Детство — это самая счастливая пора? Заурядная жизнь заурядного человека

Детство — это самая счастливая пора?

Заурядная жизнь заурядного человека

Игорь Мудрый

Детство — это самая счастливая пора?

© Игорь Мудрый, 2026

ISBN 978-5-0071-3119-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Детство

Что было с моим детством? Каким оно было? Когда оно закончилось?

Главная мысль повести Льва Толстого «Детство» -детство — самая счастливая пора в жизни человека, которая, к сожалению, быстро проходит. В основе сюжета — становление характера мальчика из дворянской семьи.

Главная мысль повести Максима Горького «Детство» -среда и семья закладывают характер, жизненные приоритеты, отношение к себе и окружающему миру. В основе сюжета -становление личности мальчика из сиротской семьи.

Главная мысль повести Игоря Мудрого «Детство» -??? В основе сюжета -???

Так что же было с моим детством? Какой основной его сюжет и какую главную мысль я вынес из своего детства?

Если честно, то не вижу я в своём детстве ни сюжета, ни главной мысли, которые бы, как пишут в аннотации к «Детству» Максима Горького, учили: «Делясь воспоминаниями детства, писатель учит ребят стойкости, доброте, душевной щедрости и нетерпимости к насилию».

Пустое моё детство, без сюжета и главной мысли. Без отца и в коммунальной квартире, в которой жили алкоголики и преступники со Старого Арбата.

Конечно, есть воспоминания, куда без них. Есть яркие, есть тусклые и есть те, которые в моей памяти стёрлись, оставив только векторы в моём будущем воспитании, поведении, характере и судьбе.

То есть Я есть тот, кто Я есть, но что повлияло на моё Я — часть я помню, а часть забыта, и, может быть, к лучшему.

Вот что я помню сейчас из детства?

Что помню, то и расскажу. Рассказывать буду не последовательно, можно сказать, хаотично, от воспоминания к следующему, которое всплывёт.

Моё «Детство» будет представлено рассказами, то есть перед вами сборник рассказов о моём детстве. Ещё раз повторюсь: не последовательно, хаотично. Но общее впечатление о моём бессюжетном детстве будет присутствовать в целом в этой книге.

Начну со своего рождения, а дальше как пойдёт.

Ещё хочу сказать, чтобы вы не удивлялись: для меня детство — это весь период моей жизни, что был вчера и до моего рождения. Я и сейчас взрослый ребёнок, который лишь оброс не только правами, но и обязанностями и вредными привычками. Получив образование, нарожав детей, обрёл недвижимость и прочее «взрослое» в моё сегодняшнее взрослое детство.

(Если вас удивит содержание моего детства, не удивляйтесь. В конце этой книги я объясню, зачем я всё это написал. Можете, если хотите, сразу прочитать.)

День моего рождения

Родители мои жили на Старом Арбате, где, собственно, я произвёлся на свет 13-го июня.

Дом, где жили мои родители и я, жив до сих пор, и здание роддома имени Грауэрмана тоже до сих пор существует.

Дом позже соседствовал с одним из известных в Москве и на всю страну «Новоарбатским гастрономом».

Почему позже? Потому что родился я буквально в тот год, когда шло полным ходом строительство главной визитной карточки Москвы — проспекта Калинина, который все называли Калининским.

Почему гастроном был известен на всю страну? А потому, что вся страна выстраивалась там в очереди за колбасой.

Когда гастроном был в строю, наш дом поставили под расселение. Всех расселили в глушь.

Да, тогда Кутузовский проспект, дом 42, ныне Площадь Победы дом 2, был глушью, как и Сетунь, Фили и Матвеевское. Это сейчас там элитные районы и элитное жильё, а тогда — захолустье и глухомань.

Жильцов расселили, а дом перешёл, как я понимаю, частично дирекции гастронома (хотя могу ошибаться), а частично под конторы.

Что там сейчас, не знаю, но дом не снесли в период массового точечного строительства в Москве в 2000-х годах, что странно. Вот дом, где жила на Старом Арбате моя тётка Шура, снесли, построив на его месте «Плазу». Но об этом, может, отдельно расскажу позже.

Здание роддома — это то, где в 1973 году на боковом фасаде был установлен первый в стране видеоэкран, который существует и по сей день. Получается, дайте-ка я посчитаю, уже 53 года прошло.

Сейчас там не рожают. Роддом закрыли в 1991 году, то есть в 90-х, тогда народу было не до деторождения, но об этом тоже, возможно, расскажу позже.

Так вот, видеоэкран — это было что-то с чем-то для нас, у которых и цветных телевизоров не было. У нас, когда мы жили уже на Кутузовском, был телевизор «Старт-з». Чёрно-белый, естественно, без пульта. Было четыре программы, которые с шумом переключались ручкой в обе стороны, под возглас мамы: «Осторожно! Не крути так сильно! Сломаешь!» и встроенный в него радиоприёмник, которым мы и не пользовались, так как была радиоточка в комнате с «Точное время…». За радиоточку платили, как и за свет и за газ, но сколько — уже и не помню. Думаю, совсем мало, если учитывать, что газ тогда стоил 4 копейки.

На этот экран народ приходил смотреть толпами с открытыми ртами; это сейчас никого не удивишь ничем, если только приземлением НЛО, а тогда, в эпоху таксофонов: «У вас двушечки не найдётся? Можете разменять? Надо срочно позвонить!», это было чудо.

Что показывали? Новости, рекламу, мультфильмы и кино. Реально показывали кино, и народ стоял и смотрел, несмотря на холод, если была зима.

На Калининском много чего было, из так сказать, достопримечательностей, позже поведаю и об этом.

Итак родился я 13 июня. Как рассказывала мне мама, она шла меня рожать чуть ли не по котлованам будущих зданий Калининского. Шла она 12-го, а родился я в ночь на 13-е, в грозу.

Родился и не дышал. Акушер дал мне ладонью по попке, и я заорал.

Вот так я и появился на свет: первый вдох — от боли и обиды, через крик и в грозу.

Всю последующую жизнь думал, что родиться в грозу — это плохая примета. Как-то кто-то мне это сказал, я и поверил, и лишь недавно подумал: а Иван Грозный тоже родился в грозу, за что и получил прозвище Грозный. И чего я так расстраивался всю жизнь?

А ещё я подумал, что рождение в грозу — это не Перун ли рядом был?

Хотя военным я не стал, но Родину два года защищал, и об этом тоже надо рассказать, там много чего забавного было.

Вот такой был мой первый день рождения.

Коротенько — блиц-воспоминания

Что я помню из моего не взрослого детства?

Помню, как я упал и разбил себе лицо в кровь, и было это в мой день рождения. Вот такой я невезучий, родившийся 13-го в грозу.

Ещё помню зоопарк и как там мне покупали ромовую бабу за 19 копеек. Очень они мне в детстве нравились.

Пирожки помню за 10 копеек рядом с Киевским вокзалом, народ их называл «с котятами», мне нравились с повидлом.

Помню жуткие бараки перед этим вокзалом и как их в одночасье снесли, а всю шпану расселили дальше по Кутузовскому. Долго это место пустовало, видимо, аура там была ещё та, и только относительно недавно застроили и назвали «Европа-центр». Видели бы посетители этой Европы, что там было. Одним словом: «рассадник», куда милиция боялась заходить.

Как сейчас помню, как на меня маленького, стоящего перед входом в двухэтажную пельменную, летел по лестнице рыбкой вдребезги пьяный мужик, и если бы меня мама вовремя не схватила за руку и не отдёрнула в сторону, то я точно был бы раздавлен насмерть.

Помню запах рядом с Панорамой Бородинской битвы, когда недалеко от неё в ларьке делали пончики. 64 копейки за килограмм. Слюни до пола от этого запаха. Часто покупали, это было пищевое блаженство.

Помню такой же ларёк и у метро Арбатская на Калининском, тот же запах и те же слюни. А помните, там был фонтан?

Очень красивый «Мальчик с рыбкой». Министерству обороны, видимо, для обороны место было мало, его снесли и выстроили огромное министерское здание. Вот и спрашивается — зачем? Места мало? Ведь этот фонтан был реальной достопримечательностью. Одним словом — военные, другого объяснения нет.

Помню, как гадкий мальчишка отобрал у меня игрушечный пистолетик, который мне купили утром, и я, полный счастья ребёнок, пошёл с ним играть во двор. И играл я минут пять.

Я помню этот эпизод, потому что я реально был счастлив от этой покупки, и меня лишили счастья, оборвали. Как я горько плакал! Думаю, больше не из-за пистолетика, а из-за несправедливости, которая лишила меня этого мимолётного счастья. Я никогда ничего ни у кого не отбирал, но все воспитаны по-разному.

Там, где я жил, гораздо позже практически все знакомые пацаны сели в тюрьму. Они были все из семей, которых переселили со старого Арбата и с площади перед Киевским вокзалом. Там и там жила тогда, так называемая: «арбатская шпана». Старый Арбат тоже расселяли. Это было гораздо задолго до того, как Арбат стал пешеходной улицей. А тогда там ходил троллейбус номер 39.

Помню, он ходил от Филёвского парка.

Вспомнил сейчас, как ходили купаться на Москву-реку в Филёвский парк. На противоположном берегу было колхозное поле, засеянное редисом, народ переплывал и нарывал. Видимо, на закуску под водочку на пляже. Пиво по всему парку продавалось и в розлив, и бутылочное. Шашлыков не было, это был дефицит. Позже появились, но тогда шашлык для нас был только в кино. Кстати, и вобла не продавалась. А если где-то в рыбном магазине выбрасывали, то очередь была чуть меньше, чем в Мавзолей Ленина.

Что ещё помню из этого парка? Жуткие истории о том, что по ночам тут орудует маньяк.

Помню, как к нам подошли взрослые пацаны и ограбили средь бела дня. У меня брать было нечего, а у одного ветровку забрали, а у другого майку с каким-то рисунком вроде. Весёлое детство!

ВДНХ помню, но помню совсем мало, а вот когда чуть повзрослел, помню, как ездили на ВДНХ попить пива, там оно продавалось повсюду. Только заходишь — и тут же стол с навесом, бутерброды и бутылочное «Жигулёвское» и «Московское». Красота! Ценили тогда трудящиеся массы, которые приходили ознакомиться с достижениями народного хозяйства.

Парк имени Горького помню и его колесо обозрения, которое почему-то в народе называлось «чёртовым». Теперь этого колеса нет. С этим парком много воспоминаний, надо будет отдельно рассказать.

Помню, как разрешили карате, и везде появились клубы. Я записался и два года занимался. Надо было кимоно купить. А где деньги на него взять? Я даже и не помню, продавались ли они, или народ у спекулянтов покупал, или подпольные ателье были. Не помню, где я ткань взял, а сшил мне кимоно мой товарищ. Ткань, конечно, была не та, но белая.

Тогда почти все были увлечены карате, и фильмы в стране даже стали снимать, один из них — «Пираты ХХ века», в главной роли Николай Ерёменко. Его много снимали в кино, женщинам он нравился. Я как-то пару раз с ним случайно пересекался в Сандуновских банях в утренние часы. Он, как и все, кто приходил утром, приходил только париться, это вечером народ по пиву и водке. Видел даже, как умудрялись проституток приводить в Высший разряд.

Чтобы было понятно тем, кто не бывал в Сандунах, этим баням уже более 100 лет. Ходят слухи, что Фёдор Шаляпин там бывал. Когда был уже известным певцом, то его просили прямо в парилке спеть ноту, и от его голоса вибрация была такой, что в парилке не нужно было в этот момент стегать себя веником. А когда он был молодой и никому не известный, то будущего певца часто отправляли за пивцом.

Так вот, в Сандунах три разряда (три отделения): высший, первый и низший. В Высшем были отдельные кабинки, а в Низшем — самая лучшая парная, на мой и не только мой взгляд, ну и дешевле тоже. А так всё тот же сервис: веники, простыни и еду из буфета могут принести. Еда — это креветки в первую очередь и селёдка. Ну и, конечно, пиво, но по утрам только пар! Да и вообще, живя в центре Москвы, постоянно то на улице, то в одной очереди часто встречались известные актёры и спортсмены. Оборачиваешься, а сзади тебя в очереди стоит артист Леонов, или спрашиваешь: «Вы крайний?», а потом смотришь, а это известный хоккеист, нападающий из «Спартака» со своим ребёнком.

Помню, моя мама была «без ума» от Олега Даля, я так понимаю, после его роли в фильме «Земля Санникова», а тут я смотрю — она сильно расстроена. Оказывается, видела Даля на улице, остановилась, а он прошёл мимо, никого не замечая, и смачно харкнул прямо на асфальт. Маму чуть не стошнило.

На «Пиратов» пацаны, вроде меня, ни по одному разу ходили и только и ждали сцены, где было карате. Ну а после фильма «В зоне особого внимания» только и разговоров о том, как он врезал ногой.

Позже, когда я дожидался отправки в армию со сборного пункта на Угрешке, нас там водили в кино на территории три раза в день в обязательном порядке, и каждый раз, вы не поверите, показывали один и тот же фильм — «В зоне особого внимания». А так как я провёл на этом пункте неделю (отдельная история), то нетрудно подсчитать и понять, почему я возненавидел этот фильм.

А ещё помню, как меня призвали (позже расскажу), сейчас скажу, что, собрав вещи из дома и прибыв туда, в столовой я не получил ложку: типа свою надо иметь. Хоть руками ешь! Вот, думаю, началось! А там впереди ещё и дедовщина, о которой что-то слышал, или во флот на три года можно загреметь. Да откуда я знал про ложку? И мама не знала. И комиссар из военкомата не знал. Мыло, расчёска, бритва — а всё остальное армия даст.

Моё любимое: «щас!». И чем мне есть? С этим вопросом я обратился к старушке, которая работала в этой столовой уборщицей вроде. За 50 копеек она мне продала ложку. Ей было стыдно продавать ложку будущему защитнику? Сука старая. Не я первый, не я последний. Бизнес у неё такой был, хотя вряд ли она знала это слово в те времена. Кстати, для сравнения, пачка «Беломора» стоила 24 копейки, а проезд на троллейбусе — 4 коп.

Помню бабушкины пироги и лисичкин хлеб.

Помню детский кинотеатр «Баррикадный» и вареничную напротив. Теперь их нет. Как я в детстве любил вареники с творогом! И теперь люблю. Но теперь они все поголовно гадкие, поэтому люблю я их до сих пор, вспоминая те вареники из далёкого детства.

А ещё чебуречная в переулках в районе Никитских ворот. Куда уходит детство? 16 копеек пара. Кто меня помоложе: я вас уверяю, все съеденные вами чебуреки отдалённо не имеют по вкусу ничего общего с теми. Это и масло, и мука, и мясо — всё было строго по ГОСТу. Чебуреки были такими вкусными, потому что по ГОСТу было масло, мука, мясо, а не только сам рецепт. Чтобы было понятно, о чём я: на Арбате была Бубликовая, а теперь бублики практически не делают. Почему? Ответ один: на бублики была нужна не просто мука, а лучшая, тогда бублики и получались такими вкусными и незабываемыми, как и чебуреки. Из обычной муки и бублики не те, и чебуреки не те. Как в анекдоте: можно ли из говна сделать конфетку? Можно, только она не слипается и на вкус — говно.

Помню завтраки. Школьные — за 15 копеек и за 25. Завтракал в школе за 15, но всегда хотелось за 25. Но это же четверть рубля! Откуда столько денег? За 25 отличался тем, что в нём была дополнительно порция салата оливье. Может, и не только, но я помню только оливье. Булочки с маком и с повидлом запомнились из школы, как и то, что десятиклассник дал мне пару раз по морде, когда я учился в восьмом.

А уж коли я вспомнил завтраки и бублики, то помню, как иногда воскресный домашний завтрак из детства состоял из двух яиц всмятку и бублика, разрезанного на четыре части, а затем вдоль. Вовнутрь намазывалось сливочное масло. Может, это из-за детского воспоминания, но мне кажется, вкуснее завтраков не было. Я бы и сейчас делал своим детям такой завтрак, но где взять те бублики и то масло? Масло, которое продавалось на развес и хранилось в холодильнике от силы неделю, а потом, как говорили взрослые, на нём теперь только жарить. И жарили, в основном картошку, которая стоила 10 копеек за килограмм. Помните? Ешь жареную картошку и запиваешь молоком из треугольного пакета? Или рядом стеклянная баночка майонеза, и картошку, перед тем как съесть, опускаешь на вилке в эту банку, а потом в рот — и понимаешь, что вот оно — счастье. Сейчас мне трудно объяснить это своим детям. Молоко и майонез на вкус совсем другие.

А ещё помню Льва Ивановича Яшина, и в следующем рассказе расскажу эту историю из моего детства. И надо не забыть про президента Никсона рассказать, пока помню.

Конечно, это малая часть моих воспоминаний, как говорится, есть что вспомнить и есть чем поделиться, но я так и сказал: коротенько — блиц-воспоминания.

Лев Яшин

Этот рассказ так и назову — «Лев Яшин».

Возможно, кто-то сейчас и не знает, кто он и кем был. Даю подсказку: кто такой Пеле? Если решили, что это владелец кофейной плантации и есть такой кофе с одноимённым названием, то я развожу руками, хотя на банке действительно имя, которое было дано этому бренду в честь легендарного бразильского футболиста Эдсона Арантиса ду Насименту или, более привычно, Пеле.

Лев Иванович Яшин — мировая легенда футбола.

Вот кратко о нём из открытых источников: Лев Иванович Яшин — советский футболист, вратарь, выступавший за московское «Динамо» и сборную СССР.

Олимпийский чемпион 1956 года.

Чемпион Европы 1960 года.

Пятикратный чемпион СССР.

Трёхкратный обладатель Кубка СССР.

Единственный вратарь в истории, получивший «Золотой мяч».

Признан Международной федерацией футбольных ассоциаций (ФИФА) лучшим вратарём XX века.

16 раз включался в список «33 лучших игрока сезона».

Конечно, я сейчас уже и не помню, в каком это было году. Где-то в конце 60-х. Могу только сказать, что был я тогда ещё совсем мелким.

Дело было в кинотеатре «Художественный». Вы можете себе представить, что этот кинотеатр открылся аж в 1909 году! Так вот, не знаю и не помню, по какому поводу в этом кинотеатре в тот далёкий день был вечер, посвящённый Льву Яшину. Как я оказался на этом вечере, я тоже не могу сказать. Ни я, ни мама не увлекались футболом. Я — по причине возраста, мама — по причине пола. Может, у неё тогда был ухажёр, милиционер, который подарил пригласительные? Не знаю. Суть не в этом.

Что я помню? Полно народу, прожекторы, огромные телевизионные камеры, на сцене мужики в спортивной форме и Яшин. А ещё я помню, как Лев Яшин пожал мне руку, и дело было так.

Увидев меня, какой-то телевизионщик решил заснять меня дарящим букет цветов Яшину. Почему именно меня? Так я там был единственный ребёнок в тот вечер в зрительном зале. А идея в том, что молодое поколение — типа эстафета футболистов.

Дали мне букет, по размеру чуть ли не с меня ростом, и велели идти к сцене, потом по ступенькам и подарить. Ну я и пошёл…

Дойдя до сцены, на меня навели прожекторы и камеры, и я так испугался, что бросил букет на пол, развернулся и дал стрекача прямиком обратно к маме. Подбежал и зарылся в её объятия. Вот так я опозорился пред всем футбольным миром.

Вечер закончился, все вышли в фойе, где Льва окружили болельщики, и он раздавал автографы. Помню, кому-то мяч подписывал, кому-то фотографии. Увидав меня, Лев Яшин улыбнулся, пожал мне руку и сказал что-то типа: «Бывай!».

Много лет прошло, а я до сих пор помню рукопожатие Льва Яшина.

Велосипед

Помню, что обещал про Никсона рассказать, но давайте я сейчас расскажу, как покупал велосипед, а уже затем — о Никсоне.

Год это был 78-й или 79-й, уже точно не помню. Лет мне тогда было, наверное, 15. Жил я в Москве, на Кутузовском проспекте, дом прямо напротив Триумфальной арки.

Когда арку достроили, то Кутузовский 42, переименовали в Площадь Победы, а дом стал 2.

Помню, маленьким смотрел с 9-го этажа, как строили арку. Привозили чугунные фигуры, возводили арку. В целом есть что вспомнить.

Помню время, когда на месте сегодняшнего мемориала Победы была Поклонная гора.

Не поверите, но я ходил туда ещё пацаном за грибами. Зимой катался на лыжах. Там был памятник. Уже не помню, в честь чего, но думаю, что связанный с войной 1812 года.

А ещё помню, как по Кутузовскому ездили на работу члены Политбюро.

Не как сейчас, с мигалками и охраной, а просто «членовоз», один и без охраны.

Видел Брежнева в этом «членовозе», и не один раз. И всё остальное Политбюро: Косыгина, Гречко, Суслова и т. д. Ехали просто на работу.

Стоишь себе сзади троллейбуса №2, смотришь — вдруг «членовоз», а в нём мужик в шляпе за рулём. Приглядишься, а это Брежнев. Не вру.

А ещё помню, но это уже было гораздо позже, я тогда из армии вернулся, как во всей Москве и Московской области пропал цемент в мешках.

Мы тогда фундамент делали на даче, под Можайском. Купили щитовой домик 6х6, и я его строил.

Пришёл из армии, полон сил. Выкопал фундамент, сделал опалубку, укрепил низ траншеи фундамента песком и камнями, и оставалось залить бетоном. А его нигде нет.

Куда вдруг делся? Нигде нет. Во всех магазинах пропал сразу и в одночасье.

Оказывается, в тот момент заливали будущий Парк Победы, и весь цемент шёл туда.

Вот теперь уже и не поверишь, что этот весь комплекс, с его фонтанами, памятниками, где народ на праздники ходит пьяный, заливали бетоном, а я в то самое время не мог купить цемент, чтобы залить фундамент будущего домика. Кстати, до сих пор фундамент стоит и нигде не треснул. Времена были….

Так вот насчёт велосипеда.

Было мне лет 15. И я очень хотел купить себе велосипед. Но их не было в продаже: это сейчас на каждом углу продаются, а тогда велосипеды есть, а в продаже их нет.

Хотел я купить велосипед «Спутник», может, кто помнит такие? Полуспортивный, полугоночный. Внешне выглядел как гоночный, но был тяжелее, и колёса были обычные.

Стоил он, уже точно не помню, рублей 100. Огромные деньги по тем временам.

Где народ их покупал, до сих пор не понимаю?

Я тогда всю Москву не по одному разу объехал. Спортивный на Кутузовском, Кунцево, Пресня, ГУМ, ЦУМ, «Детский Мир» на Лубянке, «Военторг». Куда меня только не носило.

Маршрут выходного дня: автобусом, троллейбусом, в метро. Нигде нет. На следующий день — по новой. Опять нигде нет.

Уже отчаялся. Нет — и всё.

И вот однажды занесло меня на Ждановскую.

Чтобы понять, что это для меня значило тогда: это примерно как сейчас попасть в другой, совершенно незнакомый город. Без телефона, без Интернета.

И не забывайте, что тогда получить «по морде» от местных пацанов было на счёт раз.

«Ты откуда?»

«Я оттуда…» — и уже кулак приземляется под твоим глазом.

А ещё я и с деньгами. Риск был, но велосипед я очень хотел.

Были районы в Москве или отдельные улицы, куда, без прикрас, было заходить «с риском для жизни».

Например, улица Рабочая на Таганке — это была легенда, я там ни разу и не появлялся. Или Филёвская пойма, Сетунь.

Москва не была такой, как её показывали в тогдашнем кино. Это был весьма криминальный оазис. Вспомните Марьину Рощу. Вспомните Арбат.

Утром учёба в ПТУ, а вечером портвейн, карты, драки, милиция. И чем более «гегемонский район», тем больше вероятность «огрести по полной».

Да что далеко ходить. Я жил в коммуналке на Кутузовском. Элитный район.

Витя «Москва» — уголовная кличка соседа, жена -проститутка, (в те-то времена!), работала у ресторана «Прага».

Вторая семья, все сидели: папа и мама, и дочь, когда подросла. А когда дочь совсем стала взрослой и родители её умерли, сожитель проиграл её в карты местным гопникам.

Они каждую ночь приходили «за выигрышем». Сожитель на одной кровати, а те, кому повезло в карты — групповухой на другой.

Класс! И это Москва, Третий Рим, Кутузовский, правительственная трасса.

И вот я на Ждановской, не верю своим глазам.

Месяц, два, три безрезультатного поиска — и вижу велосипед. Не «Спутник», который я хотел, а «Старт-шоссе», спортивный. Лёгкий, гоночный, с трубками. Но…