Безумный карнавал

– Это, конечно, так… – недовольно скривился мастер строительства. – Но слишком много влияния в Совете стало у этого мальчишки.

– Тебя, как обычно, задевает именно то, что он мальчишка? – хохотнул мастер тайных игр. – Зря ты так, этот мальчишка очень много знает и умеет.

Гарон только рукой досадливо махнул в ответ. Он издавна считал, что какое-либо влияние должны иметь только люди в возрасте, пожившие и имеющие немалый жизненный опыт. Молодые совершают слишком много ошибок. Бурлящие чувства и страсти мешают им трезво мыслить, будь они хоть сто раз чародеями.

– Плюс, ты не учитываешь, что Кейсаву глубоко плевать на все, кроме новых знаний, – усмехнулся мастер политики. – И когда он справится с тварями, то засядет у себя в замке, как сыч в дупле. Будет осваивать выученное и учить других. А уж когда чародейская школа в Наэрте заработает, ты его не увидишь годами. Ему какое-либо влияние в Таламаре и на копыто даргала не нужно.

– Не считай меня дураком из-за моих взглядов, – проворчал мастер строительства. – Я это прекрасно понимаю. Сам Кейсав – да, он не от мира сего. А вот жена его – та еще ушлая баба. Гарантирую, вы с ней еще наплачетесь.

– Сейла? – скривился мастер тайных игр. – Тут ты прав, девка себе на уме очень сильно. И абсолютно безжалостна. Но ладно, все это можно обсудить и позже. Сейчас важнее от тварей отбиться и выжить при этом. Если вы еще не в курсе, сообщаю – овраги и подземелья завалены, по ним к Таламару больше не подобраться. Мне мои люди, следившие за стаями, рассказывали, что выполнил Кейсав свое обещание. Часть стай, как мы и предполагали, свернула в овраги, а еще часть ушла в подземелье – кто-то открыл им входы изнутри. При этом следопыты никого не заметили!

– Не заметили?! – скрипнул зубами Гарон. – За что мы им платим такие деньги?!

– Если входы открыли чародеи, а их у Грахвы хватает, то обычные люди и не могли заметить, – вздохнул Киран. – Этого мало, кто-то попытался саботировать возведение временных стен вокруг самых уязвимых частей города. Кое-кого мои ребятки выловили, но, думаю, далеко не всех. Зато теперь у меня есть несколько ниточек, ведущих к весьма известным и богатым купцам. После того, как эта история с нападением завершится, я буду требовать у Совета финансирования на их устранение. Как оказалось, многие из тех, кого мы считали компаньонами и соратниками, на самом деле работают против нас. Одного удалось взять и допросить под сывороткой правды. Как оказалось, наличие вольного Города Мастеров, не подчиняющегося им, главам торговых домов сильно не по вкусу. Они считают, что мы должны плясать под их дудку, а раз не желаем, то нас надо заставить.

– Даже так? – скрипнули зубами старые мастера. – Выделим деньги на это, не беспокойся. Пусть хлебнут заваренного ими варева. Но что там дальше с тварями было?

– Они понеслись по дну оврагов, – продолжил рассказ Киран, – но явно не рассчитывали, что вдруг под ними земля жидкой сделается, в глубокое болото превратившись. Вот твари туда разом все и ухнули. Мои ребятки докладывали, что только хлюпнуло противно, да круги по жидкой грязи пошли. Чародеи потом сообщили, что то же самое случилось в подземельях, во всех их тоннелях и уровнях. Для внешних наблюдателей только земля загудела, потом немного потрясло, и все закончилось. Следопыты опосля попробовали проникнуть внутрь через известные входы – кой там был, все напрочь завалено. А еще через треть дня овраги тоже завалились, словно сами собой. Кейсав перед тем предупредил, чтобы наблюдатели от них к этому времени отошли шагов на пятьсот. Понятно, никто не стал рисковать, все отошли. А после этого стены из земли опять же сами собой полезли, до двадцати локтей доросли. Чародеи сказали, что они две-три декады всего простоят, потом исчезнут. Чтобы караванам и крестьянам не мешать.

– Силен, малый! – поежился Урам.

– Этими стенами он и перекрыл тварям любой другой путь, кроме ведущего в долину, где мы их поджидаем. Воинам главное продержаться, пока чародеи готовятся.

– А на кой ляд ему эта башня понадобилась?

– Кейсав говорил, что им при сотворении главного заклятия на высоте быть надобно, – пожал плечами Киран. – Хотели, мол, сначала летающие щиты создать, но побоялись, что коли обеспамятеют, с них свалятся. Вот и решили башню вырастить – это всяко безопаснее. Попросили там десятка два шустрых ребят подежурить, чтобы стащили их вниз, коли совсем плохо будет.

– А, тогда ясно хотя бы, – покивал мастер политики. – Хотя кое-что все равно не понимаю.

– Кто и когда полностью понимал чародеев? – философски спросил неизвестно у кого мастер строительства. – Но я опасаюсь Кейсава не потому, что он сильный чародей, а потому, что молодость не знает преград. Будь он нормальным, пожившим, давно утратившим глупые иллюзии человеком, я был бы спокоен. Но, как и любой мальчишка, он готов кидаться в крайности. Именно по причине молодости, не спорьте! Обычной молодежи можно не опасаться – у молодых обычно ни силы, ни денег, ни влияния нет. В процессе их обретения они постепенно становятся нормальными, вменяемыми людьми, с которым можно договориться. А вот если сила появляется у молодого человека, особенно идеалиста, а Кейсав – идеалист, это очень опасно. Он будет гнуть мир под себя, а не прогибаться под него, как положено. И это может вызвать огромные проблемы! Я даже немного рад, что у него хотя бы жена относительно нормальная, стремящаяся к обычным, понятным всем людям вещам, а не к чему-то иллюзорному. Хотя, как я уже говорил раньше, неприятностей Сейла нам доставит немало. Но это хотя бы понятные неприятности, вырастающие из человеческого стремления что-то выгадать для себя. Эх, была бы она лет на двадцать постарше…

Остальные двое закатили глаза – почтеннейший Гарон давно успел им плешь проесть своей нетерпимостью к молодежи. Для любого молодого человека попасть в его штат было кошмаром – издевался старик над ним со вкусом, изощренно и вдохновенно, причем пока у того морщины на лице не появлялись или дети не становились взрослыми. Только после этого человек, по мнению мастера строительства, становился достоин хотя бы относительного уважения. И доказать ему, что люди разные, было в принципе невозможно. В Совете Мастеров давно мечтали спровадить Гарона на отдых, но это никак не получалось – старик, хоть и на ладан дышал, отличался неуемной энергией, цепко держал в своих сухоньких кулачках контроль на строительной отраслью Таламара и уходить явно не собирался. Разве что вперед ногами. А ведь остальные мастера подумывали просить Кейсава войти в Совет, но пока был жив Гарон сделать этого не могли – он найдет способ провалить голосование.

– Какая-нибудь новая информация о Повелителе есть? – поинтересовался Урам, его этот вопрос заботил больше всех остальных.

– Очень мало, – скривился Киран. – Мой коллега, служащий ему, очень хорош, он меня все время переигрывает. Успевает увести своих людей, стоит только моим агентам на них выйти. У него явно есть шпионы в моей структуре, но я никак не могу их вычислить. Буду просить у правителя Анфара продать больше сыворотки правды, хотя не уверен, что это поможет – Грахва явно научился сам и научил своих людей ей противостоять.

– А кто тебе мешает посоветоваться с самим Анфаром? – проворчал Гарон. – Он человек опытный, несколько сотен лет проживший, много повидавший, чародей посильнее вашего любимого Кейсава. Может, и подскажет чего, ему новый Даргал тоже не по вкусу пришелся.

Грахва, и это было общеизвестно, правитель Уантана ничего не скрывал, действительно не раз пытался связаться с Анфаром, но тот на все письма отвечал, что со служащими Разрушительнице не желает иметь ничего общего и не позволит им погубить Дэлоуэ. На слова жреца, что они не собираются ничего губить, а хотят лучшей жизни для родного мира, древний чародей как-то раз бросил посланцу при свидетелях, что они, раз такое несут, не понимают сути своей госпожи. А чтобы понять ее, достаточно серьезной медитации – из ментала прекрасно видно, кто такая Шиннана и чего она жаждет. Как ни странно, Грахва не успокоился, продолжая заваливать Анфара письмами с объяснениями своей позиции. Их даже не читали – никакого смысла это не имело. Стаи тварей, которые науськивал на города и селения Дэлоуэ жрец, говорили сами за себя. Как и утраиваемые им постоянно подлости и неприятности, что успели прочувствовать на себе все владетели. Раньше они не знали, кто стоял за этим, теперь, благодаря Кейсаву и Анфару, это стало известно. Прощать такое графы, герцоги и бароны не собирались.

– Так, начинается! – подался вперед Киран.

– Где? – сжал кулаки Урам.

– А вон, видишь, черная волна на горизонте. Минут через десять стаи добегут до первых крепостей.

Временные крепости тоже помогли возвести чародеи. Со стороны обычных людей это выглядело жутковато. Кейсав с Сейлой просто летели над полем, а под ними вырастали из земли каменные громады, окутанные потоками молний. Правда, когда они закончили, то настолько устали, что уснули на расстеленных прямо на траве походных плащах. Наемники окружили спящих чародеев и несколько часов охраняли покой людей, решивших позаботиться об их защите – прекрасно понимали, что без крепостей потери будут намного больше. Да и книги по старой тактике, использующей построение «черепаха», добыл и принес в Таламар тоже молодой чародей.

Между крепостями между тем разворачивались «черепахи» – плотные построения копьеносцев, со всех сторон прикрытые тяжелыми щитами. Он выстраивались в шахматном порядке в восемь слоев, чтобы перекрыть тварям малейшую возможность прорваться вглубь строя. Ополченцев учили перестроениям внутри «черепахи» больше года и, как смели надеяться мастера, научили. Но так ли это покажет бой.

Волна тварей все приближалась, ее сдерживали только стены на месте бывших оврагов – они не давали стаям сворачивать. Те, впрочем, и не стремились к этому – они чуяли впереди живых людей и изнемогали от голода, от желания их разорвать и сожрать. Своевременная эвакуация оставила тварей без добычи, и теперь они бесновались от ярости. А дикие животные степи бежали, едва почуяв, что идут их исконные враги.

Первые твари столкнулись с «черепахами» и… откатились, оставив на залитой черной и красной кровью траве тела своих сородичей и немногочисленных людей. Древнее построение оказалось на удивление эффективным, потери ополченцев были чуть ли вдесятеро меньше потерь врага. Как хорошо, что Кейчас где-то нашел старые книги по тактике! Без них тварей встретил бы линейный строй, который они прорвали бы без особых затруднений.

– Эх-х-х! – слышалось утробное хеканье ополченцев, разом бьющих толстыми, длинными копьями по набегающим черным чудовищам. – Эх-х-х!

– Товсь! – орали командиры. – Бей! Товсь! Бей!

Но становилось ясно, что твари понемногу одолевают, все-таки их было слишком много, десятки, если не сотни тысяч, а Таламар успел подготовить всего двенадцать тысяч ополченцев, да еще около четырех тысяч прислали владетели других городов. Да наемников было восемь тысяч. Этого явно маловато для отражения столь масштабного нашествия.

– Что там чародеи? – руки Урама слегка подрагивали, когда он смотрел в подзорную трубу.

– Колдуют, – пробурчал Киран. – Сам посмотри, труба у тебя.

Мастер политики перевел окуляр на башню. Действительно, Кейсав и Сейла стояли на ее вершине, воздев руки с пылающими призрачным огнем посохами и чеканя жутковатые слова, едва доносящиеся до вышки:

– Тхасарт терайхе кейда намадха кенсэ орхайо рунх! Деарх!

Загудел усиливающийся ветер, над башней словно ниоткуда возникла наполненная сиреневыми молниями воронка черных туч, от одного вида которых людям становилось не по себе. Повеяло ледяным холодом, резко потемнело. Тучи начали расходиться в стороны широким фронтом, захватывая все большую площадь. Их окружали горящие белым огнем почти невидимые призраки, по крайней мере, мастерам так показалось.

– О, боги, какой кошмар! – осенил себя святым символом Гарон. – Это что же они творят?..

– Наши шкуры спасают! – сплюнул с вышки Киран.

Ветер превратился в ураган, немногие росшие на равнине деревья чуть ли не прижало к земле, раздались потусторонние стоны.

– Тсайх! – продолжали читать заклятие чародеи. – Нхаштарм! Свайд! Ирт! Йеннаорт! Урхад! Нгойарм! Эсмхвад! Менге! Тхойм!

С последним словом черные тучи задрожали, и вниз хлынул черный же дождь. Не очень плотный, но тварям хватило и этого. Едва хотя бы одна капля достигала их, как они начинали выть и кататься по земле, постепенно превращаясь в слизь, тут же всасывающуюся в землю. На людях же черные капли оставляли только неприятно пахнущую грязь, которую вполне можно смыть. Этот необычный дождь прошелся по округе, и ни одна тварь не смогла его избежать, разве что несколько некрупных стай, не добравшихся до места сражения, сохранились, но их быстро нашли и перебили верховые копейщики. Да, эти стаи уничтожили несколько деревень, но пустых. Люди выжили, это главное, а дома можно и отстроить.

– Каковы наши потери? – спросил Урам.

– Пока неизвестно, – вздохнул Киран. – Но судя по тому, что я вижу отсюда, до трети ополчения и половину наемников мы потеряли. Семьям погибшим, хочешь не хочешь, а придется выплачивать ежемесячное вспомоществование – мы слово давали. Наемникам тоже много заплатить придется по высшей ставке, иначе к нам никто наниматься больше не захочет. Это я специально для тебя, Гарон, говорю – знаю твою страсть к экономии. Прошу запомнить, что попытка сэкономить сейчас приведет к таким последствиям, что никому мало не покажется.

– Да понимаю я! – скривился мастер строительства. – Но денег все равно жалко. Ополченцы могли бы и бесплатно родной город защищать!

– Не вздумай только эту мысль озвучивать, – укоризненно покачал головой мастер политики. – В клочья порвут.

– Порвут, – уныло согласился Гарон. – Ладно, промолчу. Но потом весь магистрат в режим жесткой экономии переведу!

Мастера опять обреченно закатили глаза – как же надоел им этот старикашка. Но делать было нечего, слишком влиятелен в Таламаре, придется терпеть его и дальше.

Урам снова посмотрел через подзорную трубу на башню чародеев и кивнул – они действительно выложились настолько, что потеряли сознание. И сейчас Кейсава и Сейлу собирались спускать вниз на руках дюжих ополченцев. Ничего, спустят, а потом чародеи отоспятся. Надо будет подумать над тем, чем отблагодарить спасителей города. Платы они не просили, но неблагодарными оставаться никак нельзя. Боги такого не прощают. Или как их там называл Кейсав? Кажется, управители. Неважно, все равно боги.

Мастера спустились вниз и тут же включились в работу. Следовало срочно разобраться, сколько людей погибло, отделить убитых от раненых, и переписать их всех. Раненых чародеи просили никуда не увозить – обещали, когда придут в себя, заняться ими. А пока их могут перевязать лекари. Жаль, что не все выживут, тяжелые могут не дождаться прихода чародеев, которые неизвестно сколько проспят. Но тут уж ничего не поделаешь.

Ни Кейсав, ни Сейла, ни таламарские мастера не знали, что, воспользовавшись неразберихой, несколько совсем другого вида тварей, имевших свое, особое задание, миновали дозоры и скрылись на бесконечных травянистых равнинах.

Глава 3

Придя в себя и вылечив раненых, Сейла поспешила вернуться в Наэрту, оставив Кейсава в Таламаре – слишком беспокоилась о сыне. Однако молодой чародей тоже не собирался особо задерживаться. Проверит, что с тварями справились окончательно, и тоже отправится домой. Жаль что гарнизону придется дожидаться следующей активации портальной арки в Городе Мастеров, до нее еще двадцать шесть дней. Но так все равно будет быстрее, чем если воины отправятся в Наэрту на быках, на что потребовалось бы полтора месяца. Нет, надо все-таки разобраться с портальными арками и настроить их как следует. Вот только нужно еще время найти на это – забот столько, что дышать некогда.

Возможных учеников в Наэрту пока так и не пришло, а сам Кейсав до сих пор из одаренных сталкивался только с маленькими детьми, которых учить просто рано. Но этот вопрос требовалось решать, и как можно быстрее. Его не оставляло предчувствие какой-то беды, что-то должно было случиться, но что? Молодой чародей не знал, и от того еще сильнее нервничал.

Несколько раз облетев Таламар, Кейсав не обнаружил выживших тварей и вернулся в ратушу, ему следовало договориться об очередных поставках продовольствия в Наэрту. Золота пока еще хватало, но надо будет озаботиться поиском еще нескольких кладов древних коллег. Где они приблизительно спрятаны молодой чародей узнал еще от Фаэра. Так что о деньгах он не переживал, да и за исцеление богатые горожане готовы были платить.

Поиски посоха Фаэроль ни к чему не привели – он как в воду канул. А найти его необходимо – без него с жрецами не справиться. Последнее нашествие показало это четко. Что будет, если стаи окажутся раз в десять больше, чем были сейчас? Ведь тогда заклятие, дважды использованное Кейсавом, не спасет. К тому же существовало еще и предсказание о нападении во время большого карнавала в Олантане. Если это случится, потери будут грандиозными, и праздник превратится в горе. Откуда возникло понимание, что допускать этого ни в коем случае нельзя. Почему? Трудно сказать. Вполне возможно, что этого хочет один из управителей.

– Мастер, что нам делать? – подошел к Кейсаву Байра.

– Ждать меня или Сейлу здесь, вот деньги для прокорма воинов, – молодой чародей достал из пространственного кармана кошель с золотом. – Возвращаться домой пешком или на быках будет дольше, чем дожидаться новой активации арки. Так что к этому времени кто-то из нас прилетит. Кстати, каковы наши потери?

– А их нет! – радостно улыбнулся командир гарнизона. – Только раненые, но вы их всех на ноги поставили. Мы и повоевать-то толком не успели! Ополченцы сработали на отлично! Мы только бреши перекрывали. Вот у них потерь хватает, почти четверть ополчения полегла, в городе сейчас вдовий плач стоит…

– Не слышали, Совет выполнил свое обещание? – поинтересовался Кейсав.

– Выполнил, – подтвердил Байра. – Всем семьям, кто кормильцев потерял, выплатили пособие и назначили пенсию, никто не жаловался.

– Слава миру! – улыбнулся молодой чародей. – Проследите, пожалуйста, чтобы воины не слишком шалили. А то перепьются и натворят дел, а мне потом с Советом объясняться.

– Прослежу, – пообещал командир гарнизона, прекрасно знавший, что солдаты – это те же дети, только большие, и за ними нужен глаз да глаз. Только чуть отвлечешься, как они уже что-то натворили.

В какой-то момент он вспомнил о просительнице, передавшей письмо для владетеля, и отдал его Кейсаву.

– Это что? – удивился тот. – Откуда?

– Да из приюта местного, с хлеба на воду перебивающегося, – объяснил Байра. – Там говорят, и одаренные дети, которых вы ищете, есть. Его содержательница под вашу руку просится, тут ни она, ни ее приют никому не нужны, Совет бедную прочь погнал, когда пришла денег просить. А оно бы неплохо свой приют в замке иметь, не пришлось бы воинов и работников на стороне искать, своих бы выращивали.

– А что, это хорошая мысль! – заметил молодой чародей. – Мы не обеднеем, не объедят нас несколько десятков ребятишек. Будет, где содержать малышей, которых еще рано учить. Где этот приют, говорите?

– На триста семнадцатой улице, в самом конце, из серого гранита, приземистый, двухэтажный, давно ремонта требующий, вот-вот развалится, судя по виду. Если еще не развалился.

– Хорошо, тогда я скажу содержательнице, чтобы собиралась, вместе с вами через арку в Наэрту уйдет.