Читать книгу Как разрезать команду. Структура разработки в эпоху ИИ (Игорь Чепелев) онлайн бесплатно на Bookz
Как разрезать команду. Структура разработки в эпоху ИИ
Как разрезать команду. Структура разработки в эпоху ИИ
Оценить:

5

Полная версия:

Как разрезать команду. Структура разработки в эпоху ИИ

Игорь Чепелев

Как разрезать команду. Структура разработки в эпоху ИИ

1. Зачем эта книжка

Разделить команду — значит принять пять разных решений, а почти каждый известный фреймворк отвечает только на одно-два из них. Эта книжка собирает ответ целиком: что нельзя обойти, что уже придумано, что изменил ИИ и в каком порядке действовать.

Она написана для руководителя разработки или продукта в компании, где от десяти до пятидесяти инженеров. Одна-две команды выросли до семи-восьми человек, проектов хочется больше, а код уже в основном пишут ИИ-агенты.

Главная мысль. Режьте ответственность только там, где уже есть проверка, подмена и право решать. В остальных местах назначайте владельцев и стройте недостающее. Вот как это выглядит на первой из пяти рамок. Команда — это единица, у которой «решать», «делать» и «везти» переживают отсутствие одного человека. Вычеркните каждого по очереди на три недели и посмотрите, кто несёт каждую ношу. Если клетка осталась пустой, ноша держится на одном человеке. Ей нужен дублёр, общее дежурство или точное слово: «владелец» вместо «команды». Агенты этого правила не отменяют. Проект теперь ведут один-два человека. Подменять их, проверять в опасной зоне и дежурить по-прежнему должна команда.

О времени в примерах. Код в примерах пишут агенты, поэтому сама работа занимает часы. Дни уходят на ожидание: очередь, проверку, согласование, выпуск. Там, где для сравнения показано, как было до агентов, это сказано прямо. Числа условные, подставляйте свои.

Что здесь чужое и что новое. Главы 3–6 опираются на опубликованные работы, ссылки собраны в конце. Пять рамок из главы 7 — мои рабочие гипотезы. Их никто не проверял на выборке компаний, поэтому пробуйте их на одном пилоте, прежде чем перестраивать всё. Счёт цены разреза в главе 3 — моя упрощённая модель, вес стыка в ней выбран по одному исследованию. Аналогии из приложений А и Б подсказывают, куда смотреть; доказательств в них нет. Раздел «Продуктов больше, чем хозяев» в главе 6 и три стопки в главе 8 тоже добавил я: это мои наблюдения, исследований за ними нет. Шесть планов в главе 9 посчитаны на условном примере. За самым смелым из них стоят одно описание подхода без цифр и один доклад, поэтому считайте его гипотезой. Главы 10 и 11 собраны из рамок и счёта самой книжки. Новых исследований за ними нет.

Как устроена. Глава 2 раскладывает разделение на пять решений. Глава 3 напоминает законы, которые действуют при любой схеме: каждому отведена подглава с примером на пальцах, счётом и рисунком. Главы 4 и 5 пересказывают известное: двенадцать способов провести границы и пять способов договориться, кто что решает. Глава 6 показывает, что сдвинул ИИ. Глава 7 предлагает пять новых рамок, глава 8 — порядок действий, глава 9 — разбор на примере. В главе 9 рядом стоят шесть планов для одной компании, от спокойного до самого смелого, с числами и критикой каждого. Глава 10 разбирает три разговора с людьми. Глава 11 показывает, как через цикл понять, удалось ли разделение, глава 12 — шпаргалка. В конце четыре приложения: три для тех, кто хочет копнуть глубже, и одно с бланками. Приложение А — математика разделения: графы, разбиения, очереди и законы масштабирования. Приложение Б — что о разделении знают социология, психология, экономика, биология и другие науки. Приложение В — исследования и фреймворки со ссылками. Приложение Г — пустые формы для таблиц из глав 3–11. Слова, которые в книжке значат что-то своё, собраны в словаре после главы 12.

Если есть только полчаса, прочитайте главы 2, 7 и 8, а потом шпаргалку.

2. Пять решений, из которых состоит любое разделение

Разделение — это пять решений: кого считать командой, по чему резать, как команды стыкуются, кто что решает и как часто схема пересматривается.

Обычно всё начинается с доски. На ней рисуют прямоугольники с названиями и стрелки между ними, и через час схема выглядит готовой. Через месяц выясняется, что прямоугольники были самой лёгкой частью. Никто не договорился, кто чинит ночью, кто утверждает тариф и что делать, когда двум командам нужен один дизайнер.

Единица. Кого вы называете командой. Сколько в ней людей, какие роли обязательны, может ли командой быть один человек с агентами. От ответа зависит, переживёт ли она отпуск, ревью и ночной инцидент.

Граница. По чему проходит разрез. Вариантов больше, чем кажется: часть продукта, сегмент клиента, этап пути пользователя, стадия зрелости, тип работы, технология, метрика. Каждый вариант что-то склеивает и что-то рвёт.

Стык. Как команды работают друг с другом и кому принадлежит общее. Услуга с понятным входом, временная совместная работа, обучение и очередь заявок — четыре разных стыка. Сюда же относится всё, что видит каждый пользователь: навигация, оплата, вход, дизайн-система.

Права на решения. Что команда решает сама, о чём обязана сообщить, где нужен совет и где согласование. И кто судья, когда вопрос упал между командами.

Ритм. Как часто вы пересматриваете приоритеты, границы и сам состав. Схема, которую нельзя менять, устаревает за два квартала.

Пример. Команду из восьми человек делят на две. Единица: две команды по четыре. Граница: одна ведёт ассистента, другая — оплату и тарифы. Стык: у них общий вход в продукт и один дизайнер на двоих. Права: каждая сама выпускает изменения, а цену тарифа утверждает руководитель. Ритм: схему пересматривают раз в квартал. Пять строк, и ни одну нельзя нарисовать прямоугольником на доске, кроме первых двух.

Единица. Вопрос: Кто считается командой? Что бывает, если его пропустить: Владелец ушёл в отпуск, и направление встало.

Граница. Вопрос: По чему режем? Что бывает, если его пропустить: Одна задача проходит через три очереди.

Стык. Вопрос: Как команды работают друг с другом? Что бывает, если его пропустить: Общий дизайнер превращается в узкое место.

Права. Вопрос: Кто что решает? Что бывает, если его пропустить: Ответственность раздали, согласования оставили.

Ритм. Вопрос: Когда пересматриваем? Что бывает, если его пропустить: Пилот идёт год, и никто не знает, удался ли он.

Известные подходы сильнее всего в границах и стыках. Единица, права и ритм чаще остаются непроговорёнными, и разделения ломаются именно на них. В сводной таблице главы 4 у каждого подхода отмечено, какие из пяти решений он закрывает.

3. Законы, которые не отменить

Пять законов действуют при любой схеме. Система копирует структуру общения. Связи растут быстрее людей. Команда отвечает за ограниченный объём. Люди уходят в отпуск. А ИИ переносит очередь туда, где проверяют и решают. Каждому закону ниже отведена своя подглава: сцена из жизни, счёт на пальцах, рисунок и что с этим делать.

3.1. Закон Конвея

Система получается такой, как общаются люди, которые её делают: где проходит граница между командами, там пройдёт и граница в продукте.

Возьмём одну кнопку: «Скачать счёт в PDF». Для неё нужны три вещи: сама кнопка на экране, метод в API и шаблон документа. В компании три команды: фронтенд, бэкенд и документы. Работы у каждой на пару часов: код пишет агент, человек ставит задачу и проверяет результат. Но у каждой команды свой план, и задача встаёт в три очереди. Пусть в каждой она ждёт четыре дня; числа условные. Выходит шесть часов работы и двенадцать дней ожидания. Почти тринадцать дней на кнопку.

Теперь та же кнопка у команды оплаты, в которой есть все три умения. Очередь одна, четыре дня. Потом те же шесть часов работы. Меньше пяти дней вместо почти тринадцати, и никто не работал быстрее.



схема · одна задача у трёх функциональных команд и у одной продуктовой, числа условные

В первом случае работа заняла шесть часов из почти тринадцати дней, остальное съело ожидание на границах. До агентов та же кнопка стоила бы три дня работы, и ожидание занимало четыре пятых срока. Агенты сжали работу до часов, а очереди остались прежними. Теперь срок почти целиком состоит из ожидания, и граница между командами обходится дороже, чем раньше. И это только начало. Через год таких задач в продукте сложатся три отдельных мира: у экранов свои соглашения, у API свои, у документов свои, а между ними формальные передачи. Продукт стал похож на оргсхему.

Что сказал Конвей. В 1968 году программист Мелвин Конвей заметил, что устройство системы повторяет то, как общаются её создатели. Причина бытовая. Договориться внутри команды — это повернуться к соседу. Договориться между командами — это встреча, заявка и очередь. Поэтому всё, что требует частых договорённостей, оседает внутри одной команды, а на границе вырастает интерфейс: API, формат файла, регламент. Три команды напишут три модуля, даже если продукту нужен один.

Что показали исследования. В Microsoft проверили это на Windows Vista: показатели оргструктуры предсказывали сбойные модули точнее, чем объём изменений, сложность кода, покрытие тестами и зависимости (Nagappan, Murphy, Basili, 2008). Обзор 142 исследований подтвердил, что в компаниях устройство продукта обычно повторяет устройство организации, хотя и не всегда; открытые проекты из правила выбиваются (Colfer, Baldwin, 2016). Это сильная тяга, и законом природы её не назовёшь. Но ставить против неё дорого.

Как проверить у себя. Возьмите двадцать последних законченных задач. У каждой отметьте, сколько команд к ней прикасалось. Пример: одиннадцать задач сделала одна команда, шесть задач делали две, три задачи — три. Девять из двадцати, то есть 45%, пересекли границу. Если таких задач больше трети, граница стоит не там: команды режут то, что продукт хочет делать целиком. Треть — мой ориентир, общепринятой нормы тут нет.

Вторая проверка занимает пять минут. Положите рядом оргсхему и карту модулей. Если они совпали, закон у вас уже сработал. Остаётся вопрос, такую ли систему вы хотели.

Обратный манёвр. Раз система повторит оргсхему, начните с системы. Нарисуйте, из каких частей должен состоять продукт. Потом соберите команды под эти части. Хотите, чтобы оплату можно было менять отдельно от всего остального, — дайте оплате команду, которая владеет ею целиком: экран, API, данные. Часть продукта, у которой нет команды, не появится. Команда, у которой нет своей части, придумает её сама.

Три ловушки.

1. После реорганизации код ещё долго хранит старую форму. Команды уже новые, модули прежние, и каждая задача идёт через границу. Закладывайте на это время.

2. Временная проектная группа оставляет после себя модуль без хозяина. Назначьте хозяина до того, как группа разойдётся.

3. Восемь единоличных владельцев построят восемь маленьких систем, каждую со своими привычками. Общие соглашения придётся держать отдельным усилием.

С агентами так же. Репозиторий, данные и права, которые вы выдали агенту, тоже станут границей в коде. Агент с доступом только к экранам, скорее всего, решит задачу на экране, даже если правильное место для неё в API.

3.2. Арифметика связей

Пар в команде прибавляется быстрее, чем людей: людей вдвое больше — пар примерно вчетверо больше.

Представьте встречу, где каждый здоровается с каждым за руку. Втроём это три рукопожатия. Четвёртый входит и жмёт руку троим: стало шесть. Пятый добавляет четыре, шестой — пять. Каждый новый человек приносит столько связей, сколько людей уже в комнате. Восьмой добавит семь. Пятнадцатый — четырнадцать.

Рукопожатие длится секунду. Рабочая пара живёт весь год: эти двое должны знать, чем занят другой, договариваться о порядке работы и не ломать сделанное друг другом.



схема · 4 человека, 8 человек и две команды по 4

Рисунок показывает, что делает разделение. У восьми человек 28 линий. У двух команд по четыре внутри остаётся 12, а всё, что шло через границу, заменяет один стык. Ниже разберём это по шагам и посчитаем, сколько стоит сам стык.

Формула общая: в команде из n человек n(n − 1)/2 пар, и каждая пара — это канал, по которому приходится договариваться.



расчёт по формуле n(n − 1)/2 · команды от 2 до 15 человек

Фред Брукс вывел из этой арифметики правило, известное по книге «Мифический человеко-месяц»: новые люди в опаздывающем проекте отодвигают срок ещё дальше.

Формула получается простым сложением. Первый человек ни с кем не связан. Второй добавляет одну связь, третий — две, девятый — восемь. Сумма 1 + 2 + … + (n − 1) и даёт n(n − 1)/2. Поэтому каждый новый человек обходится дороже предыдущего: девятый в команде добавляет восемь связей, шестнадцатый — пятнадцать.

В часах это выглядит так. Пусть каждой паре нужно полчаса в неделю, чтобы оставаться в курсе дел друг друга. У каждого n − 1 напарник. В команде из четырёх это полтора часа в неделю на человека, из восьми — три с половиной, из пятнадцати — семь, почти рабочий день. Полчаса здесь допущение. Подставьте своё число, пропорция останется.

Разделение лечит это наполовину. Разрежьте восьмерых на две команды по четыре. Внутри каждой шесть пар, всего двенадцать вместо двадцати восьми. Остальные шестнадцать пар теперь разделены границей. Их разговоры никуда не делись: они сжались в один стык между командами — общий канал, встречу лидов, договор о том, кто что кому отдаёт.

Стык дешевле шестнадцати пар, но дороже одной. Через него идёт всё, что раньше расходилось по шестнадцати каналам, и идёт медленнее: с очередью, с пересказом, с потерей подробностей. Джеймс Хербслеб и Аудрис Мокус измерили это на распределённой разработке. Задачи, в которых участвовало несколько площадок, занимали примерно в два с половиной раза больше времени, чем похожие задачи внутри одной (Herbsleb, Mockus, 2003). Соседние команды ближе, чем разные города, но порядок величины полезен. В расчётах ниже один стык считается за три пары.

Как это считать. Счёт идёт в три шага.

1. Пары внутри команд. Для каждой команды возьмите n(n − 1)/2 и сложите.

2. Стыки между командами. Нарисуйте команды кружками и соедините те, которые ждут друг от друга работу, ревью или решения. Число линий и есть число стыков. Потолок для k команд равен k(k − 1)/2: это случай, когда каждая зависит от каждой.

3. Цена. Сложите пары и стыки, умножив стыки на их вес. Вес три означает, что стык обходится как три пары.

Вот этот счёт для пятнадцати человек, если стыков столько, сколько возможно.



расчёт: пары внутри команд + 3 × стыки · 15 человек, от 1 до 8 команд

Одна команда из пятнадцати стоит 105: все пары внутри. Пятнадцать одиночек стоили бы втрое больше, 315: пар внутри нет, зато 105 стыков. Минимум приходится на три команды по пять и на четыре команды по четыре. Проверьте четвёртую строку руками. Четыре команды — это 6 + 6 + 6 + 3 = 21 пара внутри и 4 × 3 / 2 = 6 стыков, итого 21 + 6 × 3 = 39.

Вес меняет ответ. Если считать стык за одну пару, выгоднее всего пять троек. Если за пять пар — три пятёрки. Чем дороже вам обходится стык, тем меньше должно быть команд.

Тот же счёт для схемы «восемь владельцев-одиночек и две общие команды». Единиц десять. Внутри общих команд из четырёх и трёх человек девять пар. Каждый владелец зависит от обеих команд — это шестнадцать стыков, и ещё один между самими командами. Цена: 9 + 17 × 3 = 60. У трёх пятёрок 39.

Число стыков зависит от формы. Четыре продуктовые команды и платформа дают десять стыков, если каждая работает с каждой, и всего четыре, если продуктовые команды общаются только через платформу. Отсюда вся польза платформы и весь её риск: четыре очереди сходятся в одну точку.

Если команды в разных городах. Вес три вырос из измерения на распределённой разработке. Задачи между площадками шли там примерно в два с половиной раза дольше, и людей в них было занято больше (приложение В). Для команд в разных городах это измерение прямое, и вес три для них не завышен. Отсюда мой ориентир: границу команд ведите по границе площадок. Тогда стык между городами и стык между командами совпадают, и платите вы за один. У дежурства на двух площадках в разных часовых поясах свой порог. Google называет по шесть человек на каждой (глава 3.4).

Цена здесь условная. Она годится, чтобы сравнивать варианты между собой, и ничего не говорит о часах или деньгах. Число команд — такая же цена, как число людей. Вывод формулы, оптимум для других размеров и расчёт очередей собраны в приложении А.

3.3. Предел головы

Команда уверенно отвечает за ограниченный объём, и каждая область сверх него замедляет все остальные.

Утро понедельника в команде из пяти человек. Они ведут ассистента, оплату, вход, админку и бота в мессенджере. За выходные пришло три сбоя в трёх разных областях. Вера собиралась доделать поиск в ассистенте, но до обеда разбирается с ботом, потому что Денис в отгуле. После обеда её зовут в оплату: там нужен второй взгляд. К поиску она возвращается в четверг и первые два часа вспоминает, на чём остановилась.

Вера работает хорошо. Просто в её голове лежит больше, чем туда помещается.

Переключение стоит времени. Джеральд Вайнберг в начале 1990-х предложил прикидку: каждое дополнительное дело, которое человек ведёт одновременно, съедает около пятой части его времени. При двух проектах на каждый остаётся по 40%, а 20% уходит на то, чтобы вспомнить, где остановился. При трёх — по 20% на проект и 40% на переключение (пересказ на сайте организации Scrum).



таблица Вайнберга в пересказе · от 1 до 5 проектов одновременно

Измерением это не назовёшь: Вайнберг дал прикидку, и точные проценты у вас будут свои. Но направление проверяется за неделю. Посчитайте, сколько раз за день человек меняет область, и спросите, сколько у него уходит на то, чтобы войти обратно.

Память команды тоже ограничена. Джордж Миллер в 1956 году описал предел примерно в семь единиц, которые человек удерживает одновременно. Нельсон Коуэн в 2001 году уточнил его до четырёх. Команда — не один мозг, но и у неё есть предел того, что она помнит без записей. Авторы книги Team Topologies называют это когнитивной нагрузкой команды и дают ориентир: команде по силам одна сложная область или две-три простые.

Матрица знаний. Самый быстрый способ увидеть предел — нарисовать таблицу. По строкам люди, по столбцам области. В клетке — что человек может сделать с этой областью ночью, без подсказки: починить, разобраться за день или ничего.



условный пример · 5 человек, 5 областей

В нашей пятёрке у оплаты, входа и бота по одному человеку, который починит их без подготовки. Это три очереди к трём людям. Любое изменение в оплате ждёт Анну. Любой сбой в боте ждёт Дениса. А у Веры и Дениса по две области сразу, и переключаются они чаще всех.

Счёт за полчаса. Выпишите всё, за что отвечает команда: части продукта, сервисы, интеграции, типы пользователей, ночные сценарии. Для каждой строки спросите, сколько человек починят это без подготовки. Строки с ответом «один» или «никто» означают перегруз. Потом оцените сложность: простая область, где всё понятно из кода, или сложная, где нужно помнить историю решений. В примере пять областей, три из них сложные. По ориентиру Team Topologies это работа для двух-трёх команд. Одна команда её не удержит.

Признаки, что предел пройден.

1. Ревью ждёт одного и того же человека.

2. На планировании половину задач может оценить только один.

3. Новичок через три месяца всё ещё боится выпускать изменения сам.

4. Про часть кода говорят «туда лучше не лезть».

5. Сбои в одной области всегда чинит один и тот же человек, и в отпуск он уходит с ноутбуком.

Что с этим делать. Способов три, и все они об одном: привести объём в соответствие с головами.

• Убрать область: закрыть, передать другой команде или купить готовое. Самый честный способ и самый редкий.

• Упростить область. Общая платформа, которая берёт на себя выкладку, мониторинг и доступы, снимает с команды часть того, что нужно помнить.

• Добавить знающих: парная работа над задачами в чужой области, дежурства по очереди, записанные сценарии сбоев.

Между крайностями есть рабочая середина. Один владелец на область — это минимум переключений и ноль запаса. «Все знают всё» — это запас, за который платят переключениями весь день. Середина такая: у каждой области двое-трое знающих, у каждого человека не больше двух областей. Для пятерых с пятью областями это десять тёмных клеток в матрице, по две в каждой строке и в каждом столбце.

Что меняет ИИ. ИИ пишет код быстрее, но отвечать за написанное по-прежнему приходится людям. Читать и проверять теперь нужно больше: поток изменений в коде вырос, цифры собраны в главе 3.5. Нагрузка на головы от этого только растёт. Авторы Team Topologies переносят то же правило на самого агента: его окно контекста работает как предел нагрузки, поэтому агенту нужна узкая и ясная зона ответственности (Team Topologies).

3.4. Арифметика отсутствия

Человека нет на работе пять-шесть недель в году, поэтому область с единственным владельцем примерно каждую десятую неделю остаётся без хозяина.

В понедельник Анна улетает в отпуск на две недели. Оплату в компании ведёт она одна. Во вторник платёжный провайдер меняет формат уведомлений, и часть платежей перестаёт подтверждаться. Борис открывает код оплаты впервые за год. К вечеру он находит место, где всё ломается, но выпускать исправление не решается: непонятно, что ещё на это завязано. Поддержка отвечает клиентам вручную. Анна в это время идёт по горной тропе без связи.

Никто здесь не ошибся. Анна имеет право на отпуск, Борис честно старался. Ошиблась схема: на бумаге «команда оплаты» есть, а в отпускную неделю её нет.

Счёт первый: один человек. Четыре недели отпуска и неделя-другая болезней дают пять-шесть недель, когда человека нет. Цифра оценочная, подставьте свою. В году 52 недели, и 5,5 из них — это 10,6% времени, каждая десятая неделя. Для «команды» из одного человека это недели, когда не выходит ни одно изменение, некому разобрать сбой и некому ответить соседям.

Счёт второй: двое. Дадим Анне дублёра — Бориса, который знает оплату так же, как она. Каждого из них нет примерно каждую десятую неделю. Шанс, что в случайную неделю нет обоих, — десятая от десятой, около одной сотой. За год это чуть больше половины недели: три рабочих дня вместо пяти с половиной недель.



условный пример · 52 недели, два человека по 5,5 недели отсутствия

На рисунке условный год. У Анны и Бориса по 5,5 недели отсутствия, а совпала половина одной недели на стыке февраля и марта, когда оба заболели.

Простой можно сократить ещё вдвое одним правилом: владелец и дублёр не уходят в отпуск одновременно. Тогда совпасть могут только болезни или болезнь одного с отпуском другого, и пустыми остаются полтора рабочих дня в году. Правило ничего не стоит, нужен только общий календарь отпусков.

Расчёт считает отсутствия независимыми. В сезон гриппа люди болеют разом, поэтому настоящая цифра будет выше расчётной. Вывод остаётся прежним: второй знающий превращает недели простоя в дни.

Обратная сторона: большая команда редко в сборе. Та же арифметика бьёт и по большим командам. Четверо бывают в полном составе 33 недели из 52. Остальные 19 недель кого-то нет. Восемь человек собираются все вместе 21 неделю в году, меньше половины времени.



расчёт: 52 × (1 − p)ⁿ и 52 × pⁿ при p = 5,5/52 · команды от 1 до 8 человек

bannerbanner