Личная жизнь Анастасии или с лучшими всегда так

Каждое утро девушка получала свежий букет цветов с запиской. Попытки образумить дарителя и делать в букетном периоде перерывы, ни к чему не привели. Поэтому коты передвигались по квартире по пластунски и шарахались от собственной тени, а соседские бабушки наслаждались диковинными цветами, которые уже не помещались в квартире Анастасии. В свободное время они с Герцогом много гуляли, много говорили, ужинали в милых кафешках и иногда смотрели на звезды с крыш. Настя, с детства увлекавшаяся астрономией, страшно удивилась, что мужчина совсем не знает созвездий и с энтузиазмом взялась его просвещать. Хорошо, что на улице потеплело.

И хоть они делали самые обычные вещи, а Герцог вел себя безупречно в рамках договора, но с ним Настя чувствовала пульс самой жизни.

— Долго же он тебя скрывал…

К Насте подошла роскошная во всех смыслах блондинка в алом платье. Этим вечером театральная тусовка шумно и с размахом отмечала юбилей модного режиссера.

— Присяду? — утвердительно спросила она, отодвигая стул за столиком напротив НастИ. «А вот и местная акула, — кивнула та. — Ладно, плавали, знаем».

— Я Марго, коллега нашего Герцога.

«Нашего» Настя пропустила мимо ушей и взглядом нашла вышеупомянутого, беседующего с директором тетра. Словно почувствовав, он обернулся к девушке и, тепло улыбнувшись, отсалютовал бокалом с игристым. А Настя невольно им залюбовалась, в черном смокинге и белоснежной рубашке он выглядел как классический герой девичьих и не только грез.

— Пропустить нельзя, – предупредил ее неделю назад Герцог, – обидятся.

Для Насти такие мероприятия были делом обычным, не даром она десять лет работала в ресторане. А Герцог, как ни странно, волновался и успокаивал спокойную Настю, что они буквально «на пять минут». Шел третий час, но Настя не скучала.

— Хорошо, на юбилей Виктора показал тебя, — продолжила блондинка.

— Я не была уверена в своем статусе, — потупив глазки отыграла Настя.

Вот прав Герцог, утверждавший, что женщины по природе актрисы.

— Зато теперь в этом уверены все. Мы то его уже в геи записали.

— Что ты говоришь… — удивилась Настя, нервно глотая шампанское.

А вокруг все пело и искрилось, сновали официанты, играл оркестр, парочки танцевали на танцполе, шампанское лилось рекой, а разговоры не смолкали.

— Он за год даже не флиртовал ни с кем из девчонок. — Блондинка постучала по столу изящным пальчиком с безукоризненным маникюром. — Но теперь появилась ты и значит он не гей.

— Поверь на слово, нет.

— Верю, — легко согласилась актриса. — Хорошо, что не гей. А то знаешь, сейчас такие времена, если мужик шикарный, то непременно гей.

Настя кивала, пила и думала, что нужно скорее покидать этот праздник жизни, а то ее точно раскусят и тогда уже ни у кого не будет сомнений, что Герцог гей как есть. И надо сказать, у ее страхов имелась почва, Марго славилась своей проницательностью. Но Насте повезло, Герцог откликнулся на ее мысленные мольбы и буквально вырос из-под земли.

— Нам пора, — мужчина обнял свою фиктивную пассию и интимно поцеловал в висок.

Настя покраснела до корней волос.

— Надо же, столько времени вместе, — прокомментировала Марго, — а все еще краснеешь.

— Настя очень скромная, — галантно заметил Герцог, собственнически прижимая ее к себе.

С этим наша героиня бы поспорила, но решила пусть Герцог сам отдувается, к тому же в его объятьях оказалось уютненько.

— Скромная и красивая, — Марго пригубила шампанское, — такой нужно быть, чтобы растопить твое сердце?

— Кстати о сердце, — хмыкнул Герцог — Виктор страшно опечален, что ты в очередной раз отказала ему в праве называться твоим женихом.

«Где он научился так разговаривать?»

— Я создана для оваций, а не для кастрюль! — не растерялась блондинка — Кстати имей ввиду Настя, все они одинаковые, сначала гуляют тебя, а потом щи-борщи.

Настя с Герцогом рассмеялись и простившись с Марго направились к выходу.

— Слушай, — прошептала Настя, пока они лавировали между гостями — можно как-то обойтись без поцелуев?

— Мы вроде как пара, Настя, — ответил Герцог тоном уставшего родителя, — так что без небольшой тактильности не обойтись.

— Хорошо, что это не вызывает у тебя отвращения — не подумав брякнула девушка.

Вот есть поговорка не говорить под руку, под ногу тоже не стоит, честно говоря. Герцог от этого абсурдного заявления споткнулся о выступавший край ковра и зацепиться ему было не за что, они уже вышли в просторное малолюдное фойе. Все происходило так быстро, что Настя успела лишь замереть от ужаса, но вопреки законам притяжения и всемирного тяготения, Герцог не упал. Реальность будто смазалась и вот он уже стоит, вопросительно глядя на девушку.

— Идем?

Настя стряхнула оцепенение и подошла к Герцогу. «Наверное показалось», решила она.

Глава шестая

Вы знали, что Настя не любит сюрпризы? Герцог не знал.

— Ни за что! Ни за что в жизни туда не полезу.

Изящный пальчик указывал на розовый воздушный шар неподалеку. Красивый. Народу вокруг собралась тьма, шел второй день Всероссийского фестиваля этих аэростатов. Со всей страны привезли лучшие экземпляры, но не всем по карману воздушные прогулки, так что хлеба и зрелищ ждали человек сто. Но оказалось, что Настя боится высоты.

— И я ненавижу сюрпризы!

— Настя, милая… — Герцога, похоже, все эта ситуация забавляла, и он тихо посмеивался, наблюдая за нашей трусишкой.

— Последний сюрприз оказался голым задом моего мужа, в момент, который жене точно видеть не стоило!

— Обещаю, мой зад ты в таком ракурсе не увидишь.

От этого неожиданного заверения Настя расхохоталась и ее попустило. Она обвела взглядом мирную зелёную лужайку напротив Новгородского кремля и вспомнила, как вчера они привезли несколько тонн гуманитарной помощи в глухую деревушку в ста километрах от Новгорода. Как светились лица людей, живущих в страшной нищете, что совершенно не вписывалось в картину привычной жизни Анастасии и как они чуть ли ни в ноги Герцогу кланялись (Герцог оказался лютым меценатом, но об этом попозже). Так что полет на воздушном шаре точно не повод для беспокойства.

— Всю жизнь мечтал полетать.

Задрав голову, Герцог наблюдал за неспешным полетом нескольких десятков шаров.

— Что так долго ждал?

— Компании хорошей не было, — Герцог подмигнул девушке, — Ну что, Настя, идем со мной? — он уверенно протягивал ей распахнутую ладонь, и Настя сдалась.

— А если мы упадем?

— Мы не упадем. Я обещаю, что с нами ничего не случится.

— Не слишком ли много обещаний для одного дня? — сыронизировала девушка.

— Я люблю ответственность, — легко ответил тот и, подхватив Настю, помог ей забраться в корзину так быстро, что она даже испугаться не успела.

Долговязый парень, страховавший тросы, облегченно вздохнул, Герцог запрыгнул сам и под восхищенный гул толпы шар, наконец, оторвался от земли. Ну тут Настю и накрыло. Он страха она судорожно вцепилась в голубую замшевую куртку Герцога и уткнулась лицом в мягкий кашемировый свитер. А мужчина ласково гладил ее по спине и шептал что-то успокаивающее. И в этот момент Настя перестала бояться и высоты и вообще всего, потому что на близость Герцога ее тело отреагировало совершенно однозначно, она еще в театре это заметила, но не стала тогда акцентировать внимание. А здесь… Она слышала как бьется его сердце, ей нравился его запах, нравилась его категоричность в некоторых вопросах и моменты, когда он так глубоко уходил в себя, что выпадал из реальности. Ей вообще все нравилось. А вчерашний день точно навсегда отпечатался в памяти. Глубоким вечером они приехали в ту деревню на двадцать домов, потому что жители лично хотели отблагодарить Герцога, дважды отправлявшего им продукты питания и одежду. И там в старом ветхом доме вручили ему грамоту, написанную от руки. А он лично с каждым, кто к нему подходил, пообщался, переговорил с таким же стареньким, как и дом, священником, съел все гостинцы и обошёл каждый дом. А потом долго говорил со своим помощником, что к осени здесь должен быть проведен водопровод, улучшено электроснабжение, отремонтированы все дома и махонькая холодная церковь. Калькулятор в голове Насти отказался работать с такими цифрами, но Герцога расходы не волновали. Девушка вынырнула из воспоминаний и почувствовала, что успокоилась.

— Ты только поосторожнее, систер, — предупредила ее в театре Леся —смотри не влюбись!

— Пффф.

— А то это знаешь ли, это полное фиаско, потерять голову от фиктивного парня-гея, – хихикнула младшая.

И вот сейчас, где-то в облаках, в корзине одного воздушного шара, Настя поняла, что потерпела безусловное фиаско. Но она не была бы собой, тотчас не взяв себя в руки и решив, что и не такое переживали.

— Настя, — донеслось до нее сверху, — уже можно открывать глаза.

Девушка отлипла от Герцога, оглянулась вокруг и ахнула.

— Сроду такого не видывал — выдал молчавший до этого аэронавт — десять лет летаю, но чтоб такое…

Красоту небосвода можно описывать бесконечно: огромные пушистые облака, фактурное небо всех оттенков синевы и голубизны, но не это, совсем не это заставляло сердца замирать от восторга. Задержав дыхание, Настя подошла к краю корзины.

— Разве так бывает, это разве типично? — ветер беспощадно трепал волосы девушки.

— Не знаю, — Герцог, как и Настя, следил за полетом птиц, что в четыре клина сопровождали воздушный шар.

Молчаливо и величественно огромные аисты плыли по бокам, спереди и позади аэростата.

— Но ты же играл орнитолога.

— Я не настолько глубоко погружался в роль, — рассмеялся он.

И наступил тот самый момент, который знаком каждой девушке. Момент, когда симпатичный тебе мужчина хочет тебя поцеловать. Почувствовав это, Настя так стремительно отстранилась от Герцога, что даже корзина закачалась.

— Знаешь, ты идеально справился с ролью фиктивного парня.

Герцог нахмурился.

— Так что предлагаю закрыть твой контракт.

— Ты этого хочешь, Настя? – мужчина помрачнел.

— Да. Теперь моя очередь играть твою фиктивную невесту. Когда приступим? — как можно непринуждённее спросила она.

Герцог потер переносицу. Действительно, пришло время возвращаться домой. Осталось открыть Насте правду и убедить отправится с ним, а поездка в Новгород и Петербург пришлась как нельзя кстати. Его немного смущало, что девушка от него шарахается и делает вид, что не замечает его интереса. Но он никуда не спешил, давая ей время привыкнуть, хотя сам уже совершенно не представлял, что она может исчезнуть из его жизни.

Так что ты попала, детка, — решил для себя Герцог и, улыбнувшись, подмигнул Насте. И ей вдруг стало не по себе, вспомнилось, как она ловила на себе взгляды мужчины, в которых читались неподдельная симпатия и интерес к ней, которого по природе у него быть не должно!

Что-то идет не так, подумалось Настеньке. Какая проницательность!

Глава седьмая

Вид за окном претендовал на звание эпичного. Искрящийся огнями Невский проспект, феноменальная панорама Казанского собора, блики света на воде в канале, туристы и местные, наслаждающиеся воскресным вечером в центре Петербурга.

— Ты кто такой?

Герцог иронично изогнул бровь.

— Всем известно, что простым смертным сюда не попасть. Не простым тоже.

— Связи решают все, — ничуть на смутился мужчина, окидывая взглядом прозрачный купол на крыше дома Зингера, принадлежавший офису вк. Сюда действительно почти невозможно попасть. Но если у тебя есть немного магии…. Так что Герцог на сто процентов лукавил.

Выглядели они с Настей, как пара со стажем: она в легком голубом бадлоне с люрексом и длинной плиссированной юбке такого же оттенка, он — в голубом кашемировом поло, серых джинсах и замшевых мокасинах. Оба как с картинки, но принарядиться повод у них был.

— Предлагаю отпраздновать окончание моего контракта и начало твоего, —Герцог взял два бокала с шампанским с хрустального столика и передал Насте. В Ануле не было ни игристого, ни сырья для него. Поэтому на Земле он баловал себя этим напитком и собирал информацию, чтобы производить его у себя. У него, кстати, это получится, монополистом станет. Ну и еще богаче.

Шампанское. Не сделав и глотка, девушка замерла.

— Кто ты? — в этот раз в ее голосе не было иронии.

Герцог напрягся.

— Знаешь, в твоем обществе какое-то время меня преследовали галлюцинации. Но потом я поняла, что дело то не во мне.

Настя подошла к прозрачной стене. В отражении она увидела длинноволосую, растерянную шатенку.

— Помнишь, как ты споткнулся на дне рождения Виктора? И не упал, хотя был обязан! А сцена в театре, с которой тебя столкнули? Видела я ее. Но это вправду можно отнести к чуду. И я никак не могу забыть ту девочку в деревне, которой не хватило куклы. А ты показал ей сотканную из света фею, что танцевала у тебя на руке. Это было так прекрасно! Малышка сразу успокоилась, а ты пообещал, что в следующий раз привезешь настоящую. Я полночи искала информацию, что это такое могло быть.

Герцог молча пил шампанское, не сводя с Насти своих голубых глаз.

— И не нашла.

Мужчина кивнул.

— Сбитый велосипедист, который не разбился, ну ты помнишь, птицы вокруг шара, а теперь еще вот это шампанское.

Девушка подняла бокал.

— Которого еще минуту назад здесь не было.

— Что ж, — Герцог взглянул Насте в глаза, — вот мы и дошли до сути.

Он взмахнул ладонью и открыл портал в центре купола.

— Что это?

— Портал.

Герцог взял Настю за руку и через минуту они стояли посреди шумной и разношёрстной толпы на Невском, окруженные прозрачной сферой. Люди обходили ее, не видя и не слыша их.

— Это что? Это ты как?

— Я маг, Настя.

— В нашем мире нет магии, есть всякие оккультисты шарлатаны…

— В вашем.

— Только не говори, — девушка металась по сфере, как зверь в клетке, — что ты из этих попаданцев.

Да, наша девочка была подкована в этом вопросе благодаря Лесе, которая в подростковом возрасте так увлекалась новомодным жанром, что заставляла горемычную Настю читать всю эту беллетристику и обсуждать с ней. Но Настенька у нас умничка, мы же знаем. Она предложила сестричке организовать книжный клуб с ровесницами и вздохнула свободно.

— Нет, в связи… с некоторыми обстоятельствами мне пришлось покинуть Анул и уйти сюда на год.

— Вот как…

Возникла неловкая пауза, Герцог хотел приблизиться к Насте, но девушка отстранилась.

— Так ты не человек… — Настя, с опаской наблюдая за Герцогом, стала пятиться к противоположной стене купола.

Мужчина вздохнул.

— Что во мне такого нечеловеческого ты успела рассмотреть? Мы совершенно одинаковы, просто из разных миров. В нашем, мы можем управлять энергиями и называем это магией.

— А Герцог – значит не прозвище.

— Титул. Настя, пожалуйста, дай мне возможность все объяснить.

— И как тебя зовут?

— Кайрат.

Настя склонила голову, задумчиво глядя на носочки замшевых туфель.

— Так ты не гей?!

Пауза.

— Что?! — взревел Герцог, на какое-то время растеряв весь свой лоск.

Мужчина негодовал и бушевал так, что Настя притворилась ветошью и, стараясь не отсвечивать, стояла в сторонке, покаянно склонив голову. Уши у нее пылали, и она искренне радовалась, что не понимает языка Герцога, ей хватало и того, что она услышала на русском.

— Как? – Герцог выглядел донельзя обиженным, — как ты вообще могла такое подумать?

Настя чувствовала себя страшно неловко, поэтому решила, что лучшая защита это, как известно, нападение.

— А я тебе зачем?

— Что? — не понял Герцог.

— Ты богат и титулован, вращаешься в высших кругах. Да еще в другом мире, поверить не могу, что говорю все это и верю. Зачем я тебе? На органы? Опыты?

— Настя, что ты такое говоришь? — пришел в себя Герцог.

— Ты Герцог, а я никто, — обычная землянка, не юная, далекая от светской жизни твоего круга. Там толпа тех, кто как минимум ровня тебя. Тех, кто достоин быть с тобой даже фиктивно.

— Настенька, — Герцог стал душкой – я объясню. Мне нужна именно ты, любая другая будет бороться за легализацию статуса любыми средствами, и помолвку расторгнуть будет сомнительно.

Настя снисходительно улыбнулась самомнению Герцога.

— Что поделать, — ничуть не смутился тот, — я лакомый кусочек.

Настя даже смогла улыбнуться, хотя ситуация совершенно к тому не располагала.

— Моя семья поверит в нашу историю и от меня отстанут. Но истинная причина вот в чем. — Герцог вмиг сбросил легкомысленный образ. — Обряд брака свяжет меня с супругой, и она станет уязвимой на какой-то период. И тогда через нее можно будет подобраться ко мне. А вот невеста нет, она по факту просто…

— Ширма.

— Да, Настя, даже шантаж через нее не пройдет, прости.

Девушка кивнула.

— Мне пришлось уйти сюда, чтобы спасти свою жизнь. И жизнь моей семьи. Это был единственный выход, чтобы найти всех, кто участвовал в заговоре, который я раскрыл.

— Но?

— Но Граф Нотиргем умудрился улизнуть. И он сделает все, чтобы отомстить мне.

— Поэтому ты пока не хочешь жениться.

— Буду честным, я вообще не хочу жениться ни под давлением рода и ни без. Мне сейчас не до того.

— Почему ты уверен в моей безопасности?

— Ты не связана со мной энергетически, у тебя нет магии, ты из другого мира, для всех очевидно, что это временное увлечение.

— Разменная монета.

— Которая никому не будет интересна. Но сможет защитить меня от настоящей женитьбы и будет в безопасности.

Настя коснулась сферы, отделявшей их от людей. Она понимала: Герцог в отчаянном положении, жениться нельзя, главгада надо найти и всех отвлечь иномирной невестой, но…

— Прости.

Герцог тяжело выдохнул.

— Жизнь меня к такому не готовила. Герцоги, злодеи, магия, другие миры. Между нами пропасть, понимаешь?

Кайрат не отрываясь смотрел на Настю.

— Открой, пожалуйста.

Сфера истаяла и люди, что до того их не видели, резко сворачивали чтобы не столкнуться.

— Ты непременно найдешь ту, что сможет исполнить роль. Мне жаль.

— Мне тоже.

Он смотрел ей вслед, пока силуэт в голубом не скрылся в толпе. Кайрат предполагал такой исход, что скрывать. Но в глубине души надеялся, что Настя останется рядом и что на этот раз ему уже не нужно будет притворяться фиктивным парнем, а ее статус лишь вопрос времени, но ей об этом пока знать было рано. Герцог поднял лицо к ночному небу, отгородившись от уличного шума. Как так вышло, что эта и правда обычная девочка, вдруг стала так важна и дорога? Как вышло, что не хочется ее от себя отпускать? Она не знала кто он, не стремилась его очаровать и в какой-то момент они сблизились так, как он всегда хотел. Чтобы женщина стала еще и другом.