильных тормозящих факторах.
Мы разделили спонтанное и ответное желание.
Увидели, почему тревога о сексуальном результате способна сама мешать сексуальной реакции.
И главное — перестали рассматривать либидо как постоянную характеристику человека.
Вопрос:
«Почему у меня низкое либидо?»
Не всегда является самым полезным.
Иногда правильнее спросить:
«Что сейчас нажимает на мой сексуальный тормоз?»
Но остаётся ещё один важный вопрос.
Если биология и психика объясняют часть наших сексуальных реакций, откуда мы узнаём, каким вообще должен быть секс?
Почему мужчина может стыдиться отсутствия эрекции?
Почему женщина может стыдиться сильного желания?
Почему одни фантазии мы принимаем, а других пугаемся?
Почему существуют представления о том, сколько секса «должно» быть у счастливой пары?
Мы не рождаемся с этими убеждениями.
Мы их приобретаем.
А значит, следующим шагом необходимо понять, кто и как учил нас сексуальности ещё до того, как мы сами начали сексуальную жизнь.
Этому посвящена следующая глава:«Сексуальное воспитание и влияние культуры».
Глава 3. Сексуальное воспитание и влияние культуры
В предыдущих двух главах мы разобрали две важные части сексуальности.
Сначала мы увидели, что сексуальность гораздо шире самого секса. Она включает желание, возбуждение, фантазии, отношение к собственному телу, близость, границы и множество других элементов.
Затем мы заглянули глубже — в биологию и психологию желания. Мы поговорили о сексуальном «газе» и «тормозе», спонтанном и ответном желании, тревоге, контексте и о том, почему невозможно просто приказать себе захотеть секса.
Но теперь возникает следующий вопрос.
Если часть сексуальности связана с нашим телом и мозгом, откуда берутся наши представления о том, каким секс должен быть?
Почему мужчина может считать отсутствие эрекции личным поражением?
Почему женщина иногда стесняется сказать, что хочет секса?
Почему люди переживают из-за количества своих сексуальных партнёров?
Почему мужчина может считать, что обязан довести женщину до оргазма при каждом сексуальном контакте?
Почему женщина может имитировать оргазм вместо того, чтобы сказать партнёру, что ей необходимо что-то другое?
Почему некоторые пары практически никогда не обсуждают секс, хотя занимаются им годами?
Мы не рождаемся с этими правилами.
Большую их часть мы усваиваем.
Ваше сексуальное воспитание началось раньше, чем вы думаетеКогда мы слышим выражение «сексуальное воспитание», часто представляем разговор родителей с подростком о контрацепции, беременности или инфекциях, передающихся половым путём.
Но сексуальное воспитание значительно шире. Оно начинается задолго до первого секса. Ребёнок наблюдает, как взрослые относятся к телу. Какие части тела можно называть открыто, а какие становятся источником неловкости.
Можно ли задавать вопросы.
Как родители проявляют нежность друг к другу.
Как взрослые говорят о мужчинах и женщинах.
Что считается «приличным».
За что стыдят.
О чём молчат.
Иногда самым сильным сексуальным воспитанием становится именно молчание.
Ребёнок задаёт вопрос о теле и слышит:
«Тебе ещё рано об этом знать».
Подросток интересуется мастурбацией:
«Не занимайся ерундой».
Девочка впервые проявляет интерес к мальчикам и слышит:
«Смотри, не принеси нам проблем».
Мальчик признаётся, что боится первого сексуального опыта:
«Ты же мужик. Чего тут бояться?»
Фразы забываются.
Но послание может остаться:
Сексуальность — это то, о чём лучше молчать.
Родители могут ничего не рассказывать — и всё равно учитьПредставим девушку, выросшую в семье, где о сексе никогда открыто не говорили.
При этом она регулярно слышала:
«Приличная девушка так себя не ведёт».
«Мужчинам только одно нужно».
«Главное — не дать себя использовать».
Никто прямо не говорил ей:
«Женское сексуальное желание — это плохо».
Но постепенно могла сформироваться связь:
Желание опасность стыд.
Проходит десять лет. У неё есть любимый партнёр. Она хочет близости. Но ей трудно самой проявить инициативу. Когда она чувствует сильное возбуждение, одновременно появляется внутреннее напряжение. Она может даже не понимать почему. Потому что сознательно давно считает себя современной и свободной женщиной.
Но некоторые сексуальные установки формируются значительно раньше наших взрослых убеждений. Это не означает, что любая подобная трудность обязательно объясняется воспитанием. Но семейные послания действительно могут становиться одним из факторов того, как человек воспринимает собственную сексуальность.
«Настоящий мужчина всегда хочет секса»Теперь посмотрим на другую сторону.
Мальчик взрослеет в окружении, где сексуальный опыт мужчины воспринимается как показатель его ценности. Друзья обсуждают:
«Сколько у тебя было?»
Первый секс становится своеобразным экзаменом на взрослость.
Чем больше женщин — тем выше статус.
Отказ от секса может восприниматься как странность.
А отсутствие эрекции — как катастрофа.
Проходит несколько лет. Этот мужчина оказывается в отношениях. Однажды он устал. Партнёрша хочет секса. Он — нет. Но вместо простой мысли:
«Сегодня я не хочу»
Появляется:
«Почему я не хочу? Что со мной не так?»
Он вспоминает усвоенное правило:
Мужчина должен хотеть всегда.
И вот здесь культура начинает непосредственно влиять на физиологию.
Мы уже знаем из предыдущей главы, что тревога способна становиться сексуальным тормозом. Мужчина начинает проверять себя.
«Возбуждаюсь?»
«Есть эрекция?»
«Почему недостаточно сильная?»
К культурному убеждению добавляется тревога. Тревога усиливает контроль. Контроль мешает погружению в ощущения. И убеждение, существовавшее только в голове, начинает влиять на реальный сексуальный опыт.
Мужчина должен «уметь»Существует ещё одно культурное ожидание:
Хороший любовник обязан интуитивно знать, что делать с женщиной.
Он должен знать, как прикасаться. Когда ускориться. Когда замедлиться. Как довести её до оргазма. И желательно сделать всё это без вопросов. Потому что вопрос якобы показывает неопытность. Но вспомним первую главу.
Сексуальность индивидуальна. То, что нравилось одной партнёрше, совершенно не обязательно понравится другой. Поэтому мужчина может иметь большой сексуальный опыт и при этом практически не знать женщину, с которой впервые оказался в постели.
Количество предыдущих партнёров не даёт способности читать мысли следующего человека. В этом смысле вопрос:
«Тебе так нравится?»
Может говорить о сексуальной зрелости гораздо больше, чем попытка молча продемонстрировать весь накопленный арсенал техник.
Женщина должна быть желанной, но не должна слишком сильно желатьК женщинам культура нередко предъявляет противоречивые требования. Женщина должна быть сексуально привлекательной. Но если она слишком открыто демонстрирует сексуальное желание, её могут осуждать.
Она должна нравиться мужчинам. Но не должна иметь «слишком много» партнёров. Она должна быть хорошей любовницей. Но одновременно не должна выглядеть слишком опытной. Получается странная задача:
Будь сексуальной, но не слишком сексуальной.
Такие двойные стандарты способны создавать внутренний конфликт. Женщина может хотеть определённую практику, но бояться предложить её партнёру:
«Что он обо мне подумает?»
Может хотеть секса первой, но ждать инициативы мужчины. Может возбуждаться от грубой сексуальной роли и одновременно переживать:
«Нормальная женщина вообще должна такого хотеть?»
Мы уже знаем из первой главы:
Фантазия не является характеристикой моральных качеств человека. А сексуальная роль не обязана совпадать с повседневной личностью.
«Принцесса» в жизни — совершенно другая роль в постелиЭта тема особенно хорошо показывает, насколько культура способна запутывать человека. Представьте женщину, которая в обычных отношениях хочет внимания, нежности, уважения и заботы.
Ей нравится, когда мужчина говорит с ней ласково. Она хочет чувствовать свою ценность. Условно говоря:
В жизни она хочет, чтобы к ней относились как к принцессе.
Но во время секса её может возбуждать совершенно другая динамика. Более властный партнёр. Команды. Грубая лексика. Передача контроля. Возможно, определённые слова, которые вне сексуального контекста она сочла бы оскорбительными. И тогда возникает внутренний вопрос:
«Как это вообще сочетается?»
Очень просто. Сексуальная роль и реальное отношение к человеку — разные вещи.
Женщина может хотеть уважения в отношениях и добровольно выбирать эротический сценарий, построенный на совершенно другой динамике.
Мужчина может занимать руководящую должность, принимать решения за десятки людей, а в сексуальной жизни получать удовольствие от передачи контроля партнёрше.
Это не обязательно противоречие. Иногда именно контраст и становится частью эротического возбуждения. Но здесь необходимо повторить принцип из первой главы: сексуальная роль выбирается, а не навязывается.
Нельзя сделать вывод:
«Женщинам нравится, когда с ними грубо обращаются».
Одной нравится. Другой нет. Третьей нравится только определённая степень грубости. Четвёртой нравится сама фантазия, но она не хочет реализовывать её. Поэтому культура даёт нам сценарии. Но конкретный человек решает, подходит ли ему этот сценарий.
Порнография как неофициальный учитель сексаДля многих людей первое подробное визуальное знакомство с сексуальными действиями происходит не на уроке сексуального образования. А через порнографию. Это создаёт особую ситуацию.
Порнография прежде всего является сексуальным медиаконтентом, а не учебным пособием по физиологии, коммуникации или отношениям. Однако молодой человек может использовать увиденное именно как инструкцию.
Он смотрит и делает вывод:
«Значит, секс выглядит так».
Отсюда могут появляться ожидания относительно тел, продолжительности сексуального контакта, размеров половых органов, сексуальных позиций, интенсивности действий и реакций партнёра. Особенно проблематично, когда человек начинает воспринимать демонстрируемую реакцию как универсальную.
«Если я сделаю это, женщина должна реагировать именно так».
Но реальный партнёр — не актёр на экране. Он не обязан издавать определённые звуки. Не обязан получать удовольствие от конкретной практики. Не обязан выглядеть определённым образом. И не обязан соглашаться на сценарий только потому, что человек видел его много раз.
Жизненный пример: «Почему она ничего не чувствует?»Представим молодого мужчину. Большая часть его сексуальных представлений сформировалась через порнографию.
Он начинает отношения. Во время секса воспроизводит знакомую последовательность действий. Но партнёрша реагирует значительно спокойнее, чем женщины в просмотренных им сценах. Мужчина начинает нервничать.
«Ей не нравится?»
«Я плохо занимаюсь сексом?»
«Почему она не реагирует так же?»
Партнёрша замечает его напряжение. И начинает изображать более сильную реакцию, чтобы он не расстраивался. Мужчина получает подтверждение:
«Теперь я всё делаю правильно».
И возникает ловушка. Она изображает удовольствие. Он думает, что нашёл правильную технику. Поэтому продолжает делать именно то, что на самом деле может быть для неё не самым приятным. А она продолжает изображать реакцию, потому что теперь признаться становится ещё сложнее.
Проблема здесь не в одном человеке. Проблема в отсутствии коммуникации и в сценарии, который оба постепенно начали поддерживать. Один пытается соответствовать образу хорошего любовника. Вторая — образу сексуально удовлетворённой партнёрши. И оба всё дальше отходят от собственных ощущений.
Имитация оргазма: когда спектакль становится привычкойПредставим другую ситуацию. Женщина понимает, что сегодня оргазм, вероятно, не произойдёт. Мужчина продолжает стараться. Она замечает, насколько для него важен результат. Он спрашивает:
«Ну что?»
Она чувствует давление. И решает сымитировать оргазм. Не обязательно потому, что хочет обмануть. Иногда ей просто хочется закончить ситуацию без неприятного разговора. Мужчина доволен. Он запоминает:
«Вот это работает».
В следующий раз повторяет те же действия. Она снова не получает нужной стимуляции. Но теперь сказать:
«На самом деле мне нужно иначе»
Ещё сложнее. Потому что возникает очевидный вопрос:
«А раньше тебе тогда нравилось?»
Так одна маленькая ложь, созданная для защиты чувств партнёра, способна постепенно превратиться в устойчивый сексуальный сценарий. Решение начинается не с новой техники. А с возможности сказать:
«Мне приятно, но мне нужно немного по-другому».
Кино научило нас ещё одному мифуВ фильмах сексуальная сцена часто развивается очень просто. Взгляд. Поцелуй. Одежда исчезает. Оба идеально понимают, чего хочет другой. Никто не обсуждает контрацепцию. Никто не спрашивает:
«Тебе так нравится?»
Никому не нужно время, чтобы расслабиться. Никто не отвлекается. Не возникает неловких звуков. Не затекает нога. Не пропадает эрекция. Не требуется дополнительная стимуляция. И оба почти одновременно получают оргазм.
Для художественной сцены это удобно. Для реальной сексуальной жизни — плохой стандарт.
Реальный секс иногда смешной. Иногда неловкий. Иногда приходится остановиться. Иногда нужно добавить смазку. Иногда эрекция исчезает и возвращается. Иногда один партнёр получает оргазм, а другой нет. Иногда оба не получают оргазма и всё равно остаются довольны близостью.
Хороший секс не обязан выглядеть как хорошо смонтированная сцена.
Социальные сети и сексуальное сравнениеСегодня к фильмам и порнографии добавились социальные сети. Мы видим привлекательные тела. Идеальные отношения. Путешествия. Романтические сюрпризы. Советы о том, сколько секса должна иметь счастливая пара. И постепенно появляется ощущение:
«У остальных сексуальная жизнь лучше».
Но мы сравниваем собственную повседневную реальность с отобранной частью чужой жизни. Пара может выложить красивую фотографию с отдыха и вечером поссориться. Человек может выглядеть чрезвычайно сексуально и при этом испытывать серьёзную неуверенность в собственном теле. Количество внешней сексуальности ничего не говорит нам автоматически о качестве интимной жизни человека. Поэтому социальное сравнение может стать ещё одним сексуальным тормозом, о котором мы говорили в предыдущей главе.
«Сколько партнёров считается нормой?»Этот вопрос прекрасно демонстрирует влияние культуры. Один человек переживает:
«У меня было слишком мало партнёров. Я неопытный».
Другой:
«У меня было слишком много. Что обо мне подумают?»
Самое интересное — оба могут страдать одновременно. Один стыдится отсутствия опыта. Другой — его наличия. Получается, проблема заключается не обязательно в количестве. Проблема может находиться в значении, которое человек этому количеству придаёт. Сексуальный опыт не является соревнованием.
Большое количество партнёров автоматически не делает человека хорошим любовником. Небольшое количество не означает сексуальную некомпетентность. Гораздо важнее способность слышать партнёра, говорить о желаниях, уважать границы и адаптироваться к конкретному человеку.
Мы учимся сексуальным сценариямКультура не только сообщает нам, что считать привлекательным. Она предлагает готовые сексуальные сценарии.
Кто должен инициировать.
Кто должен доминировать.
Кто должен быть более опытным.
Когда «положено» заниматься сексом.
Какая последовательность действий считается правильной.
Как должен закончиться сексуальный контакт.
Проблема возникает тогда, когда сценарий становится важнее людей.
Например: поцелуи предварительные ласки проникновение мужской оргазм конец секса.

