Полстука сердца

Леон замолчал, его взгляд теперь скользил по гостям с новым, едва уловимым интересом. София, ощутив повисшее в воздухе напряжение, тихонько потянула маму за рукав.

– Мам, а мы увидим бегемота?

Вероника перевела взгляд на дочь, и ее лицо вновь озарила теплая, ласковая улыбка.

– Конечно, увидим, солнышко. И не только бегемота. Нас ждет целое царство удивительных и прекрасных животных.

Парень, словно вынырнув из своих мыслей, вновь сосредоточился на дороге. Машина неспешно продвигалась вперед, ловко лавируя между туристами и припаркованными автомобилями.

– Почти приехали, – громко произнес он, стараясь придать голосу бодрости. – Сейчас отвезу вас в гостиницу, вы отдохнете, а завтра утром заберу, и мы отправимся в зоопарк.

– А далеко до него? – полюбопытствовала София. Внутри нее нарастало предвкушение чего-то особенного, чего-то, что могло изменить ее жизнь.

– Минут десять, не больше, – ответил Леон. – Дорога очень живописная, вам наверняка понравится.

– Тогда, может быть, сначала в зоопарк? – предложила Вероника.

Молодой человек почувствовал, что его вопрос про рисунки про животных прозвучал немного грубовато и решил хоть немного сгладить впечатление.

– Все, что связано с животными, – это непросто. И, кстати, вы тут у нас будете не первой любительницей бегемотов. А по поводу «не заразиться» – я не шучу. У нас тут не только в зоопарке, а в целом в городе целая проблема с мелкими грызунами.

Странная посетительница

– Присаживайтесь, – Леон указал на ряд стульев. – Сестра скоро освободится.

В приемной директора зоопарка царила, странная атмосфера. Постороннему наблюдателю она могла показаться даже тревожной. Секретарь суетливо металась со стаканом воды. Исполняющая обязанности директора, сеньора Мария Маркес, вышла в приемную. Явно раздраженная, она пыталась что-то объяснить шумной посетительнице, но безуспешно.

Мария сердито забарабанила пальцами по столу секретаря, достала телефон, взглянула на экран и скривилась. Времени катастрофически не хватало, а эта сцена порядком надоела. Она решительно вернулась к выяснению отношений с настырной гостьей.

Вероника и София, затаив дыхание, с любопытством наблюдали за происходящим.

В приемной громко рыдала очередная любительница животных, попавшая в трудную ситуацию. Бывают люди, в которых чувствуется что-то большее, чем видно на первый взгляд. Именно такое впечатление производила эта женщина.

– Вы предлагаете мне их убить? Они просто уже не помещаются в ванную. Как я могу?! Я люблю их, тем более их вид под угрозой исчезновения! – с отчаянием воскликнула пожилая, полная сеньора с короткой рыжеватой шевелюрой и большими роговыми очками, картинно прикрывая глаза рукой.

К сожалению, подобные ситуации в приемной директора зоопарка были не редкостью. Посетители часто просили забрать их животных.

Коллекция животных любого зоопарка формируется по-разному. Большинство обитателей – это потомки животных, живущих в неволе уже несколько поколений. И вроде бы все хорошо: зоопарки постоянно обмениваются животными. Но в этом и кроется проблема. Если особей определенного вида в зоопарках мира мало, велик риск вырождения. Нужны новые гены, и здесь самыми ценными являются животные, взятые непосредственно из дикой природы. Но это случается крайне редко.

И тут, как всегда, есть свои тонкости…

– О чем вы думали, когда покупали их на черном рынке? В Испании они не водятся, их родина, насколько я помню, – восток США, – увещевала сеньора Маркес, стараясь сохранять холодный, официальный тон. – Нет, нет и еще раз нет. Я не буду брать ваших болотных черепах!

Экспрессивная гостья обиженно поджала губы и искоса взглянула на Марию, словно надеясь, что та скажет что-то еще. Но директриса молчала.

– Почему директор отказывается от подарка? – тихо на ушко спросила София у Леона.

– От подарка? – рассеянно переспросил Леон. – Ах да, от подарка. Это может быть очень опасный подарок. Ты себе не представляешь, как часто в зоопарках происходят эпидемии, уносящие жизни многих животных, иногда очень редких и ценных. Такие «подарки» крайне опасны.

Было видно, что директор хотела сказать что-то более резкое, но, передумав, сделала глубокий вдох и, переведя дыхание, продолжила уже спокойным тоном:

– Я понимаю, что вам тяжело содержать экзотического питомца дома. Есть кошки, собаки, аквариумные рыбки, в конце концов. Но зачем держать дома земноводных? Сами мучаетесь и их мучаете. Однако, чтобы принять такое животное, зоопарк должен располагать соответствующими ресурсами. А у нас их нет.

– Да… Да, конечно же, вы правы, – владелица болотных черепах зарыдала еще громче.

– Все не так просто. Ваши черепахи могут страдать, например, от бактериальных инфекций, – продолжала приводить аргументы директриса, ее голос был мягким, но в нем звучала твердость руководителя. – Мало того, чтобы они себя нормально чувствовали, нужно создать целые известняковые водно-болотные угодья. А у нас их нет! Я уже говорила об этом.

– Болотные угодья? Угодья! Красиво звучит! Я заплачу вам за эти угодья! – отчаянно предложила посетительница, в ее глазах заблестели слезы, и они заискрились сквозь толстые линзы очков. – Только не убивайте их и меня заодно! Они хорошие, добрые и все, все кушают прямо у меня с рук.

Сдержать улыбку, видя, как волнуется эта добрая женщина, было невозможно. Как правило, именно такие люди, движимые благими намерениями, создавали зоопаркам больше всего проблем.

Они не понимали, что содержание экзотических животных – это сложная наука, требующая специальных знаний и условий.

Мария Маркес тяжело вздохнула. Она знала, что сейчас начнется самое сложное – убедить эту женщину в том, что ее благие намерения могут привести к непредсказуемым последствиям. Сложно объяснить, что зоопарк – это не приют для брошенных животных, а сложная экосистема, требующая тщательного планирования и контроля. И что иногда, как бы это ни было печально, отказ от «подарка» – это единственный способ защитить тех, кто уже живет в зоопарке.

– В любом случае, передержка может занять от пары недель до нескольких месяцев. Забрать их прямо сейчас мы не можем.

Владелица черепах окинула директрису острым взглядом, словно выжидая, не скажет ли та что-нибудь еще. Но Мария Маркес лишь безнадежно молчала. Посетительница громко вздохнула и опустила руки:

– Ох, ну давайте хоть что-то решать!

В приемной повисла неловкая тишина.

– Матео, Матео! – Мария с очевидной беспомощностью оглядывалась. – Ах, вот он!

Неожиданно подросток лет тринадцати-четырнадцати, до этого тихо сидевший в сторонке на диване, решился заговорить:

– Я думаю, что смогу вам помочь. Во всяком случае, постараюсь.

Все с любопытством обратили на него внимание.

Большой рот отчаявшейся женщины растянулся в улыбку надежды:

– Я Консуэло Фернандес де Кордоба, – в ее голосе явственно слышалось облегчение. – Как выясняется, редкая и, скорее всего, единственная любительница черепах в этом городе. Вы действительно мне поможете?

Теперь все с удивлением перевели взгляд с мальчика на даму с громкой аристократической фамилией.

– Я местный кипер. И вы не единственная! – ответил Матео. – У меня есть старый друг, Валентин Морено. Он раньше работал в нашем зоопарке, а теперь на пенсии. Живет недалеко отсюда и очень любит земноводных. Я с ним поговорю. Думаю, мы сможем организовать передержку для ваших любимцев. А сколько их?

– У меня трое!

– Тогда пойдемте выйдем на улицу, я ему позвоню. Не будем здесь всем мешать. Уверен, он с радостью возьмет ваших черепах.

Глаза Консуэло Фернандес за стеклами очков широко распахнулись:

– О, слава богу, слава богу! Я так волновалась, просто вся извелась…

Консуэло, захлебываясь от переполнявших ее чувств, растроганно хлюпнула носом и строго покосилась на директора зоопарка:

– Могли бы быть более лояльными к бедным животным, ну и ко мне заодно. Спасибо вам, молодой человек!

– Кто это? – удивленно моргнула София.

– Это мой друг, – с легкой гордостью представил Леон, – Матео Мартинес! Лучший кипер нашего зоопарка, да, пожалуй, и всех зоопарков мира.

После того как Матео увел шумную посетительницу, в приемной стало неожиданно тихо. Лишь тикали часы, да едва заметно подрагивали старые рамы от редких порывов июньского ветра, разгулявшегося к вечеру.

Озабоченность покинула лицо сеньоры Маркес, уступив место едва заметной веселости.

– Да, такого напора я не ожидала, – произнесла она спокойным, чуть понизившимся голосом.

Мария обернулась к Веронике и Софии, которые все еще стояли в стороне, наблюдая за происходящим.

– Слушаю вас! Прошу прощения, что невольно втянула вас в наши зоопарковские дела! Пройдемте ко мне в кабинет, – пригласила она с улыбкой. – Увидели, как непросто быть директором зоопарка?

В кабинете Марии на письменном столе возвышалась настоящая гора бумаг. Директор печально вздохнула, взглянув на них, но тут же снова улыбнулась.

– Цифровизация вещь хорошая, но бумажную волокиту никто пока в Испании не отменял. Ну что, уважаемые дамы, многие видят у нас только одну сторону медали – красивых животных. А ведь есть еще болезни, эпидемии, нехватка финансирования, сложные посетители… Но, несмотря на все трудности, я люблю свою работу. Надеюсь, полюбите и вы! Я рада, что у нас пополнение.

– Спасибо, сеньора Маркес, за доверие! – ответила Вероника.

– Можно я спрошу? Почему вы взяли именно меня? Я ведь художник средненький, ну, пока что, конечно, временно, я точно набью руку! Да и опыта работы в зоопарке у меня никакого.

– Вы, в отличие от многих, прислали свое резюме не по электронной почте, а обычной.

– Ну, я подумала, что лучше смотреть мои рисунки вживую, а не на экране ноутбука.

– Дело не в рисунках, я помню ваше дело, сеньора. Вы, наверное, не заметили, но на вашей папке была мелкая рыжая собачья шерсть?

– Ну, что вы хотели от девушки, у которой живет щенок таксы?

– И мало того, часть рисунков кем-то немного погрызена. Значит…

– Ой! Это моя белая шиншилла Аляска, – заразительно засмеялась девушка. – Она уже старенькая, два годика! Это случайно вышло. Еще у меня кошка Белла. Они все пока временно остались у моей мамы, пока мы с дочкой не обустроимся.

– Значит… у вас есть реальный опыт в общении и содержании животных. Надеюсь, из вас выйдет хороший сотрудник пресс-службы нашего зоопарка и заодно официальный художник. У нас как раз одна такая объединенная должность по штату.

Мария повернулась к кому-то за дверью и крикнула:

– Леон, организуй нашим новым сотрудникам экскурсию на электромобиле и по пути убери помет за павлинами около вольера с лисами.

Новый любимчик Матео

Леон припарковал хозяйственный электромобиль зоопарка у большого пруда, в уютном закутке, утопающем в тени кипарисов. Сразу же он принялся за экскурсию:

– Найти общий язык с питомцами – задача не из простых. Когда будете гулять по зоопарку, обратите внимание: где у посетителей больше всего положительных эмоций?

– В смысле? – Вероника улыбнулась, переспрашивая. – Думаю, ты и сам знаешь. Мы здесь пока новички.

– Неважно, новички вы или нет. У всех, кто здесь работает, особый менталитет, свои понятия. Будто попадаешь в другой мир. Очень скоро вы будете знать каждое животное по кличке и даже каждую местную муху по траектории полета. Здесь жизнь меняется кардинально. Ведь не только собаки виртуозно читают человеческие эмоции. Животные считывают не только мимику, но и мельчайшие движения мышц лица.

София согласно кивнула головой. Девочка давно заметила, что даже крыска Аляска интуитивно чувствует ее эмоциональное состояние.

– А это Гэндальф, очень редкий северный жираф. Он живет в зоопарке почти полгода. Он очень настойчив и обязательно должен убедиться, что вы отдали ему все припасенные вкусняшки. Дальше у нас вольеры с приматами, а за ними – зебры, – монотонно бубнил экскурсовод.