Дежавю

Она посмотрела на свои лёгкие кеды и вздохнула — почему-то одеться в нормальные джинсы и толстовку показалось само собой разумеющимся, а вот сменить ещё и обувь в голову не пришло. Арина натянула капюшон, взяла с пассажирского сиденья две пачки бумаги и выбралась из машины под дождь. Быстро включила сигнализацию и побежала по ступеням к спасительному навесу при входе во Дворец. Потянула на себя тяжёлую дверь, прошла несколько метров и оказалась в просторном холле, который, несмотря на глубокую ночь, был ярко освещён и заполнен людьми.

Всё это уже было.

Арина сглотнула вставший в горле ком, огляделась и направилась размещённому посередине холла длинному столу, за которым сидело несколько женщин.

— Добрый день, — сказала Арина одной из них. — Я прочитала, что вам нужна бумага...

— Да, кладите сюда, большое спасибо, — не поднимая глаз от экрана своего телефона, ответила женщина.

Арина положила пачки на стол и отступила назад, а потом, почувствовав на себе чей-то взгляд, обернулась. Недалеко от входа остановилась группа мужчин в полицейской форме. И один из них — тот самый, кто забирал Арину от дома, лейтенант Дронов — внимательно на неё смотрел.

Она кивнула.

Он повторил её жест и снова вернулся к разговору со своими коллегами, а Арина подумала, что при выходе из Дворца придётся пройти рядом с полицейскими. Ей совсем не хотелось снова с ними общаться, но и выбираться через пожарный выход казалось плохой идеей. Если только задержаться здесь, внутри, пока они не уйдут...

— Я могу помочь чем-то ещё? — спросила Арина у женщины.

Та удивлённо подняла голову.

— Руки и ноги всегда нужны, — дружелюбно сказала она. — Ты в первый раз?

— Да.

— Смотри, на ночной поиск новичков у нас не берут. Но я скоро пойду на расклейку ориентировок. Хочешь со мной? Вдвоём быстрее.

— Да, конечно, — быстро ответила Арина.

— Тогда подожди полчасика. Ребята поехали печатать первую партию, вот-вот вернутся. Посиди вооон там. Я тебя позову.

Женщина указала на длинную скамью в нескольких метрах от запасного выхода, и Арина отправилась туда. Стараясь больше не смотреть в сторону Дронова, села и прислонилась спиной к прохладной стене. Достала из рюкзака наушники, надела, включила музыку и закрыла глаза.

* * *

Илья притормозил рядом с парнем, стоявшим напротив закрытых ворот Вознесенской церкви, и приоткрыл окно:

— Назаров Владислав Игоревич?

Парень кивнул и в свою очередь спросил:

— Это вы мне звонили?

— Да. Давай в машину, — приказал Илья. Дождался, пока Влад сядет на пассажирское сиденье, и снова тронулся с места.

— Вы сорвали меня с поиска, — недовольно сказал Влад.

— В смысле? — поинтересовался Илья, искоса разглядывая парня.

Тот выглядел… обычно. Заурядно. Простая тёмная куртка, нормальное телосложение, ничем не примечательное лицо, аккуратная стрижка, спокойный взгляд.

— В прямом, — ответил Влад. — Я же говорил вам по телефону, я в поисковом отряде. Ищем пропавшую девочку. Как и вы.

Илья прищурился и сбавил скорость.

— Поиск у вас в лесах, — задумчиво произнёс он. — А в городе расклейка объявлений и обход территории.

— Не только, — устало сказал Влад. — Ещё работа со свидетелями, отсмотр камер, пешие патрули, на машинах. А иногда и полноценный поиск, если пропал ребёнок или когда вокруг точки, как здесь, полно открытых подвалов и активных строек.

— Понятно, — пробормотал Илья.

— В общем, работаем за вас, — неожиданно добавил Влад и криво усмехнулся.

— Ну спасибо, — фыркнул Илья. — А кроме этого где-то работаешь?

Влад вздохнул:

— Я предприниматель. Занимаюсь ювелиркой. С другими металлами тоже работаю.

— Продаёшь?

— Делаю.

Илья остановился, пропуская машину, летящую по главной дороге, и сказал:

— Тогда давай так, ювелир-поисковик. Подвезу тебя ко Дворцу, поговорим, и пойдёшь в штаб. И снова на поиск, если захочешь. Устроит?

Влад кивнул:

— Устроит.

Илья подъехал прямо к ступеням главного входа, заглушил двигатель, взял с заднего сиденья папку с документами и вытащил оттуда бланк протокола.

— Документы, — сказал он.

— С собой нет, — спокойно ответил Влад.

— Отлично, — пробормотал Илья, отбрасывая протокол в сторону. — Сразу сказать не мог?

— Так вы не спрашивали.

Влад был прав.

Илья глубоко вздохнул, проверил, идёт ли запись на салонный видеорегистратор, и снова заговорил:

— Ладно. Бумаги оформим потом. Вопрос первый. Ты был знаком с Васильченко Инной?

— Нет.

— На конкурсе её видел?

— Не успел, — Влад покачал головой, — она пропала после полуфинала, а я приехал только к финалу.

— Что ты вообще делал на конкурсе бальных танцев? Ты же не танцор, не тренер.

— Я был одним из спонсоров соревнований.

Илья недоверчиво посмотрел на Влада:

— Ты? Спонсор?

Влад негромко рассмеялся:

— Да это просто так называется. Мы не оплачиваем всё мероприятие, если вы об этом подумали. Спонсоры дарят что-то символическое финалистам, а за это дают место для рекламного баннера и возможность выступить с поздравительной речью. Реклама.

— И как оно? — спросил Илья. — Отбивается?

— Ещё как! — Влад сверкнул белозубой улыбкой. — Знаете, сколько желающих?

— Следующий вопрос. Ты был знаком с Кузнецовой Ириной?

В машине повисла звенящая тишина.

Влад смотрел прямо перед собой невидящим взглядом и кусал губы.

— Отвечай, — надавил Илья.

— Какого чёрта?! — с ненавистью заговорил Влад. Его лицо стало похожим на страшную посеревшую маску. — Какое это имеет отношение?

— Повторяю вопрос. Ты был знаком с Кузнецовой Ириной?

— Был, — процедил сквозь зубы Влад.

— В каких вы были отношениях на момент пропажи Ирины?

— Она была моей девушкой.

— Инна похожа на Ирину?

— Что? — Влад потряс головой, как будто не понял вопрос, а затем ненадолго задумался. — Нет, — после паузы сказал он. — Не сильно. Я, конечно, видел только фото девочки, но вроде бы нет. Если бы вы сейчас не спросили… Хотя типаж тот же… Цвет волос, фигура… Что-то, конечно, есть. Почему вы спрашиваете?

— Эти дела могут быть связаны, — ответил Илья, внимательно наблюдая за реакцией собеседника.

— Я вас не понимаю, — после очередной паузы сказал Влад.

Илья хмыкнул:

— А что тут непонятного?

Влад поднял брови и промолчал.

— Что ты делал вчера вечером и сегодня ночью? — спросил Илья.

— Работал в мастерской. Приехал во Дворец. После завершения турнира получил сообщение о новом поиске, съездил домой переодеться и вернулся сюда, в штаб.

Илья протянул Владу лист бумаги и ручку:

— Напиши имена и контакты тех, кто сможет подтвердить твой график. И в какое время они тебя видели.

— Идиотизм, — пробормотал Влад и начал писать.

Илья продолжал внимательно на него смотреть.

Влад положил ручку на приборную панель, перечитал написанное и неохотно сказал:

— Ну вроде всё. Таксистов не знаю, как искать, заказывал через приложение.

— Мы найдём, — пообещал Илья. — Свободен.

Влад хмыкнул, вышел из машины и начал медленно подниматься по широкой уличной лестнице, даже не набросив на голову капюшон куртки — как будто не осознавал, что на улице идёт дождь. На фоне величественного Дворца он казался ещё более заурядным и неприметным, чем был на самом деле.

Илья вытащил из кармана телефон и в очередной раз набрал номер Кузнецова Николая. Ответом были длинные гудки — похоже, Николай спал, а телефон стоял на беззвучном режиме. Илья с сомнением посмотрел на записанный адрес, потом вспомнил слова Давыдова о том, что у Николая маленькая дочь с особенностями развития, и решил, что будить их семью среди ночи ради пары дежурных вопросов не имеет смысла.

Илья снова посмотрел на тяжело шагающего по ступеням Влада, дождался, когда тот окажется внутри здания, и отправился вслед за ним. Вошёл в огромный холл и сразу же наткнулся на своих.

— Игнатов! — раздался ехидный голос Дронова. — Ты ли это? Что случилось? Тебя разжаловали из числа приближённых к будущему мэру?

Илья усмехнулся:

— И не надейся. Свидетеля опрашивал, вот привёз.

— Это кого? — Дронов стал серьёзным.

Илья нашёл глазами Влада, уже разговаривавшего с кем-то из волонтёров в дальней от входа части холла, и указал на него кивком головы:

— Вон там стоит. Назаров Влад, доброволец-поисковик. А ещё бывший парень девушки, которая пропала шесть лет назад.

— Шесть лет назад? А кто тогда пропал?

— А, да, тебя же не было… — Илья достал из кармана записную книжку. — Короче, у зама мэра шесть лет назад пропала племянница, тоже ушла во время конкурса и не вернулась. Племянница и наша потеряшка, с его слов, копии друг друга. Поэтому он сейчас такой… неадекватный. Считает, что всё повторяется. Он написал имена тех, кто точно был на конкурсе и шесть лет назад, и вчера. Назаров Влад, — Илья снова кивнул в сторону парня, — потом отец той девочки, Кузнецов Николай, и её двоюродная сестра, Кузнецова Арина.

— В смысле Кузнецова Арина? — напряжённо переспросил Дронов. — Фотограф? Она последняя видела Инну. С ней Алексевна в отделе разговаривала.

— Я знаю, — сказал Илья. — Завтра утром снова опрошу.

Дронов повернул голову и уставился на Влада, который уже переместился в новую точку холла, стоял напротив сидевшей на скамейке совсем молодой блондинки и что-то ей говорил.

— Зачем же ждать до завтра, — странным тоном произнёс Дронов. — Вот она, Арина. Рядом с твоим свидетелем.

Илья ошеломлённо оглядел парочку и присвистнул:

— Ничего себе! И она тут? Тоже поисковик?

— Понятия не имею, — сказал Дронов. — Ну что, пойдёшь сейчас?

Илья медленно покачал головой:

— Нет. Вера сказала утром, значит, утром. Я сейчас уеду, а ты, по возможности, присматривай за ними.

— Есть конкретные мысли?

— Нет, — честно ответил Илья. — Но мне это уже не нравится.

* * *

Чьё-то прикосновение вывело Арину из полудрёмы.

Она вздрогнула и, моргая и пытаясь сфокусировать взгляд, уставилась на склонившегося над ней парня.

Влад?

— Ты что здесь делаешь? — неприветливо спросил он.

Накануне вечером Влад был дружелюбен и мил, но сейчас от того настроения не осталось и следа. Хмурое, сосредоточенное лицо, намокшие от дождя волосы, пропитанная водой ветровка, усталый голос.

— Хотела… помочь… — Арина села ровнее и вытащила один наушник. — Привезла бумагу. А ты что… в отряде?

Влад выпрямился и отвёл глаза:

— Не совсем. Время от времени помогаю.

— Давно?

— Шесть лет.

— О! — Арина прижала ладони к вспыхнувшим щекам. — Прости, что спросила.

— Ничего страшного, — сухо ответил Влад. — Бумагу отдала?

— Да, — тихо откликнулась Арина. Почему-то сейчас рядом с Владом она чувствовала себя маленькой и глупой, хотя у них была совсем небольшая разница в возрасте, всего один год.

— Тогда езжай домой.

— Я пойду на расклейку, — упрямо сказала Арина, и сразу же подумала, что это прозвучало как-то по-детски. Люди заняты серьёзным делом, а она...

— Ясно... — Влад ещё пару секунд постоял рядом, глядя на неё в упор, потом махнул рукой и направился к другим поисковикам, а Арина, сгорая от стыда, снова включила музыку и зажмурилась.

Глава 4

Звонок телефона выдернул Арину из недолгого сна.

Она пришла домой около пяти утра, успела обрадоваться тому, что, по всей видимости, мать осталась ночевать у своего мужчины и ничего не узнает, а потом прямо в одежде упала на кровать, завернулась в одеяло и мгновенно уснула.

И вот теперь она кому-то понадобилась.

— За что? — страдальчески пробормотала Арина и ткнула в телефон. — Слушаю.

— Доброе утро, Арина, — произнёс знакомый голос. Низкий, бархатистый, обволакивающий.

— Дядь Слав... я сплю... — жалобно сказала Арина, отодвинула телефон от уха и посмотрела на время. — Полвосьмого... Кто звонит в такую рань? Написать не мог?

Он помолчал, словно подбирал слова.

— Кое-что произошло, — ответил он наконец. — И мне нужно с тобой, во-первых, поговорить об этом. Очно. А во-вторых, надо, чтобы ты отработала как фотограф на мероприятии.

— На каком? — обречённо уточнила Арина.

— Подъезжай ко Дворцу пионеров прямо сейчас. К арке у запасного выхода, там пока никто не стоит, припаркуешься. Всё расскажу. Жду.

— Дворец детского творчества, — автоматически поправила Арина, но отчим уже повесил трубку. Она отбросила телефон в сторону, зарылась лицом в подушку и промычала: — Ну за что?!

Через две минуты она снова взялась за телефон, просмотрела новости, почему-то надеясь прочитать, что пропавшая девочка вернулась домой, но никаких упоминаний об этом найти не удалось. Арина заставила себя встать и, зевая, отправилась на кухню. Оттуда раздавались какие-то звуки, и она решила, что мать всё-таки пришла домой и теперь в одиночестве пьёт свой утренний кофе.

Но Арина ошиблась.

Мать была не одна. Напротив неё за столом сидел дядя — какой-то взъерошенный, с красными глазами и трясущимися руками, одетый в ту же самую одежду, что и вчера.

— Д-доброе утро, — запнувшись, сказала Арина. — Всё хорошо?

— Да, — хрипло ответил дядя.

Мать — выглядевшая не в пример лучше своего брата, словно и не провела ночь вне дома — криво улыбнулась:

— Всё в порядке, Ариш. Просто дядя поругался с тётей Леной и ночевал у нас.

Что ты такое говоришь? Кто ночевал у нас?! — хотела возмутиться Арина, но почему-то не произнесла ни слова и осторожно опустилась на стул, пристально глядя на мать.

— Ты уже спала, когда мы пришли, — неловко добавила та.

— Понятно, — сказала Арина и взяла из стоявшей на столе вазы с фруктами нектарин. — Ну да, я как-то рано уснула, часов десять было.

Дядя выдохнул.

— Мы около одиннадцати пришли, да, Коль? — спросила у него мать.

— Ближе к двенадцати, мне кажется, — ответил он.

— Понятно…

Арина покрутила в руках нектарин. В ушах — то ли от недосыпа, то ли от злости из-за того, что дядя ввязался в очередную интрижку, а мать опять его покрывает — шумело.

— Ты какая-то бледная, — с тревогой сказала мать. — Сделать чай?

Арина покачала головой:

— Нет, спасибо. Мне надо работать. Дядя Слава позвонил, нужно…

На лице матери появилось ледяное выражение.

Арина закатила глаза:

— Ну простите меня, пожалуйста! Конечно же он не дядя Слава, а Вячеслав Витальевич. Так лучше?

— Намного, — холодно сказала мать. — И не забывай, пожалуйста, что кроме этой непонятной работы, не требующей никакой квалификации, у тебя недописанный диплом.

Арина открыла было рот, чтобы объяснить матери, насколько та не права по поводу фотографии… но поняла, что это бесполезно. Проблема была не в самой работе, а в том, кто её предложил.

— Не забуду, мам, — пообещала Арина. — Я пойду. Хорошего дня.

Она встала из-за стола, вышла из кухни и только в коридоре позволила себе презрительную гримасу.

Мерзость. Просто мерзость. Фу.

* * *

Отчим стоял под аркой пожарного проезда Дворца детского творчества и, морщась, рассматривал машину Арины.

— Бампер. Снова, — сказал он.

Арина вздохнула и разумно решила, что лучше перевести разговор на работу:

— Так что надо делать?

— Как ты вообще ездишь? — резко спросил отчим. — Третий раз за полтора года. Третий! Мать видела?

Арина поправила рюкзак, съезжавший с плеча, и изобразила широкую улыбку:

— Ей наплевать.

Лицо отчима исказилось — брови сдвинулись к переносице, тяжёлые складки на лбу и щеках стали ещё глубже, челюсти сжались.

— А, ну да, — процедил он сквозь зубы. — Наплевать. Денег-то полно. А я ей говорил, что покупать тебе…

— Что. Ты. Хотел? — отчеканила Арина.

Отчим посмотрел на неё в упор, и Арине стало не по себе.

— Для начала поговорить. Вчера… — буркнул он, осёкся и после паузы заговорил ещё более раздражённо: — Какого чёрта ты устроила в своих блогах? Что за вопли про благоустройство?

Арина вспыхнула:

— Ты вообще видел, что они сделали? Половина деревьев засохла! И они посадили туи!!! Опять эти грёбаные…

Отчим поднял руку вверх:

— Остановись, — приказал он. — Об этом потом.

Арина демонстративно фыркнула, но умолкла. Отчим посмотрел на часы, потом взял её под локоть и подтолкнул в сторону входа во Дворец.

— Вчера произошло то, что меня тревожит, — размеренно заговорил он, открывая дверь. — Ты же помнишь, что в финале танцевали пять пар, а не шесть?

Воздух вокруг стал каким-то тяжёлым. Арина с трудом втянула его в себя, перешагнула порог и как можно равнодушнее ответила:

— Да, я в курсе. Девочка из шестой пары ушла из Дворца и не вернулась.

Отчим искоса на неё посмотрел. Арина растянула уголки губ в улыбке.

— Я считаю, — продолжил он, — что её исчезновение может быть связано с исчезновением Иры.

И Арина не выдержала. Остановилась, выдернула руку и посмотрела отчиму прямо в лицо. Он спокойно выдержал её взгляд.

— О чём ты говоришь? — медленно спросила Арина. — Какая тут может быть связь?

— Вчера было ровно шесть лет, — ответил отчим. — День в день. Поэтому я пошёл в полицию и рассказал о том, что случилось с Ирой.

— Зачем?!

— Думаю, информация об Ире поможет найти пропавшую девочку, — сказал он так, как будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся.

Арина на секунду зажмурилась, гася совершенно ненужные эмоции, и снова двинулась вперёд.

— Не вижу логики, — честно сказала она. — Даже если... Ладно, пусть. Дело твоё. А зачем ты мне это говоришь?

— Затем, что беспокоюсь, — коротко пояснил отчим. — Вчера ты стояла с Владом. А Влад странный парень. Хороший, наверное, но странный. Будь осторожнее. Пожалуйста.

Странный? Влад странный? Быть осторожнее?!

Арина помолчала, обдумывая услышанное. Смысл слов отчима от неё упорно ускользал.

— Какой-то бред, — пробормотала она.

— А во-вторых, — уже чуть официальнее сказал отчим, — в связи с этим происшествием ты нужна как фотограф. Сейчас во Дворце развёрнут штаб поисковиков. Сделай приличные фото или видео их работы… и меня.

Арина споткнулась и неожиданно для самой себя рассмеялась:

— О боже! Ты типа тревожишься о пропаже девочки и обо мне, но не упускаешь случая попиариться на чужой беде? Так сильно хочешь стать мэром? Самому не противно?

Он не ответил. Арина хотела продолжить, но они уже оказались в холле Дворца, и отчим вдруг заговорил гораздо громче, чем раньше, обращаясь к стоявшему неподалёку молодому светловолосому мужчине с почти военной выправкой, одетому в простые джинсы и толстовку:

— Лейтенант! Можно вас?

Полицейский?— предположила Арина. Но вчера она с ним точно не пересекалась, иначе запомнила бы.

Мужчина повернулся на звук, внимательно взглянул на обоих и сказал:

— Слушаю.

— Я вспомнил кое-что важное, — торопливо произнёс отчим. — Точнее, я думаю, что это может быть важным.

Арина, прищурившись, на него посмотрела. С каждой секундой она всё меньше и меньше понимала, что и зачем он делает.

— Что именно? — спросил полицейский.

— Серьги, — ответил отчим. — На девочке во время отборочных этапов и полуфинала были серьги, очень приметные, яркие. А потом, когда она спускалась по лестнице, я точно это помню, на ней уже не было украшений.

Серьги?

И вдруг Арина поняла, что отчим прав. Она ведь тоже обратила внимание на украшения и на саму Инну ещё во время четвертьфинала, но почему-то вчера даже не вспомнила про серьги. Хотя имели ли они значение?

Кажется, полицейский тоже не считал, что это может быть важным. Он вздохнул и снисходительно пообещал:

— Хорошо. Я запишу. Серьги…

Отчим вытащил из кармана свой телефон и, начиная что-то в нём искать, продолжил говорить:

— Вот, есть фото с предыдущего дня, она всё время танцевала в них. Посмотрите. Почему вдруг Инна их сняла? Она была одета для стандарта, а серег не было. Получается, она действительно не собиралась больше танцевать?

Полицейский взял телефон и сказал уже более заинтересованным тоном:

— Спасибо за информацию.

Арина тоже посмотрела на экран и поняла, что отчим открыл официальную страницу городской администрации в соцсети как раз на сообщении о турнире. К сообщению были прикреплены фотографии танцоров — те самые, которые сделала Арина в субботу. Но только сейчас она сообразила, что на них есть и Инна.

— Если нужны снимки в лучшем качестве, они есть у нашего фотографа, — отчим повернулся к Арине. — Ведь есть? Арина, ты можешь их переслать товарищу из полиции? Думаю, они ему пригодятся.

— Пригодятся, — согласился лейтенант, продолжая смотреть в телефон.

Арина вздохнула и стянула с плеча рюкзак.

— Минуту, — пробормотала она и зачем-то попросила: — Какое там фото, покажете?

Дурацкий вопрос. Она же прекрасно видела фотографию, и наверняка полицейский это понимал, но всё равно развернул телефон к Арине. Она впилась взглядом в экран, пытаясь угадать, что так заинтересовало лейтенанта.

Сердце пропустило удар.

Под общим счётчиком лайков было написано: «Оценили Андрей Бычков, Влад Назаров, Мария Григорьева и другие». Полицейский тоже смотрел на эти имена? Почему?

… Влад странный парень... Будь осторожнее. Пожалуйста...

Отчим говорил про Влада полицейским? Зачем? Что, чёрт побери, он творит?!

Арина поняла, что зависла на неприлично долгое время, и заставила себя заговорить:

— Да, тот день точно есть, не удаляла. Серьги шикарные, я тоже их запомнила.

— Ну тогда, Арина Васильевна, проходим вон туда, в кабинет администрации, — неожиданно приказал лейтенант. — Оформим передачу фотоматериалов как полагается. И побеседуем.

Арина замерла.

— Откуда вы знаете моё отчество? — с подозрением спросила она.

Отчим смутился — или ей это просто показалось? — и бросил на полицейского косой взгляд. Лейтенант пожал плечами и повторил:

— Пройдёмте.

— Арина, позвони мне, когда закончите, — добавил отчим, отводя глаза. — Твою работу никто не отменял.

* * *

— Наберите на своём телефоне звездочка, решётка, ноль шесть, решётка, — попросил полицейский Арину, продолжая заполнять какие-то бланки.

Он занимался этим так долго, что она успела внимательно его рассмотреть, отметить про себя достаточно редкое сочетание смуглой кожи, светлых волос и карих глаз, прикинуть, насколько хорошо он получается на снимках — на первый взгляд лейтенант казался довольно фотогеничным. Потом от скуки зашла в чат своей группы, пролистала обсуждение, наткнулась на странное сообщение, что она обещала помочь с закупкой алкоголя к Дню Радио, хотя вроде бы она такого не обещала. Ответила, раздражённо заблокировала телефон и перешла к разглядыванию кабинета директора Дворца, который они бесцеремонно заняли. С тех пор, как Арина была здесь в последний раз, ещё до развода отчима и матери, почти ничего не изменилось, и это ей почему-то не нравилось.

— Зачем? — спросила Арина.

— Вы же сказали, что часть снимков сделана на телефон, — спокойно пояснил полицейский. — Эта команда покажет уникальный код устройства. Он нужен для идентификации.

— Ясно. Кстати, вы не представились, — сообщила ему Арина, вводя нужную комбинацию. — Ваши коллеги сначала представлялись, а потом уже... Так… Какая-то картинка с цифрами. Что с ней делать?